Дело №8Г-8390/2020

Номер дела: 8Г-8390/2020

Уникальный идентификатор: 63RS0043-01-2019-002300-63

Дата начала: 05.03.2020

Суд: Шестой кассационный суд общей юрисдикции

:
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Администрация Красноглинского внутригородского района г.о. Самара
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Государственная инспекция строительного надзора Самарской области
ИСТЕЦ Департамент градостроительства г.о. Самара
ОТВЕТЧИК Крючатова Наталья Геннадьевна
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Министерство строительства Самарской области
ТРЕТЬЕ ЛИЦО ООО ПКЦКонтур
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Управление Росреестра по Самарской области
Движение дела
Наименование события Результат события Основания Дата
Судебное заседание 23.04.2020
Судебное заседание РЕШЕНИЕ суда 1ой инстанции ОТМЕНЕНО с возвращением на новое рассмотрение 22.07.2020
 

Постановления

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                          Дело № 88-11055/2020

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

22 июля 2020 г.                                                                                       г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Костюниной Н.В.,

судей Гаиткуловой Ф.С., Дурновой Н.Г.,

рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу представителя Крючатовой Н.Г. –Ярвы Р.М. на решение Красноглинского районного суда г. Самары от 06 сентября 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 27 ноября 2019 года по гражданскому делу №63RS0043-01-2019-002300-63 по иску Департамента градостроительства городского округа Самара к Крючатовой Н.Г. о сносе самовольной постройки.

Заслушав доклад судьи Костюниной Н.В., объяснения представителей Крючатовой Н.Г. –Ярвы Р.М., Морару В.К., Астаховой Н.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, судебная коллегия

установила:

Департамент градостроительства городского округа Самара обратился в суд с иском к Крючатовой Н.Г. о сносе самовольной постройки.

В обосновании требований указал, что ответчику на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером из земель населенных пунктов для садоводства площадью 671 кв.м, по адресу: <адрес> на котором незаконно, без инженерных изысканий, проектной документации и получения разрешения на строительство ответчица самовольно возвела четырехэтажное здание площадью 488,3 кв.м с кадастровым номером , которое не соответствует разрешенному использованию земельного участка, поскольку не является объектом индивидуального жилищного строительства, противоречит градостроительным нормам по высоте объекта, пересекает красные линии, находится в недопустимой близости до лесных насаждений, что противоречит правилам пожарной безопасности.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просил суд:

признать самовольной постройкой объект капитального строительства площадью 488,3 кв.м, с кадастровым номером , по адресу: <адрес>

Обязать Крючатову Н.Г. осуществить за свой счет и своими силами снос самовольно возведенного объекта капитального строительства в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

В случае неисполнения ответчиком решения суда добровольно в течение трех месяцев с момента вступления его в законную силу предоставить Департаменту градостроительства г.о. Самара право за свой счет осуществить снос с последующим отнесением произведенных расходов на Крючатову Н.Г.

Запретить Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области совершать какие-либо регистрационные действия в отношении указанного объекта.

Решением Красноглинского районного суда г. Самары от 06 сентября 2019 года иск Департамента градостроительства г.о. Самара удовлетворен.

Признан самовольной постройкой объект капитального строительства площадью 488,3 кв.м с кадастровым номером , по адресу: <адрес>

На Крючатову Н.Г. возложена обязанность осуществить за свой счет и своими силами снос самовольно возведенного объекта капитального строительства площадью 488,3 кв.м, с кадастровым номером , по адресу: г. Самара, Красноглинский район, ДНТ «Сокольи горы», участок № 70 в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

В случае неисполнения ответчиком решения суда добровольно в течение трех месяцев с момента вступления его в законную силу суд предоставил Департаменту градостроительства г.о. Самара право за свой счет осуществить снос с последующим отнесением произведенных расходов на Крючатову Н.Г.

Указано, что решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений в сведения ЕГРН об объекте капитального строительства площадью 488,3 кв.м, с кадастровым номером , по адресу: <адрес>

Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области запрещено совершать какие-либо регистрационные действия в отношении указанного объекта капитального строительства.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 27 ноября 2019 года данное решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней представитель Крючатовой Н.Г. – Ярва Р.М. просит об отмене судебных постановлений, направлении дела на новое рассмотрение.

Принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в порядке, предусмотренном статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и дополнениях к ней, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения норм права допущены при рассмотрении данного дела судами обеих инстанций.

Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что построенный ответчиком объект не является объектом индивидуального жилищного строительства, поскольку является четырехэтажным, в нарушение положений ст.49 Градостроительного кодекса Российской Федерации ответчицей не проводилась экспертиза проектной документации, не было получено разрешение на строительство, и на ввод объекта в эксплуатацию, возведение спорного объекта на земельном участке, имеющим вид разрешенного использования «для садоводства» не соответствует разрешенному использованию, противоречит правовому режиму территориальной зоны (Р-5). Высота возведенного ответчиком объекта индивидуального жилищного строительства - 13,9 м, что не соответствует предельной высоте зданий, строений, сооружений, установленной Правилами застройки и землепользования в городе Самаре, утвержденных постановлением Самарской городской Думы от 26 апреля 2001 года №61. Спорный объект пересекает красные линии, находится в недопустимой близости до лесных насаждений, что противоречит правилам пожарной безопасности.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций согласиться нельзя, поскольку при рассмотрении дела судами допущено существенное нарушение норм материального и процессуального права.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Исходя из пункта 1 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

Если иное не предусмотрено законом или договором, собственник земельного участка приобретает право собственности на здание, сооружение и иное недвижимое имущество, возведенное или созданное им для себя на принадлежащем ему участке (пункт 2 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу частей 1 и 2 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительство и реконструкция объектов капитального строительства, осуществляется на основании разрешения на строительство.

Разрешение на строительство представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на садовом земельном участке жилого дома, садового дома, хозяйственных построек.

Приказом Минэкономразвития России от 1 сентября 2014 г. N 540 утвержден классификатор видов разрешенного использования земельных участков.

Данным классификатором, в том числе предусмотрены следующие виды разрешенного использования земельного участка для ведения садоводства: осуществление отдыха и (или) выращивания гражданами для собственных нужд сельскохозяйственных культур, размещение для собственных нужд садового дома, жилого дома, указанного в описании вида разрешенного использования с кодом 2.1, хозяйственных построек.

Вид разрешенного использования земельного участка с кодом 2.1 (для индивидуального жилищного строительства) предусматривает размещение жилого дома (отдельно стоящего здания количеством наземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, не предназначенного для раздела на самостоятельные объекты недвижимости), выращивание сельскохозяйственных культур, размещение индивидуальных гаражей и хозяйственных построек.

Согласно п. 39 ст. 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации объект индивидуального жилищного строительства - отдельно стоящее здание с количеством надземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, и не предназначено для раздела на самостоятельные объекты недвижимости. Понятия "объект индивидуального жилищного строительства", "жилой дом" и "индивидуальный жилой дом" применяются в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации в одном значении, если иное не предусмотрено такими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом параметры, устанавливаемые к объектам индивидуального жилищного строительства настоящим Кодексом, в равной степени применяются к жилым домам, индивидуальным жилым домам, если иное не предусмотрено такими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что Крючатовой Н.Г. на праве собственности принадлежит земельный участок площадью 671 кв.м, с кадастровым номером , категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для садоводства, расположенный по адресу: <адрес>. Право собственности на земельный участок зарегистрировано в ЕГРН 13 июля 2016 года (л.д.15-18 т.1).

29 января 2019 года за Крючатовой Н.Г. в ЕГРН в упрощенном порядке зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 488,3 кв.м, с кадастровым номером , 2018 года постройки, количество этажей 4, в том числе подземных -1, расположенным по адресу: <адрес>

В ходе рассмотрения дела суды пришли к выводу, что спорный объект не является объектом индивидуального жилищного строительства, поскольку по существу является четырехэтажным.

При определении этажности суды исходили из положений п. В.1.6. «СП 54.13330.2011. Свод правил. Здания жилые многоквартирные. Актуализированная редакция СНиП 31-01-2003», утв. Приказом Минрегиона РФ от 24 декабря 2010 года № 778, согласно которому при определении этажности здания учитываются все надземные этажи, в том числе технический этаж, мансардный, а также цокольный этаж, если верх его перекрытия находится выше средней планировочной отметки земли не менее чем на 2 м. При определении количества этажей учитываются все этажи, включая подземный, подвальный, цокольный, надземный, технический, мансардный и другие.

Этаж цокольный - этаж с отметкой пола помещений ниже планировочной отметки земли на высоту не более половины высоты помещений.

Согласно фотоматериалам, приложенным к акту проверки муниципального земельного контроля от 18 декабря 2018 года № 303, составленному администрацией Красноглинского внутригородского района городского округа Самара, цокольный этаж по факту не является подземным, верх его перекрытия находится явно выше средней планировочной отметки земли на 2 м, представляет собой полноценный этаж, с организованным выходом и заездом для транспорта с земельного участка, имеет окна, что подтверждается планом цокольного этажа в составе технического плана на здание.

Принимая во внимание представленные истцом фотоматериалы, суды пришли к выводу, что цокольный этаж здания имеет два выхода наружу и помещения для стоянки автомобилей, для которых организован въезд, а также другие помещения, в связи с чем является надземным этажом.

С данными выводами судов согласиться нельзя, поскольку они противоречат техническим данным, отраженным в техпаспорте, заключению кадастрового инженера, согласно которым спорный объект является жилым домом, имеет 3 надземных этажа, и один подземный (цокольный), что в полной мере соответствует п.39 ст.1 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Выводы судов о том, что верх перекрытия цокольного этажа находится явно выше средней планировочной отметки земли на 2 м, на материалах дела не основаны, поскольку в деле отсутствуют документы, в которых бы содержались сведения о вычислении средней планировочной отметки земли в месте нахождения здания, и сведения о вычислении расстояния от нее до верха перекрытия соответствующего этажа спорного здания.

Также судами не учтено, что Приложение В СП 54.13330.2011. Свод правил. Здания жилые многоквартирные. Актуализированная редакция СНиП 31-01-2003 утратило силу с 04 июня 2017 года (Приказ Минстроя России от 03 декабря 2016 года N 883/пр (ред. 10 февраля 2017 года).

В настоящее время этажность определяется согласно Приложению А Свода правил N 54.13330.2016 "Здания жилые многоквартирные. Актуализированная редакция СНиП 31-01-2003", утвержденного приказом Минстроя России от 3 декабря 2016 года N 883/пр (далее - СП 54.13330.2016).

В связи с чем, судам следовало определить какие строительные правила действовали на момент строительства спорного объекта и подлежат применению в рамках рассмотрения настоящего дела.

В обосновании заявленных требований истец также ссылался на то, что высота возведенного ответчиком объекта индивидуального жилищного строительства - 13,9 м, что не соответствует предельной высоте зданий, строений, сооружений (12 м) для зоны садово-дачных участков и коллективных садов (Р-5), установленной Правилами застройки и землепользования в городе Самаре, утвержденных Постановлением Самарской Городской Думы от 26 апреля 2001 года № 61.

В подтверждение данных доводов было представлено письмо государственной инспекции строительного надзора Самарской области, согласно которому инспекцией производился осмотр объекта, высота здания от проектной отметки земли низшей точки рельефа (вдоль оси А, въезд в гараж) до наивысшей точки плоской крыши составляет 13, 9 м. Нижний этаж частично заглублен с учетом рельефа местности.

При этом, каких-либо документов, содержащих сведения о результатах измерений высоты объекта, с учетом естественного рельефа местности (значительного перепада высот) истцом не представлено. В решении и апелляционном определении ссылки на такие доказательства отсутствуют.

В силу части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Однако судами первой и апелляционной инстанции соответствующая экспертиза по определению высоты здания, этажности не была назначена.

Выводы суда о том, что земельный участок ответчика расположен в пределах 50-ти метровой зоны от границы лесов Самарского лесопарка, установленных в соответствии с приказом Рослесхоза от 01.06.2018 № 462, часть земельного участка находится в пределах 30-ти метровой зоны от границы лесов Самарского лесопарка, что нарушает положения ст. 69 Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», пункта 4.14 Свода правил СП 4.13130 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям», утвержденного Приказом МЧС России от 24.04.2013 № 288, пункта 79 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 25.04.2012 № 390, материалами дела не подтверждаются, графическая выкопировка из ИГОСД такой информации не содержит (л.д.63 т.1, л.д.102 т.1).

Также судами не проверены доводы ответчика об отсутствии красных линий в пределах участка, принадлежащего ей на праве собственности.

Истец в обосновании иска ссылается на то, что часть земельного участка ответчицы расположена в границах красных линий автомобильной дороги. Указанная информация содержится в информационной системе обеспечения градостроительной деятельности городского округа Самара в соответствии с Генеральным планом городского округа Самара, утвержденным решением Думы городского округа от 20 марта 2008 года № 539.

Возражая против доводов истца Крючатова Н.Г. предоставила суду землеустроительное дело на вышеуказанный земельный участок, которое было оформлено по заявке предыдущего собственника земельного участка Волкова В.И. 02 февраля 2009 года, то есть после утверждения Генерального плана городского округа Самара.

В плане установления границ земельного участка стоит штамп Департамента строительства и архитектуры городского округа Самары от 14 января 2009 года с отметкой, что красных линий на участке нет (л.д.114 т.1).

Представленным ответчиком документам ни суд первой, ни суд апелляционной инстанции не дали никакой оценки.

Кроме того, судами не учтено, что отображение на картах генерального плана местоположения объектов местного значения, автомобильных дорог, улично-дорожной сети носит общий, планируемый характер и не преследует цель детальной разработки границ территорий, занятых этими объектами, то есть само по себе такое отображение не может служить препятствием для осуществления прав и законных интересов правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства.

Границы таких территорий прорабатываются при подготовке документации по планировке территории, которая предусматривает отображение на соответствующих картах красных линий (подпункт "а" пункта 1 части 3 статьи 42 Градостроительного Кодекса Российской Федерации).

Такое толкование учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации о недопустимости произвольного установления красных линий уполномоченными органами и необходимости разработки специального проекта красных линий на основе генеральных планов муниципальных образований и проектов детальной планировки территорий, изложенную в определении от 25 февраля 2016 года N 242-О.

Между тем суды не применили указанные положения градостроительного законодательства и не проверили факт наличия красных линий с целью установления границ территории общего пользования в пределах земельного участка, принадлежащего ответчице.

Таким образом, выводы судов о том, что построенный ответчиком объект не является объектом индивидуального жилищного строительства, возведение спорного объекта на земельном участке, имеющим вид разрешенного использования «для садоводства» не соответствует разрешенному использованию, противоречит правовому режиму территориальной зоны (Р-5), спорный объект пересекает красные линии, находится в недопустимой близости до лесных насаждений сделаны без надлежащей оценки обстоятельств, указанных ответчиком в обосновании своих возражений на предъявленные требования, что свидетельствует о существенном нарушении судами статей 56, 57, 67, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Также судами не исследовался вопрос о возможности приведения спорной постройки в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам построек, предусмотренными законом.

Данных о том, что спорная постройка нарушает права и интересы других лиц, создает угрозу жизни и здоровью граждан, судом не установлено.

Гражданско-правовые последствия возведения самовольной постройки на момент рассмотрения дела судом, в котором разрешался вопрос о признании спорной постройки самовольной, регулировались положениями пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 3 августа 2018 г. N 339-Ф "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и статью 22 Федерального закона "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", которая в качестве гражданско-правовых последствий признания постройки самовольной предусматривает также возможность приведения постройки в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом.

Судебная строительно-техническая экспертиза на предмет возможности приведения строения в соответствие с обязательными требованиями к параметрам постройки судом не назначалась.

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно отмечалось, что указанная в статье 222 Гражданского кодекса Российской Федерации санкция применяется с учетом характера допущенных нарушений, а сама статья направлена на защиту прав граждан, а также на обеспечение баланса публичных и частных интересов и тем самым на реализацию статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определения от 29 января 2015 г. N 101-О, от 24 марта 2015 г. N 658-О, от 27 сентября 2016 г. N 1748-О и др.).

Согласно статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

В соответствии с действующим законодательством, правильность рассмотрения и разрешения гражданского дела взаимосвязана с понятием законности в гражданском судопроизводстве, поскольку предполагает прежде всего точное соблюдение при осуществлении правосудия норм процессуального права и полное соответствие определения суда нормам материального права.

Невыполнение судом первой и апелляционной инстанции указанных норм закона привело к вынесению незаконных судебных постановлений.

Кроме того, судом апелляционной инстанции были нарушены положения части 1 статьи 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой решение суда принимается немедленно после разбирательства дела. Резолютивную часть решения суд должен объявить в том же судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела. Объявленная резолютивная часть решения суда должна быть подписана всеми судьями и приобщена к делу.

Как следует из протокола судебного заседания от 27 ноября 2019 года, по окончании судебного заседания была оглашена резолютивная часть апелляционного определения (т. 2, л.д. 97).

В материалах дела объявленная резолютивная часть апелляционного определения отсутствует.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, что согласно статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права и установленными по делу обстоятельствами.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Красноглинского районного суда г. Самары от 06 сентября 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 27 ноября 2019 года отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Рейтинг@Mail.ru

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».