Дело № 2-120/2018

Решение

Сестрорецкий районный суд <адрес>

Дело №

Р Е Ш Е Н И Я

Именем Российской Федерации

Санкт- Петербург                    6 декабря 2018 года

Сестрорецкий районный суд <адрес>

в составе: председательствующего судьи Никитиной М.Я.,

с участием прокурора ФИО6,

адвоката ФИО18,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО7

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Санкт- Петербургскому государственному учреждению здравоохранения «Городская больница №» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении ущерба, штрафа, судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ, около 16 часов, в приемное отделение СПб ГБУЗ «Городская больница №» службой скорой медицинской помощи (ОСМП Сестрорецка) <адрес> с диагнозом «Гипертоническая болезнь II ст. ТИА от ДД.ММ.ГГГГ, ИБС, Атеросклеротический кардиосклероз, ХСН II ф. кл., трепетание предсердий 3:1 2:1 нерегулярная форма неизвестной давности» была доставлена ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая ДД.ММ.ГГГГ, в связи с подозрением на развитие у нее острого нарушения мозгового кровообращения, была направлена в отделение реанимации и интенсивной терапии № указанного медицинского учреждения, где в 09.40 ДД.ММ.ГГГГ констатирована смерть ФИО1

ФИО2, дочь умершей, обратилась в суд с иском к СПб ГБУЗ «Городская больница №» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении ущерба, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований в размере 50 % от суммы присужденноё судом, судебных расходов.

В обоснование иска указала, что в процессе оказания медицинской помощи ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками СПБ ГБУЗ «Городская больница №» были допущены дефекты:

- диагностики, выразившиеся в отсутствии надлежащего, полного, объективного обследования при поступлении ФИО1 в больницу;

- неправильное избрание тактики лечение и назначение неэффективного, неадекватного имеющемуся заболеванию лечения;

- длительное не направление ФИО1 в отделение реанимации и интенсивной терапии, длительное не проведение реанимационных мероприятий;

- отсутствие надлежащего постоянного наблюдения на амбулаторном ведении больной поликлиникой №, являющимся структурным подразделением ответчика, и отсутствии мониторинга состояния пациентки в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

По мнению истицы, вышеуказанные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО1 в СПб ГБУЗ «Городская больница №» явились причиной неблагоприятного исхода, наступившей смерти ее матери.

Истица просила суд взыскать с ответчика материальный ущерб в сумме 34245 рублей расходов на погребение, компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей, штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной в ее пользу в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей», судебные расходы - оплата услуг адвоката в сумме 142000 рублей (л.д. 3-23 том 1, л.д. 79-87, 101, 102 том 2).

В судебном заседании истица ФИО2 и представляющая ее интересы адвокат ФИО18 исковые требования поддержали. Истица пояснила суду, что она проживала совместно со своей матерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ мать почувствовала недомогание, повышение артериального давления, слабость в правых конечностях. Состояние ухудшалось, наступила общая заторможенность реакций, перестала отвечать на обращенную к ней речь. Она (истица) вызвала скорую помощь, которая около 16.00 доставила ФИО1 в больницу №. Из приемного покоя, в состоянии средней тяжести, ее мать переведена в терапевтическое отделение больницы, где была осмотрена лечащим врачом. В этот же день, при проведении очередного осмотра у ФИО1 было зафиксировано повышение температуры до 38,2 градусов. Поскольку никаких признаков вирусной инфекции, а также дыхательной недостаточности выявлено не было, и в связи с неясностью причины возникновения гипертермии, врачом рекомендован контроль температуры пациентки. Не смотря на наличие сочетанной патологии, осложнений, неврологических нарушений, а также ряд других факторов (возраст пациентки 84 года) с 20 час. 30 мин. ДД.ММ.ГГГГ и до 09 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, ни медицинская сестра, ни дежурный врач, ни разу не проверяли состояние пациентки, что подтверждается полным отсутствием соответствующих записей в медицинской карте больной. ДД.ММ.ГГГГ, в 09 час. 30 мин., дежурным лечащим врачом и заведующей отделением был произведен совместный осмотр пациентки ФИО1, которая жаловалась на головокружение, слабость, отдышку, сухой кашель, повышение артериального давления до 220/100 мм.рт.ст., температуры тела до 39 градусов. По результатам осмотра у пациентки диагностирована «внебольничная пневропневмония слева», назначено соответствующее лечение – дезинтоксикационнаятерапия, антибиотикотерапия. В 19 час. 30 мин. этого же дня врачом-терапевтом произведен осмотр пациентки, в ходе которого отмечено отсутствие проявлений вирусной инфекции, пневмонии – не наблюдалось отдышки, хрипов, частота дыхания расценена как адекватная, артериальное давление в норме. Несмотря на неясность причины повышения у пациентки температуры тела, тактика лечения не была изменена. В 20 час. 10 мин. ДД.ММ.ГГГГ, уровень лихорадки у пациентки понизился до 37,3 градусов Цельсия, что подтверждается записью в медицинской карте №, данных о последующих осмотрах больной за период с 20 час. 10 мин. ДД.ММ.ГГГГ по 07 час. 20 мин. следующего дня в медицинской документации не имеется. 30.01. 2015, в 07 час. 20 мин., в связи с появлением у пациентки высокой температуры до 40 градусов Цельсия, был проведен ее осмотр, в ходе которого врачом-терапевтом были отмечены гиперемия кожных покровов, наличие отдышки, цианоза губ и ногтевых лож, тремор рук. Тем не менее, состояние больной расценивалось по-прежнему как средней тяжести, пациентка продолжала находиться в палате терапевтического отделения без перевода в отделение реанимации и интенсивной терапии. Около 09 час. 03 мин. ДД.ММ.ГГГГ заведующая отделением начала проводить пациентке наружный массаж сердца, в 09 час. 05 мин. в течение транспортировки, на фоне проводимых реанимационных мероприятий у пациентки произошла остановка кровообращения. В 09 час. 10 мин. ФИО1 в состоянии клинической смерти была доставлена в отделение реанимации и интенсивной терапии. В период с 09 час. 10 мин. до 09 час. 40 мин. в отношении пациентки проводились реанимационные мероприятия. В 09 час. 40 мин. дежурным реаниматологом констатирована биологическая смерть пациентки ФИО1, реанимационные мероприятия прекращены.

По мнению истицы и адвоката ФИО18 в период нахождения ФИО1 в СПб ГБУЗ «Городская больница №» со стороны медицинского персонала допущены дефекты оказания медицинской помощи, которые, по мнению специалиста ФИО8 (экспертное заключение «Центра судебных экспертиз» Красноярского исследовательского центра от ДД.ММ.ГГГГ) находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью ФИО1, поскольку отсутствие адекватного лечения нарушений сердечного ритма и ишемической болезни сердца, не диагностированная тромбоэмболия легочной артерии обусловили прогрессирование инфаркта пневмонии, являвшейся непосредственной причиной смерти (л.д.27-76, том 1).

Кроме того, по мнению истцовой стороны, дефекты оказания медицинской помощи допущены врачами на амбулаторном этапе ведения ФИО1, связаны с невыполнением необходимых профилактических, диагностических и лечебных мероприятий врачами поликлиники №, являющейся структурным подразделением СПб ГБУЗ «Городская больница №».

В судебное заседание представитель ответчика СПб ГБУЗ «Городская больница №» по доверенности ФИО9 явилась, исковые требования не признала по праву. Пояснила суду, что проведенной в рамках материала проверки в порядке ст. 144 УПК РФ судебно-медицинской экспертизой СПбГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №/вр-О указаны недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 Однако, они принципиального влияния на течение заболевания не оказали. Смерть ФИО1 наступила от основного комбинированного заболевания «цереброваскулярная болезнь с гипертензивной энцелофалопатией» и «ишемическая болезнь сердца с атеросклеротическим кардиосклерозом» на фоне гипертонической болезни, что осложнилось тромбоэмболией легочной артерии с очаговыми инфарктами легочной ткани. Непосредственной причиной смерти явилась легочно-сердечная недостаточность с отеком легких и головного мозга. Источник тромбоэмболии при патологоанатомическом исследовании не обнаружен. Комиссией экспертов не указаны недостатки в лечении заболеваний, явившихся причиной летального исхода. Экспертной комиссией указано на недостаточное наблюдение больной в амбулаторном порядке. В соответствии с действующим законодательством медицинская помощь оказывается пациенту на основе добровольного информированного согласия. Обязанность по оказанию медицинской помощи возникает у учреждения после обращения пациента. Медицинское учреждение информирует о проводимой диспансеризации всеми возможными и доступными способами, в том числе размещения соответствующей информации на стенде в учреждении. С 2012 года ФИО1, страдающая сердечно-сосудистой патологией, за медицинской помощью в поликлинику № не обращалась, врача на дом не вызывала. Просила учесть, что в доказательство претерпевания морального вреда истицей к материалам дела приобщено заключение психолога ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указывается, что истица испытывает переживания, носящие выраженный характер (тяжелая степень), находящиеся в прямой причинно-следственной связи с «ошибкой врачей» при лечении ее матери. В этот же период к материалам другого гражданского дела по иску ФИО2 приобщено заключение того же психолога ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором психолог связывает тяжелое психоэмоциональное состояние ФИО2 с отключением гр-ном ФИО11 водоснабжения ДД.ММ.ГГГГ. Просила в иске отказать (т. 1 л.д. 232-234, т. 2 л.д. 113-116, 117-120, 121-123).

Третье лицо - заведующая поликлиникой № СПб ГБУЗ «Городская больница №» ФИО17 в судебное заседание не явилась, ранее в своих объяснениях суду с иском не согласилась, пояснила, что участковый врач- терапевт посещает пациента на дому без вызова в случае, если по состоянию здоровья пациент не может лично прийти к нему на приём. Вакансию участкового врача-терапевта территории по месту жительства ФИО1 по совместительству занимает врач ФИО12 Последние записи в карте амбулаторного больного датированы сентябрем 2012 года. После этого ни ФИО1, ни кто-либо из её родственников за медицинской помощью для нее к врачам поликлиники не обращались, на дом врача не вызывали (т. 1, л.д. 208-211).

Третье лицо – заведующая терапевтическим отделением СПб ГБУЗ «Городская больница №» ФИО3 в судебное заседание не явилась, ранее в своих показаниях с иском не согласилась и пояснила суду, что ФИО1 госпитализирована ДД.ММ.ГГГГ в экстренном порядке в приёмное отделение СПб ГБУЗ «Городская больница №» с диагнозом: Гипертоническая болезнь 2 стадии, ТИА. Трепетание предсердий неизвестной давности. Пациентка с длительным анамнезом гипертонической болезни и ишимической болезни сердца. При поступлении и в дальнейшем у пациентки наблюдались выраженные когнитивные нарушения (нарушение памяти, речи, восприятия, психомоторных функций и интеллекта), анамнез собирался со слов дочери. Анамнестических указаний на повышение температуры на догоспитальном этапе нет. В приемном покое осмотрена неврологом, выполнена КТ головного мозга, по результатам которой картина атеросклероза магистральных сосудов головного мозга, КТ симптомы хронической ишемии вещества головного мозга, без признаков острого нарушения мозгового кровообращения. По данным ЭКГ был зафиксирован пароксизм трепетания предсердий неизвестной давности. Данных за ИМ не получено. Цифры АД 160/90. Была выполнена рентгенограмма грудной клетки без признаков очаговых или инфильтративных изменений. Для лечения гипертонической болезни и выявленных нарушений ритма пациентка была направлена в терапевтическое отделение. В терапевтическом отделении осмотрена дежурным врачом терапевтом. Тяжесть состояния пациентки определялась нестабильным течением гипертонической болезни, осложненное пароксизмом трепетания предсердий неизвестной давности. Температура тела на момент поступления была 36,6; АД 200/110 (зафиксировано в записи врача терапевта). В лабораторных показателях на момент поступления признаков бактериального воспаления не определялось. Тенденция к лейкопении и тромбоцитопении требовало проведения контрольного анализа крови на фоне терапии и планового обсуждения с гематологом (при сохраняющейся тенденции). Лабораторных симптомов острого гематологического заболевания, что могло бы повлиять на тактику лечения и обследования, у пациентки не было. Пациентке назначена терапия для коррекции артериальной гипертензии, явлений хронической сердечной недостаточности и нарушений ритма (препараты из групп: б-блокаторы, ингибиторы АПФ, мочегонные, ингаляции увлажненным кислородом, инфузионная терапия). Учитывая факторы риска развития ТЭ (ТП, возраст, АГ, наличие ХСН) для профилактики тромбоэмболических нарушений был назначен гепарин. На фоне проводимой терапии состояние пациентки стабильное, цифры АД с тенденцией к стабилизации, ЧСС — с нормальной частотой, без дефицита. В 20 часов ДД.ММ.ГГГГ впервые отмечено повышение температуры тела до 38,2 с хорошим эффектом от введения литической смеси. Гемодинамически пациентка оставалась стабильной (АД 160/70, ЧСС 85 в мин, ЧД 16 в мин), без нарастания явлений легочно-сердечной недостаточности. Однократное повышение температуры тела при отсутствии признаков системной воспалительной реакции не является показанием к назначению антибактериальной терапии. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрена лечащим врачом и ею (ФИО3). Учитывая сохраняющуюся лихорадку, появление локальной симптоматики при аускультации легких (единичные влажные хрипы в нижних отделах больше слева), признаки кардиомегалии по данным рентгена грудной клетки - не исключалось наличие внебольничной пневмонии. ДД.ММ.ГГГГ повторный рентген не проводился в связи с имеющимися клиническими и объективными данными, позволивших выставить диагноз пневмонии и назначить лечение. К терапии добавлен антибиотик - ампициллин п/э. В контрольном анализе крови не наблюдалось нарастание воспалительной реакции. На фоне проводимой терапии достигнута положительная динамика с восстановлением синусового ритма, стабилизации цифр АД на уровне 140/80. В течение ДД.ММ.ГГГГ пациентка наблюдалась дежурной с коррекцией состояния (была увеличена инфузионная терапия с целью дезинтоксикации, при повышении температуры вводилась литическая смесь, для снижения АД вводились препараты со спазмолитической и а/гипертензивной активностью). При проведении симптоматической и патогенетической терапии дежурным врачом была достигнута положительная динамика со снижением температуры тела и АД. ДД.ММ.ГГГГ температура с 38 градусов снизилась до 37,3 градусов. Цифры АД 130/70, ЧСС 61- норма. Пациентка гемодинамически стабильна. ДД.ММ.ГГГГ в 7.40 повышение температуры до 40 градусом, повышение АД до 190/90, что потребовало дополнительного назначения инфузионной терапии, литической смеси, а/гипертензивных препаратов. На фоне данной терапии температура снизилась до 38,3, Цифры АД с тенденцией к стабилизации. Показаний к переводу в реанимационное отделение на момент наблюдения дежурной службой не было. В 9.00 во время обхода ею совместно с лечащим врачом состояние пациентки резко ухудшилось - появилось нарушение сознания, при сохраненной гемодинамики. Клинически диагностировано ОНМК, она приняла решение о переводе пациентки в ОРИТ. Во время транспортировки остановка кровообращения, на фоне проводимых реанимационных мероприятий доставлена в ОРИТ. В клиническом диагнозе, как причина смерти указаны: пневмония, ОНМК и рецидивирующая ТЭ. При проведении исследования было выяснено, что пневмонии и ОНМК нет, однако подтвердилась ТЭ мелких ветвей легочной артерии. Механизм развития смерти связан с развитием thrombosis in situ, развившихся, не смотря на проводимую терапию, на фоне имеющейся интоксикации у пациентки с генерализованым атеросклерозом, ожирением и пароксизмальной формой ФП. Симптомов указывающих на наличие ТЭ крупных ветвей легочной артерии, в пределах времени наблюдения, у пациентки не было. Рецидивирующая ТЭ мелких ветвей легочной артерии может иметь и «бессимптомный характер течения и могут выявляться только на секции (Рекомендации ESC по диагностике и ведению пациентов с острой эмболией легочной артерии). Нарушение сознания, остро возникшее в день перевода, связано с явлениями гипоксической энцефалопатии у пациентки с длительно существующей хронической ишемией головного мозга, то есть больной проводилось комплексное лечение, которое включало в себя терапии как пневмонии, так и профилактику тромбоэмболии. Лечение а/б препаратами было эффективно, так как воспалительных изменений со стороны легочной ткани, указывающих на расширение пневмонии нет (т. 1 л.д. 202-204).

Третье лицо врач-терапевт терапевтического отделения СПб ГБУЗ «Городская больница №» ФИО20 ранее в судебном заседании с иском не согласился, пояснил суду, что пациентка ФИО1 госпитализирована с подозрением на инсульт. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время он и заведующий отделением ФИО3 осмотрели ФИО1, её состояние оценивалось как средней тяжести, она жаловалась на подъем артериального давления, слабость, головокружение, отёчность лица, сухой кашель. Накануне вечером у неё отмечалось повышение температуры тела до 39 градусов. В ходе осмотра, утром ДД.ММ.ГГГГ повышенная температура тела не выявлена. Исходя из результатов анализов ФИО1 назначена гипотензивная терапия для понижения давления, инфузионная терапия, препараты для разжижения крови. С учётом у пациентки хрипов в нижней части лёгких, для исключения пневмонии назначен антибиотик. Повторный рентген снимок не делали, поскольку с момента первого снимка прошло не более 12 часов. ДД.ММ.ГГГГ к 09.00 он пришёл на работу, состояние ФИО1 резко ухудшилось, установлена лихорадка, повышение температуры до 38,2 градусов, нарушение сознание, пациентка на раздражители не реагировала, пульс и давление определялись. В связи с подозрением на инсульт, принято решение о переводе ФИО1 в реанимационное отделение. В время транспортировки у пациентки произошла остановка кровообращения, начаты реанимационные мероприятия, продолженные в отделении реанимации (т. 1 л.д. 245-246)

В судебное заседание третье лицо ФИО19 не явилась, уведомлена о рассмотрении гражданского дела, возражений по иску не представила.

Судом в соответствии со ст. 167 ГПК РФ принято решение о рассмотрении дела в отсутствие третьего лица ФИО19, ФИО3, ФИО20, ФИО17

Суд, выслушав объяснения сторон и третьих лиц по делу, исследовав материалы дела, медицинские документы, материалы проверки СО по <адрес> СК по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №пр15, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск необоснованным, не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

При рассмотрении дела в судебном заседании установлено, что ФИО1, 1930 года рождения, наблюдалась в поликлинике № СПб ГБУЗ «Городская больница №» с 1961 года, последняя запись ДД.ММ.ГГГГ по поводу ЦВБ, ИБС, ГБ, ДЭ смешанного генеза (медицинская карта амбулаторного больного №).

Из карты вызова службы медицинской помощи Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ДД.ММ.ГГГГ бригада скорой помощи прибыла к ФИО1 в 15.23. Пациентке установлен предварительный диагноз «Гипертоническая болезнь II ст. ТИА от ДД.ММ.ГГГГ, ИБС, Атеросклеротический кардиосклероз, ХСН II ф. кл., трепетание предсердий 3:1 2:1 нерегулярная форма неизвестной давности».

Анамнез составлялся со слов родственников, указано, что ФИО1 лекарственных препаратов не принимает, не обследована, последнее ЭКГ более 10 лет назад. К врачам за помощью не обращалась.

Из показаний представителя ответчика, третьих лиц и медицинской карты стационарного больного № следует, что ФИО21 доставлена в СПб ГБУЗ «Городская больница №» службой скорой медицинской помощи <адрес> ДД.ММ.ГГГГ в 16.31. Диагноз при поступлении «Гипертоническая болезнь. Гипертонический криз от 28.01».

ФИО1 осмотрена в 16.35 дежурным врачом в приемном покое, в 17.10 она осмотрена терапевтом, по результатам которого установлена общее состояние средней тяжести, диагноз: «Гипертоническая болезнь. Гипертоннческий криз от ДД.ММ.ГГГГ. ИБС. Трепетание предсердий неизвестной давности. ХСН II». После антигипертензивной терапии неврологическая симптоматика регрессировала. В ходе обследования проведена компьютерная томография головного мозга пациентки. В 16.35 ФИО1 осмотрена врачом-неврологом, установлен диагноз «Дисциркуляторная энцефалопатия III ст. смешанного (атеросклеротического, гипертонического) генеза в виде когнитивных нарушений. Рекомендовано наблюдение невролога. С учётом имеющейся соматической патологии госпитализируется на профильное отделение». ФИО1 направлена для лечения в терапевтическое отделение больницы. В 17.20 выполнена рентгенография лёгких, по результатам которой «Очаговых и инфильтративных изменений нет. Кардиомегалия. Синусы свободны». В 18.40 ФИО1 осмотрена лечащим врачом, её общее состояние оценивается средней тяжести…В 19.15 при осмотре врачом-терапевтом состояние оценено без отрицательной динамики, сознание ясное, дыхание жёсткое, проводится во все отдела, хрипы не выслушиваются, одышки в покое нет, при минимальной физической нагрузки есть… В 20.00 в ходе осмотра врачом – терапевтом зафиксировано повышение температуры тела до 38,2 ?C, катаральных явлений, нарастания дыхательной недостаточности нет, назначена терапия, состояние оценено как стабильное, дыхание без изменения. По результатам обследования установлена необходимость контроля температуры через 30?-36,9.

Следующий осмотр ФИО1 проведён ДД.ММ.ГГГГ в 09.30 лечащим врачом ФИО13 и заведующим отделением ФИО3, по данным обследования не исключалась внегоспитальная пневмония в нижней доле левого легкого. К назначенным гипотензивным средствам, дезинтоксикационнлй терапии, антикоагулянтам добавлены антибиотики. При осмотре в 19.30 ДД.ММ.ГГГГ состояние средней степени тяжести, кожные покровы гиперемированы, температура тела до 38 градусов, без катаральных проявлений. По катетеру достаточно мочи. В 20.10. температура тела упала до 37,3, состояние лучше.

ДД.ММ.ГГГГ в 7.20 осмотрена дежурным врачом, состояние средней степени тяжести, лихорадка до 40 градусов, уровень АД до 190/90 мм.рт.ст., дыхание жесткое, хрипов нет, периферических отеков нет, физиологические отправления в норме, живот мягкий безболезненный во всех отделах. С целью купирования гипертонического криза, лихорадки и интоксикации назначены раствор магнезии внутримышечно, литическая смесь внутривенно капельно. Во время инфузии находилась под наблюдением, температура тела и АД постепенно снижались, в 8 час.10 мин. АД – 160/80, температура тела – 38,2. В 8.30 пациентка передана под наблюдение лечащему врачу. В 9.00 ФИО1 осмотрена лечащим врачом ФИО20 и зав.отделением ФИО3 наступило резкое ухудшение состояние ФИО1, усугубилась неврологическая симптоматика, сопор. Не исключалось развитие острого нарушения мозгового кровообращения. Во время транспортировки в пациентки в реанимационное отделение в 9.05 произошла остановка кровообращения, начаты реанимационные мероприятия, которые были продолжены в отделении реанимации и интенсивной терапии, но без эффекта. В 9.40 констатирована биологическая смерть.

Из протокола вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что смерть ФИО1 наступила от основного комбинированного заболевания (конкурирующее): 1. Цереброваскулярной болезни с гипертензивной энцефалопатией и 2. Ишемической болезни сердца с атеросклеротическим кардиосклерозом на фоне гипертонической болезни, что осложнилось тромбоэмболией мелких ветвей легочной артерии с очаговыми инфарктами легочной ткани. Непосредственной причиной смерти явилась легочно-сердечная недостаточность с отеком легких и головного мозга. Имеется совпадение клинического и патологоанатомического диагнозов.

Истицей в обоснование своих доводов представлено суду экспертное заключение специалиста к.м.н. ФИО8 (л.д.27-72, том 1).

К представленному адвокатом истицы ФИО18 экспертному заключению «Центра судебных экспертиз» Красноярского исследовательского центра по оценке и управлению активами» от ДД.ММ.ГГГГ, суд относится как к частному мнению специалиста д.м.н. ФИО8, учитывая при этом, что заключение дано им по копиям медицинских документов, без изучения лучевых исследований (КТ головы, рентгенографии органов грудной клетки), выполненных ФИО1 в период стационарного лечения, а также без исследования гистологических стекол с микропрепаратами органов пациентки, полученных при патологоанатомическом вскрытии.

По ходатайству ответчика по делу назначалась судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручалось ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» <адрес>. Однако в связи невозможность предоставления экспертам лучевых исследований и гистологических блоков анатомического вскрытия умершей пациентки, СМЭ проведена не была (л.д. 34-37, 43, 44, 49, 50, 56, 57, 65, 66-67, 69-70 том 2).

Постановлением следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК России по Санкт-Петербургу от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников СПБ ГБУЗ «Городская больница №» в связи с отсутствием в их действиях состава преступлений (том 2, л.д. 124-127).

В рамках материала проверки №пр15 от ДД.ММ.ГГГГ следственного отдела по <адрес> ГСУ СК России по Санкт-Петербургу по заявлению адвоката в интересах ФИО2 по факту смерти ФИО1 была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза №/вр –О СПбГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (том 1, л.д.73-92).

Указанная судебно-медицинская экспертиза проводилась в государственном учреждении, шестью государственными судебными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Комиссионное заключение экспертов основано на совокупности визуального, сравнительно-аналитического и гистологического методов исследования представленных им медицинских документов, оптических дисков и гистологических микропрепаратов и блоков ФИО1

Согласно выводам СМЭ №/вп-О дефектов при оказании медицинской помощи ФИО1 сотрудниками бригады скорой помощи не установлено.

Непосредственно после поступления в СПб ГБУЗ «Городская больница №» пациентке ФИО1 была проведена мультиспиральная компьютерная томография головного мозга и рентгенография лёгких; выполнены общий клинический и биохимический анализ крови; назначены общий клинический анализ мочи, исследование электролитов крови и коагулограмма, электрокардиография и УЗИ почек. Больная осмотрена врачом-неврологом. Данных за патологию, требующую госпитализации в неврологическое отделение, не установлено. Учитывая клиническую симптоматику и данные компьютерной томографии, необходимости в проведении магнитно-резонансной томографии не было. Рекомендовано наблюдение невролога на период лечения в терапевтическом отделении, однако осуществить динамическое наблюдение не удалось ввиду быстрой, менее чем через 48 часов после госпитализации, смерти ФИО1

Сотрудниками СПб ГБУЗ «Городская больница №» были выполнены все необходимые диагностические мероприятия в отношении ФИО1 на момент ее поступления в приемное отделение СПб ГБУЗ «Городская больница №». При госпитализации в СПб ГБУЗ «Городская больница №» у ФИО1 имелись признаки дисциркуляторной энцефалопатии, но не острого нарушения мозгового кровообращения. Об этом свидетельствуют результаты её обследования во время поступления неврологом, данные прижизненной компьютерной томографии и данные посмертного патологоанатомического исследования. В формулировку заключительного клинического диагноза врачами больницы была включена избыточная запись об «ОНМК от ДД.ММ.ГГГГ.». Этот диагноз, сформулированный в предположительной форме («ОМНК?»), был поставлен утром в ДД.ММ.ГГГГ в 09.00 в связи с резким ухудшением состояния ФИО1 и усугублением у неё неврологической симптоматики. Подтвердить или снять этот диагноз в ходе наблюдения или применения специальных исследований возможности не было, т.к. уже в 09.05 были начаты реанимационные мероприятия, а в 09.40 ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована смерть пациентки. При патологоанатомическом и судебно-гистологическом исследовании диагноз «острого нарушения мозгового кровообращения от 30.01.2015» подтверждений не получил. По остальным позициям клинический и патологоанатомический диагнозы совпадали.

Исходя из поставленного при поступлении диагноза «Гипертоническая болезнь. Гипертонический криз от ДД.ММ.ГГГГ. ИБС. Трепетание предсердий неизвестной давности. ХСН II» у ФИО1 имелись показания к госпитализации в терапевтическое отделение СПб ГБУЗ «Городская больница №» и эта госпитализация была произведена.

Показания для проведения мониторинга, т.е. непрерывного наблюдения за состоянием пациентки в ночь с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не было. При осмотре терапевтом в 20.00 ДД.ММ.ГГГГ. У ФИО1 был отмечен подъём температуры до 38,2 ?C, в связи с чем назначена литическая смесь. Через 30 минут температура снизилась до 36,9 ?C. Следующий осмотр был проведён утром ДД.ММ.ГГГГ совместно с заведующей отделением. Показатели общего состояния, артериального давления и частоты сердечных сокращений в этот период (19.15 и 20.00 28.01., 09.30 ДД.ММ.ГГГГ) были стабильными.

Учитывая имеющуюся в истории болезни запись характеристик состояния у ФИО1 сердечно-сосудистой, дыхательной и нервной систем в момент её осмотра лечащим врачом совместно с заведующей отделением в 09.30 ДД.ММ.ГГГГ, состояние больной было средней тяжести.

Хотя рентгеновское исследование грудной клетки, проведенное ДД.ММ.ГГГГ, и не обнаружило признаков уплотнения легочной ткани у ФИО1, обосновано была диагностирована пневмония и ей была назначена с ДД.ММ.ГГГГ антибактериальная терапия в виде внутримышечного введения антибиотика ампициллина в адекватной общепринятой дозировке. Диагноз пневмонии получил своё подтверждение и по результатам патологоанатомического исследования.

Результаты патологоанатомического исследования позволяют сделать вывод, что причинной гипертермии у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ как и в другие дни её госпитализации явилась пневмония.

Врачом-терапевтом, проводившим осмотр ФИО1 в 07.20 ДД.ММ.ГГГГ, состояние пациентки было расценено как «средней тяжести». Вместе с тем, описанная в истории болезни клиническая симптоматика (.. . лихорадка до 40?С… Отмечается тремор рук.. . Одышка в покое - есть, при минимальной физической нагрузке - есть.. .. Цианоз губ, ногтевых лож. АД 190/90, ЧСС 91.. .) свидетельствует, что состояние пациентки было тяжелым.

Учитывая состояние ФИО1 на момент её осмотра в 07.20 ДД.ММ.ГГГГ, следовало немедленно консультировать больную с дежурным врачом отделения (блока) интенсивной терапии и реанимации, для решения вопроса о необходимости перевода пациентки в реанимационное отделение. Решение о переводе ФИО1 в отделение реанимации и интенсивной терапии было принято с опозданием, в 09.00 ДД.ММ.ГГГГ, после совместного осмотра с заведующей отделением.

Медицинская помощь, оказанная ФИО1 врачами-терапевтами СПб ГБУЗ «Городская больница №», в организационном плане соответствует критериям оценки её качества: первичный осмотр проведён через 4 минуты, осмотр врачом профильного отделения выполнен через 40 минут после поступления пациентки в приёмный покой; своевременно установлен предварительный диагноз, сформирован план обследования и лечения; осмотр заведующим отделением проведён в течение первых суток нахождения пациентки на отделении.

Реанимационные мероприятия врачами анестезиологами-реаниматологами СПб ГБУЗ «Городская больница №» были проведены в соответствии с существующими нормативными документами в полном объёме, согласно протоколу сердечно-лёгочной реанимации. Дефектов при выполнении реанимационных мероприятий не установлено.

Клинический и патологоанатомический диагнозы отличаются по построению и по некоторым формулировкам. Однако, имеющиеся отличия не оказали влияния на тактику лечения и исход заболевания.

К недостаткам при оказании медицинской помощи ФИО1 врачами- терапевтами СПб ГБУЗ «Городская больница №» следует отнести:

применение антигистаминных препаратов (пипольфена, супрастина), при отсутствии прямых показаний для их применения;

позднее начало антибактериальной терапии - первый эпизод подъёма температуры тела отмечен в 20.00 28.01., антибиотики назначены в 09.30 ДД.ММ.ГГГГ;

не назначено повторное лучевое исследование грудной клетки (рентгенография в вертикальном положении или компьютерная томография) при возникновении подозрения о наличии у пациентки пневмонии (09.30 ДД.ММ.ГГГГ);

не приглашён на консультацию специалист-гематолог после получения повторного анализа крови с изменениями, нехарактерными для пневмонии (лейкопения с нейтропенией и тромбоцитопенией), но могущими быть причиной развития инфекции в организме;

недооценка состояния больной после повышения у неё температуры тела в 07.20 ДД.ММ.ГГГГ и запоздалое (09.00) принятие решения о переводе ФИО1 в отделение реанимации.

Отмеченные недостатки оказания медицинской помощи принципиального влияния на течение заболевания не оказали и в прямой причинно-следственной связи с. наступлением смерти ФИО1 не стоят.

ФИО1 длительное время страдала сочетанной патологией сердечно - сосудистой системы в виде гипертонической болезни и распространенного атеросклероза сосудов мозга и сердца, которые привели к тяжелой дисциркуляторной энцефалопатии, нарушению ритма сердца и хронической сердечной недостаточности. На этом фоне у больной развилась пневмония, которая привела к гипоксемии и усугублению симптоматики дисциркуляторной энцефалопатии (что послужило поводом для госпитализации), а после госпитализации - к развитию гипоксического отека головного мозга (который в свою очередь привел к остановке сердца).

Вместе с тем, отмеченные выше недостатки оказания медицинской помощи явились одним из факторов, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, и находятся в непрямой (косвенной) причинной связи с наступлением смерти ФИО1 в исходе заболевания, вероятно, так же неблагоприятное значение имело и недостаточное врачебное наблюдение амбулаторной больной с тяжелыми сердечно-сосудистыми нарушениями, согласно амбулаторной карте, последняя консультация ФИО1 врачом поликлиники была за 3 год о смерти - в 2012 году.

Исследованное судом заключение судебно-медицинской экспертизы сомнений у суда не вызывает, поскольку оно мотивировано, содержит подробное описание произведенных исследований. Выводы экспертов основаны на изученных медицинских документах, неясностей и разночтений заключение не содержит, отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, ст. 8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Образование, специализация и стаж работы экспертов соответствуют требуемым качествам для выполнения работ по даче заключения.

Суд полагает заслуживающим внимания вывод, сделанный экспертами о том, что указанные в СМЭ недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 принципиального влияния на течение заболевания не оказали и не являются причиной наступившей смерти пациентки.

В данном случае существенное значение имеет то обстоятельство, что ФИО1 длительное время страдая патологией сердечно - сосудистой системы в виде гипертонической болезни и распространенного атеросклероза сосудов мозга и сердца, регулярного медицинского наблюдения и амбулаторного лечения не получала, поликлинику по месту жительства не посещала, врача на дом не вызывала.

В соответствии с требованиями ФЗ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый гражданин имеет право на медицинскую помощь, оказываемую бесплатно. При оказании гражданину медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, гражданин имеет право на выбор медицинской организации и на выбор врача. Медицинская помощь оказывается пациенту на основе добровольного информированного согласия (ст.ст.19, 20,21).

В соответствии со ст. 27 ФЗ-323 граждане обязаны заботиться о сохранении своего здоровья.

Системный анализ приведённых положений законодательства об охране здоровья граждан и собранные доказательства по делу, позволяют сделать вывод о том, что вины ответчика в недостаточном амбулаторном наблюдении и лечении пациентки, не имеется. Судом установлено, что ни ФИО1, ни совместно с ней проживающая истица за период с 2012 года к врачу по поводу состояния здоровья ФИО1 не обращались. Следовательно, ФИО1 регулярного наблюдения течения имеющегося сердечно-сосудистого заболевания не имела, постоянного адекватного лечения не получала, о надлежащем сохранении своего здоровья не заботилась.

Не имеется вины ответчика и в наступившей смерти пациентки, поскольку недостатки оказания медицинской помощи, установленные экспертами в заключении СМЭ, принципиального влияния на течение заболевания не оказали, и не являются причиной летального исхода заболеваний.

Согласно п.24 Правил «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от ДД.ММ.ГГГГ №н, ухудшение состояния здоровья, вызванное характером и тяжестью заболевания, возрастом пациента, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В обоснование доводов о взыскании компенсации морального вреда истицей указано, что она испытывает постоянные переживания по поводу недооценки со стороны врачей состояния ее матери, имевшей место медицинской ошибки, некачественным оказанием медицинской помощи со стороны сотрудников ответчика. Полученная психологическая травма вызвала настолько сильные переживания, что она (истица) была вынуждена обратиться за психологической помощью.

Истицей представлено в суд заключение специалиста-психолога эксперта ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 105-123, том 1).

Нравственные страдания истицы, вызванные смертью матери, сомнений не вызывают.

Вместе с тем, что судом не добыто достоверных доказательств, свидетельствующих о виновных действиях сотрудников в СПб ГБУЗ «Городская больница №», непосредственно приведших к смерти ФИО1

Сам по себе дефект в лечении пациента, не находящийся в причинно-следственной связи с наступлением его смерти, не свидетельствует о нарушении прав его близких, и права на компенсацию морального вреда не порождает.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО15 о взыскании с ответчика расходов на погребение матери в сумме 34245 рублей, компенсации морального вреда в размере 5000000 рублей, взыскании штрафа в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей», понесенные судебные расходы - оплата услуг адвоката в размере 142000 рублей, не основаны на требованиях закона и подлежат отклонению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.191- 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Санкт-Петербургскому государственному учреждению здравоохранения «Городская больница №» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении ущерба, штрафа, судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано и опротестовано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья                                М.Я.Никитина

Мотивированное решение составлено 27.12. 2018