Дело № 22-223/2019
Номер дела: 22-223/2019
Дата начала: 29.04.2019
Дата рассмотрения: 28.05.2019
Суд: Суд Еврейской автономной области
Судья: Шульга Александр Алексеевич
Статьи УК: 105, 127, 222, 222.1, 228, 231, 316
|
||||||||||||||||||||||||||||
|
||||||||||||||||||||||||||||
Определение
Дело № <...>
Судья Инюткин А.В.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Биробиджан 28 мая 2019 года
Суд Еврейской автономной области в составе:
председательствующего Пышкиной Е.В., судей Шульга А.А., Жукалиной А.И.
при секретаре Шаховой И.Е.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого Шарыгина В.Б. и защитников Б. и Ч. на приговор Смидовичского районного суда ЕАО от 14 января 2019 года, которым
Хилько Ю. В., <...> не судимый,
осуждён по п. «а,г,ж» ч.2 ст.127, ст.316, ч.2 ст.69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении. Срок наказания исчислен с 14 января 2019 года, с зачётом в этот срок периода содержания под стражей с 13 августа 2017 года по 12 февраля 2018 года и с 10 декабря 2018 года по дату вступления приговора в законную силу с учётом положений ст. 72 УК РФ.
Шарыгин В. Б., <...> не судимый,
осуждён по пп. «а,г,ж» ч.2 ст.127, ч.1 ст.105, ч.2 ст.228, п.«в» ч.2 ст.231, ч.1 ст.222, ч.1 ст.222.1, ч.3 ст.69 УК РФ к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 40 000 рублей. Срок наказания исчислен с 14 января 2019 года, с зачётом в этот срок периода содержания под стражей с 13 августа 2017 года по дату вступления приговора в законную силу с учётом положений ст.72 УК РФ.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Шульги А.А., пояснения осуждённых Шарыгина В.Б., Хилько Ю.В. и их защитников Канаметовой А.Б. и Стебловской О.В., в поддержку доводов всех апелляционных жалоб, мнение прокурора Беленцовой М.В., полагавшей приговор изменить в части решения о вещественных доказательствах, а в остальной части оставить без изменения, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Шарыгин В.Б. и Хилько Ю.В. признаны виновными в незаконном лишении свободы Ш. Щ. П. и Д. не связанном с их похищением, совершённом группой лиц по предварительному сговору с применением оружия в отношении более двух лиц; Шарыгин В.Б. - в убийстве Ш. незаконном приобретении, хранении, перевозки без цели сбыта наркотических средств, совершенные в крупном размере, незаконном культивировании растений, содержащих наркотические средства, совершённом в особо крупном размере, незаконной передаче и хранении боеприпасов и незаконной передачи, хранении, ношении взрывчатых веществ и взрывных устройств; Хилько Ю.В. также признан виновным в заранее не обещанном укрывательстве убийства Ш.
Преступления совершены при обстоятельствах, подробно установленных судом и изложенных в приговоре.
В судебном заседании Шарыгин В.Б. вину признал в полном объёме, но при даче показаний фактически не согласился с незаконным культивированием растений, содержащих наркотические средства, утверждая, что действий по культивации конопли не производил.
Хилько Ю.В. в судебном заседании вину признал полностью, не согласился с количеством причинённых потерпевшему ударов, пояснив, что Щ. ударил 2-3 раза, Ш. нанёс 5-7 ударов, в том числе, удары плашмя ножом, прикладом. Лопатой удары не наносил.
Осуждённый Хилько Ю.В. приговор не обжаловал, но в его защиту адвокат Ч. в апелляционной жалобе оспаривает судебное решение, считая необоснованным, несправедливым и суровым, несоответствующим, фактическим обстоятельствам дела. Просит приговор изменить и назначить минимально возможное наказание с применением стст.64,73 УК РФ. Утверждает, что суд берёт во внимание только показания тех свидетелей, которые указывают на виновность подзащитного, не считая допустимыми показания свидетелей и самих подсудимых, что свидетельствует о предвзятости и необъективности по отношению к доказанности действий Хилько Ю.В.
Обращает внимание, что суд с недоверием отнёсся к показаниям свидетеля Е. которая показала, что на потерпевшую Д. никто ружьё не направлял. Одновременно с этим суд не усматривает оснований не доверять её же показаниям, из которых следует, что Хилько Ю.В. высказывал угрозы в адрес потерпевшей, не учитывая противоречивых показаний Хилько Ю.В., Шарыгина В.Б. и самой потерпевшей Д., которая о наличии поступивших угроз в её адрес не помнила.
Указывает, что сторона защиты так и не получила объективного ответа от потерпевшего П. почему он не обратился за помощью, когда его отпустили в магазин, что предполагает отсутствие у П. чувства опасности и угрозы со стороны подсудимых.
Кроме того, суд голословно и необоснованно не берёт во внимание показания подсудимых об аморальности поведения потерпевших. Признавая отягчающим наказание обстоятельством для Хилько Ю.В. по эпизоду незаконного лишения свободы, его совершение с мучениями для потерпевшего, мотивируя это показаниями потерпевших, не берёт за основу показания подсудимых, которые полностью противоречат показаниям потерпевших в части количества и характера наносимых ударов.
Осуждённый Шарыгин В.Б. в апелляционной жалобе и дополнениях считает приговор суровым, поскольку постановлен без учёта смягчающих его вину обстоятельств. Причины и обстоятельства, совершённых преступлений с учётом кражи бензопилы, готовящейся транспортировки и изготовления потерпевшими наркотика никем не проверялись и были скрыты следователем <...>. О данных фактах он сообщал в различные инстанции. При этом потерпевший Ш. ранее судим по ч.2 ст.228 УК РФ, Щ. за кражу, П. состоял на учёте у психиатра, а Д. будучи, сотрудником <...> предоставила автомобиль для перевозки наркотических средств и ворованных вещей. За сутки друзья потерпевших убрали с места происшествия улики.
Оспаривает признание экспертом основными деталями оружия деревяшек (цевей от охотничьих старинных курковых ружей), порох был также приобретён 25-30 лет назад. При осмотре дома с участком и задержании находились посторонние лица, при этом дом был полностью разграблен сотрудниками полиции.
Высказывает недоумение о наличии принятых в отношении Е.. мер безопасности, т.к. именно она занималась культивированием наркотика и по своему желанию пошла на поиск воров.
Обращает внимание, что по решению суда личные вещи (брюки, джинсы и рубашка) до сих пор ему не возвращены, телефон «<...>» также принадлежал лично ему и был изъят сотрудниками полиции. Прицел <...> хранился в закрытом ящике стола и не являлся основной частью оружия, использовался как оптический прибор для наблюдения, не является вещественным доказательством, ничего не доказывает и незаконно передан в Росгвардию, а должен быть возвращён ему.
Защитник Б. в интересах осуждённого Шарыгина В.Б. полагает, что приговор подлежит отмене, т.к. суд необъективно подошёл к исследованию и анализу доказательств, показаниям потерпевших и свидетелей. Сомнения и противоречия имелись в каждом допросе потерпевших, дополнительные вопросы данных противоречий не устранили, а наоборот, добавили сомнений в правдивости описанных событий. Полагает, что потерпевшие намеренно вводили суд в заблуждение относительно событий, очевидцами которых они являлись. При этом Шарыгин В.Б. на всех стадиях уголовного судопроизводства не менял свои показания, детально сообщал следствию и суду о событиях происходящего, давал признательные показания и раскаивался в содеянном, однако этим фактам оценка не дана.
В возражениях на апелляционные жалобы Шарыгина В.Б. государственный обвинитель С. опровергает изложенные в них доводы со ссылкой на исследованные доказательства и установленные обстоятельства дела, просит жалобы оставить без удовлетворения, приговор без изменения.
Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит выводы суда о виновности Шарыгина В.Б. и Хилько Ю.В. в совершении инкриминируемых преступлений правильными, основанными на достаточной совокупности доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всестороннее и объективно исследованных и приведённых в приговоре.
Прежде всего, вина осуждённых подтверждается их собственными показаниями на стадии предварительного следствия, в которых они изобличают как себя, так и друг друга в совершении преступлений, их показаниями в судебном заседании, обоснованно признанные судом правдивыми в той части, в которой они согласуются и подтверждаются другими доказательствами, положенными в основу приговора.
Так, из признательных показаний Шарыгина В.Б. следует, что 10 августа 2017 года он и Хилько Ю.В., вооружившись ружьями, вместе с Е. ждали на трассе в засаде неизвестных лиц, накануне похитивших у него бензопилу и коноплю. Между девятью и десятью часами они увидели идущих Щ. и Ш. обрывающих кусты конопли. Чтобы не дать возможности убежать, направили на них ружья, попросили лечь на землю, руки положить на затылок и запретили им куда-либо двигаться, потому что хотели выяснить, кто они и что делают. Щ.. с Ш. сначала этого делать не захотели, поэтому он с Хилько Ю.В. применили слова угрозы и по разу их ударили, принуждая лечь и не сопротивляться. На вопросы Ш. не отвечал, а Щ. сообщил, что утром встретил Ш.. и П. и те попросили помощи в чем-то за бутылку водки. И Щ.. и Ш. он с Хилько Ю.В. нанесли удары по лицу, телу и конечностям, применялись приклады ружей, но лезвием Хилько Ю.В. не бил и потерпевшим не было нанесено такое количество ударов, о которых заявляет Щ... Ш. приказали лежать, а Щ. заставили обрывать кусты конопли, и наполнять мешок. Чуть позже увидели подошедшего П. и также направили на него ружья, сказали сеть на землю, на что тот подчинился, пояснил, что приехал за грибами, а в машине его ждет девушка. По его требованию Е. привела эту девушку, чтобы показать той, чем занимаются её друзья, а когда девушку привели, то проверив её сумку, обнаружили удостоверение сотрудника <...> на фамилию Д.. В отношении последней никаких действий не предпринимали, оружие не направляли, угроз не высказывали. По его просьбе Е. вместе с П. ездили в магазин, а по возвращению П. и Д.. отпустили. Щ. отпустили с приехавшими за ним людьми, а Ш. остался с ними. Поскольку ожидали возможного приезда хабаровчан на выручку Ш. Хилько Ю.В. увёл последнего в другое место и привязал к дереву. Предполагая возможное нападение со стороны знакомых Ш.., по его просьбе Е.. ранее принесла ему гранату и взрыватель, которые он считал учебными. Обнаруженную коноплю в мешках и необорванные кусты погрузил в трактор и отвез домой, где она и была позже изъята. После возвращения на место пешком, Ш. был обнаружен развязавшимся, но не убегал, а угрожал им расправой. Его перевели на другое место в лесу. Пока Хилько Ю.В. уходил прятать лопату он произвёл выстрел из ружья в голову Ш. т.к. тот оскорблял его, угрожал сожжением и тем, что изнасилуют Е. Оставив тело Ш.. на месте, пошли с Хилько Ю.В. домой, по пути наткнулись на «химлабораторию», откуда он забрал ранее украденные у него чашки, в одной из них была смола, которую позже в двух шприцах положил в рюкзак. Вернувшись на дачу, решил, что труп лучше всего утопить и попросил помощи у Хилько Ю.В., который и оказал ее добровольно и без принуждения, поскольку ему все было известно. Вечером вместе с Хилько Ю.В. утопили тело в водоёме. Оружие, боеприпасы и гранату на чердак полуразрушенного домика, Е.. положила по его просьбе. Наркотическое средство, размещенное в шприцах и лежавшее в рюкзаке, Е. не знавшая о нем, взяла с собою, когда пошла за продуктами, привезенными его братом. Конопля произрастала во многих местах, но он ее не культивировал, Е. рвала траву для кроликов, поэтому получилась прополка. Ружья нашел на берегу озера, там же были и три патрона от карабина, и патроны для гладкоствольного оружия. Граната с запалом осталась после того, как их принес К., он думал, что они учебные из-за букв СУ, поэтому никуда их не прятал, они всегда лежали дома на диване по отдельности. Патроны калибра <...> мм нашел на мусорке, как попал такой патрон к месту его изъятия, ему не известно. Один вид изъятого пороха он сам приобретал в магазине, так как до 1987 года занимался охотой и имел разрешение, другой порох, ему отдал дед.
Установленные судом обстоятельства совершения обоими осуждёнными инкриминируемых преступлений согласуются также с показаниями осуждённого Хилько Ю.В., которые суд обоснованно признал допустимыми. Данные показания аналогичны вышеприведённым показаниям осуждённого Шарыгина В.Б., и содержат сведения, изобличающие обоих осуждённых об обстоятельствах незаконного лишения свободы потерпевших, использования оружия, избиения Ш.. и Щ. выстрела в Ш. укрывательства совершённого убийства. При этом выводы суда о недоверии к показаниям Хилько Ю.В., в части отрицания применения им лопаты при нанесении телесных повреждений потерпевшим Ш. и Щ.., отсутствии высказанной угрозы в адрес Д.. и возможности последней вместе с П. спокойно уйти, надлежащим образом мотивированы в приговоре.
Потерпевшая Д. указала о наличии в её адрес угроз со стороны осуждённых, а осуждённая ранее Е.. уточнила, что угрозы высказаны были в виде фразы «отрезать волосы, изнасиловать».
Кроме того, вина осуждённых подтверждается показаниями потерпевших Щ., П. и Д. относительно их незаконного лишения свободы.
Потерпевший Щ. показал, что попыток убежать ни он, ни Ш.. не предпринимали под страхом наведённых подсудимыми на них ружей. На П. который пришёл их искать, также направлялось оружие. Когда Шарыгин В.Б. давал П.. приказ отвезти Е.. в магазин, Д. оставили в качестве гарантии возвращения П.. Уехать с этого места смог только со знакомыми брата.
Потерпевшие П. и Д. дали суду такие же показания. При этом П. объяснил, что когда повёз Е. в с.<...>, по дороге о случившемся никому не сообщал, боялся, что с женой может что-нибудь произойти, т.к. у осуждённых были ружья. Вопреки доводам защитника Ч. наличие предполагаемой возможности у П.. в момент выезда сообщить о совершённом в отношении себя и жены преступлении, не свидетельствует об отсутствии у него чувства опасности, т.к. из-за наличия высказанной ему угрозы расправы над женой, данных действий он не совершал. Более того, потерпевший видел избитых Ш. и Щ.., что позволяло реально воспринимать высказанное ему предупреждение и угрозу.
Суд 1-й инстанции дал надлежащую оценку показаниям потерпевших и положил данные доказательства в основу приговора, поскольку не доверять им оснований не имелось, каких-либо существенных противоречий, о которых, не конкретизируя, заявляет защитник Б.., они не содержат и согласуются с иными доказательствами, подробно приведёнными в приговоре. При этом показаниям потерпевшего Щ. о количестве причинённых ему ударов дана надлежащая оценка, которая у суда апелляционной инстанции не вызывает, т.к. подтверждается наличием экспертного заключения <...>
Материалы уголовного дела не содержат данных о противоправном поведении потерпевших, их заинтересованности в оговоре осуждённых. Ссылка Шарыгина В.Б. на привлечение Щ. к уголовной ответственности за кражу, данные о состоянии П. на учёте у врача психиатра и предполагаемое предоставление Д. автомобиля для перевозки наркотических средств достоверность показаний потерпевших не опровергает. Наличие аморального поведения потерпевших, в том числе, Ш. суд 1-й инстанции обоснованно не установил. Доводы осуждённого Шарыгина В.Б. о не проведении процессуальной проверки по факту кражи бензопилы, готовящейся транспортировке наркотических средств, на выводы суда о виновности осуждённых не влияет.
Кроме того, вина осуждённых подтверждается показаниями осуждённой Е. являющейся соучастницей преступления, многочисленных свидетелей, в том числе, А.., приходившего на место происшествия вместе с Е. для оказания помощи Шарыгину В.Б.; К. и Б. о наличии телесных повреждений у потерпевшего Щ..; сотрудников правоохранительных органов: О. А. Д.., И. Р.., Л.., М. эксперта Д.., специалиста А.., данными, зафиксированными в протоколах осмотра мест происшествия, обыска, выемки, получения образцов для сравнительного исследования, осмотра предметов, освидетельствования, предъявления Шарыгина В.Б. и Хилько Ю.В. для опознания. А также данными, содержащимися в заключениях, проведённых по делу многочисленных экспертиз, в том числе, установивших наличие и характер телесных повреждений у потерпевшего Щ., причину смерти и комплекс повреждений на трупе Ш. характер представленных боеприпасов, взрывчатых веществ.
Помимо перечисленных доказательств, вина осуждённых также подтверждается совокупностью других исследованных по делу доказательств, подробно приведённых в приговоре.
У суда первой инстанции не имелось оснований подвергать сомнениям достоверность показаний свидетелей, т.к. данных о заинтересованности кого-либо из них в оговоре осуждённых, не установлено. Причин не доверять заключениям экспертиз, показаниям эксперта и специалиста суд также обоснованно не установил. При этом суд мотивировал, почему отдаёт предпочтение одним доказательствам и отвергает другие, в том числе, показания осуждённой Е.. и выводы экспертиз, устанавливающих причины смерти Ш.
Вопреки утверждениям осуждённого Шарыгина В.Б. суд обоснованно не согласился с его версией о непричастности к незаконному культивированию растений конопли, т.к. она опровергается показаниями осуждённой Е.. о том, что осуждённый ухаживал за коноплей, свидетелей А.., И.., Л.., С.., А.. о культивировании осуждённым указанного растения, специалиста А. участвующего при осмотре посадок и указавшего на признаки культивации конопли, а также протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого были изъяты <...> кустов растений.
Несогласие осуждённого Шарыгина В.Б. с отнесением экспертом изъятых у него цевей к составным частям гладкоствольных ружей противоречит выводам проведённой по уголовному делу баллистической экспертизы и на квалификацию его действий не влияет.
Отсутствие у Шарыгина В.Б. права владения оружия исключает возможность возврата ему этих составных частей оружия.
Выводы эксперта о том, что изъятая граната с взрывателем является боевым взрывным устройством, а изъятый порох является взрывчатым веществом, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Хранение пороха, при отсутствии разрешительных документов, как и ношение, передача и хранение гранаты является незаконным и влечёт уголовную ответственность по ч.1 ст. 222.1 УК РФ. Поэтому вывод суда 1-й инстанции о виновности Шарыгина В.Б. по ч.1 ст.222.1 УК РФ является правильным.
Вместе с тем, органами предварительного следствия Шарыгину В.Б. не предъявлялось обвинение в незаконном приобретении взрывчатых веществ и взрывных устройств, поэтому из описания преступления подлежит исключению указание об их приобретении.
Заявления Шарыгина В.Б. в суде апелляционной инстанции о процессуальных нарушениях при производстве осмотров места происшествия, в ходе которых были изъяты запрещённые к обороту предметы и вещества суд 2-й инстанции признаёт несостоятельными и направленным на переоценку установленных по уголовному делу обстоятельств.
При этом в суде 1-й инстанции Шарыгин В.Б. о таких нарушениях не заявлял. В ходе оспариваемых им осмотрах места происшествия осуждённый замечаний никаких в протокол не вносил.
Уголовно-правовая оценка действий Шарыгина В.Б. и Хилько Ю.В. по п. «а,г,ж» ч.2 ст.127 УК РФ, как незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением, совершённое группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, в отношении более двух лиц; Хилько Ю.В. по ст.316 УК РФ, как заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления; Шарыгина В.Б. по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, по ч.2 ст.228 УК РФ, как незаконные приобретение, хранение, перевозка без цели сбыта наркотических средств, совершенные в крупном размере, по п.«в» ч.2 ст.231 УК РФ, как незаконное культивирование растений, содержащих наркотические средства, совершённое в особо крупном размере; по ч.1 ст.222 УК РФ, как незаконные приобретение, передача, хранение боеприпасов, по ч.1 ст.222.1 УК РФ как незаконные передача, хранение, ношение взрывчатых веществ, взрывных устройств, сделана правильно на основании фактически установленных обстоятельств совершения преступлений.
Квалифицирующие признаки совершённых преступлений подтверждены материалами уголовного дела, надлежащим образом мотивированы в приговоре и сомнений в своей объективности не вызывают.
Вопросы назначения наказаний судом разрешены в соответствии с требованиями статьи 60 УК РФ, и определённое осуждённым наказание является справедливым.
Определяя вид и размер наказания осуждённому Шарыгину В.Б., суд учёл повышенный характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, одно из которых является особо тяжким, обстоятельства их совершения, данные о его личности, удовлетворительные характеристики, отсутствие судимости, наличие смягчающих обстоятельств по каждому преступлению (за исключением эпизода культивирования конопли), к которым, вопреки доводам жалобы, обоснованно отнёс активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, признание вины и раскаяние в содеянном, отягчающего обстоятельства - совершение убийства с использованием оружия, и совершения преступления с мучениями для потерпевшего по эпизоду незаконного лишения свободы, виды и количество наркотических средств и наркотикосодержащих растений, взрывчатых веществ, боеприпасов и взрывного устройства, влияние назначенного наказания на его исправление.
Совокупность вышеуказанных обстоятельств позволили суду 1-й инстанции придти к верному и мотивированному выводу, о необходимости определения осуждённому Шарыгину В.Б. по каждому совершённому преступлению наказания в виде реального лишения свободы, без возможности его назначения с учётом ст.64, 73 УК РФ. Размер наказания за каждое преступление и по их совокупности назначен в пределах предусмотренного уголовным законом срока и снижению не подлежит.
Вид и размер наказания, назначенный осуждённому Хилько Ю.В., также является справедливым, оснований для его смягчения не имеется. Как следует из приговора, судом учтены категории преступлений, личность подсудимого, характеризующегося правоохранительным органом - отрицательно, ранее привлечённого к административной ответственности, гражданами - положительно. Учёл суд и наличие смягчающих и отягчающего обстоятельства по эпизоду незаконного лишения свободы, влияние назначенного наказания на его исправление. Выводы суда о необходимости назначения лишения свободы с изоляцией от общества без применения стст. 64,73 УК РФ надлежащим образом мотивированы в обжалуемом решении.
Каких-либо иных новых смягчающих и исключительных обстоятельств по делу, существенно снижающих степень общественной опасности преступлений и личности виновных, в том числе, приведённых в жалобах, суд апелляционной инстанции не находит.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда 1-й инстанции о необходимости признания обоим осуждённым в качестве отягчающего наказание обстоятельства по эпизоду незаконного лишения свободы совершение преступления с мучениями для потерпевшего.
Обстановка в ходе которой потерпевшим наносились телесные повреждения, а именно под угрозой ружей, длительный временной промежуток и использование различных предметов свидетельствуют о мучениях, которые потерпевшие испытывали в результате противоправных действий со стороны осуждённых.
Невозможность изменения категорий преступлений по правилам ч.6 ст.15 УК РФ и применения положений ст.53.1 УК РФ суд обсудил и не нашёл для этого оснований, причин не согласиться с данным выводом не имеется.
Вид исправительного учреждения Шарыгину В.Б. и Хилько Ю.В. назначен в соответствии с требованиями пунктов «а» и «в» ч.1 ст.58 УК РФ.
Время содержания осуждённых под стражей верно зачтено судом с учётом положений ст.72 УК РФ.
Вопреки доводам осуждённого Шарыгина В.Б. суд разрешил вопрос по судьбе вещественных доказательств в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ. Возврат вещественных доказательств производится по вступлению приговора в законную силу при распоряжении к его исполнению.
Вместе с тем, согласно п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ, предметы, не запрещенные к обращению, и не являющиеся средствами совершения преступления передаются законному владельцу.
Прицельное приспособление модели ПО-4 согласно материалам уголовного дела не является средством совершения преступления и не отнесено к предметам, запрещенным к обращению, поэтому с учётом заявления осуждённого Шарыгина В.Б. о принадлежности прицела ему, последний подлежит передаче Шарыгину В.Б.
Из материалов уголовного дела следует, что сотовый телефон марки «<...>» с двумя сим картами и картой памяти, принадлежность которого оспаривает осуждённый Шарыгин В.Б., вещественным доказательством по уголовному делу не признавался и в качестве такового в суд не направлялся, следовательно, решение о передаче данного телефона Е. принято судом в нарушение требований ст.81 и п.2 ч.1 ст.309 УПК РФ.
Вопрос о возврате изъятых в ходе расследования уголовного дела предметов и вещей, не признанных вещественными доказательствами, разрешается следователем в производстве, которого находилось уголовное дело.
Иных нарушений требований уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора в апелляционном порядке, судом не допущено.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
Приговор Смидовичского районного суда ЕАО от 14 января 2019 года в отношении Шарыгина В. Б. и Хилько Ю. В. - изменить:
-исключить из описания преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, указания о приобретении взрывчатых веществ и взрывных устройств;
- исключить из резолютивной и описательно-мотивировочной части приговора указание о передаче сотового телефона «Texet» с двумя сим картами и картой памяти Е..;
-по вступлению приговора в законную силу прицельное приспособление модели ПО-4 передать Шарыгину В.Б.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осуждённого Шарыгина В.Б. считать удовлетворённой частично, апелляционные жалобы адвокатов Б.. и Ч. оставить без удовлетворения.
Председательствующий Е.В. Пышкина
судьи А.А. Шульга
А.И. Жукалина
