Дело №55-205/2020

Номер дела: 55-205/2020

Уникальный идентификатор: 21OS0000-01-2019-000123-54

Дата начала: 13.03.2020

Суд: Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции

Судья: Нечепурнов Александр Валентинович

Статьи УК: 242.1, 354.1
Результат
ВЫНЕСЕНО РЕШЕНИЕ (ОПРЕДЕЛЕНИЕ)
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
Информация скрыта Статьи УК: 242.1, 354.1 судебный акт ОСТАВЛЕН БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ
 

Определения

ЧЕТВЕРТЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                                           55-205/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Нижний Новгород                                                                 24 апреля 2020 года

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Волкова Н.Г.,

судей Печерицы Ю.А., Нечепурнова А.В.,

при секретаре судебного заседания Лебедевой М.И.,

с участием прокурора отдела Генеральной прокуратуры РФ Гуренко Ю.А.,

осужденного Ишутова К.А., защитника - адвоката Ускова А.А., защитника Медведева В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Ишутова К.А., адвоката Ускова А.А., защитника Медведева В.В. на приговор Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, постановленный с участием присяжных заседателей, которым

Ишутов К.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, осужден

- по ч. 1 ст. 354.1 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей;

- по ч. 1 ст. 354.1 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей;

- по п. «г» ч. 2 ст. 242.1 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года;

- по п. «г» ч. 2 ст. 242.1 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний Ишутову К.А. окончательно назначено наказание в виде 3 (трех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Срок отбытия наказания Ишутову К.А. постановлено исчислять с ДД.ММ.ГГГГ – со дня постановления приговора, в срок отбытия наказания, в соответствии с ч.3.1 ст. 72 УК РФ, зачтен период содержания его под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Мера пресечения Ишутову К.А. в виде запрета определенных действий до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешен в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Нечепурнова А.В., выступления осужденного Ишутова К.А., адвоката Ускова А.А., защитника Медведева В.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, мнение прокурора Гуренко Ю.А., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

приговором суда на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, Ишутов К.А. признан виновным и осужден: за реабилитацию нацизма, то есть отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, одобрение преступлений, установленных указанным приговором, и распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, совершенные публично; за приобретение, хранение в целях распространения и распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Преступления совершены в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный Ишутов К.А. выражает несогласие с приговором суда, считает его вынесенным с существенными нарушениями норм УК РФ и УПК РФ. Ссылается на нарушения, допущенные при формировании коллегии присяжных заседателей, поскольку кандидат в присяжные заседатели Д.А.А., впоследствии вошедшая в состав коллегии присяжных заседателей, скрыла от суда и участников процесса информацию о судимости своего близкого родственника (<данные изъяты> Д.Р.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р.), однако ходатайство о нарушении уголовно-процессуального закона в данной части не было судом разрешено, что дает основание сомневаться в беспристрастности указанного лица при вынесении вердикта. Обращает внимание на нарушение требований уголовно-процессуального закона при изъятии вещественных доказательств – накопителей с содержащейся на них информацией, выразившееся в отсутствии в процессуальных документах ссылок на серийные номера изъятых предметов с целью их последующей подмены. Считает, что компьютерная техническая экспертиза проведена с нарушением международных требований, предъявляемых к проведению технических экспертиз по исследованию магнитных и иных накопителей, а именно, на «оригиналах» накопителя жестких магнитных дисков (далее НЖМД), вследствие чего исследованные во время экспертизы файлы программ были изменены с целью сокрытия подмены. Полагает, что существенным нарушением уголовно-процессуального закона является также допрос проводившего компьютерную техническую экспертизу эксперта К.А.Б. в отсутствие коллегии присяжных заседателей. Отмечает наличие различий в датах публикации «фашистской» листовки на аккаунте пользователя <данные изъяты> в социальной сети <данные изъяты>, на которые имеется ссылка в речи прокурора в прениях (ДД.ММ.ГГГГ в 5 часов 49 минут) и в материалах уголовного дела (ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 49 минут и ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 11 минут), что свидетельствует о редактировании органами предварительного следствия как самой публикации, так и комментариев под ней. Утверждает об установлении наиболее вероятной, со слов прокурора в прениях, даты публикации «фашистской листовки», что является недопустимым для производства по уголовному делу.

Настаивает на том, что его защитник Медведев В.В. преднамеренно не был извещен о дате судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего осужденный был лишен возможности согласовать свою позицию с защитником при разрешении вопроса о процессуальных издержках. Ссылается на нарушение норм процессуального законодательства в связи с неназначением в отношении него судебной экспертизы в соответствии с п.3.1 ст.196 УПК РФ для решения вопроса о наличии либо отсутствии у него расстройства сексуального предпочтения (педофилии). Полагает, что судом нарушено его право на защиту при обстоятельствах, когда в судебное заседание не вызывался адвокат И.Ю.А., защищавший его интересы в рамках предварительного следствия, при этом суд ему назначил на предварительные слушания адвоката Л.А.И. Одновременно ссылается на необоснованный отказ суда в допуске на основании п.2 ст.49 УПК РФ для защиты его интересов правозащитника З.С.Б., который также представлял его интересы в рамках предварительного следствия. Обращает внимание, что ни на каких стадиях судопроизводства не отказывался от услуг адвоката И.Ю.А.

Оспаривает обоснованность постановлений Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в части отказа в удостоверении его замечаний на протокол судебного заседания, считает, что судом были нарушены требования ч.4 ст.353 УПК РФ о необходимости точного фиксирования хода судебного процесса, указывает на несоответствие сведений, изложенных в протоколе судебного заседания, фактическим обстоятельствам, просит отменить вышеназванное постановление суда и удовлетворить правильность замечаний. Обращает внимание на то, что в протоколе судебного заседания не в полном объеме были изложены показания подсудимого и всех свидетелей, не занесены обстоятельства, которые имеют существенное значение для дела, не в полном объеме отражены выступления сторон в прениях и последнем слове, во время которых судья безосновательно перебивал выступающих. Отмечает, что, в том числе, не удовлетворены замечания на протокол, в котором не отражен факт рассмотрения председательствующим заявленного ему отвода без удаления в совещательную комнату (стр.24 протокола), при этом в протоколе отсутствуют постановления, вынесенные судом без и с удалением в совещательную комнату.

В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Усков А.А. считает приговор суда незаконным, просит его отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда, с изменением меры пресечения осужденному с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении. Обращает внимание на предъявление обвинения без указания конкретного временного периода отрицания нацизма, к которому следует отнести время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ как наиболее соответствующее              диспозиции ст. 354.1 УК РФ и структуре предъявленного Ишутову К.А. обвинения от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что такие же нарушения имеют место и при составлении вопросного листа, когда ставится вопрос о доказанности отрицания нацизма в статьях от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, с учетом чего присяжные, дав ответ об отрицании Ишутовым К.А. нацизма, не установили временной период, к которому относится данное отрицание. Утверждает, что государственным обвинителем в прениях оказывалось давление на коллегию присяжных заседателей, выразившееся в упоминании в речи сведений об исторических событиях Второй мировой войны, не связанных с обвинением Ишутова К.А., а также в утверждении о гарантированном обвинительном приговоре при условии рассмотрения уголовного дела без участия присяжных заседателей, со ссылкой при этом на то, что если будет оправдательный вердикт, то будет как при событиях на Украине в 2014 году. Отмечает, что Ишутов К.А. вину не признал, сославшись на фальсификацию доказательств, порнографических материалов сотрудниками правоохранительных органов, залив порнографического материала в его компьютер в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что при проведении судебного следствия были нарушены требования ч.2 ст.61 УПК РФ, поскольку при заявлении подсудимым отвода председательствующему судье по основаниям его заинтересованности в данном процессе, суд не рассмотрел это ходатайство об отводе с уходом в совещательную комнату, не заявил самоотвод в ходе судебного заседания, а только лишь необоснованно сослался на возможность заявления отвода судье до формирования коллегии присяжных заседателей. Повторяет довод о несоответствии предъявленного обвинения обвинительному заключению и приговору по обстоятельствам указания различного временного периода отрицания нацизма. Считает, что суд не предоставил стороне защиты возможности осуществить осмотр вещественных доказательств и представить данные реестра операционной системы «Windows» на обозрение присяжным. Утверждает, что согласно журналам операционной системы, программа Емуль не была установлена на компьютер осужденного, а программа Торрент действительно раздавала содержимое компьютера, однако это были файлы не порнографического содержания. При этом суд отказал в допросе свидетеля со стороны защиты и приобщении исследования содержимого компьютера, что свидетельствует о нарушении принципа состязательности сторон, однако допустил допрос экспертов

В апелляционной жалобе с дополнениями защитник Медведев В.В. считает приговор незаконным и необоснованным в связи с допущенными в ходе рассмотрения дела нарушениями уголовно-процессуального и уголовного законов. К их числу относит предъявление в дополнениях стороной обвинения коллегии присяжных заседателей скриншота листовки, найденной на компьютере Ишутова К.А., о которой стороне защиты на стадии предварительного расследования не было известно, при этом заявленное в соответствии с положениями ст. 294 УПК РФ ходатайство защиты о возвращении в стадию судебного следствия с целью исследования предъявленной листовки на компьютере в качестве вещественного доказательства, оставлено без удовлетворения. Полагает, что пост с фотоизображением нацистской агитационной листовки 1942 года в социальной сети «Facebook» в аккаунте «К.Ишутов» (<данные изъяты>), равно как и последующие комментарии к данной публикации, в том числе, от имени пользователя «<данные изъяты>», оставлены сотрудниками Центра по противодействию экстремизму МВД по Чувашской Республике, что подтверждается отсутствием в материалах дела протокола допроса лица с ником «<данные изъяты>», а также и последующим отказом суда в допросе указанного лица, тогда как в ходе предварительного следствия были установлены и опрошены все иные лица, прокомментировавшие публикацию. Утверждает, что сотрудниками ЦПЭ от имени Ишутова в посте записана фраза: «<данные изъяты>», объясняя тем, что именно данный заголовок экспертами не исследовался на предмет авторства Ишутову К.А. Считает, что суд необоснованно отказал стороне защиты в допросе свидетеля под псевдонимом «<данные изъяты>». Ссылается на то, что в ходе предварительного слушания Ишутов К.А. выразил недоверие Чувашскому правосудию, адвокат Л.А.И. поддержал отвод судье, однако судья Григорьев И.С. не рассмотрел данный отвод. Утверждает, что заявленный Ишутовым К.А. отвод судье Григорьеву И.С. на стадии судебного следствия, мотивированный тем, что ранее подсудимый делал неоднократные компрометирующие судью публикации, судья Григорьев И.С. рассмотрел без удаления в совещательную комнату, что является основанием для отмены приговора. Полагает необоснованным отказ суда в проведении следственного эксперимента в порядке ст. 288 УПК РФ для установления обстоятельства появления на компьютере программы Эмуль, тогда как протокол первого осмотра системного блока Ишутова от ДД.ММ.ГГГГ не подтверждал обстоятельства нахождения данной программы в нем. Считает необоснованным отказ суда в удовлетворении ходатайства об исключении из числа доказательств протокола второго осмотра компьютера Ишутова. Ссылается на обстоятельство обнаружения программы Торрент с порнофайлами уже при третьем осмотре компьютера в ДД.ММ.ГГГГ экспертами, ранее не участвовавшими в осмотрах. Утверждает о том, что заключение эксперта С. по результату историко-лингвистической экспертизы является недопустимым доказательством, в том числе, считает недопустимым вывод эксперта о том, что все комментарии были написаны подсудимым Ишутовым К.А., при том, что данный вопрос мог быть разрешен только вердиктом присяжных заседателей (вопрос ). Считает, что ст.354.1 УК РФ противоречит постановлению Конституционного Суда РФ от 27 мая 2008 года № 8-П, с учетом чего она представляет собой неправовой закон, устанавливая уголовную ответственность за незнание гражданином исторических фактов. Настаивает на нарушении права Ишутова К.А., в связи с отказом в удовлетворении ходатайств о проведении по делу дополнительной либо повторной экспертиз при недостаточной полноте или ясности заключения эксперта, при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела. Утверждает, что экспертом К.А.Б., не являющимся членом экспертного сообщества, были не соблюдены нормы и требования при проведении СКТЭ. В том числе, не установлено доказательств, что программа Эмуль была инсталлирована, а не скопирована с файлами настройки и статистики и запрещенными файлами ЦЭП на компьютер Ишутова, а также нет никаких доказательств, что папка «<данные изъяты>» появилась в ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что председательствующим нарушен принцип состязательности сторон, что выразилось в отказе в удовлетворении ходатайств о проведении дополнительной СКТЭ; допросе эксперта К.А.Б. в отсутствие суда присяжных;                 отказе в предъявлении суду присяжных вещественных доказательств стороной защиты; в отказе стороне защиты в ознакомлении с вещественными доказательствами в ходе судебного следствия, с программами Эмуль, Торрент, Мозила.

В возражениях на апелляционные жалобы с дополнениями государственный обвинитель Висков Д.А. просит отказать в их удовлетворении, оставив постановленный в отношении Ишутова К.А. приговор без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб с дополнениями и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 389.27 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием коллегии присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2 - 4 статьи 389.15 Кодекса: существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора.

Исходя из данной нормы уголовно-процессуального закона, судебные решения, вынесенные с участием присяжных заседателей, не могут быть обжалованы сторонами в апелляционном порядке и не подлежат проверке судом апелляционной инстанции по мотивам несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В этой связи доводы об оспаривании фактических обстоятельств дела, установленных вердиктом присяжных заседателей, недоказанности вины, непричастности к содеянному, неполноте расследования, не могут быть Судебной коллегией приняты во внимание и рассмотрены.

Дело рассмотрено законным составом коллегии присяжных заседателей, которая была сформирована с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ.

Замечаний по поводу процесса формирования коллегии присяжных заседателей, заявлений о ее роспуске ввиду тенденциозности состава от сторон не поступало (т.19 л.д. 14).

Доводы стороны защиты о том, что при формировании коллегии присяжных заседателей допущено нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку кандидат в присяжные заседатели Д.А.А., впоследствии вошедшая в состав коллегии присяжных заседателей, скрыла от суда и участников процесса информацию о судимости своего близкого родственника (<данные изъяты> Д.Р.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р.), при этом ходатайство о нарушении уголовно-процессуального закона в данной части не было судом разрешено, не могут быть приняты во внимание ввиду их необоснованности конкретными фактическими данными. Вместе с тем, из приобщенных в судебном заседании по ходатайству прокурора документов видно, что указанный присяжный заседатель Д.А.А. не имеет близкого родственника-<данные изъяты> Д.Р.А..

Также не имеется и данных, свидетельствующих о незаконном воздействии на присяжных заседателей. Утверждения стороны защиты об оказании государственным обвинителем при выступлении в прениях давления на коллегию присяжных заседателей, выразившегося в упоминании в речи сведений об исторических событиях Второй мировой войны, а также ссылке на произошедшие события на Украине в 2014 году, являются несостоятельными, поскольку государственным обвинителем не допущено личных комментариев обстоятельств, изложенных в постановлении о привлечении Ишутова К.А. в качестве обвиняемого, что подтверждается протоколом судебного заседания, а также отсутствием возражения стороны защиты на действия государственного обвинителя по данному основанию.

Доводы жалоб адвоката Ускова А.А. и защитника Медведева В.В. о нарушении принципа состязательности и равноправия сторон в судебном следствии, о необоснованном отклонении ходатайств стороны защиты, являются несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела, из которых видно, что все заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе, о признании недопустимым доказательством заключения экспертов полученного по результатам комплексной историко-лингвистической экспертизы, о назначении и проведении дополнительной экспертизы в связи с неясностью и неполнотой данного заключения, о назначении и проведении повторной компьютерно-технической экспертизы, о проведении следственного эксперимента, обсуждались с участниками процесса, после чего судом принимались по ним мотивированные решения, законность и обоснованность которых не вызывает сомнений.

Вопреки доводам жалоб, суд не отказывал стороне защиты в ознакомлении с вещественным доказательством – системным блоком компьютера Ишутова К.А., в исследовании его содержания, доведении полученных при этом данных до сведения присяжных заседателей. При предъявлении присяжным заседателям системного блока и демонстрации содержащейся на его накопителях информации, сторона защиты не высказала замечаний по поводу исследования в судебном заседании данного вещественного доказательства (том 19 л.д.49).

Заявленные осужденным Ишутовым К.А., защитником Медведевым В.В.    ходатайства об отводе председательствующему в судебном заседании, прокурору, секретарю судебного заседания, разрешены судом с вынесением мотивированного постановления. Приведенные в жалобе защитника Медведева В.В. доводы о разрешении заявленного судье Григорьеву И.С. отвода подсудимым Ишутовым К.А. на стадии судебного следствия, мотивированного тем, что ранее подсудимый делал неоднократные компрометирующие судью публикации, который судья Григорьев И.С. рассмотрел без удаления в совещательную комнату, являются несостоятельными и противоречат протоколу судебного заседания.

Согласно ч.1 ст.66 УПК РФ решение об отводе председательствующего в ходе судебного заседания принимает суд, рассматривающий уголовное дело.

Из содержания ст. 256 УПК РФ следует, что определение или постановление об отводах выносится в совещательной комнате и излагается в виде отдельного процессуального документа, подписываемого судьей или судьями, если уголовное дело рассматривается судом коллегиально.

Согласно протоколу судебного заседания (том 19 л.д.85-86) по заявленному отводу было заслушано мнение участников процесса, после чего председательствующий удалился в совещательную комнату, а после выхода из нее огласил принятое решение. Оценив протокол судебного заседания, с учетом имеющейся аудиозаписи хода судебного заседания, Судебная коллегия приходит к выводу, что ход судебного процесса отражен в протоколе правильно.

Принятое решение Судебная коллегия находит законным и обоснованным, поскольку оснований для отвода председательствующего, предусмотренных ч.1 ст. 61 УПК РФ, не имелось, а обстоятельств, свидетельствующих о личной заинтересованности его в исходе данного уголовного дела, не приведено.

Заключения проведенных по делу судебных экспертиз являлись допустимыми доказательствами и обоснованно исследованы с участием присяжных заседателей.

Доводы жалоб стороны защиты о том, что компьютерная техническая экспертиза (СКТЭ) проведена с нарушением международных требований, предъявляемых к проведению технических экспертиз по исследованию магнитных и иных накопителей, вследствие чего исследованные во время экспертизы файлы программ были изменены с целью сокрытия подмены, являются предположениями, поскольку не содержат ссылок на конкретные нормы и правила, установленные для проведения СКТЭ. Научность и обоснованность выводов, изложенных в заключении экспертов, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона сомнений не вызывает. С учетом этого доводы жалобы стороны защиты о недостоверности заключения экспертов по результатам СКТЭ удовлетворению не подлежат (том 7 л.д.102-242).

Эксперты, проводившие компьютерную техническую экспертизу, были допрошены в судебном заседании без участия коллегии присяжных, сторонам, в том числе, защите, была предоставлена возможность задать им вопросы, выяснить интересующие обстоятельства, чем она и воспользовалась. С учетом этого, доводы стороны защиты о том, что сведения из допроса указанных экспертов О.Р.В. и К.А.Б. поставили под сомнение их экспертное заключение, а также и о том, что эти сведения подлежали доведению до сведения присяжных заседателей, поскольку содержали вывод о несовершении осужденным действий по распространению порнографического материала, являются несостоятельными, поскольку не связаны с конкретными фактическим обстоятельствами, подлежащими установлению коллегией присяжных заседателей. Тем самым судом не допущено нарушения права стороны защиты на представление доказательств, при этом стороне защиты не оказывалось препятствий в оглашении заключения указанных экспертов, в частности, содержания ответа на вопрос о том, что информация о дате, времени записи файлов, а также устройств, с которых они могли быть записаны, не фиксируется при работе, установленной на исследуемом системном блоке операционной системы… (том 7 л.д.231).

По заявленным стороной защиты ходатайствам о признании недопустимым данного заключения экспертов, проведении по делу дополнительной СКТЭ судом приняты обоснованные решения в установленном законом порядке с приведением необходимой аргументации (том 19 л.д.43).

Доводы стороны защиты о допущенном судом нарушении права стороны защиты на представление доказательств и при отказе в приобщении заключения специалиста по результатам исследования содержимого системного блока, а также его допроса в судебном заседании, проведении по делу следственного эксперимента, не могут быть приняты во внимание как не связанные с конкретными фактическими обстоятельствами, подлежащими установлению присяжными заседателями.

Производство по уголовным делам, рассматриваемым с участием присяжных заседателей, в соответствии с главой 42 УПК РФ ведется в общем порядке, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей главой.

Исходя из требований главы 42 УПК РФ, ст. 335 УПК РФ, в присутствии присяжных подлежат исследованию только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями.

С учетом особенностей данной формы судопроизводства, явившиеся в суд по инициативе сторон свидетели и специалисты, не всегда подлежат обязательному допросу в присутствии присяжных заседателей. Разрешение данного вопроса зависит от содержания их сведений, которые они могут сообщить, что не является нарушением требований ч. 4 ст. 271 УПК РФ. Эти вопросы рассматривались судом в отсутствие присяжных заседателей, с учетом позиции стороны защиты о содержании рецензии специалиста на заключение экспертов, а также его возможных показаний.

В проведении следственного эксперимента в порядке ст.ст.181, 288 УПК РФ по мнению судебной коллегии суд обоснованно отказал, с учетом неопределенных от его проведения результатов, когда по доводам жалобы стороны защиты, программы «Емул» и «ЮТоррент» с запрещенными файлами можно скачать на любой компьютер, на котором будут те же файлы, что и у Ишутова К.А. (том 19 л.д.41). Соответственно, при указанных стороной защиты результатах следственного эксперимента не исключается, что и осужденным на свой компьютер в свое время могли быть скачаны указанные программы с запрещенными файлами. При указанных обстоятельствах складываются обоснованные сомнения в наличии основания для проведения указанного эксперимента.

Доводы жалоб стороны защиты о том, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о признании недопустимым доказательством заключения комиссии экспертов по результатам историко-лингвистической экспертизы, в том числе, по причине вывода эксперта о том, что все комментарии к публикации были написаны Ишутовым К.А., чем эксперт вышел за пределы своей компетенции, удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Исследование проведено на основании постановления о назначении комплексной историко-лингвистической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с поставленными следователем вопросами, с соблюдением требований наличия у экспертов надлежащей квалификации, предупреждения их об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. С постановлением о назначении по уголовному делу комплексной историко-лингвистической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ обвиняемый Ишутов К.А. и его защитник были ознакомлены (том 8 л.д.171), дополнительных вопросов перед экспертом, а также ходатайств о проведении экспертизы другими экспертами, не поступило. Как видно, из указанного постановления перед экспертами были поставлены вопросы, касающиеся действий относительно информационного материала «<данные изъяты>», совершенных пользователем «К.Ишутовым» (<данные изъяты>), что само по себе предполагает авторство последнего, как и наличие возможности доступа к нему в социальной сети «Facebook». Соответственно экспертом сделаны выводы по поставленным вопросам о том, что все содержание публикации, утверждения, мнения, комментарии к ней подготовлены Ишутовым К.А., что не означает выход эксперта за пределы своих полномочий и разрешение, которые ставятся перед присяжными заседателями.

Несогласие стороны защиты с терминологией экспертного заключения, включая использование понятия «лингвистические признаки», не свидетельствует о допущенных существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, влекущих его недопустимость.

Таким образом, заключения проведенных по делу судебных экспертиз являлись допустимыми доказательствами и обоснованно исследованы с участием присяжных заседателей.

Несостоятельны доводы осужденного Ишутова К.А. о нарушении его права на защиту председательствующим, который без его согласия назначил защитника – адвоката Л.А.И., а также удовлетворил ходатайство об участии в деле защитника Ускова А.А., не выяснив истинные причины отсутствия защитника И.Ю.А. Как видно из материалов дела, защиту осужденного Ишутова К.А. в судебном заседании осуществляли два адвоката: Л.А.И. на предварительном слушании и Усков А.А. при рассмотрении уголовного дела по существу.

Поскольку адвокат И.Ю.А. в связи с длительной болезнью и отсутствием соглашения на защиту интересов Ишутова К.А. в судебном разбирательстве, не смог продолжить осуществление своих профессиональных обязанностей, а осужденный Ишутов К.А. не принял мер к приглашению иного защитника, суд назначил ему защитником адвоката Л.А.И., который стал защищать Ишутова К.А. вместе с защитником Медведевым В.В. в ходе предварительных слушаний.

Как это видно из протокола судебного заседания, Ишутов К.А. заявил отвод адвокату Л.А.И., который был судом удовлетворен. При этом Ишутов К.А. выразил согласие на защиту его интересов адвокатом по назначению суда Усковым А.А., тем самым судом была обеспечена защита интересов подсудимого профессиональным защитником.

Вопрос об участии в рассмотрении уголовного дела адвоката И.Ю.А. рассматривался судом, он извещался о дате предварительных слушаний по уголовному делу, однако, как следует из его ответа на телефонограмму, он не намерен был принимать участия, поскольку соответствующее соглашение у него с Ишутовым К.А. не было заключено, и на момент извещения он находился в длительной командировке (том 18 л.д.10).

Кроме того судебная коллегия считает уместным указать и на то обстоятельство, что для Ишутова К.А. не исключалась возможность общения с адвокатом И.Ю.А. для заключения необходимого соглашения, тогда как вопрос о назначении адвоката И.Ю.А. в порядке ч.2 ст.50 УПК РФ перед судом не ставился.

Данных о том, что адвокат Усков А.А. недобросовестно либо непрофессионально исполнял возложенные на него обязанности защитника, в материалах дела нет, а заявленный им самоотвод был разрешен судом в предусмотренном законом порядке (том 19 л.д.36).

Вопреки доводам жалоб стороны защиты, сведений о ненадлежащем оказании юридической помощи Ишутову К.А. на предварительном следствии адвокатом И.Ю.А., в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах нет оснований считать, что судом было нарушено право Ишутова К.А. на защиту.

Несостоятельны доводы защиты о неправильном применении уголовного закона, выразившегося в предъявлении обвинения без указания конкретного временного периода отрицания нацизма (ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), что также отразилось на содержании вопросного листа. Так, диспозиция статьи 354.1 УК РФ ввиду своего абстрактного характера нормативно-правового предписания, не содержит как признак преступления конкретный временной период отрицания нацизма, в том числе и предполагаемый стороной защиты. Соответственно стороной защиты не определены обстоятельства, отсутствие которых позволяет заключить о том, что предъявленное Ишутову К.А. обвинение не конкретизировано, чем и нарушено его право на защиту.

Ссылки Ишутова К.А. на нарушение требований уголовно-процессуального закона при изъятии вещественных доказательств – накопителей с содержащейся на них информацией, выразившееся в отсутствии в процессуальных документах ссылок на серийные номера изъятых предметов являются предположением. Так, в ходе осмотра предметов, изъятых в ходе обыска от ДД.ММ.ГГГГ в жилище осужденного Ишутова К.А., все накопители системного блока компьютера были зарегистрированы, описаны с указанием серийного номера и сфотографированы.

Данных о том, что наличие различий в датах публикации «фашистской» листовки на аккаунте пользователя <данные изъяты> в социальной сети Facebook, свидетельствует, по утверждению осужденного, о редактировании органами предварительного следствия, как самой публикации, так и комментариев под ней, не имеется.

Доводы жалобы осужденного о нарушении норм процессуального законодательства в связи с неназначением в отношении него судебной экспертизы в соответствии с п.3.1 ст.196 УПК РФ для решения вопроса о наличии либо отсутствии у него расстройства сексуального предпочтения (педофилии), удовлетворению не подлежат, поскольку основаны на неправильном толковании смысла действующего законодательства. Из материалов дела видно, что Ишутов К.А. не обвинялся в совершении преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, поэтому оснований для назначения указанной экспертизы не имелось.

Что касается доводов жалобы осужденного Ишутова К.А. о несоответствии действительности сведений, изложенных в протоколе судебного заседания и отказе в удовлетворении замечаний, поданных им, то эти доводы не могут быть приняты во внимание, поскольку все поданные замечания на протокол судебного заседания были рассмотрены председательствующим судьей в соответствии с требованиями закона, при этом часть замечаний была удовлетворена. Оснований к отмене постановлений, вынесенных по итогам рассмотрения замечаний, указанных в апелляционных жалобах, не имеется. Замечания на протокол, в котором, по мнению осужденного, не отражен факт рассмотрения председательствующим заявленного ему отвода без удаления в совещательную комнату (стр.24 протокола), удовлетворению не подлежали, поскольку как видно из протокола судебного заседания заявленный председательствующему отвод действительно рассмотрен им без удаления в совещательную комнату (том 19 л.д.18).

Вопреки доводам жалоб председательствующий по делу обоснованно и в соответствии с требованиями УПК РФ, в том числе предусмотренными ч. ч. 7 и 8 ст. 335, ч. 2 ст. 336 УПК РФ, отклонял вопросы, носящие повторный характер, направленные на выяснение обстоятельств, не имеющих отношение к рассматриваемому делу, останавливал участников процесса, когда они касались обстоятельств, не подлежащих выяснению с участием присяжных заседателей.

Вопросный лист отвечает требованиям ст.ст. 338, 339 УПК РФ, он сформулирован в соответствии с предъявленным обвинением, с учетом результатов судебного следствия и с учетом прений сторон, после обсуждения вопросов сторонами. Постановка вопросов, подлежащих разрешению, их содержание и формулировки были понятны присяжным заседателям, которые за разъяснениями не обращались, позволяли им полно и всесторонне оценить представленные доказательства по делу и сделать вывод о виновности или невиновности подсудимого в инкриминируемых ему преступлениях.

Как следует из протокола судебного заседания, сторона защиты подала замечания относительно формулировки вопросов, которые были обсуждены с участниками судебного разбирательства, и в совещательной комнате председательствующим были обоснованно поставлены вопросы, исходя из предъявленного обвинения.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст.340 УПК РФ. Текст напутственного слова в полном объеме приобщен к протоколу судебного заседания. В напутственном слове председательствующий привел содержание обвинения, сообщил содержание уголовного закона, напомнил об исследованных доказательствах и разъяснил положения, указанные в ч. 3 ст. 340 УПК РФ, в том числе о том, что все неустранимые сомнения должны трактоваться в пользу подсудимого. При этом председательствующий привел позицию сторон, не ссылался на недопустимые и неисследованные доказательства. Также председательствующий обратил внимание присяжных заседателей на то, что в случае вынесения обвинительного вердикта они могут признать подсудимого заслуживающим снисхождения, разъяснив последствия такого признания. Кроме того, в напутственном слове председательствующий разъяснял присяжным заседателям, что в случае оказания на них воздействия они должны сообщить об этом.

В силу ст. 17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности представленных материалов, руководствуясь при этом законом и совестью.

Исходя из содержания вердикта, коллегия присяжных заседателей пришла к единодушному решению о том, что преступные деяния были совершены Ишутовым К.А. и он виновен в содеянном.

Нарушений уголовно-процессуального закона при принятии вердикта по делу не установлено. Вердикт коллегии присяжных заседателей ясный и непротиворечивый, соответствует требованиям ст. 343 УПК РФ и в силу ст. 348 УПК РФ является обязательным для председательствующего судьи. При этом, оснований для вынесения на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей оправдательного приговора в соответствии с ч. 4 ст.348 УПК РФ не имелось, поскольку деяния подсудимого, в совершении которых он признан виновным присяжными заседателями, содержат все признаки состава преступления.

Действия Ишутова К.А. обоснованно квалифицированы по ч.1 ст.354.1 УК РФ (2 эпизода) и по п. «г» ч.2 ст.242.1 УК РФ (2 эпизода) в соответствии обстоятельствами, которые были установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Как следует из материалов уголовного дела, на стадии обсуждения последствий вердикта присяжных заседателей судом были приняты и обсуждены с участием сторон заявления адвоката Ускова А.А. о выплате вознаграждения за время участия в судебном заседании. Оплата вознаграждения адвокату обоснованно признана судебными издержками, которые обоснованно взысканы с осужденного, заявившего ходатайство о назначении ему судом адвоката.

Вопреки доводам жалобы осужденного судом было обеспечено его участие в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ при рассмотрении заявления адвоката Ускова А.А. о выплате ему вознаграждения за один день участия по делу ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого Ишутову К.А. была предоставлена возможность довести до суда свою позицию, при этом участие защитника не является обязательным, с учетом чего судебная коллегия не усматривает нарушения его права на защиту.

Наказание Ишутову К.А. назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, обстоятельств, смягчающих наказание: наличие положительных характеристик, а также с учетом вердикта коллегии присяжных заседателей, признавших Ишутова К.А. заслуживающим снисхождения, в соответствии с требованиями ч.1 ст. 65 УК РФ по обвинению по п. «г» ч.2 ст.242.1 УК РФ (2 эпизода), и является соразмерным деяниям, установленным коллегией присяжных заседателей. Оснований для применения положений ст. 64 либо ст. 73 УК РФ не усматривается.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем, судебная коллегия считает приговор суда подлежащим изменению в связи с неправильно установленным сроком исчисления назначенного наказания в виде лишения свободы, который в соответствии с требованиями ст. 72 УК РФ исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. Кроме того, в срок отбытия наказания в виде лишения свободы судом не было зачтено время применения в отношении Ишутова К.А. меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренной п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Кроме того, приговор суда, по мнению судебной коллегии, подлежит изменению и в части разрешения вопроса судьбы вещественного доказательства - системного блока. В соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ последний не может храниться при материалах уголовного дела. Вместе с тем, поскольку данный системный блок представляет ценность для осужденного, то он подлежит возвращению после уничтожения на нем файлов с порнографическим изображениями, а также соответствующих файлообменных программ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Ишутова К.А., изменить:

- исключить указание на исчисление срока отбытия лишения свободы с ДД.ММ.ГГГГ;

- исчислять срок отбытия наказания в виде лишения свободы Ишутовым К.А. с даты вступления приговора в законную силу, в срок отбытия наказания зачесть время задержания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, из расчета в соответствии с ч.3.1 ст.72 УК РФ один день задержания за полтора дня лишения свободы.

В соответствии с п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ в срок отбытия наказания зачесть время применения в отношении Ишутова К.А. запрета определенных действий, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно из расчета два дня его применения за один лишения свободы.

Время содержания Ишутова К.А. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу (ДД.ММ.ГГГГ) зачесть в срок отбытия наказания в соответствии с ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета 1 день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Вещественное доказательство – системный блок в прозрачном корпусе изъятый в жилище Ишутова К.А., после уничтожения на нем файлов с порнографическим изображениями, а также файлообменных программ, передать по принадлежности представителю Ишутова К.А.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Ишутова К.А., адвоката Ускова А.А., защитника Медведева В.В. - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий:

Судьи:

Рейтинг@Mail.ru

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».