Дело № 22-10/2019

Постановление

Судья Ледяйкина О.П.                         Дело № 22-10/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Саранск                             10 января 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Макарова А.В.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Республики Мордовия Похилько П.В.,

осужденных Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г.,

защитников: адвоката Любишкиной Н.П., представившей удостоверение № 379 и ордер № 11 от 10 января 2019 года, адвоката Малышева С.В., представившего удостоверение № 129 и ордер № 21 от 10 января 2019 года, адвоката Смакаева Р.Р., представшего удостоверение № 7 и ордер № 196 от 10 января 2019 года,

при секретаре Урясовой Н.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной Лапшиной М.В. и в защиту её интересов адвоката Любишкиной Н.П., с возражениями на них государственного обвинителя Тарасовой М.В., апелляционное представление государственного обвинителя Тарасовой М.В. на приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 17 октября 2018 года, которым

Лапшина М.В. <дата> года рождения, уроженка <адрес>, гражданка Российской Федерации, с высшим образованием, замужняя, работающая <данные изъяты> зарегистрированная и фактически проживающая по адресу: <адрес> несудимая,

осуждена по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации к штрафу в доход государства в размере 150000 рублей, по части 5 статьи 33 части 3 статьи 142.2 УК Российской Федерации к штрафу в доход государства в размере 450000 рублей; на основании части 2 статьи 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений окончательно к штрафу в доход государства в размере 500000 рублей;

Богачева Н.Н. <дата> года рождения, уроженка <адрес>, гражданка Российской Федерации, с высшим образованием, замужняя, <данные изъяты>, работающая заведующей <данные изъяты> зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, несудимая,

Чалыкина Т.Г. <дата> года рождения, уроженка <адрес>, гражданка Российской Федерации, с высшим образованием, незамужняя, работающая <данные изъяты> зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, несудимая,

осуждены каждая по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации с применением статьи 64 УК Российской Федерации к штрафу в доход государства в размере 60000 рублей, по части 3 статьи 142.2 УК Российской Федерации с применением статьи 64 УК Российской Федерации к штрафу в доход государства в размере 100000 рублей; на основании части 2 статьи 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений окончательно к штрафу в доход государства в размере 120000 рублей.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего, пояснения осужденной Лапшиной М.В. и в защиту её интересов адвоката Любишкиной Н.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене обвинительного приговора и оправдании Лапшиной М.В., осужденной Чалыкиной Т.Г. и в защиту её интересов адвоката Малышева С.В., а также адвоката Смакаева Р.Р. в защиту интересов осужденной Богачевой Н.Н. о снижении наказания по доводам апелляционного представления, мнение прокурора Похилько П.В., полагавшего приговор суда подлежащим изменению по доводам апелляционного представления без снижения наказания, судебная коллегия

установила:

приговором суда установлено, что Богачева Н.Н. и Чалыкина Т.Г., являясь членами участковой избирательной комиссии <№> <адрес>, а Лапшина М.В. – наблюдателем от кандидата на должность Главы Республики Мордовия ВВД., по предварительному сговору между собой в день проведения выборов главы Республики Мордовия <дата> года в период времени <данные изъяты> в помещении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, сфальсифицировали избирательные бюллетени в количестве 78 штук, путем проставления в них отметки о выборе из числа зарегистрированных кандидатов на должность Главы Республики Мордовия ВВД Сразу после этого Чалыкина Т.Г. по предварительному сговору с Богачевой Н.Н., при пособничестве Лапшиной М.В. незаконно выдали ЗВА 10 из вышеуказанных сфальсифицированных бюллетеней.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции Богачева Н.Н. и Чалыкина Т.Г. виновными себя признали, Лапшина М.В. виновной себя не признала, пояснив, что в инкриминируемый ей период в помещении, где располагалась участковая избирательная комиссия, она не находилась, так как вместе с супругом уехали за пределы г. Саранска, при этом, Богачева Н.Н. и Чалыкина Т.Г. её оговорили.

Осужденная Лапшина М.В. в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что исследованные по делу доказательства не подтверждают её вины в совершении инкриминируемого деяния. Считает, что протоколы предъявления лица для опознания от 18.01.2018 являются недопустимыми доказательствами по причине того, что участвующие при производстве данного следственного действия статисты резко отличались от неё по внешности, что в соответствии со статьей 193 УПК Российской Федерации является недопустимым. Приводя ссылки на нормы Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и закона Республики Мордовия «О выборах Главы Республики Мордовия», обращает внимание на то, что она не может являться субъектом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, так как наблюдатель не является ни доверенным лицом, ни уполномоченным представителем кандидата. При этом она не была информирована о том, что является наблюдателем от зарегистрированного кандидата ВВД Считает, что исследованные в суде в качестве вещественных доказательств список наблюдателей; список лиц, присутствующих при проведении голосования, подсчете голосов избирателей и составлении протокола об итогах голосования, в котором не проставлено время прибытия наблюдателя Лапшиной М.В., а также неверно указан номер квартиры её места жительства, не могут подтверждать факт её присутствия на избирательном участке в качестве наблюдателя. Обращает внимание, что вывод суда о её присутствии на избирательном участке в инкриминируемый период основан на показаниях Богачевой и Чалыкиной, которые её оговорили, при этом допрошенные свидетели, которым демонстрировалась видеозапись, факт её присутствия на избирательном участке не подтвердили. Считает, что суд необоснованно положил в основу приговора заключение эксперта по видеозаписи, произведенной свидетелем ПВВ, так как непонятно, что являлось предметом данного экспертного исследования. Указывает, что обвинительный приговор построен исключительно на предположениях, а квалификация её действий по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации по признаку «группой лиц по предварительному сговору» является ошибочной, так как данная норма не содержит такого квалифицирующего признака. Просит приговор отменить и оправдать её по предъявленному обвинению.

Адвокат Любишкина Н.В. в апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденной Лапшиной М.В.. также выражает несогласие с приговором суда, оперируя отсутствием доказательств вины её подзащитной в совершении деяния, установленного судом. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд дал неверную оценку противоречивым показаниям свидетелей Пискайкина В.В. и ЗВА, которые не смогли пояснить по каким признакам они опознали Лапшину М.В., при этом протоколы предъявления лица для опознания являются недопустимыми доказательствами по причине того, что статисты резко отличались по внешности от Лапшиной М.В. Ссылаясь на то, что её подзащитная на основании статьи 51 Конституции Российской Федерации на предварительном следствии отказалась от дачи показаний, у следователя отсутствовали основания для проведения очных ставок между Лапшиной М.В. и свидетелями Пискайкиным В.В. и ЗВА в виду отсутствия противоречий в их показаниях, поэтому положенные в основу приговора протоколы очных ставок между указанными лицами являются недопустимыми доказательствами. Обращает внимание на то, что судом не установлено, каким образом видеозапись, произведенная свидетелем ПВВ., оказалась на компакт-диске, представленном для проведения судебной комплексной психолого-лингвистической криминалистической экспертизы видео и звукозаписей, а поэтому заключение данной экспертизы от 16.03.2018 № 37/3-1, № 38/3-1, № 39/3-1 является недопустимым доказательством. При проведении данной экспертизы эксперты переформулировали поставленные перед ними вопросы, изменив их содержание, при этом эксперт СОВ, выйдя за пределы специальных познаний, дала ответ на правовой вопрос и идентифицировала голоса интересующих следователя фигурантов дела, установив принадлежность реплик. Считает, что приговор суда основан на предположениях, а не приведение в приговоре содержания показаний свидетелей КВВ, ММП и ЛТА является грубым нарушением требований Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.1996 № 1 «О судебном приговоре». Ссылаясь на нормы Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и закона Республики Мордовия «О выборах Главы Республики Мордовия», указывает, что Лапшина М.В. не может являться субъектом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, так как наблюдатель не является ни доверенным лицом, ни уполномоченным представителем кандидата. Считает, что судом не установлены избиратели, которым Лапшина М.В. по версии обвинения выдала заполненные бюллетени. Просит вынести в отношении Лапшиной М.В оправдательный приговор.

Государственный обвинитель Тарасова М.В. в апелляционном представлении указывает, что суд в нарушение требований статей 252 и 307 УПК Российской Федерации вышел за пределы предъявленного обвинения по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации, ошибочно указав в действиях осужденных наличие квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», тогда как данная норма такового не содержит. В тоже время суд признал отягчающим наказание обстоятельством по факту фальсификации избирательных документов «совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору». Просит исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на совершение Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, в составе группы лиц по предварительному сговору, при этом назначенное наказание оставить без изменения.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденной Лапшиной М.В. и её защитника адвоката Любишкиной Н.П. государственный обвинитель Тарасова М.В. считает их не подлежащими удовлетворению. Считает, что Лапшина М.В. в силу избирательного законодательства Российской Федерации как представитель зарегистрированного кандидата является субъектом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации. Указывает, что суд проверил порядок проведения очных ставок между осужденными и свидетелями Пискайкиным В.В. и ЗВА, а также порядок проведения судебных комплексных психолого-лингвистических криминалистических экспертиз и обоснованно признал данные доказательства допустимыми. Оснований для оговора Лапшиной М.В. со стороны Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. в ходе судебного следствия не установлено. Также обращает внимание на то, что показания свидетелей БОВ и БНН о том, что в день выборов они не видели Лапшину М.В. на избирательном участке, не свидетельствуют о нахождении последней в инкриминируемый период в ином месте. Просит приговор, за исключением указания на совершение Богачевой Н.Н., Чалыкиной Т.Г. и Лапшиной М.В. преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, в составе группы лиц по предварительному сговору, оставить без изменения.

Заслушав явившиеся стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции в соответствии с частью 3 статьи 15 УПК Российской Федерации создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Виновность Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. в совершении преступлений установлена судом, несмотря на занятую осужденной Лапшиной М.В. позицию ее отрицания, и, вопреки доводам апелляционных жалоб, подтверждается совокупностью доказательств, представленных в суд, как стороной обвинения, так и стороной защиты, которым в приговоре дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 88 УПК Российской Федерации. Каждому из доказательств суд дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Судом дана надлежащая критическая оценка показаниям Лапшиной М.В. в судебном заседании, которые противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании совокупности исследованных судом доказательств.

При этом суд правильно сослался в приговоре в обоснование виновности Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. в совершении вышеуказанных преступлений на следующие доказательства:

- показания подсудимой Чалыкиной Т.Г., согласно которым она, являясь членом участковой избирательной комиссии с правом совещательного голоса от кандидата ВВД., в день выборов Главы Республики Мордовия <дата>, желая повысить явку избирателей, договорились с наблюдателем от кандидата ВВД. Лапшиной М.В. о том, что она (Чалыкина Т.Г.) выйдет на улицу, возможно, встретит знакомых, которых приведет на избирательный участок и вместе с Лапшиной М.В. выдадут им избирательные бюллетени. Получив согласие Лапшиной М.В., она вышла на улицу, где встретила группу людей в количестве 10-12 человек, которые шли голосовать именно за кандидата ВВД., которых она проводила в кабинет, где хранились избирательные бюллетени. В это время в данном кабинете председатель комиссии Богачева Н.Н. пересчитывала избирательные бюллетени, а Лапшина М.В. из пачки взяла избирательные бюллетени и стала проставлять галочки за кандидата ВВД., которые она и Лапшина М.В. стали раздавать присутствующим, инструктируя их, чтобы они были осторожны. После этого ЗВА, находящаяся среди группы людей, стала кричать, что творится беззаконие, в связи с чем все люди выложили бюллетени и покинули кабинет;

- показания подсудимой Богачевой Н.Н., из которых следует, что <дата> в обеденное время ей как председателю участковой избирательной комиссии поручили проверить, подписи всех ли членов избирательной комиссии есть на бюллетенях для голосования по выборам Главы Республики Мордовия. Поднявшись в кабинет, где хранились бюллетени, она стала проверять их на наличие подписей. В этот момент в кабинет вошли член избирательной комиссии с правом совещательного голоса Чалыкина Т.Г. и наблюдатель Лапшина М.В., а также группа людей. Лапшина М.В. достала бюллетени и стала проставлять какие-то отметки, после чего та и Чалыкина Т.Г. передавали эти бюллетени людям. Она поняла, такими действиями Чалыкина Т.Г. и Лапшина М.В. хотят повысить явку, что ей было выгодно, и она не сопротивлялась их действиям;

- показания свидетеля ЗВА в суде и на предварительном следствии, оглашенные в виду наличия существенных противоречий, из которых видно, что <дата>, объезжая со своим помощником ПВВ. избирательные участки с целью проверки порядка проведения выборов Главы Республики Мордовия, у школы <№>, где располагался участок <№>, увидели группу людей. Когда эта группа направилась в сторону школы, они пошли за ними, при этом ПВВ вел видеозапись на свой сотовый телефон. Когда они поднялись в кабинет на втором этаже здания школы, там находилась председатель участковой избирательной комиссии Богачева Н.Н. и член данной комиссии с правом совещательного голоса Чалыкина Т.Г., а также ранее незнакомая Лапшина М.В. Две последние достали из шкафа бюллетени, Лапшина М.В. стала проставлять галочки, после чего они вдвоем передавали их пришедшим людям, в том числе и ей. Затем Чалыкина Т.Г. и Лапшина М.В. провели инструктаж. Богачева Н.Н. все это время пересчитывала бюллетени. Считает, действия всех троих были согласованными. После того, как она указала на нарушение избирательного права, люди положили бюллетени и ушли из кабинета. У неё осталось порядка 10 бюллетеней с проставленными галочками за кандидата ВВД На предварительном следствии ей давали просмотреть видеозапись, которую на свой сотовый телефон осуществлял ПВВ На ней имеется запись тех событий, о которых она давала показания;

- показания свидетеля ПВВ которые по своему содержанию в целом аналогичны показаниям свидетеля ЗВА о событиях <дата>;

- протоколы предъявления лица для опознания от 18 января 2018 года, согласно которым свидетели ПВВ. и ЗВА уверенно опознали Лапшину М.В., как лицо, которое <дата> в помещении <данные изъяты> проставляла отметки о голосовании в избирательных бюллетенях по выборам Главы Республики Мордовия за кандидата ВВД.;

- протоколы очных ставок от 31.01.2018, от 01.02.2018 между Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и ПВВ., ЗВА, согласно которым последние подтвердили свои показания об обстоятельствах произошедшего <дата> на избирательном участке <№> в ходе проведения выборов Главы Республики Мордовия;

- показания свидетеля МНВ, из которых следует, что она, являясь секретарем участковой избирательной комиссии <№>, при проведении выборов Главы республики Мордовия <дата> зарегистрировала наблюдателя Лапшину М.В. от кандидата ВВД. В этот день на избирательном участке были зафиксированы нарушения избирательного законодательства. На предварительном следствии ей демонстрировали видеозапись, где было зафиксировано, как председатель участковой избирательной комиссии Богачева Н.Н. считает избирательные бюллетени, а Лапшина М.В. проставляет в бюллетенях знаки в пользу одного из кандидатов;

- показания свидетеля БМВ, согласно которым Лапшина М.В. <дата> при проведении выборов Главы Республики Мордовия на избирательном участке <№> являлась наблюдателем от кандидата ВВД. После просмотра у следователя видеозаписи, она опознала Лапшину М.В., которая проставляет отметки в избирательных бюллетенях, а Богачева Н.Н. и Чалыкина Т.Г. соответственно подсчитывают и раздают избирательные бюллетени с отметками за определенного кандидата;

- протокол от 19.09.2017, из которого следует, что с участием свидетелей ПВВ. и ЗВА осмотрен изъятый у свидетеля ПВВ. компакт-диск, содержащий видеозапись, сделанную при помощи его сотового телефона, о событиях, имевших место <дата> в помещении <данные изъяты>», и о действиях Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. при фальсификации избирательных документов;

- протокол от <дата>, согласно которому просмотрена видеозапись, содержащаяся на изъятом у свидетеля ПВВ компакт-диске о событиях, имевших место <дата> на избирательном участке <№>, с раскрытием содержания произнесенных Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. фраз; данное вещественное доказательство являлось предметом непосредственного исследования в ходе судебного следствия суда первой инстанции, после чего подсудимые Богачева Н.Н. и Чалыкина Т.Г. указали на то, кому какая фраза принадлежит;

- протоколы осмотра от 15.09.2017 и 17.11.2017, из которых видно, что осмотрен изъятый у свидетеля ПВВ сотовый телефон, с него скопированы имеющиеся видеофайлы, записанные на компакт-диск, а затем просмотрены;

- заключение комплексной психолого-лингвистической криминалистической экспертизы видео и звукозаписей от 16.03.2018 № 37/3-1, № 38/3-1, № 39/3-1, из которой видно, что на изъятом у свидетеля Пискайкина В.В. компакт-диске имеется видеозапись, где фигуранты ведут разговор о совершении действий, направленных на проставление в избирательных бюллетенях отметок о голосовании за определенного кандидата за других избирателей и распространение этих бюллетеней на избирательном участке. Между фигурантами разговора имелась предварительная договоренность о совершении действий, связанных с проставлением отметок о голосовании в избирательных бюллетенях за других избирателей, они действуют согласованно, в содержании их разговора имеются психолого-лингвистические признаки побуждения (указание) на совершение действий связанных с распространением избирательных бюллетенях с проставленными отметками за определенного кандидата;

- заключение судебной комплексной криминалистической экспертизы видео и звукозаписей от 12.03.2018 № 261/3-1, № 262/3-1, № 263/3-1, из которой видно, что имеющаяся на изъятом у свидетеля Пискайкина В.В. компакт-диске видеозапись не имеет признаков монтажа и/или иных изменений, привнесенных в процесс записи или после её окончания;

- показания допрошенных экспертов ПЕМ, СОВ и ШСВ, подтвердивших выводы, отраженные в проведенных ими экспертных исследованиях;

- сведения о телефонных соединениях абонентского номера, принадлежащего Лапшиной М.В., согласно которым <дата> Лапшина М.В. осуществляла исходящий вызов на абонентский номер, принадлежащий Чалыкиной Т.Г., и в этот день сотовый телефон с абонентским номером Лапшиной М.В. находился в зоне действия вышек по адресам: <адрес>, то есть в непосредственной близости от <данные изъяты>

- исследованные в ходе судебного следствия вещественные доказательства: направление от 07 сентября 2017 года, выданное доверенным лицом кандидата ВВД – КОВ о направлении Лапшиной М.В. наблюдателем в участковую избирательную комиссию избирательного участка избирательного участка <№>; уведомление от 25.08.2017 о назначении Чалыкиной Т.Г. членом участковой избирательной комиссии избирательного участка <№> с правом совещательного голоса; список наблюдателей на избирательном участке <№>, избирательные бюллетени для голосования на выборах Главы Республики Мордовия в количестве 78 штук с отметкой о голосовании за ВВД.; список лиц, присутствующих при проведении голосования, подсчете голосов избирателей и составлении протокола об итогах голосования на выборах Главы Республики Мордовия от <дата>; протокол участковой избирательной комиссии об итогах голосования избирательного участка <№> от <дата>; решение Ленинской территориальной избирательной комиссии го Саранск от <дата> <№> «О признании итогов голосования по выборам Главы Республики Мордовия на избирательном участке <№> недействительными».

Судом дана правильная оценка показаниям свидетелей ПВВ. и ЗВА как в судебном заседании, так и на предварительном следствии, которые дополняют друг друга, а незначительные противоречия, на которые ссылается адвокат в своей апелляционной жалобе, были предметом исследования в суде первой инстанции, после чего они были положены в основу обвинительного приговора.

Судом проверен порядок производства очных ставок между Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и ПВВ., ЗВА, протоколы которых сторона защиты просит признать недопустимыми доказательствами, и признан соответствующим требованиям статьи 192 УПК Российской Федерации. При этом судебная коллегия отвергает доводы адвоката Любишкиной Н.П. об отсутствии у следствия оснований для проведения указанных очных ставок, так как непризнание Лапшиной М.В. вины при отказе от дачи показаний, при наличии показаний свидетелей ПВВ. и ЗВА, приведенных выше, свидетельствует о наличии существенных противоречий в отражении сути событий, входящих в предмет доказывания.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности осужденных Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н., а также свидетелей ПВВ. и ЗВА в исходе дела и в оговоре осужденной Лапшиной М.В., из материалов уголовного дела не усматривается и в ходе судебного разбирательства не установлено.

Оснований для признания протоколов предъявления лица для опознания от 18.01.2018, согласно которым свидетели ЗВА и ПВВ. опознали Лапшину М.В. как лицо, которое <дата> фальсифицировало избирательные документы на избирательном участке <№>, недопустимыми, на чем настаивают авторы апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит и соглашается с выводами суда первой инстанции о проведении данных следственных действий в строгом соответствии с требованиями закона. При этом судебная коллегия отмечает, что, вопреки доводам апелляционных жалоб, из фототаблиц, приложенных к указанным протоколам (т. 3 л.д. 109-110, 116-117), видно, что опознаваемая и двое статистов визуально внешне сходны, что в полной мере соответствует требованиям части 3 статьи 193 УПК Российской Федерации, согласно которой лицо предъявляется для опознания вместе с другими лицами, по возможности внешне сходными с ним.

Доводы осужденной Лапшиной М.В. и её защитника адвоката Любишкиной Н.П. о том, что Лапшина М.В. не является субъектом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, судебная коллегия отвергает.

Так, в силу частей 3 и 4 статьи 30 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 12.06.2002 № 67-ФЗ (с последующими изменениями), в их взаимосвязи с частями 3 и 4 статьи 17 закона Республики Мордовия «О выборах Главы Республики Мордовия» от 13.06.2012 № 42-З (с последующими изменениями) при проведении выборов Главы Республики Мордовия наблюдателя может назначить зарегистрированный кандидат. Судом первой инстанции установлено, что доверенным лицом кандидата ВВД – КОВ наблюдателем в участковую избирательную комиссию избирательного участка <№> направлена Лапшина М.В. Таким образом, зарегистрированный кандидат на должность Главы Республики Мордовия ВВД уполномочил Лапшину М.В. быть его представителем на указанном избирательном участке в день проведения выборов <дата>. Поэтому при буквальном толковании диспозиции части 1 статьи 142 УК Российской Федерации Лапшина М.В. является субъектом данного преступления.

Судом проверена и обоснованно отвергнутая как недостоверная, противоречащая исследованным доказательствам версия Лапшиной М.В. о её нахождении в инкриминируемый период в ином месте. С данными выводами суда первой инстанции соглашается и судебная коллегия. При этом, судом проанализированы показания осужденных Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г., свидетелей ПВВ ЗВА, БМВ и МНВ, сведения о соединениях абонентского номера, принадлежащего Лапшиной М.В., которые, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, в совокупности с другими исследованными доказательствами свидетельствуют о виновности Лапшиной М.В. в совершении деяний, установленных приговором суда.

При этом показания свидетелей БНН и БОВ о том, что в день выборов Главы Республики Мордовия на избирательном участке <№> они Лапшину М.В. не видели, не свидетельствует о невиновности последней в совершении инкриминируемых ей деяний, а показания свидетелей ДМО, КВВ, ММП, и ЛТА о том, что в ходе просмотра видеозаписи они узнали женщину, внешне очень похожую на Лапшину М.В., не являются предположениями, положенными в основу приговора, а лишь подтверждают показания осужденных Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г., свидетелей ПВВ ЗВА, БМВ и МНВ о нахождении Лапшиной М.В. в инкриминируемый период на избирательном участке <№>.

Являются необоснованными и доводы стороны защиты о незаконности приговора по причине не приведения в тексте приговора содержания показаний свидетелей КВВ, ММП и ЛТА, при этом в обоснование своей позиции адвокат ссылается на положения несуществующего документа. Вместе с тем, делая аналогию с положениями пунктов 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», не имеется запрета не раскрывать содержание показаний свидетелей, которые по своей сути совпадают, с оговоркой об их аналогичности показаниям свидетеля, которые раскрыты и отражены в приговоре.

Доводы о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, которыми, по мнению авторов апелляционных жалоб, являются заключение комплексной психолого-лингвистической криминалистической экспертизы видео и звукозаписей от 16.03.2018 № 37/3-1, № 38/3-1, № 39/3-1 и заключение судебной комплексной криминалистической экспертизы видео и звукозаписей от 12.03.2018 № 261/3-1, № 262/3-1, № 263/3-1, судебная коллегия отвергает и соглашается с выводами суда первой инстанции, считая, что названные заключения является допустимым доказательствами и не подлежат исключению из числа доказательств.

Постановления о назначении данных экспертиз вынесены в соответствии со статьей 195 УПК Российской Федерации надлежащим процессуальным лицом – следователем, при этом каких-либо нарушений положений статей 198 и 206 УПК Российской Федерации, в том числе прав Лапшиной М.В., не допущено. Проведенные экспертные исследования соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, выполнены специалистами, квалификация которых у суда сомнений не вызывает. Оспариваемые заключения эксперта соответствуют требованиям статьи 204 УПК Российской Федерации и требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, а сделанные экспертами выводы представляются судебной коллегии ясными и понятными. Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что видеозапись, произведенная свидетелем ПВВ не могла являться предметом экспертного исследования, что эксперты переформулировали поставленные перед ними вопросы, изменив их содержание, при этом эксперт СОВ вышла за пределы специальных познаний, дав ответ на правовой вопрос и идентифицировала голоса интересующих следователя фигурантов дела. С данными выводами судебная коллегия соглашается.

Кроме того, сделанные в заключениях выводы подтверждены показаниями допрошенных в судебном заседании экспертов ПЕМ, СОВ и ШСВ

Является несостоятельным довод осужденной Лапшиной М.В. о том, что суд в приговоре необоснованно в качестве доказательства её вины привел таблицу с репликами, присвоенными конкретным лицам, тогда как образцы голосов не отбирались и идентификация голосов экспертами не устанавливалась. Как следует из протокола судебного заседания в ходе судебного следствия просматривалась видеозапись, сделанная свидетелем Пискайкиным В.В. Затем в ходе допроса подсудимых Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. они дали пояснения кому и какая фраза принадлежит на данной записи, поэтому нет оснований утверждать о незаконности отражения данного обстоятельства в описательно-мотивировочной части приговора.

Все представленные доказательства по делу добыты с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, оснований ставить их под сомнение не было у суда первой инстанции, не имеется их и у судебной коллегии. Доказательства, исследованные судом, согласуются между собой, им дана надлежащая оценка в приговоре в соответствии со статьей 88 УПК Российской Федерации на предмет относимости, допустимости и достоверности.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, у судебной коллегии сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу. Доказательства исследованы в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное решение по делу.

Таким образом, анализ доказательств, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела, а также выводов суда о доказанности вины осужденных.

Судом первой инстанции были предприняты все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по установлению обстоятельств совершенных преступлений. Дело рассмотрено судом объективно и всесторонне.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб представляют собой попытку переоценить исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства.

Оценив исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для признания осужденных виновными и правильно квалифицировал действия Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. каждой по части 1 статьи 142, части 3 статьи 142.2 УК Российской Федерации, Лапшиной М.В. – по части 1 статьи 142, части 5 статьи 33 части 3 статьи 142.2 УК Российской Федерации.

Вместе с тем, в нарушение требований статьи 252 УПК Российской Федерации и пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» суд вышел за рамки предъявленного Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. обвинения по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации, увеличив фактический объем обвинения, но, не изменив юридической оценки содеянного. Как видно из постановлений о привлечении в качестве обвиняемого (т. 5 л.д. 197-214), обвинительного заключения Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н., помимо прочего, инкриминирована фальсификация избирательных документов, и в качестве отягчающего наказание обстоятельства указано на совершение данного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Однако, суд в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, а также при квалификации действий осужденных, указывает на наличие в действиях Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. по данному преступлению квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», при его отсутствии в конструкции диспозиции данной нормы УК Российской Федерации. При этом, судом в отношении всех осужденных в качестве отягчающего наказание обстоятельства по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации установлено наличие «совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору».

При указанных обстоятельствах совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору судом первой инстанции дважды учтено при назначении наказания, что не допустимо.

Поэтому из описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий осужденных Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации подлежит исключению квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», а назначенное им наказание снижению.

Кроме того в качестве доказательств вины Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. в совершении деяний, установленных приговором, суд сослался на протокол от <дата>, согласно которому у ЗВА изъято 10 избирательных бюллетеней по выборам Главы Республики Мордовия с отметкой за кандидата ВВД (т. 1 л.д. 26), а также на протокол от <дата>, согласно которому осмотрены, в том числе, 78 избирательных бюллетеней для голосования на выборах Главы Республики Мордовия с отметкой о голосовании за ВВД при этом судом указано, что последний документ содержится в т. 4 на л.д. 95-119.

Однако, согласно протоколу судебного заседания (т. 9 л.д. 7-8) при оглашении государственным обвинителем письменных доказательств обвинения, протокол изъятия от <дата> и протокол осмотра, содержащийся в т. 4 на л.д. 95-119 (от <дата>), не оглашались, а протокол от <дата>, находится в т. 1 на л.д. 116-119, но он не содержит данных об осмотре вышеуказанных 78 избирательных бюллетеней.

В соответствии с частью 3 статьи 240 УПК Российской Федерации приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Учитывая изложенное, указанные в качестве доказательств вины Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. протокол изъятия от <дата> и протокол осмотра, содержащийся в т. 4 на л.д. 95-119 (от 28 февраля 2018 года), подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Вместе с тем, по мнению судебной коллегии, исключение вышеуказанных доказательств не влияет на правильность выводов суда о виновности Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н., поскольку имеется совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям статей 87, 88 УПК Российской Федерации и оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Так, в ходе судебного следствия был исследован протокол осмотра места происшествия от <дата> (т. 1 л.д. 4-10), в ходе которого изъято 68 избирательных бюллетеней с отметкой о голосовании за кандидата ВВД.; допрошены свидетели ЗВА и Пискайкин В.В., которые показали об изъятии у ЗВА 10 избирательных бюллетеней с отметкой о голосовании за кандидата ВВД непосредственно судом осмотрены 78 избирательных бюллетеней, с отметкой о голосовании за кандидата ВВД приобщенных к делу в качестве вещественных доказательств. Указанная совокупность доказательств, по мнению судебной коллегии, является достаточной, чтобы согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что осужденными Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. фальсифицировано 78 избирательных документов, а незаконно выдано 10 избирательных бюллетеней.

При назначении наказания Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. суд (с учетом изменений внесенных судебной коллегией) учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, сведения об их личностях, смягчающие наказание обстоятельства и наличие отягчающего наказание обстоятельства по преступлению, предусмотренному частью 1 статьи 142 УК Российской Федерации, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей, роль каждой из них при совершении преступления в соучастии и пришел к обоснованному выводу о том, что цели наказания будут достигнуты путем назначения им наказания, как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений, в виде штрафа.

При этом в отношении осужденных Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. судом правильно установлено наличие исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ими преступлений, в связи с чем наказание в виде штрафа им назначено с применением статьи 64 УК Российской Федерации ниже низшего предела.

Все обстоятельства, которые могли повлиять на определение вида и размера наказания, в судебном заседании были исследованы и судом учтены.

Мотивы решения вопроса об отсутствии оснований для применения к осужденным положений части 6 статьи 15 УК Российской Федерации, в приговоре в полном соответствии с требованиями пункта 4 статьи 307 УПК Российской Федерации приведены и убедительно мотивированы.

Других нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона при разрешении дела, влекущих отмену оспариваемого приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, судебная коллегия

постановила:

приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 17 октября 2018 года в отношении Лапшиной М.В., Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. изменить, частично удовлетворив апелляционные жалобы и апелляционное представление.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий Лапшиной М.В., Чалыкиной Т.Г. и Богачевой Н.Н. по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации квалифицирующий признак – группой лиц по предварительному сговору.

Назначенное по части 1 статьи 142 УК Российской Федерации наказание в виде штрафа в доход государства Лапшиной М.В. снизить до 130000 (ста тридцати тысяч) рублей, Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. каждой с применением статьи 64 УК Российской Федерации – до 40000 (сорока тысяч) рублей.

Назначенное на основании части 2 статьи 69 УК Российской Федерации наказание в виде штрафа в доход государства Лапшиной М.В. снизить до 490000 (четырехсот девяноста тысяч) рублей, Богачевой Н.Н. и Чалыкиной Т.Г. – каждой до 110000 (ста десяти тысяч) рублей.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора из числа доказательств: протокол изъятия от <дата> (т. 1 л.д. 26) и протокол осмотра от 28 февраля 2018 года (т. 4 л.д. 95-115).

В остальной части приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 17 октября 2018 года оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной Лапшиной М.В. и в защиту её интересов адвоката Любишкиной Н.П., а также апелляционное представление государственного обвинителя Тарасовой М.В. – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Верховного Суда Республики Мордовия в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий                    А.В. Макаров