Дело №8Г-3084/2019

Номер дела: 8Г-3084/2019

Дата начала: 15.11.2019

Суд: Второй кассационный суд общей юрисдикции

Судья: Ионова А. Н.

:
Результат
Жалоба / представление ОСТАВЛЕНО БЕЗ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
Одоевский Г.Н.
НИКИТИНА НИНА НИКОЛАЕВНА
ПАО Национальный банк «ТРАСТ"
ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ»
Движение дела
Наименование события Результат события Основания Дата
12.12.2019
 

Постановления

Копия.

Судья первой инстанции: Г.А. Графова           Дело №2-195/2018

Судьи апелляционной инстанции: Д.В. Грибов                   Дело №88-1824/2019

Г.В. Каткова, И.П. Павлова (докладчик)                    

                                

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 января 2020 года город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего: судьи Климовой О.С.,

судей: Ионовой А.Н., Щегловой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ПАО НБ «Траст», ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» о признании договора брокерского обслуживания, договора об оказании услуг по продаже кредитных нот недействительными, взыскании денежных средств, процентов, неустойки

по кассационной жалобе ФИО2 на решение Басманного районного суда города Москвы от 05 февраля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 12 декабря 2018 года.

Заслушав доклад судьи Ионовой А.Н., объяснения поддержавших доводы кассационной жалобы ФИО13 – представителя ФИО2 и ФИО10 – представителя ФИО1, возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы ФИО11 – представителя ПАО Национальный банк «Траст», судебная коллегия

установила:

ФИО12 обратилась в суд с иском к ПАО НБ «Траст», ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» о признании договора брокерского обслуживания, договора об оказании услуг по продаже кредитных нот недействительными, взыскании 5 170 050 рублей, проценты за пользование депозитом в размере 674 491 руб., неустойку в размере 3 683 815 рублей.

В обоснование требований указано, что ФИО12 хранила свои сбережения в Банке на открытом депозитном счете по договору срочного вклада. ДД.ММ.ГГГГ она заключила с Банком договор брокерского обслуживания, а ДД.ММ.ГГГГ договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, полагая при этом, что предоставляет денежные средства Банку под уплату более высоких процентов, чем по ранее заключенному договору банковского вклада; считала, что присвоение ей статуса квалифицированного инвестора произведено Банком незаконно, в связи с чем, сделки с ценными бумагами являются ничтожными; указала, что при заключении договоров Банк злоупотребил правом, поскольку не довел до нее, как потребителя, всю необходимую информацию, что также влечет за собой недействительность сделок в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Федерального закона от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей).

Определением Басманного районного суда г.Москвы от 20 декабря 2017 года в связи со смертью ФИО12 18 июля 2016 года на основании ст.44 ГПК РФ произведена замена истца на ее правопреемников: ФИО1 и ФИО2.

Решением Басманного районного суда города Москвы от 05 февраля 2018 года отказано в удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 к ПАО Банк «ТРАСТ», ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» о признании сделок недействительными, взыскании денежных средств, процентов, неустойки; произведен поворот исполнения решения Октябрьского районного суда города Краснодарского края от 18 февраля 2016 года; с ФИО1, ФИО2 солидарно в пользу ПАО Банк «Траст» взысканы денежные средства в размере 6 382 578 (шесть миллионов триста восемьдесят две тысячи пятьсот семьдесят восемь) руб.; в доход бюджета города Москвы с ФИО1 и ФИО2 взыскано государственной пошлины по 28 072 руб. 52 коп. с каждого.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 12 декабря 2018 года решение Басманного районного суда города Москвы от 05 февраля 2018 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба с дополнениями ФИО2, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

ФИО2 подал кассационную жалобу с просьбой отменить решение суда первой инстанции и апелляционное определение как незаконные и необоснованные в связи с неправильным применением судебными инстанциями норм материального права и нарушением норм процессуального права при исследовании обстоятельств по делу, существенным нарушением норм действующего законодательства и указал следующее.

Законодатель передал функцию признания лица по его заявлению квалифицированным инвестором брокерам, управляющим, иным лицами, но установил правило, что случаи признания будут установлены Законом, а порядок будет установлен Банком России (п. 7 ст. 51.2 ФЗ «О рынке ценных бумаг»).

Конкретные государственно - властные полномочия были переданы конкретным лицам, за действиями которых осуществляется надзор и установлены правовые последствия в виде ответственности за незаконное признание лица квалифицированным инвестором в пункте 6 статьи 3 ФЗ « О рынке ценных бумаг».

Включение лица в реестр лиц, признанных квалифицированным инвестором, осуществляется на основании принятого Банком решения о признании лица квалифицированным инвестором.

Доказательство того, что в отношении Истца в деле по иску против Банка «ТРАСТ» было принято письменное Решение о признании его квалифицированным инвестором, в материалах дела отсутствует, а потому есть все основания утверждать о нарушении процедуры в признании физического лица ФИО12 квалифицированным инвестором. (Суд апелляционной инстанции на этот довод также никак не отреагировал, а просто его проигнорировал).

Из этого следует, что в соответствии с положениями п. 6 ст. 3 ФЗ « О рынке ценных бумаг», обязанностью брокера (Ответчика НБ «ТРАСТ») является возмещение причиненных убытков или выкуп им проданных физическому лицу ФИО12 кредитных нот - ценных бумаг иностранных эмитентов.

Однако, суд не только не указывает в решении подлежащую применению норму материального права, но и разрешает дело вопреки нормам действующего законодательства РФ, а именно Приказа ФСФР России от 18.03.2008 № 08-12/пз-н "Об утверждении Положения о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами", действующего в спорный период и которым должен руководствоваться суд, то есть, суд не применил закона, подлежащего применению, что является также основанием к отмене решения суда от 05 февраля 2018 года.

Именно с целью обхода императивных правил пункта 1 части 3 статьи 6 Федерального закона от 23.12.2003 № 177- ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», Банк организовал процесс признания Истца квалифицированным инвестором и после присвоения ему этого статуса, продал кредитные ноты.

Формально - акции были зачислены на счет депо Истца, как держателя кредитных нот, то есть, условие о владении ценными бумагами на определенную в законодательстве сумму было соблюдено, требуемое количество договоров также было заключено. Но принцип добросовестности соблюден не был.

В отношении Истца присутствовала необъективность, предвзятость и пристрастность суда. Доводы апелляционной жалобе вообще должной оценки суда не получили и не нашли своего отражения в определении апелляционной инстанции. При этом судебная коллегия апелляционного суда признала судебный акт первой инстанции законным и обоснованным.

При вынесении судом первой инстанции решения от 05 февраля 2018 года не были соблюдены требования действующего законодательства Российской Федерации о надлежащем извещении, в связи с чем, заявитель был лишен возможности участвовать в рассмотрении дела, представлять доказательства, принимать участие в их исследовании, давать объяснения, приводить свои доводы в возражениях на заявление, чем были нарушены его нрава.

Доводы апелляционной жалобы в этой части были проигнорированы и не получили должной проверки апелляционной инстанцией.

Таким образом, нарушено право заявителя на судебную защиту в соответствии со статьей 46 Конституции РФ, что блокировало ему доступ к правосудию.

Нарушены положения подпункта 5 и 6 части 2 статьи 329 ГПК РФ: в апелляционном определении не указаны мотивы, по которым доводы апелляционной жалобы о нарушении порядка извещения заявителя о судебном процессе отклоняется (часть 3 статьи 329 ГПК РФ); некоторые доводы апелляционной жалобы заявителя вообще не нашли своего должного анализа и ответа суда в нарушение названных выше положений процессуального законодательства и даже не упомянуты в определении.

Судебный акт апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, носит формальный характер, приведенные заявителем в жалобе возражения на судебный акт первой инстанции не получили должной оценки суда со ссылками на нормы действующего как процессуального так и материального законодательства.

Судебная коллегия апелляционной инстанции, очевидно уклонилась от исполнения обязанностей в пересмотре дела - в одном случае проигнорировала, а в другом случае «выхолостила» доводы заявителя.

Допущенные нарушения существенным образом повлияли на судебное постановление по делу, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов заявителя.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на кассационную жалобу, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции пришла к следующему выводу.

Судами первой и апелляционной инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между компанией CL Repackaging B.Y. и НБ «ТРАСТ» (ОАО) был заключен субординированный кредитный договор, в соответствии с которым при условии получения кредитором CL Repackaging B.V. вырученных по облигациям (кредитным нотам) средств, кредитор обязался предоставить заемщику НБ «ТРАСТ» (ОАО) кредит в размере 2 300 000 000 рублей. Срок погашения обязательств - ДД.ММ.ГГГГ. В рамках данного договора были выпущены кредитные ноты <данные изъяты>.

К указанному соглашению было заключено дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ.

Эмиссия кредитных нот осуществлялась в соответствии с Глобальной программой выпуска долговых обязательств на сумму 10 000 000 000 долларов США компанией CL Repackaging B.V., Информационным меморандумом от ДД.ММ.ГГГГ, составленным в отношении данной программы, Положением о ценообразовании.

Денежные средства по договору субординированного кредита в размере 2 300 000 000 руб. были получены НБ «ТРАСТ» (ОАО) ДД.ММ.ГГГГ. В дальнейшем продавцом кредитных нот являлась компания TIB Investmens Limited.

Судом также установлено, что НБ «ТРАСТ» (ПАО) в качестве брокера заключало сделки по приобретению инвесторами кредитных нот.

Так, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО12 и ПАО Банк «Траст» (далее – Банк) заключен договор брокерского обслуживания, по условиям которого брокер по поручению клиента обязался за вознаграждение от своего собственного имени за счет и в интересах клиента совершать сделки в отношении кредитных нот и совершать все необходимые для исполнения договора действия в расчетно-клиринговой системе (далее - договор брокерского обслуживания).

В рамках указанного договора ФИО12 открыт брокерский счет .

К договору брокерского обслуживания приложено уведомление о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг, с которым ФИО12 была ознакомлена, что подтверждается ее подписью.

ДД.ММ.ГГГГ истица на основании поданного заявления признана квалифицированным инвестором.

На покупку кредитных нот ФИО12 на брокерский счет внесены денежные средства в размере 5 170 050 руб., на которые Банком согласно ее поручению приобретены кредитные ноты (код <данные изъяты>) в количестве 25 штук, эмитентом которых является CL Repackaging B.V.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО12, Банком и ЗАО УК "ТРАСТ" заключен договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, принадлежащих клиенту (далее - договор об оказании услуг), по условиям которого Банк обязался на основании письменного поручения клиента в порядке, предусмотренном условиями ранее заключенного истцом с Банком договора брокерского обслуживания, за вознаграждение от своего собственного имени, за счет и в интересах клиента продать принадлежащие клиенту кредитные ноты, а клиент обязуется выплатить банку вознаграждение за оказанные услуги.

Пунктом 1.2 договора об оказании услуг предусматривалось, что в случае, если Банк в течение 10 рабочих дней с даты получения письменного поручения клиента с указанием даты сделки купли-продажи кредитных нот не продаст их, Компания обязуется при посредничестве Банка как брокера приобрести кредитные ноты на условиях, указанных в договоре.

Передача кредитных нот и уплата Компанией денежных средств должны быть произведены в течение 5 рабочих дней с момента получения этого уведомления Компанией (пункта 2.5 договора).

ФИО12 в соответствии с договорами брокерского обслуживания и оказания услуг, ДД.ММ.ГГГГ даны поручения на совершение сделок с кредитными нотами и на перевод (возврат) денежных средств.

Однако кредитные ноты реализованы не были, денежные средства за них Банком истцу не возвращены.

На официальном интернет-сайте 20 февраля 2015 года Банк опубликовал информационное сообщение о том, что в связи со снижением норматива достаточности капитала, установленного Банком России, прекратились обязательства Банка по договорам субординированного займа, в связи с чем, аннулированы кредитные ноты, в том числе с кодом <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ Банк направил ФИО12 уведомление о расторжении договора брокерского обслуживания.

ФИО12 обратилась в суд по месту своего жительства, руководствуясь положениями Закона РФ «О защите прав потребителей», с иском к ОАО "Национальный банк "ТРАСТ", ЗАО "Управляющая компания "ТРАСТ" о признании сделок недействительными, взыскании денежных средств, процентов, неустойки.

Решением Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 года, иск был удовлетворен частично: признаны недействительными договор брокерского обслуживания и договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, в пользу ФИО12 с ПАО Банк "ТРАСТ" взысканы денежные средства в размере 5 170 050 руб., а также проценты за их пользование в размере 391 591 руб., неустойка в размере 517 005 руб. и штраф в размере 303 932 руб. за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

Разрешая спор, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что присвоение Банком истцу статуса квалифицированного инвестора, который не соответствовал необходимым для этого требованиям, свидетельствует о ничтожности договора брокерского обслуживания, заключенного для оказания Банком услуг по совершению сделок исключительно в отношении кредитных нот за счет и в интересах истца, в нарушение запрета, установленного Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" (далее - Закон о рынке ценных бумаг), а также о ничтожности последующей сделки по приобретению кредитных нот.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что на правоотношения сторон распространяется Закон о защите прав потребителей, в связи с чем, взыскал с Банка в пользу истицы неустойку в размере 517 005 руб. и штраф в размере 303 932 руб. за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 июля 2017 года решение Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Басманный суд г.Москвы.

Отменяя судебные акты, Судебная коллеги по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации указала следующее.

В силу пункта 4 статьи 30.2 Закона о рынке ценных бумаг (здесь и далее статьи приведены в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) ценные бумаги и производные финансовые инструменты, предназначенные для квалифицированных инвесторов, не могут предлагаться неограниченному кругу лиц, в том числе с использованием рекламы, а также лицам, не являющимся квалифицированными инвесторами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокер вправе приобретать ценные бумаги, предназначенные для квалифицированных инвесторов, и заключать договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, предназначенными для квалифицированных инвесторов, только если клиент, за счет которого совершается такая сделка (заключается такой договор), является квалифицированным инвестором в соответствии с пунктом 2 статьи 51.2 данного Федерального закона (далее - квалифицированные инвесторы в силу федерального закона) или признан этим брокером квалифицированным инвестором в соответствии с этим Федеральным законом.

Согласно пункту 4 статьи 51.2 Закона о рынке ценных бумаг физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если общая стоимость ценных бумаг, которыми владеет это лицо, и (или) общий размер обязательств из договоров, являющихся производными финансовыми инструментами и заключенных за счет этого лица, соответствуют требованиям, установленным нормативными актами Банка России, и если лицо совершило сделки с ценными бумагами и (или) заключило договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, в количестве, объеме и в срок, которые установлены нормативными актами Банка России.

Положение о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами, утвержденное приказом ФСФР России от 18 марта 2008 г. N 08-12/пз-н и действовавшее на момент возникновения спорных правоотношений, предусматривало, что физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если оно владеет ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами, общая стоимость которых составляет не менее 3 миллионов рублей, и совершало не менее 5 сделок с ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами в течение последних 3 лет, совокупная цена которых составила не менее 3 миллионов рублей.

Реализуя волю на приобретение кредитных нот и получение дохода по ним, ФИО12 заключила с Банком договор брокерского обслуживания и договоры купли-продажи ценных бумаг, добровольно подала заявление о признании ее квалифицированным инвестором, направила ответчику поручение о приобретении кредитных нот, получила купонный доход по ним.

Ввиду перечисленных выше действий ФИО12, суду при разрешении вопроса о признании сделок недействительными надлежало учитывать пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, приведенные в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, указала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, судом не было принято во внимание следующее.

Согласно преамбуле Закона «О защите прав потребителей», данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей".

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение таким гражданином товаров (работ, услуг) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Статьей 1 Закона о рынке ценных бумаг установлено, что этим законом регулируются отношения, возникающие при эмиссии и обращении эмиссионных ценных бумаг независимо от типа эмитента, при обращении иных ценных бумаг в случаях, предусмотренных федеральными законами, а также особенности создания и деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокерской деятельностью признается деятельность по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, по поручению клиента от имени и за счет клиента или от своего имени и за счет клиента на основании возмездных договоров с клиентом.

Исходя из обстоятельств, на которых основаны требования истицы, последняя заключила с Банком договор брокерского обслуживания в целях приобретения в ее интересах и за ее счет кредитных нот. При этом истица была уведомлена о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг.

При таких обстоятельствах, ввиду рискового характера деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, такая деятельность не может быть признана деятельностью, направленной на удовлетворение личных (бытовых) нужд, а потому выводы судебных инстанций о применении к спорным отношениям Закона о защите прав потребителей являются ошибочными.

Суды не учли, что отсутствие у истицы статуса индивидуального предпринимателя само по себе не означает, что заключенные сделки направлены на удовлетворение личных бытовых нужд.

Кроме того, указано, что ошибочно применяя к спорным отношениям Закон о защите прав потребителей, судебные инстанции исходили из положений части 7 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающих, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, вследствие чего данное дело рассмотрено с нарушением правил подсудности, настоящее дело подсудно Басманному районному суду г. Москвы.

Местом нахождения ответчика - Банка - является <адрес>.

Согласно статье 32 указанного выше кодекса стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству, за исключением подсудности, установленной статьями 26, 27 и 30 этого кодекса.

Пунктом 10.1 заключенного сторонами договора брокерского обслуживания предусмотрено, что все споры, возникающие между сторонами из договора или в связи с ним, подлежат рассмотрению в Басманном районном суде г. Москвы.

В силу ч.3 ст.390 ГПК РФ (в редакции, действовавшей на дату рассмотрения кассационной жалобы ответчиков, указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

При новом рассмотрении спора, суды первой и апелляционной инстанции вынесли указанные выше судебные акты, об отмене которых просит истец ФИО2 в своей кассационной жалобе, повторяющей доводы апелляционной жалобы, изложенные выше.

Полномочия кассационного суда общей юрисдикции определены в ч.1 ст.379.6 ГК РФ и ограничены проверкой законности судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

По правилам ч.3 ст.390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Довод кассационной жалобы, что не представлено доказательство того, что в отношении Истца в деле по иску против Банка «ТРАСТ» было принято письменное Решение о признании его квалифицированным инвестором, в материалах дела отсутствует, отмены оспариваемых судебных актов не влечет, поскольку в разделе III действовавшего на момент заключения между сторонами указанных выше договора брокерского обслуживания и договор об оказании услуг по продаже кредитных нот Приказ ФСФР России от 18.03.2008 N 08-12/пз-н (ред. от 24.04.2012) "Об утверждении Положения о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами" (Зарегистрировано в Минюсте России 14.04.2008 N 11522), определяющего порядок признания физического лица квалифицированным инвестором, указано следующее.

Пункт 3.5: Решение о признании лица квалифицированным инвестором должно содержать указание, в отношении каких видов услуг, и (или) каких видов ценных бумаг, и (или) иных финансовых инструментов данное лицо признано квалифицированным инвестором.

Пункт 3.6: лицо, осуществляющее признание квалифицированным инвестором, уведомляет лицо о принятом решении в порядке, предусмотренном регламентом. При этом в случае принятия решения о признании лица квалифицированным инвестором указанное уведомление должно содержать сведения, предусмотренные пунктом 3.5 настоящего Положения.

Пункт 3.7: лицо считается квалифицированным инвестором с момента внесения записи о его включении в реестр лицом, осуществляющим признание квалифицированным инвестором.

То есть, есть требования к содержанию решения, но не к форме решения о признании лица квалифицированным инвестором, определен момент, с которого лицо считается признанным квалифицированным инвестором.

С учетом изложенного, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции считает, что регулирующие спорные правоотношения нормы материального права определены и применены судами первой и апелляционной инстанций, правильно; выводы соответствуют установленным по делу обстоятельствам; не допущено нарушений норм процессуального права, нет правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы, которая не содержит ссылок на какие-либо новые, не установленные судами обстоятельства, нуждающиеся в дополнительном исследовании, и могли повлиять на выводы суда.

Довод кассационной жалобы, о ненадлежащем извещении противоречат материалам дела.

Так в протоколе судебного заседания от 12 декабря 2018 года, в котором вынесено апелляционное определение, представитель ФИО2: ФИО13, не возражал против рассмотрения дела в отсутствие извещенного о судебном заедании его доверителя. Так же в материалах дела имеется телефонограмма об извещении по мобильной связи истцов о дате и времени судебного заседания в апелляционной инстанции. В судебное заседание представлено подписанное ФИО2 11 декабря 2018 года дополнение к апелляционной жалобе. Все изложенное подтверждает факт надлежащего: в соответствии с требованиями ст.113 ГПК РФ, извещения истцов о судебном заседании по их апелляционной жалобе; что не нарушено право ФИО2 на судебную защиту в соответствии со статьей 46 Конституции РФ, что суд не блокировал ему доступ к правосудию.

Довод о предвзятости и пристрастности суда, присутствие необъективности в отношении Истца, изложены без ссылок на конкретные нарушения прав истца. В соответствии с положениями главы 2 ГПК РФ отводы представителями истцов, участвовавшими в судебном заседании, не заявлено.

Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Басманного районного суда города Москвы от 05 февраля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 12 декабря 2018 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись.

Судьи: подписи.

Копия верна.

Судья

Второго кассационного суда общей юрисдикции А.Н. Ионова

Рейтинг@Mail.ru

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».