Дело №33-2474/2017

Номер дела: 33-2474/2017

Дата начала: 04.05.2017

Суд: Верховный Суд Удмуртской Республики

Судья: Нартдинова Гульнара Раифовна

:
Категория
Споры, вытекающие из публично-правовых отношений / Прочие из публично-правовых отношений / Иски, связанные с осуществлением лицензирования
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
ИСТЕЦ Гайсин А.Х.
ОТВЕТЧИК ООО "ТД "Хозяин"
ОТВЕТЧИК ПАО "Вымпел-Коммуникации"
ОТВЕТЧИК ПАО "Мобильные ТелеСистемы"
Движение дела
Наименование события Результат события Основания Дата
Судебное заседание 29.05.2017
Судебное заседание Вынесено решение 29.05.2017
Судебное заседание Вынесено решение РЕШЕНИЕ оставлено БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ 12.08.2020
Дело сдано в отдел судебного делопроизводства 12.08.2020
Передано в экспедицию 12.08.2020
 

Определение

Судья Кожевникова Ю.А.                  дело № 33-2474/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ    ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шалагиной Л.А.,

судей                  Матушкиной Н.В., Нартдиновой Г.Р.,

при секретаре              Вахрушевой Л.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Ижевске Удмуртской Республики 29 мая 2017 года апелляционную жалобу Гайсина А. Х. на решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 14 марта 2017 года, которым исковые требования Гайсина А. Х. к Обществу с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», Публичному акционерному обществу «1», Публичному акционерному обществу «2» о демонтаже передающих антенн (ПРТО) оставлены без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Нартдиновой Г.Р., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Гайсин А.Х. обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» (далее по тексту – ООО «<данные изъяты>») о демонтаже передающих антенн (ПРТО), которым просил суд обязать ответчика демонтировать передающие антенны (ПРТО), расположенные на кровле развлекательного центра «<данные изъяты>». Свои требования истец мотивировал тем, что он является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, на расстоянии менее 20 метров от дома истца, на кровле развлекательного центра «<данные изъяты>» установлены передающие антенны (ПРТО), которые негативно воздействуют на здоровье истца и членов его семьи, состояние принадлежащих ему на праве собственности дома и земельного участка. При установке передающих антенн (ПРТО) нарушены требования санитарных правил № 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к эксплуатации радиопередающих объектов», не получено разрешение собственников жилых домов, расположенных в непосредственной близости на их размещение, что позволяет истцу, как собственнику имущества, в порядке ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не соединены с лишением владения.

В ходе рассмотрения дела судом уточнен субъектный состав лиц, участвующих в деле: к участию в качестве соответчиков привлечены Публичное акционерное общество «1» (далее по тексту ПАО «1»), Публичное акционерное общество «2» (далее по тексту ПАО «2»), в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управление Роспотребнадзора по Удмуртской Республике.

В судебном заседании суда первой инстанции истец Гайсин А.Х. и его представитель Г.Р.А., действующий по доверенности, на исковых требованиях настаивали, указав, что в результате расположения передающих антенн (ПРТО) в непосредственной близости от дома истца происходит постоянное облучение его самого, членов его семьи и принадлежащего истцу имущества.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ПАО «1» К.Н.Ф., действующая по доверенности, исковые требования не признала, указав, что размещение оборудования базовой станции БС-18235, принадлежащего ПАО «1» и являющегося передающим радиотехническим объектом (ПРТО), соответствует всем действующим в Российской Федерации санитарным нормам и правилам.

Суд рассмотрел дело в отсутствие представителей ответчиков ПАО «2», ООО «<данные изъяты>», третьих лиц Управления Роспотребнадзора по Удмуртской Республике, Администрации муниципального образования «<данные изъяты>», надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе Гайсин А.Х. просил решение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новое решение, которым заявленные исковые требования удовлетворить. Истец указал, что всю проектную документацию, подготовленную ФБУЗ «<данные изъяты>» для установки ПРТО на кровле развлекательного центра «<данные изъяты>» и представленную ответчиками в подтверждение своих возражений, следует признать недействительной, поскольку инструментальные и расчетные показатели уровня электромагнитного поля ( далее по тексту – ЭМП) разнятся в тысячи раз. При надлежащих инструментальных методах контроля (замерах) ЭМП на максимальной мощности их показатели соответствовали бы показателям, произведенным расчетным методом. Земельный участок непосредственно граничит с территорией РЦ «<данные изъяты>» (7 метров от забора истца до здания развлекательного центра), санитарно-защитная зона отсутствует, хотя излучение от антенн полностью покрывает земельный участок. Согласие на размещение антенн ПРТО истец ответчикам не давал. При размещении на территории ПРТО антенн нескольких передатчиков, согласно п. 3.11 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к эксплуатации передающих радиотехнических объектов», проводится санитарно-эпидемиологическая экспертиза на ПРТО в целом, а санитарно-эпидемиологическое заключение на ПРТО в целом в материалах дела отсутствует. Суд первой инстанции не предоставил истцу время на ознакомление с документами, представленными ответчиками в подтверждение своих возражений, перед вынесением решения попросил удалиться истца из зала судебного заседания для личного разговора с представителем ПАО «1» в отсутствие истца.

В возражениях на апелляционную жалобу представители ответчиков ПАО «1» и ПАО «2» выразили несогласие с содержащимися в ней доводами, поскольку на размещение и эксплуатацию антенн ПРТО получены все разрешительные документы, выданные в установленном законом порядке уполномоченными на то организациями.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец Гайсин А.Х. и его представитель Г.Р.А., действующий по доверенности, просили решение суда отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ПАО «1» К.Н.Ф., действующая по доверенности, с доводами апелляционной жалобы не согласилась по обстоятельствам, изложенным в возражениях на неё.

Судебное заседание суда апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст.327,167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) проведено в отсутствие представителей ответчиков ООО «<данные изъяты>», ПАО «2», третьих лиц Управления Роспотребнадзора по Удмуртской Республике, Администрации муниципального образования «<данные изъяты>», надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения жалобы.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как это следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, истец является собственником жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, граничащего непосредственно с земельным участком, на котором расположен развлекательный центр «<данные изъяты>».

По договору от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между Открытым акционерным обществом «1» (в настоящее время ПАО «1») и ООО «<данные изъяты>», на кровле здания развлекательного центра, расположенного по адресу: <адрес>, размещено оборудование базовой станции БС-18235 сети подвижной радиотелефонной связи стандарта LТЕ-2600, принадлежащее ПАО «1».

ФБУЗ «<данные изъяты>» по результатам санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний, гигиенических и иных видов оценок соответствия эксплуатации оборудования базовой станции БС-18235 сети подвижной радиотелефонной связи стандарта LТЕ-2600, принадлежащего ПАО «1» и установленного по адресу: <адрес>, требованиям санитарных норм и правил выданы следующие экспертные заключения:

от ДД.ММ.ГГГГ на проект размещения и расчетов санитарной защитной зоны и зоны ограничения застройки базовой станции БС-18235, сети подвижной радиотелефонной связи стандарта LТЕ-2600, согласно которому материалы расчета электромагнитной интенсивности от ПРТО - базовой станции БС-18235 соответствуют требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, МУ 4.3.2320-08. Ситуация размещения расценивается безопасной для персонала и населения в пределах прилегающей селитебной территории;

от ДД.ММ.ГГГГ на соответствие эксплуатации оборудования базовой станции БС-18235 требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, МУ 4.3.2320-08.

На основании экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ Управлением Роспотребнадзора по Удмуртской Республике выдано санитарно-эпидемиологическое заключение от ДД.ММ.ГГГГ о соответствии проекта размещения и расчета санитарно-защитной зоны и зоны ограничения застройки базовой станции БС-18235 требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ эксплуатация БС-18235 согласована заместителем руководителя Управления Роспотребнадзора по Удмуртской Республике.

По договору от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между Открытым акционерным обществом «2» (в настоящее время ПАО «2») и ООО «<данные изъяты>», на кровле здания развлекательного центра, расположенного по адресу: <адрес>, размещено оборудование базовой станции БС-51818 сети подвижной радиотелефонной связи стандартов GSM-900/1800, IМТ-2000/UMTS, принадлежащее ПАО «2».

ФБУЗ «<данные изъяты>» по результатам санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний, гигиенических и иных видов оценок соответствия эксплуатации оборудования базовой станции БС-51818 сети подвижной радиотелефонной связи стандартов GSM-900/1800, IМТ-2000/UMTS, принадлежащей ПАО «2» и установленной по адресу: <адрес>, требованиям санитарных норм и правил выданы следующие экспертные заключения:

от ДД.ММ.ГГГГ на проект размещения и расчетов санитарно-защитной зоны и зоны ограничения застройки базовой станции БС-51818 «УдмМожгаЦентр», сети сотовой связи стандартов GSM-900/1800, IМТ-2000/UMTS, согласно которому материалы расчета электромагнитной интенсивности от ПРТО - базовой станции БС-51818 соответствуют требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, МУ 4.3.2320-08. Ситуация размещения расценивается безопасной для персонала и населения в пределах прилегающей селитебной территории;

от ДД.ММ.ГГГГ на соответствие эксплуатации оборудования базовой станции БС-51818 требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, МУ 4.3.2320-08.

На основании экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ Управлением Роспотребнадзора по Удмуртской Республике выдано санитарно-эпидемиологическое заключение от ДД.ММ.ГГГГ о соответствии проекта размещения и расчета санитарно-защитной зоны и зоны ограничения застройки базовой станции БС-51818 требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ эксплуатация БС-51818 согласована исполняющим обязанности руководителя Управления Роспотребнадзора по Удмуртской Республике.

В приложениях к вышеуказанным санитарно-эпидемиологическим заключениям (проектах размещения и расчетов СЗЗ и ЗОЗ) указано на то, что энергия, излучаемая всеми антеннами ПРТО, не создает полей, превышающих предельно допустимый уровень для нахождения людей на территории вблизи ПРТО и на близлежащей территории, а также не создает опасности для здоровья населения и обслуживающего персонала, поскольку суммарные уровни электромагнитного поля радиочастотного диапазона в местах возможного их нахождения будут ниже допустимых норм.

При вводе базовых станций в эксплуатацию проводились измерения интенсивности электромагнитного поля, о чем ФБУЗ «<данные изъяты>» составлены протоколы от ДД.ММ.ГГГГ на БС-18235 и от ДД.ММ.ГГГГ на БС-51818, из которых следует, что измеренная интенсивность электромагнитной энергии на обследованных рабочих местах и селитебной территории значительно ниже предельно допустимых значений и соответствует требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03.

Согласно протоколу измерения ЭМП от ПРТО в жилом доме и придомовой территории по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, проведенному ФБУЗ «<данные изъяты>» по заявлению Гайсина А.Х., измеренная интенсивность электромагнитной энергии в обследованном помещении жилого дома и на прилегающей придомовой территории соответствует требованиям СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, измеренная плотность потока энергии не превышает предельно допустимой.

Разрешая возникший между сторонами спор и отказывая в удовлетворении исковых требований Гайсина А.Х., суд первой инстанции пришел к выводу, что достаточные основания полагать, что размещение спорного оборудования нарушает нормативные требования, создает опасность для жизни и здоровья истца, ограничивает его права, как собственника имущества, отсутствуют.

Выводы суда в решении приведены, судебная коллегия с ними соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и надлежащей оценке доказательств по делу.

Так, Конституцией Российской Федерации гарантируется, что жизнь, здоровье и право частной собственности граждан охраняются государством.

Право на охрану здоровья, согласно ст. 18 Федерального закона от 21ноября 2011 года № 323-ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», обеспечивается, в том числе, охраной окружающей среды, созданием безопасных и благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан.

Реализуя указанные гарантии на жизнь и здоровье, ст. 8 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» устанавливает право граждан Российской Федерации на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

Положения ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), реализуя гарантии охраны права частной собственности, регламентируют, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Обращаясь с иском в суд и требуя восстановления нарушенных прав, истец указал на то, что принадлежащее ответчикам оборудование негативно влияет на его здоровье и имущество, соответственно, в условиях состязательности сторон в гражданском процессе, он, как лицо, инициировавшее рассмотрение спора в суде, обязан доказать приведенные нарушения.

Данный вывод судебной коллегии следует из буквального толкования положений ст.56 ГПК РФ и соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которой в силу ст.ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Анализ материалов гражданского дела свидетельствует о том, что доказательств, соответствующих требованиям относимости, допустимости, достоверности доказательств и в достаточной мере подтверждающих ограничение (нарушение) ответчиками прав истца на здоровье и охрану частной собственности, существование реальной угрозы нарушения этих прав, Гайсиным А.Х. не представлено, что повлекло правомерный отказ в удовлетворении его исковых требований.

Обсуждая доказанность обстоятельств, на которые ссылался истец в подтверждение заявленных исковых требований, суд первой инстанции обоснованно учел положения ст.2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно - эпидемиологическом благополучии населения», согласно которым, санитарно - эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается посредством, в том числе, федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, и ст.1 того же закона, устанавливающей, что санитарно - эпидемиологическое заключение, как документ, выдаваемый в установленных настоящим Федеральным законом случаях федеральными органами исполнительной власти, уполномоченными на осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, надлежащим образом удостоверяет соответствие или несоответствие санитарным правилам факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц, граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, а также используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и транспортных средств.

Поскольку требования санитарных норм и правил направлены на предотвращение неблагоприятного воздействия электромагнитных полей, передаваемых станциями сети, на здоровье человека, постольку заключение компетентного органа об отсутствии нарушений этих правил является достаточным доказательством отсутствия такого неблагоприятного воздействия.

Суд первой инстанции так же правильно истолковал положения п.п. 3.7.,3.8. СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации средств сухопутной подвижной радиосвязи» (далее по тексту - СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03) и п.п. 3.7.,3.8. СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к эксплуатации передающих радиотехнических объектов» (далее по тексту - СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03), п.п. 3.1, 3.3, 3.5, 3.6 Методических указаний МУ 4.3.2320-08.4.3. «Методы контроля. Физические факторы. Порядок подготовки и оформления санитарно-эпидемиологических заключений на передающие радиотехнические объекты» (далее по тексту – Методические указания) и, оценив представленные стороной ответчика доказательства, обоснованно указал, что санитарно-эпидемиологическая экспертиза на ПРТО, проведенная ФБУЗ «Центр <данные изъяты>», достоверно подтверждает, что энергия, излучаемая всеми антеннами ПРТО, установленными на кровле развлекательного центра «<данные изъяты>», не создает полей превышающих предельно допустимый уровень для нахождения людей на территории вблизи ПРТО и на близлежащей территории, а также не создает опасности для здоровья населения и обслуживающего персонала.

Судебная коллегия полагает правомерными и выводы суда по доводам истца об отсутствии в деле санитарно-эпидемиологической экспертизы на ПРТО в целом. Вопреки обстоятельствам, изложенным в апелляционной жалобе, суд первой инстанции обсудил этот довод Гайсина А.Х. и дал ему правильную оценку, указав, что положения п. 3.11 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, согласно которым, при размещении на территории (опоре, крыше здания) ПРТО антенн нескольких передатчиков проводится санитарно-эпидемиологическая экспертиза на ПРТО в целом, подлежат применению в совокупности с п. 4.3 Методических указаний, согласно которому, санитарно-эпидемиологические заключения на размещение ПРТО выдаются без ограничения срока действия с учетом требований п. 3.8 настоящих Методических указаний.

Согласно п.3.8 Методических указаний передающие радиотехнические объекты, подвергнутые реконструкции, техническому перевооружению и расширению, рассматриваются как новые, и санитарно - эпидемиологические заключения на них оформляются в общем порядке, при установке ПРТО на территории (площадке), на которой уже установлены радиопередающие средства, принадлежащие другому владельцу (оператору связи), расчеты интенсивности ЭМИ и контрольные измерения интенсивности ЭМИ проводятся с учетом работы всего оборудования и организуются владельцем оборудования, устанавливаемого последним, или владельцем объекта, на котором оно установлено. В этом случае санитарно-эпидемиологическое заключение выдается на оборудование заявителя с учетом влияния ранее установленного оборудования.

Буквальное толкование содержания представленных стороной ответчика экспертных заключений, санитарно - эпидемиологических заключений на эксплуатацию спорных базовых станций действительно свидетельствует о том, что в спорном случае имела место реконструкция объекта, его расширение (при ранее существующем радиопередающем оборудовании), в связи с чем, санитарно-эпидемиологические заключения ПАО «1» и ПАО «2» даны с учетом влияния ранее установленного оборудования, что соответствует приведенным выше санитарным нормам и правилам.

Доводы Гайсина А.Х. о несоответствии расчетных и инструментальных показателей ЭМП опровергаются представленными заключениями, данными ФБУЗ «<данные изъяты>», компетентным в соответствии с п.3.8 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 и п. 3.8 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, на проведение соответствующих замеров уровня ЭМП и дачу заключений об их соответствии действующим нормам и правилам.

Судебная коллегия полагает несостоятельными и доводы Гайсина А.Х. о нарушении его прав в виду отсутствия надлежащей санитарно-защитной зоны, поскольку из выданных санитарно-эпидемиологических заключений и экспертных заключений от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ следует, что необходимость в организации санитарно-защитной зоны вокруг оборудования, установленного на кровле развлекательного центра «<данные изъяты>», отсутствует.

Согласие истца, как собственника жилого дома, расположенного непосредственно возле места размещения оборудования антенн ПРТО на такое размещение, в условиях отсутствия какого-либо негативного воздействия от работы такого оборудования, действующим законодательством не предусмотрено.

Анализируя заявленное Гайсиным А.Х. к рассмотрению судом вышестоящей инстанции процессуальное нарушение в виде ограничения его права на ознакомление с представленными ответчиками доказательствами, судебная коллегия отмечает, что оно опровергается протоколом судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ. Согласно этому протоколу судебного заседания суд вручил копии всех представленных ответчиками документов истцу, который время на их изучение и дополнительную подготовку не требовал и согласился закончить рассмотрение дела по представленным доказательствам. Аналогичным образом опровергаются доводы истца о личном разговоре председательствующего судьи с оппонентом истца, поскольку протокол судебного заседания такой информации не содержит, замечания истца на протокол судебного заседания в этой части отсутствуют

Судебная коллегия полагает, что суд с достаточной полнотой исследовал приведенные обстоятельства дела и дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно. Процессуальных нарушений, которые являются безусловными основаниями для отмены решения суда и могли бы привести к принятию неправильного решения, судом первой инстанции не допущено.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, по существу не содержат фактов, которые не были бы проверены судом ранее, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда. Эти доводы направлены на иную оценку доказательств, основания для которой в настоящее время отсутствуют. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба не содержит доводов, влекущих отмену принятого судом решения, и удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 14 марта 2017 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу Гайсина А. Х. – без удовлетворения.

Председательствующий                Л.А.Шалагина

Судьи                            Н.В.Матушкина

Г.Р.Нартдинова

Рейтинг@Mail.ru

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».