Дело №11-11859/2020

Номер дела: 11-11859/2020

Уникальный идентификатор: 74RS0031-01-2019-003258-72

Дата начала: 15.10.2020

Суд: Челябинский областной суд

Судья: Мокроусова Лилия Николаевна

:
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
ОТВЕТЧИК Администрация г. Магнитогорска Челябинской области
ОТВЕТЧИК Андреева Елена Петровна
ОТВЕТЧИК Антропова Марина Юрьевна
ОТВЕТЧИК Бабенко Андрей Юрьевич
ОТВЕТЧИК Бикметов Артур Маратович
ОТВЕТЧИК Ващенко Анатолий Алексеевич
ОТВЕТЧИК ГБУЗ Областная психоневрологическая больница
ОТВЕТЧИК ГБУЗ Станция скорой медицинской помощи
ОТВЕТЧИК ГУ МВД России по Челябинской области
ОТВЕТЧИК Денишенко Николай Алексеевич
ОТВЕТЧИК Захарченко Михаил Петрович
ОТВЕТЧИК Зуевская Евгения Валерьевна
ОТВЕТЧИК Иванова Евдокия Николаевна
ОТВЕТЧИК Ковалева Наталья Петровна
ОТВЕТЧИК Ковальчук Дмитрий Егорович
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Магафуров Альберт Рафаильевич
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Министерство здравоохранения Челябинской области
ОТВЕТЧИК Набиулин Вильмир Вадимович
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Набиуллин Вильмир Вадимович
ОТВЕТЧИК ООО Охранное предприятие Право Роста
ОТВЕТЧИК ООО Содействие-М
ОТВЕТЧИК Поцелюк Ольга Владимировна
ПРОКУРОР Прокуратура Орджоникидзевского района г.Магнитогорск
ОТВЕТЧИК Росалес Лидия Александровна
ПРЕДСТАВИТЕЛЬ Сиваков Александр Васильевич
ОТВЕТЧИК Стольникова Юлия Николаевна
ОТВЕТЧИК УМВД России по г.Магнитогорску
ТРЕТЬЕ ЛИЦО Уразбаев Руслан Султангареевич
ПРЕДСТАВИТЕЛЬ Ушкова Наталья Юрьевна
ИСТЕЦ Царев Михаил Валерьевич
Движение дела
Наименование события Результат события Основания Дата
Передача дела судье 15.10.2020
Судебное заседание Отложено в связи с прочими основаниями 16.11.2020
Судебное заседание Вынесено решение решение (осн. требов.) отменено в части с вынесением нового решения 30.11.2020
Дело сдано в отдел судебного делопроизводства 10.12.2020
Передано в экспедицию 10.12.2020
 

Определение

Судья Елгина Е.Г.

Дело № 2-10/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело № 11-11859/2020

30 ноября 2020 года г.Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Сакуна Д.Н.,

судей Мокроусовой Л.Н., Андрусенко И.Д.,

при ведении протокола судебного

заседания помощником судьи Таракановой О.С.,

с участием прокурора ФИО21,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по искам Царева Михаила Валерьевича к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи», обществу с ограниченной ответственностью «Содействие-М», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5», Министерству здравоохранения Челябинской области, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Магнитогорску Челябинской области, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области, обществу с ограниченной ответственностью «Право Роста», Захарченко Михаилу Петровичу, Ковальчуку Дмитрию Егоровичу, Антроповой Марине Юрьевне, Андреевой Елене Петровне, Поцелюк Ольге Владимировне, Стольниковой Юлии Николаевне, Ващенко Анатолию Алексеевичу, Зуевской Евгении Валерьевне, Ивановой Евдокии Николаевне, Ковалевой Наталье Петровне, Росалес Лидии Александровне, Бикметову Артуру Маратовичу, Денишенко Николаю Алексеевичу, Набиуллину Вильмиру Вадимовичу Бабенко Андрею Юрьевичу о признании действий должностных лиц незаконными, оспаривании диагнозов, исключении, исправлении данных в медицинской документации, обязании принятия мер, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционным жалобам Царева Михаила Валерьевича, Антроповой Марины Юрьевны на решение Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 24 июля 2020 года.

Заслушав доклад судьи Мокроусовой Л.Н. об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, пояснения истца Царева М.В., поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, представителя ответчиков Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» и Антроповой Марины Юрьевны – ФИО31, действующей на основании соответствующих доверенностей, возражавшей против доводов жалобы истца и поддержавшей доводы апелляционной жалобы Антроповой М.Ю., заключение прокурора, полагавшего решение подлежащим отмене в части, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Царев М.В. обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи», (далее – ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», обществу с ограниченной ответственностью «Содействие-М» (далее - ООО «Содействие–М»), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» (далее – ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5»), Министерству здравоохранения Челябинской области, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Магнитогорску Челябинской области (далее – ГУ МВД России по г.Магнитогорску), Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области (далее – ГУ МВД России по Челябинской области), обществу с ограниченной ответственностью «Право Роста» (далее – ООО «Право Роста»), Захарченко М.П., Ковальчуку Д.Е., Антроповой М.Ю., Андреевой Е.П., Поцелюк О.В., Стольниковой Ю.Н., Ващенко А.А., Зуевской Е.В., Ивановой Е.Н., Ковалевой Н.П., Росалес Л.А., Бикметову А.М., Денишенко Н.А., Набиуллину В.В., Бабенко А.Ю. с учетом уточнения с требованиями о признании действий вышеуказанных должностных лиц по его госпитализации без необходимых на то медицинских показаний, и выставлению диагнозов, незаконными, признании оказанных услуг не соответствующим требованиям действующего законодательства, оспаривании диагнозов: «<данные изъяты>», признании приказа ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» №1 от 09 января 2018 года и дополнения к нему недействительными, признании недостоверной информации в медицинских документах, исключении, несоответствий и исправлении в медицинской документации, обязании принятия мер дисциплинарной (административной) ответственности к вышеуказанным должностным лицам, взыскании с Министерства здравоохранения Челябинской области судебных расходов по договору в сумме 19220 рублей и 2623 рубля 50 копеек, признании незаконными действий по удержанию направления для трудоустройства, обязании уменьшить стоимость оказанной медицинской услуги, обязании выплатить денежные средства, взыскании с Антроповой М.Ю. и ООО «Содействие-М» компенсации морального вреда по 500000 рублей, государственной пошлины, взыскании с ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» компенсации морального вреда в размере 15000000 рублей, взыскании с ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» компенсации морального вреда в размере 50000000 рублей. Также Царевым М.В. были заявлены требования о возмещении за счет ответчиков судебных расходов, понесенных при рассмотрении настоящего спора.

В обоснование заявленных требований указал, что 08 ноября 2018 года обратился в ООО «Содействие-М», расположенное в медицинском центре «Океан здоровья», для заключения договора на прохождение медицинской комиссии и последующего трудоустройства, им были сданы необходимые анализы. 09 ноября 2018 года он явился на медицинскую комиссию, к врачу психиатру-наркологу Антроповой М.Ю., которая приняла решение отправить его на комиссию в психоневрологический диспансер № 1 ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5». 10 ноября 2018 года комиссия была им пройдена, по её результатам он получил справку о том, что может выполнять определенную работу. С указанной справкой 14 ноября 2018 года он вновь обратился к врачу психиатру-наркологу Антроповой М.Ю., которая повела себя неадекватно обстоятельствам, и подготовила направление в психиатрическую больницу на его госпитализацию в недобровольном порядке, попутно принимая информацию о нем от сотрудников ООО «Право Роста» Бабенко А.Ю., Набиуллина В.В. и сотрудников ОП «Орджоникидзевский» Бикметова А.М., Денишенко Н.А.. Около 20 часов 15 минут 14 ноября 2018 года сотрудники ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи»: врач Захарченко М.П., Урузбаев Р.С., Магафуров А.Р., с помощью сотрудника ООО «Право Роста» Бабенко А.Ю. погрузили его в карету скорой медицинской помощи и доставили в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», в приемном покое которой дежурным врачом Андреевой Е.П. он против своей воли был помещен в стационар для принудительного психиатрического освидетельствования. Врачи ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» Поцелюк О.В., Иванова Е.Н., Зуевская Е.В., Стольникова Ю.Н., проведя медицинское освидетельствование, нарушили его права, и выставили ему диагноз, основанный на собственных домыслах, и сфабрикованной информации о нем. Полагает, что в принудительной госпитализации он не нуждался, обращение в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» было излишним и противоправным действием должностных лиц, в связи с чем, было принято решение о его освобождении до истечения срока 48 часов с вручением больничного листа. Заключение о его трудоспособности он смог получить только 16 ноября 2018 года. Незаконными действиями вышеуказанных должностных лиц ему причинены нравственные страдания, которые он оценивает: в 500000 рублей в отношении ООО «Содействие-М», 500000 рублей в отношении Антроповой М.Ю., 150000000 рублей в отношении ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» и 50000000 рублей в отношении ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5».

Определением суда первой инстанции указанные дела объединены в одно производство (л.д. 107-109 том 1).

Определением суда первой инстанции от 31 октября 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГУ МВД России по г. Магнитогорску Челябинской области (л.д. 113-114 том 1).

Определением суда первой инстанции от 15 июня 2020 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Администрация г. Магнитогорска Челябинской области, ФИО41 (л.д. 96 том 8).

В судебном заседании суда первой инстанции истец Царев М.В., его представитель ФИО23, действующая по доверенности, заявленные исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исках и в письменных пояснениях.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ООО «Содействие-М» - ФИО33, действующий по доверенности, заявленные требования не признал по доводам, изложенным в письменных возражениях, поддержал ранее представленные заявления о пропуске срока.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» ФИО31, действующая на основании доверенности, заявленные требования не признала, поддержав ранее поданные заявления о пропуске срока, письменные возражения.

В судебном заседании суда первой инстанции ответчик Антропова М.Ю. заявленные требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика Антроповой М.Ю. - ФИО31, действующая по доверенности, позицию ответчика поддержала.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Магнитогорск» - ФИО24, действующая по доверенности, заявленные требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ООО «Право Роста» - ФИО25, действующий по доверенности, заявленные требования не признал.

В судебное заседание суда первой инстанции представители ответчиков - УМВД России по г. Магнитогорску, ГУ МВД России по Челябинской области, Министерства здравоохранения Челябинской области, ответчики - врачи психиатры ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» - Андреева Е.П., Ковальчук Д.Е., Поцелюк О.В., Стольниковой Ю.Н., Ващенко А.А., Зуевская Е.В., Иванова Е.Н., Росалес Л.А., Ковалева Н.П.; врач ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» Захарченко М.П.; сотрудники УМВД России по г. Магнитогорску - Бикметов А.М., Денишенко Н.А.; сотрудники ООО «Право роста» Набиуллин В.В., Бабенко А.Ю. не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В судебное заседание суда первой инстанции представитель третьего лица Администрации г. Магнитогорска Челябинской области, третьи лица ФИО30, ФИО29 не явились, о дате, времени и месте извещены надлежащим образом.

Суд первой инстанции принял решение, которым исковые требования Царева М.В. удовлетворил частично. Признал действия врача ООО «Содействие-М» по принудительной госпитализации Царева М.В. 14 ноября 2018 года незаконными. Взыскал с ООО «Содействие-М» в пользу Царева М.В. в счет компенсации морального вреда 40 000 рублей, штраф 20 000 рублей, судебные расходы в размере 9 067 рублей 30 копеек. В удовлетворении остальной части требований Цареву М.В. отказал.

В апелляционной жалобе истец просит отменить решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований к ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», Набиуллину В.В., Антроповой М.Ю., и к ООО «Содействие-М» в части уменьшения суммы компенсации морального вреда. Полагает, что судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права, не дана оценка обстоятельствам и действиям виновных должностных лиц. С выводом суда в решении о том, что закон позволяет бригадам скорой медицинской помощи поместить больного принудительно в стационар для лечения без судебного решения на срок до 48 часов, не согласен. Указывает, что на 14 ноября 2018 года в законном порядке не установлено, что он страдал каким-либо психическим заболеванием. С выводом суда в решении о том, что врач психиатр-нарколог Антропова М.Ю. не сообщала сотрудникам охранного предприятия личную информацию о нем, не согласен, поскольку данные обстоятельства установлены в ходе судебного заседания, подтверждаются видеозаписью. Указывает, что судом не обоснованна законность его принудительной госпитализации, не согласен с выводом суда о том, что ему необходима была экстренная помощь, поскольку у суда нет специальных познаний в этой области, а должностными лицами ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» это не доказано. Считает, что материалами дела не подтверждена законность присвоения ему диагноза «<данные изъяты>», и не согласен, с выводами суда о пропуске им процессуального срока относительно оспаривания выставленных диагнозов. Выводы, изложенные в решении суда, вызывают сомнение в беспристрастности суда. Полагает, что обстоятельства, которые должны быть учтены, не исследованы и не описаны судом в решении, не учтена международная и национальная судебная практика по подобным делам. Полагает, что размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в его пользу, должен быть увеличен и разделен между ответчиками ООО «Содействие-М», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», поскольку выводы суда в указанной части носят общий, поверхностный и формальный характер.

В апелляционной жалобе ответчик врач психиатр-нарколог Антропова М.Ю. просит отменить решение суда первой инстанции в части признания незаконными действий врача ООО «Содействие-М» по принудительной госпитализации Царева М.В., вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. С выводами суда, изложенными в решении, не согласна, ввиду того, что в силу действующего законодательства, при оказании психиатрической помощи врач-психиатр независим и руководствуется только медицинскими показаниями, врачебным долгом и законом. Полагает, что законно выставила истцу предварительный диагноз, приняла решение об оказании психиатрической помощи в недобровольном порядке и выдала направление на принудительную госпитализацию. Считает, что заключением первичной стационарной судебно-психиатрической комиссии экспертов от 14 мая 2020 года , выданным ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации, предварительный диагноз в отношении Царева М.В. не опровергнут, поскольку данное заключение носит односторонний характер, основано на субъективных объяснениях самого истца, и не может быть положено в основу решения суда.

На апелляционную жалобу ответчика врача психиатра-нарколога Антроповой М.Ю., истцом Царевым М.В. поданы письменные возражения, согласно которым он просит в удовлетворении апелляционной жалобы Антроповой М.Ю. отказать.

На апелляционную жалобу истца поступили письменные возражения представителя ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» - ФИО10, действующей на основании Устава, в которых она просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу истца Царева М.В. без удовлетворения.

Представители ответчиков: ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», ООО «Содействие-М», Министерство здравоохранения Челябинской области, ГУ МВД России по г. Магнитогорску, ГУ МВД России по Челябинской области, ООО «Право Роста», ответчики: Захарченко М.П., Ковальчук Д.Е., Антропова М.Ю., Андреева Е.П., Поцелюк О.В., Стольникова Ю.Н., Ващенко А.А., Зуевская Е.В., Иванова Е.Н., Ковалева Н.П., Росалес Л.А., Бикметов А.М., Денишенко Н.А., Набиуллин В.В., Бабенко А.Ю. и третьи лица не приняли участия в суде апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании части 2.1 статьи 113, статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Согласно ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб в пределах их доводов, заслушав истца, представителя ответчиков, заключение прокурора, судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда к ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права.

В силу части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пунктом 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Правовые, организационные и экономические принципы оказания психиатрической помощи в Российской Федерации установлены в Законе Российской Федерации от 02 июля 1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании».

Психиатрическая помощь оказывается при добровольном обращении лица или с его согласия, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Законом (ст. 4 Закона Российской Федерации от 02 июля 1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании»).

В ст. 29 Закона Российской Федерации от 02 июля 1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании» указаны основания для госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке, а именно, лицо, страдающее психическим расстройством, может быть госпитализировано в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, без его согласия либо без согласия одного из родителей или иного законного представителя до постановления судьи, если его психиатрическое обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает: а) его непосредственную опасность для себя или окружающих, или б) его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.

В силу положений п. 1 ст. 47 названного Закона действия медицинских работников, иных специалистов, работников социального обеспечения, врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы граждан при оказании им психиатрической помощи, могут быть обжалованы по выбору лица, приносящего жалобу, непосредственно в суд, а также в вышестоящий орган (вышестоящему должностному лицу) или прокурору.

Согласно ст. 48 данного Закона жалобы на действия медицинских работников, иных специалистов, работников социального обеспечения, а также врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы граждан при оказании им психиатрической помощи, рассматриваются судом в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и названной статьей (пункт 1).

Согласно п. 38 Порядка проведения обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжёлых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, утвержденному приказом Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 года №302н, в случае выявления врачом-психиатром и (или) наркологом лиц с подозрением на наличие медицинских противопоказаний, соответствующих профилю данных специалистов, к допуску на работы с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также к работам, при выполнении которых обязательно проведение предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, указанные лица в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, направляются для освидетельствования во врачебной комиссии, уполномоченной на то органом здравоохранения.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что Царев М.В. 09 ноября 2018 года обратился в медицинское учреждение ООО «Содействие-М», расположенное в медицинском центре «Океан здоровья», с целью прохождения медицинского осмотра при устройстве на работу по направлению будущего работодателя. Указанное направление было им предоставлено в учреждение.

09 ноября 2018 года Царев М.В. обратился на прием к врачу психиатру-наркологу указанного учреждения Антроповой М.Ю., которой было выдано направление в городской психоневрологический диспансер №1 г. Магнитогорска ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», где на приеме врача-психиатра 10 ноября 2018 года ему был выставлен диагноз: «<данные изъяты>», а при прохождении комиссии ему был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» и отражено, что он годен к работе.

14 ноября 2018 года Царев М.Ю. повторно обратился на прием к врачу ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю. с целью получения направления с отметкой о годности к работе, на которую он претендовал, и дальнейшего прохождения медицинской комиссии.

Направление, либо иная отметка о годности Цареву М.В. врачом ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю. выданы не были. В процессе общения между ней и Царевым М.В. возник конфликт, и Антроповой М.Ю. были вызваны сотрудники охранного предприятия ООО «Право Роста», полиция, а также бригада скорой специализированной медицинской помощи (психиатрической).

Кроме того, врачом психиатром-наркологом Антроповой М.Ю. Цареву М.В. было выписано направление для принудительной госпитализации, на основании которого он был доставлен каретой скорой помощи 14 ноября 2018 года в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5».

В направлении был указан диагноз: «<данные изъяты>? <данные изъяты>)», а также указано, что Царев М.В. ранее в психоневрологической больнице не лечился, к психиатрам не обращался. Со слов сотрудников охраны ранее неоднократно провоцировал скандалы в центре занятости (куда вызывалась охрана). 09 ноября 2018 года проходил комиссию по специальности – слесарь подвижного состава. Во время осмотра ведет себя неадекватно: высказывает бредовые идеи отношения в адрес врача, агрессивен, оскорбляет врача, злобен, все снимает на камеру, подозрителен, считает, что врач все специально подстроил, склонен к сутяжничеству.

Психический статус: В сознании. Легко аффектируется. Многоречив, суетлив, злобен, подозрителен. Высказывает бредовые идеи отношения в адрес врача. Мышление обстоятельное, вязкое. Оскорбляет врача. Угрожает врачу, манерен, циничен, бескритичен (л.д. 161 том 2).

Из медицинской карты стационарного больного , следует, что Царев М.В. поступил в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» 14 ноября 2018 года в 20 часов 55 минут с диагнозом при поступлении «<данные изъяты>». Выписан 16 ноября 2018 года в 13 часов 30 минут с заключительным клиническим диагнозом: «<данные изъяты>» (л.д. 44-60 том 1).

Судом первой инстанции были просмотрены видеозаписи приема Царева М.В. врачом психиатром-наркологом ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю. от 09 ноября 2018 года и от 14 ноября 2018 года, его госпитализация от 14 ноября 2018 года сотрудниками ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», выполненные как самим истцом, так и сотрудниками охранного предприятия. Указанные записи никем не оспаривались, в связи с чем, суд принял их в качестве допустимых доказательств по делу. Из просмотренных видеозаписей установлено, что Антропова М.Ю. на вопросы истца ни 09 ноября 2018 года, ни 14 ноября 2018 года фактически ответов не дает, ничего ему не разъясняет и не объясняет.

В целях проверки доводов истца о некачественном оказании ответчиками медицинской помощи на основании определения суда от 18 декабря 2019 года с учетом изменений, внесенных определением от 28 апреля 2020 года, по делу в соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, назначена стационарная однородная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации (л.д. 69-72 том 8).

Согласно заключению экспертов от 14 мая 2020 года , выполненному Федеральным государственным бюджетным учреждением «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации, эксперты пришли к выводу, что Царев М.В. в настоящее время каким-либо психическим расстройством не страдает. Как показывает анализ материалов дела и медицинской документации у Царева М.В. выявляются акцентуированные личностные черты, что является вариантом психической нормы (по МКБ-10 Z 73.1) об этом свидетельствуют данные анамнеза и выявленные при настоящем клиническом психиатрической обследовании такие личностные особенности подъэкспертного, как эгоцентричность, демонстративность, эмоциональная лабильность, обидчивость, оппоцизионность, ранимость и чувствительность к средовым воздействиям. В условиях субъективно сложных психотравмирующих ситуаций у него возникали личностные реакции, сопровождавшиеся вспыльчивостью, повышенной возбудимостью, требовательностью к окружающим, вербальной агрессивностью, склонностью к воинственно-щепетильному отношению к вопросам, связанным с правами личности, что приводило к конфликтным ситуациям с окружающими. Перечисленные черты в своей совокупности не достигают степени выраженного расстройства личности. В периоды, интересующие суд, у Царева М.В. отсутствовали признаки какого- либо расстройства психической деятельности, поскольку он сохранял правильную ориентировку, поддерживал контакт с реальной ситуацией, проявлял инициативу при реализации задуманного, поддерживал речевую связь с окружающими, его действия были целенаправленными, последовательными, дефференцированными и не сопровождались какими-либо галлюцинаторно-бредовыми или болезненными переживаниями (л.д. 97-110 том 8).

Разрешая настоящий спор и удовлетворяя исковые требования Царева М.В. к ООО «Содействие-М» о признании действий врача Антроповой М.Ю. по выдаче направления на принудительную госпитализацию Царева М.В. 14 ноября 2018 года незаконными и взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции с учетом заключения первичной стационарной судебно-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 мая 2020 года , пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для принудительной госпитализации истца, предусмотренных ст. 29 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года №3185-1 "О психиатрической помощи в Российской Федерации и гарантиях при ее оказании", и с учетом наличия трудовых отношений Антроповой М.Ю. с ООО «Содействие-М» возложил ответственность по возмещению компенсации морального вреда на юридическое лицо. Кроме того, поскольку медицинская услуга по прохождению медицинского осмотра для Царева М.В. являлась платной, в силу положений ч.6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей», взыскал с ответчика штраф.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в указанной части, поскольку они основаны на законе и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Как верно указано судом первой инстанции, в силу ч. 2 ст. 20 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года № 3185-1 "О психиатрической помощи в Российской Федерации и гарантиях при ее оказании" установление диагноза психического заболевания, принятие решения об оказании психиатрической помощи в недобровольном порядке либо дача заключения для рассмотрения этого вопроса являются исключительным правом врача-психиатра или комиссии врачей-психиатров.

Однако, в соответствии со статьей 10 указанного Закона диагноз психического расстройства ставится в соответствии с общепризнанными международными стандартами и не может основываться только на несогласии гражданина с принятыми в обществе моральными, культурными, политическими или религиозными ценностями либо на иных причинах, непосредственно не связанных с состоянием его психического здоровья (пункт 1).

В силу норм международного права и положений Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года № 3185-1 "О психиатрической помощи в Российской Федерации и гарантиях при ее оказании" действует презумпция полноценного психического состояния здоровья гражданина пока не доказано иное.

Довод Антроповой М.Ю. о том, что 14 ноября 2018 года у нее были сомнения в психическим здоровье истца, что явилось основанием для выдачи направления на принудительную госпитализацию противоречит положениям ст. 29 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года №3185-1 "О психиатрической помощи в Российской Федерации и гарантиях при ее оказании", поскольку изложенные в данной статье основания для госпитализации расширенному толкованию не подлежат.

Более того, формулировка, указанная Антроповой М.Ю. в направлении на принудительную госпитализацию, не соответствует соответствующей формулировке в ст. 29 указанного Закона.

Отсутствие необходимости в принудительной госпитализации Царева М.В. подтверждается и дальнейшими действиями сотрудников ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», поскольку они не обратились в суд с административным иском по данному обстоятельству, а также не подтвердили выставленный врачом ООО «Содействие-М» диагноз.

Несмотря на то, что п. "а" статьи 29 Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» не уточняет, что означает обусловленная психическим расстройством «непосредственная опасность лица для себя», в своей практике Европейский Суд по правам человека считает, что законодатель не обязан исчерпывающим образом разъяснять понятие «опасность», поскольку вряд ли возможно охватить в законе все разнообразие состояний, которые включают в себя психиатрические риски (Постановление ЕСПЧ от 28 октября 2003 года по делу "Ракевич против Российской Федерации").

Ответчик Антропова М.Ю. в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предоставила соответствующих доказательств, в чем выражалась для истца его «непосредственная опасность лица для себя», а также существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи – основания, которые послужили для выдачи соответствующего направления.

Не согласие ответчиков с заключением первичной стационарной судебно-психиатрической комиссии экспертов от 14 мая 2020 года , выданным ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации, не является основанием для отмены оспариваемого решения.

Вопреки доводам жалобы ответчика указанное экспертное заключение отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Эксперты имеют соответствующее образование, опыт в проведении аналогичных экспертиз, заключение экспертами дано в пределах специальных познаний, экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.85 Гражданского процессуального кодекса РФ, и они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

С учётом изложенного, оснований не доверять результатам судебной экспертизы, а также в беспристрастности и объективности экспертов судебная коллегия также не усматривает.

В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе Антроповой М.Ю., фактически аналогичны позиции ответчика при рассмотрении дела в суде первой инстанции, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку. Оснований для иной правовой оценки у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с размером компенсации морального вреда, взысканной в его пользу с ООО «Содействие-М», подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку, сами по себе, не могут служить основанием для изменения решения суда. Истцом были заявлены исковые требования о взыскании компенсации морального вреда с указанного ответчика в размере 500 000 рублей, суд первой инстанции с учетом всех обстоятельств дела определил размер компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учел требования разумности и справедливости, характер причиненных истцу нравственных страданий, поведение ответчика, а также то обстоятельство, что решение суда должно быть реально исполнимым, пришел к выводу о взыскании с ответчиков в солидарном порядке компенсации морального вреда в размере 40000 рублей.

Причем, судом подробно мотивированы выводы о наличии оснований для возложения ответственности на ООО «Содействие-М», с которым Антропова М.Ю. состоит в трудовых отношениях. В указанной части решение суда истцом не оспаривается.

В свою очередь, оценивая характер и степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, суд первой инстанции учел так же взаимное поведение сторон конфликта и отсутствие каких-либо последствий, в том числе в виде физических страданий у истца.

У судебной коллегии нет оснований не соглашаться с указанными выводами, поскольку они основаны на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах, которым дана правильная и надлежащая оценка в соответствии с положениями статьями 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильном применении норм материального и процессуального права.

Ссылка истца на международную и национальную судебную практику по аналогичным спорам судебной коллегией не принимается, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств.

Довод жалобы истца о том, что судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, не принят во внимание факт сообщения Антроповой М.Ю. сотрудникам охранного предприятия личной информации о нем, противоречит установленным по делу обстоятельствам, поскольку из видеозаписи от 14 ноября 2018 года следует, что персональные данные сотрудникам охранного предприятия сообщил сам истец, на что ссылается суд в своем решении.

Довод жалобы о том, что в связи с разглашением сведений о его здоровье со стороны врача ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю. он также имеет право на компенсацию морального вреда не основан на законе и противоречит установленным обстоятельствам по делу.

Кроме того, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что срок обращения в суд по требованиям об оспаривании диагнозов и оспаривании действий (бездействия) должностных лиц истцом пропущен, поскольку указанные требования истцом заявлены впервые в исках от 16 января 2019 года и от 21 мая 2019 года, а о незаконности действий должностных лиц он узнал не позднее 16 ноября 2018 года.

В силу положений ст. 47 Закона Российской Федерации от 02 июля 1992 года №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" действия медицинских работников, иных специалистов, работников социального обеспечения и образования, врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы граждан при оказании им психиатрической помощи, могут быть обжалованы по выбору лица, приносящего жалобу, непосредственно в суд, а также в вышестоящий орган (вышестоящему должностному лицу) или прокурору в месячный срок, исчисляемый со дня, когда лицу стало известно о совершении действий, ущемляющих его права и законные интересы.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства в Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Истец с указанными требованиями обратился в суд в соответствии с положениями Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Суд перешел к рассмотрению данного дела по правилам Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с тем, что истцом в рамках данного спора одновременно были заявлены требования о компенсации морального вреда. Следовательно, при рассмотрении требований об оспаривании действий (бездействия) суд вправе ссылаться на положения Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Как указано в ч.1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Таким образом, по требованиям об оспаривании диагнозов и признании действий (бездействия) врачей-психиатров истец имел право обратился в суд с иском в течение одного месяца, в части оспаривания иных действий – в течение трех месяцев с момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Установлено, что истцом был подан иск к ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», ООО «Содействие-М», Министеству здравоохранения Челябинской области 03 февраля 2019 года, где Царев М.В. просил признать действия должностных лиц ООО «Содействие-М», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» и ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» по его недобровольной госпитализации незаконными, противоречащими требованиям закона, признать действия должностных лиц ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» по его недобровольному освидетельствованию противоречащими требованиям закона (л.д. 4-6 том 2).

При этом, медицинские карты, содержащие все выставленные диагнозы Цареву М.В. были предоставлены ему соответственно ООО «Содействие-М» 14 декабря 2018 года (л.д. 29 том 2), ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» 14 декабря 2018 года (л.д. 30 том 2), ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» 19 декабря 2018 года (л.д. 43 том 2).

24 и 25 декабря 2018 года истец увеличил исковые требования, выставленные диагнозы и состав ответчиков не изменял, а увеличил требования в части объема незаконных действий (бездействия) (л.д. 111-113, 155-157 том 2). В иске от 16 января 2019 года Царев М.В. также не меняет состав ответчиков и не оспаривает диагнозы (л.д. 189-192 том 2).

Довод истца о том, что на данные правоотношения распространяется срок исковой давности три года, основан на неправильном толковании норм права, поскольку в зависимости от вида судопроизводства законодателем предусмотрены специальные процессуальные сроки.

Доводы истца о необходимости восстановления процессуальных сроков в связи с выдачей ему всех документов лишь в конце ноября 2018 года и в процессе рассмотрения дела в суде, судебной коллегией также отклоняются, поскольку истец с 14 ноября 2018 года достоверно знал обо всех действиях (бездействии), совершенных в отношении него должностными лицами ответчиков, а с 16 ноября 2018 года достоверно знал обо всех выставленных ему диагнозах, и заполнении медицинских документов, в том числе о диагнозе «<данные изъяты>» он знал с 16 ноября 2018 года, с момента получения им выписного эпикриза (л.д.10 том 2).

Доводы апеллянта о наличии в медицинских документах исправлений и неточностей судебная коллегия также не может принять во внимание, поскольку в суде первой инстанции о подложности таких документов им не было заявлено.

Относительно доводов апелляционной жалобы истца о необоснованности отказа в удовлетворении исковых требований к ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом, гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного постановления).

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (статья 1100 второй части Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 1 марта 1996 года) (пункт 3 названного постановления).

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация - ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» должна была доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью Царева М.В. и в причинении ему морального вреда при оказании медицинской помощи.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что 14 ноября 2018 года сотрудниками ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» фактически осуществлена транспортировка Царева М.В. из медицинского центра «Океан здоровья» в приемный покой ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» по направлению врача ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю., самостоятельный диагноз ими не выставлялся.

Из представленных сторонами документов, нарушений при оказании медицинской помощи со стороны сотрудников ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» не усматривается. Применение физической силы в отношении Царева М.В. сотрудниками ответчика не нашло своего подтверждения.

Таким образом, вопреки доводам жалобы, доказательств причинения истцу морального вреда действиями сотрудников ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» материалы дела не содержат, нарушений конституционных прав истца со стороны указанного ответчика не установлено.

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не были представлены доказательства нарушений личных неимущественных прав, виновных действий должностных лиц, состоящих в причинной связи с таким нарушением, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска к ответчику ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи».

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований, предусмотренных ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, для взыскания компенсации морального вреда с ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5», в силу следующего.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, исходя из приведенных положений закона, ответственность за причиненный вред, в том числе и моральный, наступает только при наличии вины причинителя вреда, исключения из которого прямо закреплены в законе.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Из содержания исковых заявлений, пояснений истца, данных им как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции, следует, что обращение его в суд обусловлено тем, что недобровольная госпитализация его в психиатрический стационар была сопряжена с выставлением ему необоснованных диагнозов, унижающих человеческое достоинство, что нанесло ему моральный вред в виде нравственных страданий.

Материалами дела установлено, что Цареву М.В. врачом-психиатром психоневрологического диспансера №1 г. Магнитогорска ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» 10 ноября 2018 года был выставлен диагноз: «<данные изъяты>?», комиссией психоневрологического диспансера №1 г. Магнитогорска ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» 10 ноября 2018 года был выставлен диагноз: «<данные изъяты>?». Диагноз в направлении врача психиатра-нарколога ООО «Содействие-М» Антроповой М.Ю. от 14 ноября 2018 года указан: «? <данные изъяты>». Согласно записи первичного осмотра от 15 ноября 2018 года в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» устанавливался диагноз: «<данные изъяты>?». По решению врачебной комиссии 16 ноября 2018 года Цареву М.В. установлен диагноз: «<данные изъяты>». При этом, комиссия экспертов при даче заключения 16 ноября 2018 года ни один из выставленных ранее диагнозов не подтвердила, что видно из текста данного заключения, и выставила свой диагноз, фактически сняв предыдущие.

Между тем, как указано ранее, согласно заключению первичной стационарной судебно-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 мая 2020 года , в спорный период у Царева М.В. отсутствовали признаки какого-либо расстройства психической деятельности.

Кроме того, в силу положений ч.1 ст. 32 Закона Российской Федерации от 02 июля 1992 года №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" лицо, госпитализированное в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, по основаниям, предусмотренным статьей 29 настоящего Закона, подлежит обязательному психиатрическому освидетельствованию в течение 48 часов комиссией врачей-психиатров медицинской организации, которая принимает решение об обоснованности госпитализации. В случаях, когда госпитализация признается необоснованной и госпитализированный не выражает желания остаться в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, он подлежит немедленной выписке. При этом, выставление какого-либо диагноза в таком случае не требуется.

Вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» не представлено доказательств обоснованности выставления диагноза «<данные изъяты>» при выписке Царева М.В. 16 ноября 2018 года.

Более того, ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» согласилась с выводами экспертов о состоянии здоровья Царева М.В. и сняло ему ранее выставленный диагноз с 14 мая 2020 года в связи с результатами проведенной экспертизы (л.д. 184 том 9).

Довод ответчика о том, что прошло много времени и специалисты спроецировали ситуацию, которая имела место 14 ноября 2018 года на сегодняшний день, также ни на чем не основан. В адрес экспертного учреждения были направлены материалы дела в полном объеме, при этом данный объем доказательств значительно превышал тот, которым располагали врачи ответчиков при выставлении соответствующих диагнозов Цареву М.В.. Экспертиза была назначена стационарная, то есть эксперты имели реальную возможность наблюдать Царева М.В. длительное время в динамике.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции об отсутствии причинной связи и вины ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» сделаны с существенными нарушениями приведенных выше норм материального права, и не соответствуют установленным обстоятельствам по делу, поскольку материалами дела достоверно установлено, что незаконными действиями ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» по выставлению диагноза «<данные изъяты>» при выписке Царева М.В. 16 ноября 2018 года последнему причинены нравственные страдания, связанные с унижением его чести и достоинства, что является основанием для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности.

В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Оценив представленные доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, объем физических и нравственных страданий Царева М.В., его состояние здоровья, степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, судебная коллегия полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» в пользу Царева М.В. в размере 20000 рублей. Для взыскания компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия оснований не находит.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 300 рублей - за требования о компенсации морального вреда.

Кроме того, в связи с частичным удовлетворением исковых требований в отношении ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» решение суда в части взыскания судебных расходов подлежит изменению.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацу второму ст. 94 указанного Кодекса к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 указанного кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку истцом заявлены неимущественные требования (о компенсации морального вреда), в силу п. 21 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению.

Истцом заявлены требования о взыскании судебных расходов со всех ответчиков в сумме 16 946 рублей 10 копеек, состоящие из транспортных расходов истца, связанных с поездкой в г. Москва, на проведение судебной экспертизы, в том числе за билет на автобус Магнитогорск – Челябинск в сумме 500 рублей, за электронный билет для поездки по г. Москве в размере 550 рублей, за билет на поезд ОАО «РЖД» Челябинск- Москва стоимостью 2 677, 80 рублей, за хранение багажа (ручная кладь) 200 рублей и 300 рублей соответственно, за билет на поезд Москва – Челябинск ОАО «РЖД» стоимостью 3 514,50 рублей, за билет на автобус Челябинск – Магнитогорск стоимостью 750 рублей, за билет на маршрутное такси в г. Магнитогорске, стоимостью 25 рублей, а всего – 8517,3 рублей, которые являются обоснованными и подтверждены платежными документами (л.д. 80-95 том 8), а также расходов истца на питание, посещение санузла, приобретение предметов гигиены и первой необходимости, которые не относятся к необходимым судебным расходам.

С учетом изложенного, удовлетворения исковых требований Царева М.В. в отношении ответчиков ООО «Содействие-М» и ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» подтвержденные судебные расходы в сумме 8517,30 рублей подлежат взысканию с указанных ответчиков в равных долях, по 4258,65 рублей с каждого.

В остальной части оснований для отмены или изменения решения суда не усматривается.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 24 июля 2020 года в части отказа в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда Царева Михаила Валерьевича к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» - отменить.

Принять в указанной части новое решение.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» в пользу Царева Михаила Валерьевича компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 24 июля 2020 года в части взыскания судебных расходов изменить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Содействие-М» и Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница №5» в пользу Царева Михаила Валерьевича судебные расходы в размере 8517 рулей 30 копеек в равных долях, по 4258 рублей 65 копеек с каждого.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы Царева Михаила Валерьевича, Антроповой Марины Юрьевны – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Рейтинг@Mail.ru

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».