Дело № 1-69/2018

Приговор

                                                   ПРИГОВОР

                         ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

           27 апреля 2018 года                                                                г.Тула

Пролетарский районный суд г.Тулы в составе:

председательствующего судьи Пугаевой И.И.,

при ведении протокола секретарем Печниковым А.М.,

с участием

государственного обвинителя: ст.помощника прокурора Пролетарского района г.Тулы Лубкова С.С., помощника прокурора Пролетарского района г.Тулы Болякиной К.Ю.,

подсудимого Шпагина В.С.,

защитника адвоката Белова А.Н., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от 29.03.2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении подсудимого

         Шпагина Вячеслава Сергеевича, <данные изъяты>,

          обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,

                                                                  установил:

        Шпагин В.С. умышлено причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период с 19 часов 00 минут до 20 часов 05 минут 20.11.2016 года Шпагин В.С., будучи в состоянии алкогольного опьянения, прибыл в собственную <адрес>, где в тот момент находились его сын ФИО2 со своим знакомым ФИО1, которые распивали спиртные напитки и громко слушали музыку, тем самым, мешали отдыхать прибывшему в квартиру Шпагину В.С.

В указанное время и в указанном месте Шпагин В.С. на почве личных неприязненных отношений к ФИО1, возникших из-за того, что последний находился в его квартире, распивал спиртные напитки и громко слушал музыку, решил умышленно причинить ФИО1 тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В период с 19 часов 00 минут до 20 часов 05 минут ДД.ММ.ГГГГ Шпагин В.С., находясь в своей квартире, по адресу: <адрес>, реализуя преступный умысел, направленный на совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО1 с применением предмета, используемого в качестве оружия, вооружился в своей комнате неустановленным предметом, обладающим колюще-режущими свойствами и прошел в комнату своего сына ФИО2, где полулежа на кровати находился ФИО1 Удерживая неустановленный предмет, обладающий колюще-режущими свойствами в правой руке, Шпагин В.С., осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 и желая их наступления, но не желая наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО1, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, умышленно нанес ФИО1 один удар неустановленным предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, используемым в качестве оружия, в левое плечо.

Своими умышленными преступными действиями Шпагин В.С. причинил ФИО1 телесное повреждение - рану наружной поверхности левого плеча в верхней трети.

20.11.2016 ФИО1 с полученным телесным повреждением госпитализирован в травматологическое отделение <данные изъяты>, откуда 29.11.2016 выписан в поликлинику по месту жительства для амбулаторного лечения.

20.01.2017 в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО1 госпитализирован в <адрес>, где скончался 21.01.2017.

Смерть ФИО1 наступила от раны левого плеча, в отдаленном раневом периоде осложнившейся на фоне имевшихся патологических состояний (гемофилии тип В, цирроза печени) развитием общего гнойно-септического состояния – сепсиса. Указанная рана, причинённая в результате умышленных преступных действий Шпагина В.С., по признаку опасности для жизни расценивается, как причинившая тяжкий вред здоровью ФИО1 Образование указанной раны находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1

        Подсудимый Шпагин В.С. вину в совершении преступления при указанных выше обстоятельствах не признал, пояснил, что он проживает в <адрес> с женой ФИО2 и сыном ФИО2. 20 ноября 2016 года он пришел домой около 21 часа. У сына в гостях был ранее незнакомый ФИО1. Он сильно устал, а сын с ФИО1 очень шумели в своей комнате. Он подошел к сыну и попросил его не шуметь. Шум не прекращался, и он вновь попросил сына не шуметь, иначе он вызовет полицию. Он взял телефон и ушел в свою комнату, закрыв за собой дверь. Сын сказал, что ему нужен телефон. Через некоторое время в дверь его комнаты кто-то стал стучать. Это был ФИО1. ФИО1 ломился в его комнату и он открыл дверь. Он испугался ФИО1, так как тот был выше и сильнее его. Он взял с полки сувенирный нож длинной 15-17 см. ФИО1 надвигался на него, выражался нецензурной бранью, высказывал какие-то претензии. Он сказал, чтобы ФИО1 к нему не подходил. Нож в это время он держал в правой руке, лезвие было направлено в сторону ФИО1. Но ФИО1 его не слушал и продолжал надвигаться на него. Затем, ФИО1 неожиданного упал на него лицом к нему. Он не смог справиться с ФИО1 и позвал сына, чтобы он помог встать из-под ФИО1. Сын подошел и взял ФИО1, после чего сын с ФИО1 ушли. На следующий день сын ему сказал, что он, Шпагин В.С., порезал ФИО1. Выслушав объяснения сына, полагает, что сын его оговаривает, однако, причину оговора пояснить не может. Сам он в тот день был трезвый, алкоголь не употреблял, просто устал на работе. Исковые требования прокурора не признает, умысла причинять повреждение ФИО1 у него не было, ФИО1 сам навалился на него.

Вина подсудимого Шпагина В.С. подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

показаниями потерпевшей ФИО4, данными в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.1 ст. 281 УРК РФ и с согласия сторон, согласно которым до января 2017 года с ними проживал её сын от первого брака ФИО1 Сын <данные изъяты> Сын был инвалидом с детства по заболеванию гемофилия тип В, это плохая свертываемость крови. Кроме этого из-за данной болезни у сына легко образовывались синяки от сильных прикосновений, а также если он не сильно ударялся обо что-то. Кроме этого у сына стоял эндо протез калена. <данные изъяты>

В ноябре 2016 года сын позвонил из <данные изъяты>, и сообщил, что он находится там на лечении. Она вместе с мужем выехала в указанную больницу. По приезду она пообщалась с сыном, по поводу причины его нахождения в больнице. Сын пояснил, что когда находился в квартире у друга, то в это время туда пришел отец друга и ударил его ножом в левое плечо. Сын был очень скрытным и ничего ни ей ни ее мужу не рассказывал. Об этом случае он подробностей также не рассказал, уходил от разговора на эту тему.

После выписки в конце ноября 2016 года, сын вернулся к домой. Сын постоянно обрабатывал имеющуюся у него рану левого плеча перекисью водорода, наклеивал на рану специальный пластырь. Она не помогала ему менять пластырь на ране, так как у нее очень плохое зрение, она плохо видит. Рану у сына она можно сказать видела, но из-за проблем со зрением не смогла ее детально разглядеть и поэтому описать ее точно не может. Помимо того, что сын регулярно менял пластырь, которым заклеивал рану, он принимал обезболивающие препараты «Миг». Но на боли в области раны он не жаловался. На прием к врачу в поликлинику после выписки из больницы, сын не ходил. Дома сын также подробностей получения ножевого ранения не рассказывал, а зная, что он скрытен и все равно ничего не скажет она и не спрашивала.

В конце декабря 2016 года, примерно 20 числах, сын ушел из дома и несколько дней не возвращался. Она поняла, что он снова ушел в запой. В начале января 2017 года, примерно 15 или 16 числа, точной даты она не помнит, сын вернулся домой. Она спрашивала у него где он пропадал, но он ничего не рассказал. На то, что его кто-либо бил сын не жаловался, по внешнему виду было не видно, что его кто-то бил.

После возвращения 15 или 16 января 2017 года, сын начал жаловаться на состояние своего здоровья, а именно он жаловался на боли в области левого плеча, в том месте, куда ему причинили ножевое ранение 20.11.2016. Он с трудом вставал с постели, внешне выглядел очень плохо. Я говорила ему, чтобы он обратился в больницу, но сын отказывался. Сын самостоятельно обрабатывал рану перекисью, менял на ней пластырь, принимал обезболивающие. В каком состоянии находилась рана на левом плече сына она сказать не может, так как у нее плохое зрение, и она ее не могла разглядеть, но с точностью может сказать, что первоначальная рана не заживала.

20.01.2017 вечером, сыну стало совсем плохо и она вызвала скорую помощь, работники которой забрали сына в <данные изъяты>, для госпитализации.

21.01.2017 ей стало известно, что сын умер в реанимационном отделении <данные изъяты>.

Ей известно, что причиной смерти сына явился сепсис, разившийся на фоне раны, которую ему причинил ножом отец друга в ноябре 2016 года. Других ран левого плеча у сына не было, насколько ей известно, он ее после причинения ножевого ранения не травмировал. Сама рана не заживала, сын ее самостоятельно обрабатывал перекисью водорода, но ввиду заболевания сына, она так и не зажила./т.1 л.д.100-102/.

Показаниями свидетеля ФИО2, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заедании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.3 ст. 281 УПК и с согласия сторон, согласно которым он проживает по адресу: <адрес> он проживает вместе со своими родителями- Шпагиной Л. В. и Шпагиным В. С. Его отец часто злоупотребляет спиртными напитками, может пить по несколько дней подряд. Отец в состоянии алкогольного опьянения бывает агрессивен, может покричать, но в драку обычно не лезет. У него был друг ФИО1. 20.11.2016 около 19 часов к нему домой пришел ФИО1, так как ранее он просил того помочь переустановит программное обеспечение на компьютере. ФИО1 принес с собой бутылку водки. Они зашли к нему в комнату, где стоит компьютер. ФИО1 начал переустанавливать программное обеспечение и одновременно с этим они пили водку. Около 21 часа пришел его отец Шпагин Вячеслав. Где тот был до этого ему не известно. Он понял по поведению, что отец находится в состоянии алкогольного опьянения. Так как в двери его комнаты вставлены стекла, то он видел, как отец ходил мимо нее. Когда отец пришел в квартиру, то увидел, что в прихожей кроме его одежды и обуви имеется одежда ФИО1. Так как отец был в состоянии алкогольного опьянения, тому не понравилось, что у него в гостях друг, и отец начал высказывать свое недовольство по этому поводу. Дверь его комнаты была закрыта на замок и отец в нее войти не мог, поэтому кричал в их адрес через дверь комнаты из коридора, он также отвечал отцу из комнаты. Затем он услышал, что входная дверь квартиры открылась и отец начал что-то выбрасывать в подъезд. Он открыл дверь своей комнаты и увидел, что отец выкинул в подъезд обувь ФИО1. Он спросил у отца, что тот делает, зачем выбрасывает вещи друга. Отец начал кричать, что они ему мешают отдыхать, чтобы он и ФИО1 уходили из квартиры. Они начали ругаться. Затем он вышел в подъезд, чтобы занести ботинки ФИО1. Когда он вернулся в квартиру, то увидел, что отец зашел в его комнату, где в это время на кровати около окна полулежа сидел ФИО1. Отец подошел к ФИО1 и начал кричать, чтобы они уходили из квартиры. ФИО1 начал успокаивать отца, говорить, что сейчас уйдет. Также он заметил, что у отца в правой руке был какой-то предмет, но что это был за предмет он сначала не понял, так как тот его прикрыл полотенцем. К этому моменту он и ФИО1 также находились в состоянии средней степени алкогольного опьянения, но помнит он те события очень хорошо. Отец не успокаивался, кричал на него и ФИО1, чтобы они уходили, при этом свою правою руку он держал в полусогнутом в локте положении, как будто держал нож. Руку тот держал около плеча ФИО1 и в это время продолжа кричать на него, чтобы тот уходил из квартиры. Затем в какой-то момент отец ткнул тем предметом, который находился у него в правой руке в левое плечо ФИО1. Затем полотенец с руки отца упало и он увидел у отца в правой руке нож. Нож был длинной около 20 см с деревянной ручкой. После того, как отец нанес удар ножом в левое плечо ФИО1, то ФИО1 резко встал и не забирая свои вещи и обувь вышел на лестничную площадку. Он остался в комнате и спросил у отца, что тот наделал, и чтобы тот успокоился. Отец не успокаивался, продолжал требовать, чтобы они уходили из квартиры, поэтому видя его состояние и настрой он взял свои вещи и вещи ФИО1 и вышел из квартиры в подъезд. В подъезде он спросил у ФИО1, что произошло, на что тот ответил, что отец ткнул ножом ему в левое плечо, оно болит, также он увидел кровь в области раны. ФИО1 позвонил в скорую. Через некоторое время приехали медработники, которые забрали ФИО1 в <данные изъяты>.

На следующий день 21.11.2017 он общался с отцом по поводу того, что тот ударил ножом ФИО1, на что отец ему начал отвечать, что ничего не делал, ножом никого не бил, что они сами виноваты и тот ничего не помнит, так как был сильно пьян. Так же отец говорил, что якобы он вместе с ФИО1 зашли к нему в комнату и напали на него. Такого на самом деле не было.

После случившегося он ФИО1 видел несколько раз, но про те события они не разговаривали. О смерти ФИО1, он узнал от знакомых.

        В комнату к отцу он и ФИО1 не заходили, вели себя не шумно, отца на конфликт не провоцировали. Отец, когда зашел к нему в комнату в нецензурной форме требовал, чтобы они покинули квартиру, но угроз убийством не высказывал./<данные изъяты>/

Показаниями свидетеля ФИО2, данными в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 20.11.2016 отец пришел со случайных заработков, откуда именно он не знает. В это время у него в гостях был ФИО1, они слушали музыку пили алкоголь. Мать в этот день была на суточной смене на своей работе. Отцу не понравилось, что у него в гостях ФИО1 и они громко слушали музыку. Он понял, что отец был пьян. Отец несколько раз постучал в дверь его комнаты, говоря при этом, чтобы они выключили музыку и вообще уходили из квартиры. Ранее отец так настойчиво не требовал, чтобы его друзья уходили, просто мог сказать, что-то и пойти к себе в комнату. В этот день отец вел себя агрессивно.

В какой-то момент он услышал, что входная дверь квартиры открылась и отец что-то выбрасывает на лестничную площадку. Он вышел из комнаты и увидел, что в прихожей нет обуви ФИО1. Он спросил отца зачем тот это сделал и пошел в подъезд забрать обувь. Когда он снова зашел в квартиру, то увидел, что отец стоит в его комнате. ФИО1 в это время полулежа сидел на кровати, отец стоял слева от него около окна. Он заметил, что у отца в правой руке что-то есть, но он не видел что, так как рука была накрыта полотенцем. Свою руку, накрытую полотенцем при этом отец держал на уровне левого плеча ФИО1 на небольшом расстоянии. Он в этот момент находился в дверном проеме своей комнаты. При этом отец вел себя агрессивно, выражался в их адрес нецензурной бранью, говорил, чтобы они немедленно уходили из квартиры. ФИО1 при этом говорил, отцу, чтобы тот успокоился, он сейчас встанет и уйдет. Угроз убийством отец при этом не высказывал. Отец все это время держал свою правую руку, накрытую полотенцем около плеча ФИО1. Он вначале подумал, что отец там прячет линейку или какой-то другой предмет, но не нож и тем самым просто пугает их. Потом он заметил, что отец ткнул данным предметом в левое плечо ФИО1. Удар отец нанес от себя в сторону плеча ФИО1, более подробно описать он не может, так как это произошло очень быстро. Затем полотенце с руки отца упало, и он увидел нож. Нож был длинной около 20 см с деревянной ручкой, более подробно он его описать не смог, так как в руки не брал и не рассматривал его. Ранее он данный нож видел в комнате отца, тот им чинил карандаши. Ранее отец угроз с применением данного или другого ножа ни ему ни матери или его друзьям, которые приходили к нему в гости не высказывал.

После этого ФИО1 вышел на лестничную площадку, где он увидел у него кровь в области правого плеча.

Отец судьбой ФИО1 у него не интересовался. После того, как ФИО1 умер, он сообщил об этом отцу, тот ему ничего на это не ответил.

Нож, которым отец причинил рану ФИО1, забрали сотрудники полиции, который те так и не вернули. Он при том, как забирали нож не присутствовал.

Впоследствии, после выписки из больницы он встречался с ФИО1 и тот в разговоре сказал, что так как рану причинил отец, то ФИО1 его привлекать к уголовной ответственности не хочет и претензий не имеет. /<данные изъяты>/.

В судебном заседании свидетель ФИО2 подтвердил свои показания, указав, что в настоящее время плохо помнит события произошедшего, так как прошло много времени. При допросе на предварительном следствии помнил обстоятельства лучше.

В ходе очной ставки 19.01.2018 между подозреваемым Шпагиным В.С. и свидетелем ФИО2, ФИО2 подтвердил свои показания, пояснил, что 20.11.2016 около 19 часов к нему в квартиру по адресу: <адрес>, пришел друг ФИО1, так как ранее он просил того помочь установить программное обеспечение на компьютере, при этом ФИО1 принес с собой бутылку водки. Он встретил ФИО1 и они прошли в комнату, где стоит компьютер. ФИО1 начал переустанавливать программное обеспечение и одновременно с этим они пили водку.

20.11.2016 около 20 часов в квартиру пришел его отец Шпагин В.С.. Так как отец был в состоянии алкогольного опьянения, тому не понравилось, что у него в гостях друг, и отец начал высказывать свое недовольство по этому поводу. Дверь комнаты была закрыта на замок и отец в нее войти не мог, поэтому тот кричал в их адрес из коридора. Затем он услышал, что входная дверь квартиры открылась и отец начал что-то выбрасывать в подъезд. Он открыл дверь комнаты и увидел, что отец выкинул в подъезд обувь ФИО1. Он начал ругаться с отцом по этому поводу, спрашивать зачем тот это делает. После этого он вышел в подъезд, чтобы занести ботинки ФИО1. Когда он вернулся в квартиру, то увидел, что отец зашел в комнату, где в это время на кровати около окна полулежа сидел ФИО1. Отец находился около окна слева от ФИО1. Он заметил, что у отца в руках был какой-то предмет, но что это был за предмет он сначала не понял, так как отец прикрыл данный предмет полотенцем. Отец, кричал на него и ФИО1, что они мешают ему отдыхать, чтобы они уходили, при этом свою руку тот держал в полусогнутом в локте положении, как будто держал нож. Руку отец держал около плеча ФИО1. Затем в какой-то момент отец ткнул тем предметом, который находился у него в руке в левое плечо ФИО1. Затем полотенец с руки отца упал, и он увидел у него в правой руке нож. После нанесения отцом удара ножом в левое плечо ФИО1, тот резко встал и не забирая свои вещи и обувь вышел на лестничную площадку.

Шпагин В.С. показал, что показания слышал, их не подтверждает, в комнату к сыну 20.11.2016 не заходил, ФИО1 ударов ножом в левое плечо не наносил, наоборот ФИО1 сам зашел к нему в комнату, он взял в правую руку нож, для самообороны, и в какой-то момент ФИО1 упал на него, когда он стоял в комнате. Упали они на кровать.

ФИО2 показал, что он слышала показания Шпагина В.С. их он не подтверждает, настаивает на своих показаниях.

Кроме того, ФИО2 показал, что в комнату Шпагина В.С. 20.11.2016 ни он, ни ФИО1 ни заходили, угроз в его адрес ни он ни ФИО1 также не высказывал. Никаких угроз Шпагин В.С. перед тем как нанести удар ФИО1 не высказывал, просто громко кричал, требовал, чтобы они ушли из квартиры. Телесного повреждения на левом плече ФИО1 он не видел, так как тот был одет в толстовку, но он видел, что в том месте, куда ему нанес удар ножом Шпагин В.С. на одежде имелась кровь. Оснований для оговора Шпагина В.С. у него нет<данные изъяты>/.

Показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10, пояснивших, что 20.11.2016 с 08 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 21.11.2016 они заступили на дежурство в составе выездной бригады <данные изъяты> В 20 часов 05 минут поступил вызов о том, что по адресу: <адрес> ножевое ранение. В 20 часов 20 минут они прибыли по указанному адресу. По приезду на указанный адрес, они зашли в подъезд, где на лестничной площадке они обнаружили мужчину, как впоследствии узнали, его фамилия ФИО1. ФИО1 пояснил, что когда находился в гостях у друга в квартире, расположенной в данном подъезде, то пришел отец друга в состоянии алкогольного опьянения, и нанес ему ножевое ранение левого плеча. После осмотра у ФИО1 была обнаружена неглубокая рана левого плеча, из который было кровотечение. Данное ранение угрозы жизни не представляло, рана была обработана, наложена повязка. Так как ФИО1 пояснил, что болен гемофилией, то ими было принято решение о его госпитализации в травматологическое отделение <данные изъяты>. По приезду туда ФИО1 был передан в приемный покой.

Показаниями свидетеля ФИО13 от 10.02.2018, согласно которым, в должности врача-травматолога <данные изъяты> он работает с ДД.ММ.ГГГГ. В его должностные обязанности входит оказание первой неотложной помощи, лечение больных травматологического профиля.

20.11.2016 он находилась на суточном дежурстве в травматологическом отделении <данные изъяты>. Данное дежурство начиналось в 08 часов 00 минут 20.11.2016 и заканчивалось в 08 часов 00 минут 21.11.2016. События того дня он помнит плохо, так как прошел большой промежуток времени, но ознакомившись с копией медицинской карты стационарного больного ФИО1 № пояснил следующее.

20.11.2016 в 21 час 10 минут в травматологическое отделение поступил пациент ФИО1, доставленный КСП. При поступлении со слов пациента травма получена 20.11.2016, при ударе в плечо ножом неизвестным. Кроме того, ФИО1 пояснил, что болен гемофилией. ФИО1 был осмотрен в приемном покое, по экстренным показаниям, а именно гемофилии, наличию колото-резанной раны верхней трети левого плеча, венозного кровотечения был госпитализирован в травматологическое отделение. ФИО1 выполнено оперативное лечение – ревизия раны (повреждения магистральных сосудов не выявлено, ход раневого канала с наружи-кнутри, дном ране являются мягкие ткани), первичная хирургическая обработка раны левого плеча.

Дальнейшее лечение ФИО1 проходило в условия стационара. Послеоперационный период прошел без осложнений, рана зажила первичным натяжением, швы сняты в срок, послеоперационный рубец состоятельный без признаков воспаления. ФИО1 был выписан 29.11.2016 в поликлинику по месту жительства, рекомендована явка в поликлинику к травматологу 05.12.2016, медикаментозное лечение.

Венозное кровотечение, обнаруженное у ФИО1 при поступлении в <данные изъяты> 20.11.2016, при наличии у ФИО1 хронического заболевания – гемофилии, вполне могло привести к летальному исходу.

Согласно медицинской карте рана, обнаруженная у ФИО1 при поступлении описана им следующем образом: по наружной поверхности верхняя треть левого плеча, колото-резанная рана размером 1см на 2 мм, дном раны являются мягкие ткани, наличие венозного кровотечения из раны. Глубина раны в мед. документах не описана.

При поступлении ФИО1 пояснил, что того ударил ножом неизвестный, кто в каком месте при каких обстоятельствах он не выяснял, так как ему для лечения больного данная информация не существенна.

На момент выписки 29.11.2016 г. у ФИО1 произошло формирование кожного рубца. Пациент был выписан в удовлетворительном состоянии для дальнейшего наблюдения и долечивания в амбулаторных условиях поликлиники у травматолога и хирурга. При выписке у ФИО1 никаких осложнений не было.

Показаниями свидетеля ФИО14, пояснившего суду, что в должности ст. УУП УМВД России по г. Туле он работает с ДД.ММ.ГГГГ. В его должностные обязанности входит выезды на места происшествия, по обращениям граждан, пресечение и профилактика правонарушений и преступлений, их раскрытие и сопровождение расследования на обслуживаемой территории.

С 20.11.2016 по 21.11.2016 он находился на суточном дежурстве в составе следственно-оперативной группы. В этот день поступило сообщение о причинении ножевого ранения ФИО1 по адресу: <адрес>. Он был направлен оперативным дежурным для выяснения обстоятельств и получения объяснения у ФИО1. В ходе получения объяснения ФИО1 пояснил, что 20.11.2016 после 19 часов 00 минут, тот находился в гостях у своего друга ФИО6, в квартире по адресу: <адрес>, где устанавливал программное обеспечение на компьютер, и в процессе распивал спиртное. В это время, когда ФИО1 и его друг ФИО6 находились в комнате указанной квартиры, туда вошел дядя Слава - отец ФИО6 и нанес ФИО1 без какой – либо причины удар имеющимся в руке ножом в левое плечо, причинив тем самым ранение. Механизм нанесения ножевого ранения ФИО1 подробно не описал, так как был взволнован и находился в шоке от произошедшего, но пояснил, что все произошло очень быстро. ФИО1 и ФИО6 выбежали из квартиры. Также тот пояснил, что дядя Слава был сильно пьян. Более подробно он не смог опросить ФИО1 и выяснить обстоятельства произошедшего. 21.11.2016 для дальнейшего сбора материала проверки по факту причинения ножевого ранения ФИО1 он проследовал по адресу: <адрес>, с целью получения объяснения у Шпагина В.С. Пройдя в квартиру по поведению Шпагина было понятно, что тот чувствует себя виноватым в причинении ножевого ранения ФИО1. В ходе получения объяснения Шпагин говорил, что события, произошедшие вечером 20.11.2016 в его квартире, помнит плохо, был пьян, высказал версию, о том, что отдыхал в своей комнате, в то время, как в соседней комнате находился его сын с ранее незнакомым ему молодым человеком. Шпагин несколько раз сделал им замечание, так как те сильно шумели. Затем в его комнату начал ломится сын со знакомым и Шпагин для того, чтобы их напугать взял в руки нож. Вошедший в его комнату знакомый сына повалил Шпагина на кровать, после чего происходившие далее события помнит плохо.

Когда он сказал Шпагину, что ФИО1 и сын указывают на того, и говорят, что это Шпагин ударил ножом в левое плечо ФИО1, тот говорил, что не помнит, был пьян, но не отрицал произошедшего и не подтверждал. При нем данный нож не изымался, он нож не видел, кто его изымал и куда делся нож ему не известно.

Показаниями свидетеля ФИО16, пояснившей, что в должности дознавателя УМВД России по г. Туле она работает с 29.07.2016. В ее должностные обязанности входит расследование уголовных дел небольшой и средней тяжести, отнесенных к дознанию, выезда на места преступления, проведение следственных действий и проверочных мероприятий. 22.11.2016 она находилась на суточном дежурстве в составе следственно-оперативной группы.

По указанию оперативного дежурного УМВД России по г. Туле около 09 часов она была направлена по адресу: <адрес>, для проведения осмотра данной квартиры, так как ранее 20.11.2016 там произошел конфликт, в ходе которого Шпагин В.С. причинил ножевое ранение ФИО1 Она совместно со специалистом-криминалистом ЭКЦ УМВД России по Тульской области ФИО11 проехала по указанному адресу. По прибытию на место, она пригласила понятых из соседней квартиры, после чего с разрешения собственника – Шпагиной Л.В. прошла внутрь.Тот говорил, что у него произошел конфликт с ФИО1, в ходе которого ФИО1 полез на него, Шпагин взял в руки нож и причинил ФИО1 ножевое ранение левого плеча. После этого она произвела осмотр <адрес>, в ходе которого в комнате Шпагина из шкафа был изъят нож. Шпагин пояснил, что именно этим ножом он нанес удар ФИО1. Нож был упакован в бумажный сверток.

Показаниями свидетеля ФИО7, пояснившего суду, что в должности участкового уполномоченного УМВД России по г. Туле он работает с 2012 года. В его должностные обязанности входит выезды на места происшествия, по обращениям граждан, пресечение и профилактика правонарушений и преступлений, их раскрытие и сопровождение расследования на обслуживаемой территории, принятие решений п материалам проверок в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ.

20.11.2016 ему было поручено проведение доследственной проверки по материалу КУСП № по факту причинения телесных повреждений ФИО1 К данному материалу проверки прилагался изъятый в ходе осмотра места происшествия - <адрес> нож. В ходе проведения доследственной проверки было установлено, что в <адрес> проживает Шпагин В.С. со своим сыном ФИО2 20.11.2016 в гости к ФИО2 пришел его знакомый ФИО1 После 19 часов в квартире между Шпагиным В.С. и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого Шпагин В.С. причинил ножевое ранение левого плеча ФИО1

Им было получено объяснение от ФИО2, который пояснил, что когда он и пришедший к нему в гости ФИО1 находились в его комнате и распивали алкоголь, то находившийся в тот момент в квартире Шпагин В.С. начал высказывать претензии по поводу их нахождения в квартире, так как ФИО2 и ФИО1 мешают ему отдыхать. После этого Шпагин В.С. зашел в комнату ФИО2, подошел к сидевшему на кровати ФИО1 и ткнул его каким-то предметом в левое плечо. ФИО2 сначала не понял, что у отца было в руках. После этого ФИО2 и ФИО1 испугавшись действий Шпагина В.С. вышли в подъезд и тот увидели, что у ФИО1 в области левого плеча имеется кровь. Как впоследствии ФИО2 узнал от ФИО1, что у Шпагина В.С. в руках был нож, которым тот и нанес ФИО1 ранение левого плеча. При получении объяснения от ФИО2 тот пояснил, что нож, которым его отец нанес удар в плечо ФИО1, был сувенирным, каких-либо подробностей при описании данного ножа тот не говорил, добавил, только, что отец, перед тем как нанести удар каких-либо угроз не высказывал, их не преследовал.

Уголовное дело по ст. 115 УК РФ является уголовным делом частного обвинения и возбуждается не иначе как по заявлению потерпевшего. В материале проверки отсутствовало заявление ФИО1 о привлечении Шпагина В.С. к уголовной ответственности, поэтому он пошел к ФИО1, чтобы получить от него заявление о привлечении Шпагина В.С. к уголовной ответственности. ФИО1 в ходе беседы пояснил, что заявление о привлечении Шпагина В.С. к уголовной ответственности писать не желает, так как тот является отцом его друга, претензий к нему не имеет, от прохождения судебно-медицинской экспертизы отказывается, так как привлекать Шпагина В.С. к уголовной ответственности не желает, также ФИО1 спросил, что нужно сделать, чтобы он больше не приходил к нему и не тревожил его по этому поводу. Он пояснил ФИО1, что если тот не желает привлекать Шпагина В.С. к уголовной ответственности, то ему необходимо написать об этом заявление, что тот и сделал.

30.11.216 по результатам проведенной проверки по факту причинения телесных повреждений ФИО1 им было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 2 ст. 115 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях Шпагина В.С.

Показаниями свидетеля ФИО5, пояснившего суду, что по адресу: <адрес> он проживает со своей женой ФИО4. До января 2017 года с ними проживал сын его супруги ФИО1. <данные изъяты> Также ФИО1 с рождения болел гемофилией, по этой причине у того была инвалидность. В конце ноября 2016 года ФИО1 позвонил его жене и сообщил, что находится в <данные изъяты> Он вместе с женой поехал в больницу, чтобы выяснить, что случилось с ФИО1. По приезду в больницу он заметил, что у ФИО1 очень сильно опухла левая рука, на плече имелась повязка. Опухоль была по всей руке, от плеча до кисти. Когда они спросили у ФИО1, что с ним произошло, то ФИО1 ответил, что 20.11.2016 тот пришел к своему другу, куда потом пришел отец друга, и ударил ФИО1 ножом в левое плечо. По какой причине тот ударил ФИО1, ФИО1 также не пояснял. ФИО1 вообще был очень скрытным и мало рассказывал ему и супруге о своей жизни, по этой причине, так как знали, что ФИО1 все равно ничего подробнее не расскажет, они его и не расспрашивали о тех событиях.

После этого ФИО1 еще несколько дней находился на лечении в <данные изъяты> Когда состояние ФИО1 улучшилось, тот был выписан и вернулся к ним домой. Самой раны на плече ФИО1 он не видел, так как на ней всегда были повязки. На состояние своего здоровья ФИО1 не жаловался.

В конце декабря 2016 года, ФИО1 ушел из дома и несколько дней не возвращался. Он понял, что ФИО1 снова ушел в запой. В начале января 2017 года, ФИО1 вернулся домой. Он заметил, что у ФИО1 снова опухла левая рука. Он спросил у ФИО1, что случилось с его рукой, ФИО1 ему ответил, что у него снова воспалилась та же рана, от ножевого ранения, которое он получил в квартире своего друга в ноябре 2016 года, других повреждений ФИО1 не получал. Они предложили ФИО1 обратиться в больницу, но тот отказался, сказав, что все пройдет. С каждым днем состояние здоровья ФИО1 ухудшалось.

20.01.2017 года ФИО1 совсем стало плохо, он перестал вставать с постели, сознание помутилось и поэтому они вызвали скорую помощь. ФИО1 отвезли в <данные изъяты> 21.01.2017 года ФИО1 умер. Причиной смерти ФИО1 является сепсис, развывшийся на фоне ножевого ранения левого плеча, которое тому причини отец друга в ноябре 2016. Других ранений левого плеча ФИО1 ни до, ни после ноября 2016 года не получал.

Показаниями свидетеля ФИО8, данные в ходе предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ и с согласия сторон, согласно которым в должности фельдшера выездной бригады <данные изъяты> она работала с декабря 2015 года по февраля 2017 года. В ее должностные обязанности входило осуществление выездов КСП в составе бригады, оказание первой неотложной медицинской помощи пациентам, транспортировка их в стационар.

20.01.2017 с 08 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 21.01.2017 она заступила на дежурство в составе выездной бригады <данные изъяты> С ней в бригаде также была фельдшер ФИО6. В 18 часов 16 минут, на пульт центральной подстанции скорой помощи поступил вызов о том, что по адресу: <адрес> необходима медицинская помощь ФИО1 В 18 часов 16 минут данное сообщение было передано бригаде скорой помощи в которой находилась она и ФИО6. Они незамедлительно на КСП выдвинулись по указанному адресу. В 18 часов 30 минут они прибыли по указанному адресу. В настоящее время она плохо помнит события того дня, так как прошел большой промежуток времени. В каком состоянии находился ФИО1 и по какой причине был вызов она не помнит, но так как было установлено, что ФИО1 болен гемофилией, то было принято решение о его госпитализации в <данные изъяты>. По приезду туда ФИО1 был передан в приемный покой, после чего они вернулись в <данные изъяты> Больше о судьбе ФИО1 ей ничего не известно./<данные изъяты>/.

Показания свидетеля ФИО6, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ и с согласия сторон, согласно которым, в должности фельдшера выездной бригады <данные изъяты> она работала с июля 2006 года. В ее должностные обязанности входило осуществление выездов КСП в составе бригады, оказание первой неотложной медицинской помощи пациентам, транспортировка их в стационар.

20.01.2017 с 08 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 21.01.2017 она заступила на дежурство в составе выездной бригады <данные изъяты>. С ней в бригаде также была фельдшер ФИО8 В 18 часов 16 минут, на пульт центральной подстанции скорой помощи поступил вызов о том, что по адресу: <адрес> необходима медицинская помощь ФИО1 В 18 часов 16 минут данное сообщение было передано бригаде скорой помощи в которой находилась она и ФИО8. Они незамедлительно на КСП выдвинулись по указанному адресу. В 18 часов 30 минут прибыли по указанному адресу. В настоящее время она плохо помнит события того дня, так как прошел большой промежуток времени. По приезду на указанный адрес в доме на кровати, они обнаружили ФИО1, тот находился в состоянии средней тяжести, положение пассивное, на вопросы отвечал медленно с большой задержкой, после многократного повтора. Она не помнит, была ли у ФИО1 на левом плече повязка, или рана, но помнит, что левая рука была сильно опухшей. Мать ФИО1 пояснила, что тот долгое время где-то пропадал, дома не ночевал, а несколько дней назад пришел и стал жаловаться на состояние своего здоровья. По какой причине ФИО1 жаловался на свое здоровье, ни его мать, ни сам ФИО1 ничего не пояснили, ФИО1 просто стонал и ничего не говорил, можно сказать тот отказывался с ними общаться и отвечать на вопросы о состоянии своего здоровья. От госпитализации ФИО1 также отказывался. Мать ФИО1 пояснила им, что тот болен гемофилией, поэтому они настояли на его госпитализации. После этого ФИО1 был помещен в карету скорой помощи и доставлен в приемный покой ТОКБ. В приемном покое ФИО1 был передан дежурному врачу, а они направились на подстанцию СМП. Больше о судьбе ФИО1 ей ничего не известно./<данные изъяты>/.

Показаниями свидетеля ФИО12, пояснившей суду, что в должности врача анестезиолога-реаниматолога <данные изъяты> работает с ДД.ММ.ГГГГ. В ее должностные обязанности входит лечение больных находящихся в отделении реанимации и интенсивной терапии, осуществление реанимационных мероприятий, проведение всех необходимых манипуляций, ведение документации и др.

21.01.2017 она находилась на суточном дежурстве в отделении интенсивной терапии <данные изъяты>. Данное дежурство начиналось в 08 часов 00 минут 21.01.2017 и заканчивалось в 08 часов 00 минут 22.01.2017. ей был передан больной ФИО1 ФИО1 находился в крайне тяжелом состоянии, сознание его было угнетено, то есть общение с ним было не возможным. Тяжесть состояния ФИО1 была обусловлена на тот момент предположительно сепсисом с развитием полиорганной недостаточности на фоне тяжелого хронического заболевания крови, и других хронических заболеваний – цирроз печени, дисметаболическая энцефалопатия, миокардиодистрофия. Также при осмотре на левом плече ФИО1 была обнаружена рана с гнойным отделением, края ровные, гиперемированные. Данную информацию она сообщила изучив медицинские документы, в настоящее время она плохо помнит, события того дня, так как прошло много времени и по своей работе она сталкивается с подобными больными часто. Сепсис у ФИО1 мог развиться на фоне раны левого плеча, учитывая его хроническое заболевание. ФИО1 был проведен полный комплекс мероприятий по интенсивной терапии,

Несмотря на проведенные мероприятия состояние ФИО1 продолжало ухудшатся и в 17 часов 50 минут была зафиксирована остановка сердечной деятельности. В течении 30 минут проводились реанимационные мероприятия в полном объеме, которые не принесли результата, и в 18 часов 20 минут была зафиксирована биологическая смерть.

Показаниями свидетеля ФИО15, пояснившей суду, что в должности УУП УМВД России по г. Туле она работает с ДД.ММ.ГГГГ. В ее должностные обязанности входит исполнение материалов по сообщениям о скоропостижных смертях. В ее производстве находился материал проверки по сообщению о скоропостижной смерти ФИО1, имевшей место 21.01.2017 в <данные изъяты>. В ходе проверки было установлено, что ФИО1 был доставлен в <данные изъяты> из своего дома по адресу: <адрес>, так как у него была гнойная рана левой руки. В ходе проведения доследственной проверки, было получено объяснение от матери ФИО1, ФИО4, которая сказала, что когда ФИО1 был у своего друга и чинил компьютер, то в квартиру пришел отец друга и в ходе конфликта нанес ФИО1 один удар ножом в левое плечо. Других обстоятельств произошедшего ФИО4 не знала. Материал проверки был направлен в Зареченский МРСО по г. Тула СУ СК России по Тульской области, для проверки и принятия решения в порядке ст. 144-145 УПК РФ. В ходе проверки было установлено, что в УМВД России по г. Тула имелся материал проверки по факту причинения ФИО1 ножевого ранения ДД.ММ.ГГГГ в квартире по адресу: <адрес>. При изучении данного материала было установлено, что в указанной квартире ФИО1 в ходе конфликта было причинено ножевое ранение левого плеча Шпагиным.

Показаниями свидетеля Шпагиной Л.В., данные в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в прядке ч.1 ст. 281 УПК РФ и с согласия сторон, согласно которым, она проживает со своим мужем Шпагиным В.С., сыном ФИО2 Она работает <данные изъяты>. График работы сутки работает, трое дома. Со своим мужем она юридически состоит в браке, а фактически просто живет в одной квартире, семейных отношений не поддерживает, просто проживает в одной квартире в разных комнатах. Живет Шпагин В.С. практически за ее счет, нигде не работает, иногда зарабатывает на жизнь случайными заработками, помогая людям по хозяйству. Шпагин В.С. злоупотребляет спиртными напитками, но может не пить и по две недели. В состоянии алкогольного опьянения он не агрессивен, ведет себя прилично, по приходу домой идет в свою комнату и сидит там. Муж склонен к искажению событий, происходивших на самом деле, а именно он всегда обвиняет ее и сына в том, что они его не любят, плохо к нему относятся, хотя однажды, когда муж упал во дворе дома, и ударился головой, то соседи вызвали скорую помощь, а сын вместе с медработниками сопроводил его в больницу. По выходу из больницы муж начал предъявлять ей и сыну претензии, по поводу того, что они во всем виноваты, не конкретизирую в чем именно, что они плохо к нему относятся. Её сын ФИО2 около двух лет официально не работает, не официально работает на стройке, где именно она не знает. Отношения сын ФИО2 и муж Шпагин В.С. также практически никаких не поддерживают, но и не скандалят и не конфликтуют между собой, общаются очень мало. Могут друг другу что-то сказать, высказать недовольство, но до рукоприкладства не доходит. Сын живет в своей отдельной комнате в ее квартире. У сына есть проблемы с алкоголем, в январе 2017 года она его кодировала, так как до этого он сильно злоупотреблял спиртными напитками. В состоянии алкогольного опьянения сын не конфликтный, наоборот становится веселым. Она не видела, чтобы между сыном и мужем были конфликты, когда те были в состоянии алкогольного опьянения. Ей от мужа известно, что когда она бывала на работе, то к сыну приходили его друзья и распивали спиртное в комнате сына. Муж говорил, что когда к сыну приходили гости, то те громко слушали музыку и тем самым мешали ему. О том, чтобы к мужу кто-то применял насилие или угрожал ему, он не говорил. 21.11.2016 около 09 часов 00 минут она пришла домой с рабочей смены. В квартире в этот момент никого не было. она не заметила, чтобы в квартире был какой-то беспорядок или признаки того, что тут происходила борьба. В комнату мужа она заходит редко, в этот день она в нее не заходила. Через некоторое время ей на телефон позвонил сын и сказал, что отца забрали в полицию, так как тот порезал друга сына ножом. Как впоследствии она узнала, что фамилия друга сына ФИО1. Она опешила, сказала, чтобы сын пришел домой и все ей рассказал, что произошло. Сын сказал, что ему нужно отвезти ФИО1 в больницу тапки, после чего он приедет и все расскажет. 21.11.2016 около 09 часов 30 минут, может раньше в домофон позвонили, она ответила, это был муж. Она открыла дверь и стала ждать. В квартиру зашел муж и двое или трое сотрудников полиции. Одна из них была женщина. Сотрудники полиции попросили ее пригласить кого-нибудь из соседей, в качестве понятых, чтобы осмотреть квартиру. Она сходила на четвертый этаж и позвала двоих соседей. После этого сотрудники полиции прошли в комнату мужа, где тот достал из шкафа нож. Муж сказал, что этим ножом он порезал ФИО1. При этом муж сказал, что этот нож он использует для заточки карандашей. Так как она находилась в коридоре в комнату мужа не заходила, то детально тот нож не рассмотрела. Раньше она этот нож видела, он был не большой, но описать его детально не может, так как не рассматривала его. Этим ножом или каким – либо другим ножом муж ни ей ни сыну не угрожал. Данный нож сотрудники полиции забрали с собой. Какого-либо беспорядка в комнате мужа она не увидела. После того как сотрудники полиции ушли, то она спросила у мужа что произошло накануне. Муж сказал, что когда он находился в своей комнате, то к нему зашел ФИО1 и завалился на него. Про то был ли у мужа нож в руках тот не говорил, она не спрашивала. Более конкретно муж ей не рассказал. Она ему не поверила, так как зачем ФИО1 нужно было заходить в комнату мужа. Около 12 часов 00 минут домой вернулся сын. Она начала расспрашивать у него, что произошло. Сын сказал, что 20.11.2016 вечером к ним в квартиру пришел его друг ФИО1, для того, чтобы что-то сделать с компьютером. Про то пили ли они спиртное с ФИО1 или нет сын не рассказывал. Был ли Шпагин В.С. в это время в квартире или пришел позже сын так же не говорил. Дальнейший рассказ сына она в настоящее время не помнит, помнит, что сын сказал, что он с ФИО1 вышел на лестничную площадку и увидел в области плеча ФИО1 кровь. Какого плеча она не спрашивала. Что предшествовало тому, что сын и ФИО1 вышел на лестницу из рассказа сына она не помнит. Помнит, что сын говорил, что он стучался во входную дверь квартиры и просил отца откроить ее, чтобы сын смог забрать вещи. Каким образом он забрал вещи она не знает. После этого сын сказал, что вызвал скорую. Что происходило дальше с ФИО1 она не знает.

ФИО1 она никогда не видела, охарактеризовать его не может. Весной от сына она узнала, что ФИО1 умер. О причине смерти ФИО1 сын не сказал. Ей известно, что ранение Шпагин В.С. причинил ФИО1 у них в квартире, где конкретно в каком месте не известно, так как она была в шоке от произошедшего. Каким образом, механизм причинения ранения ей также не известен. По какой причине ей также не известно./<данные изъяты>/.

Протоколом осмотра места происшествия от 21.11.2016, согласно которому осмотрена четырех комнатная <адрес>. В ходе осмотра изъят нож, состоящий из клика и деревянной рукояти «Kiwi-Brand. Stainless steel»./<данные изъяты>/.

Протоколом осмотра места происшествия от 21.01.2017, согласно которому осмотрен зал № отделения реанимации, расположенный на пятом этаже <адрес> На левой кровати лежит труп ФИО1 Труп лежит на спине, руки скрещены на груди ноги вытянуты, одежда отсутствует. На левом плече трупа гнойная рана. /<данные изъяты>/.

Заключением комиссии экспертов № от 01.02.2018, согласно которому:

1. Причиной наступления смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, явилась рана левого плеча, в отдаленном раневом периоде осложнившая на фоне имевшихся патологических состояний (гемофилии тип В, цирроза печени) развитием общего гнойно-септического состояния - сепсиса.

Согласно данным представленной и исследованной медицинской карты стационарного больного № из <данные изъяты>, смерть ФИО1 наступила в 18.20 ч. 21.01.2017 г.

    2. При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 24.01.2017 г. было установлено повреждение - рана наружной поверхности левого плеча в верхней трети.

    3. На момент смерти ФИО1 21.01.2017 г. рана была с признаками распространенного гнойного воспаления и утратой морфологических маркеров, которые могли бы свидетельствовать о характере раны и механизме ее образования, а также не позволяют уточнить давность образования раны.

Представленные для экспертного исследования данные, в том числе с учетом длительности развития гнойно-септического состояния, позволяют не исключить возможность образования раны 20.11.2016 г.

Относительно механизма образования раны. В медицинской карте стационарного больного при первичном обращении за медицинской помощью по факту ее наличия 20.11.2016 г. она обозначена как колото-резаная, что частично подтверждается описанием ее отдельных морфологических характеристик «края ровные, углы острые». Колото-резаные раны образуются от травмирующих воздействий предметов, обладающих колюще-режущими свойствами. Отсутствие подробного описания морфологических характеристик раны не позволяет утвердительно высказаться о механизме ее образования.

Указанная рана, в отдаленном раневом периоде осложнившая на фоне имевшихся у ФИО1 патологических состояний (гемофилии тип В, цирроза печени) развитием общего гнойно-септического состояния - сепсиса, по признаку опасности для жизни (по п. 6.2.7. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. №194н) расценивается как причинившая ТЯЖКИЙ вред здоровью ФИО1 (в соответствии с п. 4.а «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. №522). Образование указанной раны находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1

4. При исследовании представленных медицинских документов установлено, что медицинская помощь ФИО1 в периоды обращения за медицинской помощью с 20.11.2016 г. по 29.11.2016 г. в <данные изъяты> и с 20.01.2017 г. по 21.01.2017 г. в <данные изъяты> оказывалась в достаточном и необходимом объеме в соответствии с клинической ситуацией и нормативными документами, регламентирующими оказание медицинской помощи в подобных случаях. Дефектов оказания медицинской помощи, оказавших неблагоприятное влияние на течение и исход данного клинического случая, в ходе экспертного исследования не установлено.

Необходимо особо отметить, что экспертной комиссии не представлено сведений об обращении ФИО1 за медицинской помощью в период между госпитализациями, то есть после 29.11.2016 г. и до 20.01.2017 г. В случае не наблюдения у врача - травматолога либо врача – хирурга, отсутствии амбулаторного долечивания в указанный период ФИО1 не соблюдал рекомендации при выписке 29.11.2016 г. и положения ч.ч. 1, 3 ст. 27 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» №323-Ф3 от 21.11.2011 г., согласно которым граждане обязаны заботиться о сохранении своего здоровья, а граждане, находящиеся на лечении, обязаны также соблюдать режим лечения.

5. Таким образом, оказание медицинской помощи ФИО1 не находится в связи с наступлением смерти последнего. Смерть ФИО1 обусловлена характером и тяжестью патологического состояния, осложнившего повреждение (рану) на фоне имевшихся патологических состояний (гемофилии тип В, цирроза печени)./<данные изъяты>/.

В судебном заседании эксперт ФИО17 Поддержал выводы комиссии экспертов № от 1.02.2018 года и указал, что в связи с полученным телесным повреждением ФИО1 был госпитализирован в <данные изъяты>, где ему оказывалось надлежащее лечение. Поле выписки 29.11.2017 года ФИО1 были даны рекомендации, направленные на окончательное долечивание в поликлинике по месту жительства. Определить причиненное ФИО1 ранение отдельно по тяжести в соответствии с правилами судебно-медицинской оценки степени и тяжести вреда здоровью, утвержденного приказом Минздрава №194 от 2008 года и постановлением Правительства №522 от 2007 года в подобных случаях не представляется возможным. Таким методик не существует. Оценка степени и тяжести вреда здоровью осуществляется либо по длительности расстройства здоровья, либо по степени стойкой утраты трудоспособности, либо по осложнениям, которые могут развиться. То есть, только по исходу. Если бы при жизни ФИО1 явился для производства экспертизы. Она была бы начата, а закончена все равно по окончательному исходу, то есть была бы закончена по окончанию его лечения, когда бы рана окончательно зарубцевалась.

Возможные варианты развития клинической ситуации в данном случае оценить и проанализировать не представляется возможным, соответственно и сформировать суждение о возможных последствиях не представляется возможным. В данном случае рана в отдаленном периоде осложнилась гнойно-септическим состоянием, являющимся медицинским критерием тяжкого вреда здоровью и обусловившим наступление смерти. Причиной развития гнойно-септического состояния в данном случае явилось отделенным осложнением раны левого плеча.

В случае соблюдения рекомендаций по амбулаторному долечиванию после выписки из медицинского учреждения 29.11.2016 возможные варианты развития клинической ситуации в данном случае оценить и проанализировать не представляется возможным, соответственно и сформировать суждение о каком либо возможном ином исходе также не представляется возможным.

В представленных для экспертного исследования материалах отсутствуют сведения о повторной травматизации левого плеча ФИО1 после выписки 29.11.2016 года, поэтому судить о факте повторной травматизации исключительно по характеристикам невозможно.

Протоколом проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО2 от 20.12.2017, в ходе которой он рассказал об обстоятельствах совершенного Шпагиным В.С. в отношении ФИО1 преступления 21.11.2016 в период 19 часов 00 минут до 20 часов 05 минут в <адрес>, а также продемонстрировал механизм нанесения Шпагиным В.С. ножевого ранения левого плеча ФИО1, а именно нанесения Шпагиным В.С. одного удара ножом в верхнюю треть левого плеча ФИО1/<данные изъяты>/.

         Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, не исключается возможность образования колото-резаной раны по механизму, описанному и продемонстрированному при производстве следственных действий с участием ФИО2/<данные изъяты>/.

Исследованные в судебном заседании доказательства добыты без нарушения действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, являются относимыми, допустимыми, сведения в них содержащиеся, суд признает достоверными и считает необходимым положить в основу обвинительного приговора.

Оценивая заключения исследованных в судебном заседании экспертиз, суд приходит к выводу, что они проведены в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ, выводы основаны на исследовательской части и объективно подтверждаются материалами уголовного дела. У суда нет оснований ставить выводы экспертов под сомнение.

У суда нет оснований ставить под сомнение показания свидетелей, поскольку они последовательны, не противоречивы, объективно подтверждаются исследованными выше письменными доказательствами, оснований для оговора ими подсудимого суд не находит, и суд считает необходимым положить их показания в основу обвинительного приговора.

Суд критически относится к показаниям подсудимого Шпагина В.С., поскольку они не нашли своего подтверждения в судебном заседании, опровергаются показаниями свидетелей и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и суд расценивает их как стремление ввести суд в заблуждение и избежать ответственности за содеянное.

Оценивая приведенные выше доказательства в их совокупности, суд квалифицирует действия Шпагина В.С. по ч.4 ст. 111 УК РФ, поскольку он умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве орудия, повлекший по неосторожности смерть человека.

Обстоятельства совершения преступления, установленные судом, не свидетельствуют о том, что действия потерпевшего представляли какую-либо опасность для подсудимого Шпагина В.С., что эти действия носили характер нападения и представляли угрозу для жизни или здоровья подсудимого, что эти действия каким-либо образом угрожали имуществу или жилищу Шпагина В.С.

Подсудимый Шпагин В.С. на учете у врача-нарколога и психиатра не состоит.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> В применении принудительных мер медицинского характера Шпагин В.С. не нуждается. <данные изъяты>

У суда нет оснований ставить выводы экспертов под сомнение, поэтому у суда не возникло сомнений в его психической полноценности и Шпагин В.С. подлежит уголовной ответственности.

При назначении наказания, суд в соответствии со ст. 6,43,60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

При назначении наказания суд также учитывает данные о его личности, конкретные обстоятельства дела.

В соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством суд признает наличие заболеваний и состояние здоровья подсудимого и членов его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии с ч.1 ст. 63 УК РФ, судом не установлено. Оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание Шпагина В.С. в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК- совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ – у суда не имеется.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для исправления подсудимого Шпагина В.С. без изоляции от общества. Дополнительное наказание в виде ограничения свободы суд считает возможным не назначать.

Оснований для применения ч.6 ст.15, 64 и 73 УК РФ не имеется.

Исковые требования прокурора Пролетарского района г. Тулы в интересах Тульского территориального Фонда обязательного медицинского страхования о взыскании со Шпагина В.С. денежных средств, затраченных на лечение ФИО1 на сумму 23 824 рубля 77 копеек подлежит удовлетворению на основании ст. 44 УПК РФ.

          Мера пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении Шпагина В.С. подлежит изменению с подписки о невыезде и надлежащем поведение на заключение под стражу.

          На основании изложенного, руководствуясь ст. 303, 304,307-309 УПК РФ, суд

                                                        приговорил:

          признать Шпагина Вячеслава Сергеевича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы роком на 5 (пять) лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

         Срок наказания осужденному исчислять с 27 апреля 2018 года.

         Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении осужденного Шпагина В.С. изменить - взять под стражу в зале суда и содержать в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области.

         Взыскать с Шпагина Вячеслава Сергеевича в пользу Тульского территориального Фонда обязательного медицинского страхования 23 824 рубля 77 копеек.

         Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию Тульского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения, осужденным Шпагиным В.С.- в тот же срок со дня получения копии приговора, путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через суд Пролетарского района г.Тулы.

         В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем ему необходимо указать в подаваемых жалобе, либо возражениях.

         Председательствующий. Справка. Приговор вступил в законную силу 27.06.2018.