Дело № 22-1931/2019

Номер дела: 22-1931/2019

Дата начала: 29.04.2019

Суд: Алтайский краевой суд

Судья: Бердников Сергей Викторович

:
Категория
1 - Дело с обвинительным актом / постановлением
Результат
ВЫНЕСЕНО РЕШЕНИЕ (ОПРЕДЕЛЕНИЕ)
Стороны по делу (третьи лица)
Вид лица Лицо Перечень статей Результат
Защитник Шапошников А.В. Адвокатский кабинет
Защитник Сысоев Евгений Юрьевич
ПРОКУРОР Криволуцкая Н.А,
Шлафман Игорь Михайлович Статьи УК: 159 прочие определения С УДОВЛЕТВОРЕНИЕМ ЖАЛОБ И ПРЕДСТАВЛЕНИЙ
 

Определение

Судья Строилова И.В.                     Дело № 22-1931/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Барнаул 4 июня 2019 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Друзя С.А.,

судей Бердникова С.В., Колосничих И.П.,

при секретаре Титовой Е.В.,

с участием:

прокурора Новиковой Т.И.,

потерпевшего: О..,

осужденного Шлафмана И.М. (по системе видеоконференц-связи),

адвоката Шапошникова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Шлафмана И.М., адвоката Шапошникова А.В., потерпевших Т., К..,Т1., П., О., Р., С., Д., Т2., П1., Д1.., В. на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 11 марта 2019 года, которым

Шлафман И.М., <данные изъяты>,

– осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания Шлафману И.М. постановлено исчислять с 12 марта 2019 года.

Постановлено зачесть в срок отбытия наказания время содержания Шлафмана И.М. под стражей ДД.ММ.ГГ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, под домашним арестом зачтен период с ДД.ММ.ГГ из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, с ДД.ММ.ГГ по 12 марта 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, срок содержания Шлафмана И.М. под стражей с даты провозглашения приговора до даты вступления его в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

На основании ст.1064 ГК РФ постановлено взыскать со Шлафмана И.М. в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба в пользу:

–В. - <данные изъяты>;

–О1 - <данные изъяты>:

–К1 - <данные изъяты>;

–П. - <данные изъяты>;

–П2 - <данные изъяты>;

–З - <данные изъяты>;

–Р. - <данные изъяты>;

–Т. – <данные изъяты>;

–О1 - <данные изъяты>;

–М. - <данные изъяты>;

–Ф. - <данные изъяты>;

–В1 - <данные изъяты>;

–Ж. - <данные изъяты>;

–Ч. - <данные изъяты>;

–П1 - <данные изъяты>;

–Г. - <данные изъяты>;

–В2 - <данные изъяты>;

–Д. - <данные изъяты>;

–Т2 - <данные изъяты>;

–Т3 – <данные изъяты>;

– Ф1 - <данные изъяты>;

–С1 - <данные изъяты>;

–Г1 - <данные изъяты>;

–Ч1 - <данные изъяты>;

–П3 - <данные изъяты>.

Снят арест, наложенный на транспортное средство – автомобиль <данные изъяты>, по постановлению <данные изъяты>.

Обращено взыскание в счет возмещения потерпевшим материального ущерба, причиненного преступлением, на транспортное средство: автомобиль <данные изъяты>, зарегистрированный ДД.ММ.ГГ на Л., <данные изъяты>.

Заслушав доклад судьи Бердникова С.В., выслушав осужденного Шлафмана И.М., адвоката Шапошникова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, потерпевшего О., поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Новиковой Т.И. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда Шлафман И.М. признан виновным в том, что, являясь

директором <данные изъяты>, возложив на себя исполнение всего спектра организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, которые он выполнял на постоянной основе, осуществляя свои преступные намерения, не позднее ДД.ММ.ГГ, находясь в <адрес>, проводил масштабную рекламную кампанию, размещая необходимые сведения в средствах массовой информации, информационно–телекоммуникационных сетях общего пользования, офисе <данные изъяты>, в ходе которой предлагал гражданам вступать в <данные изъяты> и внести, якобы на выгодных условиях, денежные средства для инвестирования строительства квартир в многоэтажном жилом доме по адресу: <адрес> (в последующем дому присвоен <адрес>), а также для приобретения на выгодных условиях недвижимости на вторичном рынке, тем самым, вводя в заблуждение неограниченный круг лиц.

Находясь в <адрес>, ДД.ММ.ГГ года заключил с директором <данные изъяты> М1, не посвящая его в свой преступный умысел, договор № 02 от ДД.ММ.ГГ <данные изъяты>, согласно которому <данные изъяты> инвестирует строительство кооперативного жилого дома по адресу: <данные изъяты>, а <данные изъяты> выполняет строительство указанного дома стоимостью <данные изъяты>, что превышает <данные изъяты> стоимости имущества Кооператива, составлявшей на тот момент <данные изъяты>.

Таким образом, заключив вышеуказанный договор, Шлафман И.М. умышленно нарушил требования п.4 ст. 47 Федерального закона № 215-ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах», в соответствии с которыми стоимость приобретения прав на строящиеся в порядке долевого участия жилые помещения и стоимость строящихся кооперативом жилых помещений не должна превышать двадцать процентов стоимости имущества кооператива.

Для завуалирования преступной деятельности, введения в заблуждение пайщиков <данные изъяты> и директора <данные изъяты> М1, и придания ей видимости гражданско–правовых отношений, Шлафман И.М. частично исполнил обязательства по финансированию строительства дома по адресу: <адрес>.

В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ на основании проведенной рекламы в офис <данные изъяты>, располагающийся по адресам: <адрес>, обратился ряд граждан, которые, полагая, что действия Шлафмана И.М. и возглавляемого им кооператива носят законный характер, находясь под воздействием обмана со стороны последнего, доверяя ему, вступили в число пайщиков <данные изъяты>, получили правовое положение, заключили гражданско–правовые договоры (соглашения), связанные со строительством и приобретением квартир в рекламируемом доме, и передали Шлафману И.М. принадлежащие им денежные средства и иное имущество.

Тем самым, Шлафман И.М. создал видимость реально действующего хозяйствующего субъекта, завуалировав свою преступную деятельность, привлек в число пайщиков <данные изъяты> потерпевших, получив от них денежные средства под предлогом приобретения для них жилья в строящемся доме по адресу: <адрес> и на вторичном рынке недвижимости. Возложенные на себя обязательства по приобретению жилья Шлафман И.М. не исполнил, привлеченные от пайщиков денежные средства похитил, распорядившись ими по своему усмотрению.

Таким образом, Шлафман И.М. в период ДД.ММ.ГГ по
ДД.ММ.ГГ путем обмана и злоупотребления доверием похитил денежные средства Д1, В., О., К., К2., М.., К1., П., П2., З., Р., Т.., О1, С., В1., Ж., Ч., А., П1., Г., Ж1., С2., Д, Т3., Г2., Ф1., Б., Т2., С1., Г1., Ч1., П3., в особо крупном размере на общую сумму <данные изъяты>.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции осужденный Шлафман И.М. виновным себя не признал, пояснив, что в результате сложившихся обстоятельств он, как директор <данные изъяты>, не смог выполнить условия договоров с членами кооператива, которые вступили в него для получения квартир в строящемся доме. Так как все денежные средства, поступающие в кооператив, перечислялись им на строительство дома, он не смог выполнить условия договоров и с членами кооператива, которые вступали в кооператив для приобретения жилья на вторичном рынке жилья. Возвратить паевые взносы указанным членам кооператива он не мог, так как все деньги были перечислены на счета <данные изъяты> и <данные изъяты>, и были похищены М1. Он денежные средства членов кооператива не похищал.

В апелляционной жалобе осужденный Шлафман И.М. просит приговор суда отменить, его оправдать, снять арест, незаконно наложенный на автомобиль <данные изъяты>.

Ссылается на существенное нарушение уголовно-процессуального закона, так, показания потерпевших и свидетелей полностью приведены из обвинительного заключения и не согласуются с показаниями, данными в судебном заседании, в частности в судебном заседании потерпевшие К3, К1, К1, Ч1, Г3 на вопрос защитника пояснили, что квартиры продал директор <данные изъяты> М1, а также показания последнего, в судебном заседании, что они никогда не ходили в администрацию <адрес>. При этом показания М1 о том, что он не завозил на строительство дома никаких строительных материалов, опровергаются актами их приема-передачи. Кроме того, <данные изъяты> оплатил <данные изъяты> на строительство блока «Б», однако от <данные изъяты> ни одной квартиры не получил, деньги не были возвращены.

Несостоятельными считает показания свидетеля Г4, не учтено судом, что на объект он завозил только малую часть стройматериалов.

Ссылается на положения договора <данные изъяты>», согласно которому <данные изъяты> категорически запрещено заключать договоры долевого участия с третьими лицами и продавать их. В случае недостаточного финансирования со стороны <данные изъяты>, <данные изъяты> был обязан за свой счет либо кредитных средств полностью достроить объект, а затем предъявить счет кооперативу. Также, что в ДД.ММ.ГГ <данные изъяты> в лице директора М1 разместило проектную декларацию, умышленно не отразив наличие договора <данные изъяты> с кооперативом, что ему позволило в дальнейшем заключать договоры долевого участия с физическими лицами, а также контракты с <данные изъяты> о продаже 8 квартир блока «А», полностью профинансированного <данные изъяты>.

Суд необоснованно установил, что <данные изъяты> не проплачивал <данные изъяты> строящегося кооперативного дома, что опровергается решением <данные изъяты>. Таким образом, <данные изъяты> из 42 квартир передал <данные изъяты> только 22 квартиры, в результате чего члены кооператива были лишены возможности приобрести жилые помещения.

Далее выражает несогласие с тем, что он, якобы, представлял в контролирующую организацию недостоверные сведения о количестве членов и финансовых показателях <данные изъяты>; установлением судом умысла на совершение преступления, что опровергается успешной работой кооператива на протяжении 10 лет, который приобрел 187 объектов недвижимости, 96 выбывшим членам были возвращены паевые взносы. Даже когда шли судебные процессы, кооперативом ДД.ММ.ГГ было приобретено 27, ДД.ММ.ГГ-2, в ДД.ММ.ГГ году-2 объекта недвижимости. В случае добросовестного исполнения обязательств застройщиком <данные изъяты>, кооператив и дальше бы продолжал выполнять свои обязательств перед своими членами. Также отмечает, что <данные изъяты> награжден почетной грамотой комитета <данные изъяты>; из 304 членов кооператива пострадали только 32, что составляет менее <данные изъяты> большинство членов довольны работой кооператива, что не учтено судом; также планировалась дальнейшая работа, производилась оформление нескольких земельных участков.

Ссылается на то, что показания свидетелей П2, Л1, Ф2, К4 приведены из обвинительного заключения, в судебном же заседании они показали, что он своевременно отчитывался за денежные средства, взятые в подотчет, постоянно и правильно предоставлял отчеты в ФСФР. Указано на неправильную оценку судом показаний свидетеля Т4 при постановлении приговора, которая в своих показаниях фактически подтвердила факт правильного ведения бухгалтерской документации в кооперативе.

Отмечает, что вопреки выводам суда, действующее законодательство допускает направление денежных средств паевого <данные изъяты> не только на приобретение жилья, но и расходование на иные нужды кооператива, если они связаны с осуществлением деятельности кооператива по приобретению, строительству или содержанию кооперативных квартир, также судебных расходов, аренды офиса, рекламы, налоги, коммунальные услуги, транспортные расходы, оплата гос. пошлин, услуги нотариуса. В основном на обеспечение деятельности кооператива использовались только вступительные взносы. Также не согласен с тем, что членам <данные изъяты> были внесены денежные средства около <данные изъяты>. по его подсчетам без вступительных членских взносов и комиссий банков <данные изъяты>., им были перечислены застройщику <данные изъяты>., остальная разница была направлена на приобретение недвижимости на вторичном рынке.

Также выражает несогласие с выводом суда о нарушении им положений п.4 ч.1 ст. 7 п.3, ч.6 ст. 34 ФЗ РФ « О жилищных накопительных кооперативах», в части того, что он не мог единолично принимать решение о строительстве кооперативного дома; с отказом суда в переквалификации его действий на ст. 200 ч.3 УК РФ; что неподписание графика платежей с застройщиком по инвестиционному договору является хищением денежных средств кооператива, что опровергается решениями арбитражных судов.

Указывает на то, что судом при рассмотрении гражданских исков потерпевших не сверялись квитанции и приходные кассовые ордера с подлинными документами членов <данные изъяты>, а в соответствии п.2 ст. 25 ФЗ № 215 вступительные членские взносы не подлежат возврату при прекращении членства в кооперативе, кроме того, еще в стоимость взносов членов <данные изъяты> были включены и банковские комиссии за перевод денежных средств на счет юридического лица, к которому кооператив ни имеет никакого отношения, что не учтено судом. Отмечает, что поскольку <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГ находится в стадии ликвидации, то никто не имеет право на возврат и выплату паевых взносов; потерпевшим от незаконных действий застройщика должен быть признан весь кооператив в целом, а не его отдельные члены.

Считает незаконным арест автомобиля <данные изъяты>, поскольку он принадлежит его <данные изъяты> на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГ.

В апелляционной жалобе адвокат Шапошников А.В. просит приговор в отношении Шлафмана И.М. отменить, вынести оправдательный приговор. Считает, что данный приговор вынесен незаконно и необоснованно в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильным применением уголовного закона, нарушением норм уголовно-процессуального законодательства и несправедливостью приговора.

Постанавливая оспариваемый приговор, суд сослался в нем на показания потерпевших, как на доказательства, подтверждающие виновность Шлафмана И.М. в инкриминируемом ему деянии.

Первоначально уголовное дело по факту неполучения квартир членами <данные изъяты> расследовалось в отношении М1., у которого был статус подозреваемого по данному делу.

В ходе предварительного расследования было установлено, что <данные изъяты> выполнял все условия заключенного договора с <данные изъяты>, а последнее, получив инвестированные деньги, заключило договоры о долевом строительстве с третьими лицами, а также передало 8 квартир по программе расселения аварийного и ветхого жилья, без ведома директора <данные изъяты> Шлафмана И.М., тем самым лишив потерпевших права на получение жилых помещений.

В судебном заседании установлено, что <данные изъяты> должен был получить от <данные изъяты> не менее 42 квартир в строящемся жилом доме по адресу: <адрес>, что подтверждается многочисленными актами судов различных инстанций.

Фактически члены <данные изъяты> получили только 22 квартиры, которые, в соответствии с действующим законодательством, были им переданы в установленные сроки.

Судом не приняты во внимание показания некоторых потерпевших, которым М1 пояснил, что самостоятельно продает квартиры в блоке «Б» жилого дома <адрес>, заключая договоры долевого участия в строительстве дома с третьими лицами, несмотря на договор об инвестировании с <данные изъяты>, считая, что финансирования со стороны <данные изъяты> недостаточно для строительства данного многоквартирного дома.

В оспариваемом приговоре показания М1 приведены согласно их редакции на стадии предварительного расследования, в то время как в зале судебного заседания М1 давал иные пояснения, не соответствующие своим показаниям на следствии, в частности относительно осведомленности Шлафмана И.М. о реализации 8 квартир в многоквартирном доме по адресу: <адрес> по программе расселения ветхого жилья участникам данной программы, участии Шлафмана И.М. в обсуждении данного вопроса в администрации <адрес> и даче своего согласия на отчуждение вышеназванных жилых помещений.

Судом также не приняты во внимание полные и последовательные показания самого обвиняемого Шлафмана И.М., которые являются объективными и правдивыми относительно событий, имевших место в период деятельности <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ.

Признавая обвиняемого Шлафмана И.М. виновным, суд пришел к выводу о доказанности умысла подсудимого на совершение мошеннических действий, направленных на хищение денежных средств членов <данные изъяты>, вместе с тем судом не приняты во внимание письменные доказательства в материалах уголовного дела, опровергающие данные доводы, в частности решения судов различных юрисдикции и инстанций, подтверждающих действительность договора об инвестировании ДД.ММ.ГГ размер денежных средств, внесенных <данные изъяты> в адрес застройщика, действия Шлафмана И.М, направленные на обеспечение получения пайщиками кооператива полагающихся им жилых помещений и другие обстоятельства.

Судом не учтено что <данные изъяты> исполнял свои обязательства перед пайщиками вплоть ДД.ММ.ГГ, приобретя более 180 объектов недвижимости, что не согласуется с выводами эксперта о наличии финансовой пирамиды.

Кроме этого, судом нарушены положения статей 73 и 307 УПК РФ при вынесении обвинительного приговора, поскольку в нем не установлен способ хищения Шлафманом И.М. денежных средств пайщиков <данные изъяты>, а именно каким образом последний изымал в с пользу данные денежные средства, в каких размерах и при каких обстоятельствах.

Считает, что денежные средства пайщиков кооператива тратились надлежащим образом, по целевому назначению, что находило свое отражение в неоднократных проверках <данные изъяты> со стороны различных контролирующих органов, а также во множественных бухгалтерских и аудиторских проверках.

Ссылается, что при оглашении письменных доказательств в ходе судебного разбирательства были исследованы товарные и кассовые документы, подтверждающие факт приобретения строительных и ремонтных материалов, в частности красного кирпича, из которого и возводился вышеуказанный спорный жилой дом, а также акт приема-передачи данных материалов <данные изъяты> и <данные изъяты>, подписанные их руководителями, в частности М1

Судом в оспариваемом приговоре сделаны многочисленные ссылки на нарушение со стороны подсудимого требований норм ФЗ РФ «О жилищных накопительных кооперативах», в частности установление размера вступительного взноса в 5%, наличия в Уставе кооператива только общих норм относительно прав и обязанностей пайщиков, внесение ими денежных средств членами кооператива на отдельный банковский счет, нарушение сроков для возникновения права собственности на недвижимые объекты после внесения членом кооператива всего паевого взноса и других, не свидетельствуют о совершении Шлафманом И.М. каких-либо мошеннических действий, поскольку данные действия абсолютно не подтверждают факт противоправного изъятия денежных средств потерпевших, не указывают на место, время и способ хищения данных средств, а лишь свидетельствуют о нарушениях, допущенных при обычной хозяйственной деятельности организации.

Также ссылается на неверные выводы суда о том, что действия Шлафмана не могли быть квалифицированы по ст. 200.3 УК РФ.

Таким образом, приходит к выводу о том, что оспариваемый обвинительный приговор в отношении Шлафмана И.М. основан на предположениях, неустранимых сомнениях, вынесен с нарушением принципа презумпции невиновности.

В апелляционной жалобе потерпевшая Т3. выражает несогласие с приговором суда в части назначенного наказания, просит назначить более строгое наказание. В обоснование указывает, что Шлафман не признал свою вину, не раскаялся, не вернул денежных средств, они с мужем продали свое единственное жилье, решили приобрести квартиру в новом доме.

Директор <данные изъяты> И.М. Шлафман, ДД.ММ.ГГ взял у неё деньги лично, совершив мошеннические действия в отношении неё, завладев обманным путем денежными средствами в сумме <данные изъяты>, умышленно заключил с ней такого рода соглашение, чтобы иметь возможность апеллировать его ничтожностью; позиционировал себя в указанных соглашениях застройщиком, что изначально не соответствовало действительности; не предупредил её о том, что между <данные изъяты>» и <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГ идут судебные разбирательства, предметом которых являлся строящийся дом; заключил с ней соглашение, зная о том, что <данные изъяты> на момент внесения ею денежных средств денежные средства не принимает (деньги принимались до ДД.ММ.ГГ), и в <данные изъяты> деньги не вносил, чем преднамеренно ввел в заблуждение с целью завладения её денежными средствами; не предоставил квартиру, не предоставил жилое помещение на вторичном рынке.

Кроме того, Шлафман И.М. в ДД.ММ.ГГ преднамеренно продал имущество кооператива: офис по <адрес> (состоящий из двух квартир), не поставив в известность членов кооператива и присвоив денежные средства кооператива себе; выехал за пределы <адрес>, не сообщив членам кооператива, с целью избежания наказания; денежные средства не вернул, заработал на них большие проценты.

В апелляционной жалобе потерпевшие К., Т., П.., О.., Р., С., Д, Т2., П1., П1., В, Т3 выражают несогласие с приговором суда в связи с чрезмерной мягкостью назначенного наказания, в обоснование ссылаются на положения п. 4 ст. 389.15, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ, статьи 2,6 и 43 УК РФ.

Ссылаются на установленные судом смягчающие наказание обстоятельства. Вместе с тем судом не учтено, что Шлафман не признал вину в инкриминируемом ему преступлении, не раскаялся, никаким образом не загладил перед потерпевшими причиненный вред и не пытался этого сделать, даже не принес извинения; цинизм, с которым Шлафман совершал преступление, на протяжении всего периода деятельности кооператива, зная о невозможности выполнения обязательств перед уже обманутыми дольщиками, продолжал принимать в члены кооператива, уверяя вновь принятых в стабильности кооператива, обещая успех.

Ссылаются на показания: потерпевшей Д1. о том, что Шлафман завлекал клиентов акциями-розыгрышами суперпризов беспроцентных. Она неоднократно хотела выйти из кооператива и вернуть деньги, однако Шлафман каждый раз уговаривал её этого не делать, заверяя, что деньги лежат на специальном счете в банке и на всю сумму накапливаются проценты, и благодаря этому она даже через пять лет сможет добавить недостающую сумму и приобрести квартиру. Позже она узнала, что ее давно исключили из членов кооператива, но денежные средства продолжали принимать;

потерпевшего О. о том, что после того, как он выплатил все деньги, Шлафман стал с ним разговаривать очень грубо. На вопрос об отношениях с застройщиком, Шлафман говорил, что это не его дело;

потерпевшей М. о том, что когда она просрочила с платежами, Шлафман оштрафовал её на <данные изъяты>;

потерпевшего О1 о том, что когда понял, что его обманули, неоднократно связывался со Шлафманом по телефону, но тот сказал, что уехал, а позже перестал отвечать на телефонные звонки;

потерпевшей Ж. и Г1 о том, что на вопрос когда им вернут вложенные деньги, Шлафман ответил, что с полиции требуйте деньги, раз они на него написали заявление.

Судом было установлено, что денежными средствами потерпевших, Шлафман распорядился в своих личных интересах, за счет этих денег содержал свои личные автомобили, покупал дорогие телефоны, отдыхал на море за границей, что следует из показаний потерпевших Ф1, С1.

Несмотря на письменные положительнее характеристики Шлафмана по месту жительства от соседей и по месту прежней работы, с учетом вышеизложенного следует вывод, что характеризуется Шлафман отрицательно. Так, вместо того, чтобы решать возникшие проблемы с потерпевшими, он уехал на постоянное место жительства к морю.

Принятые во внимание судом заболевания Шлафмана не препятствуют ему отбывать наказание в условиях изоляции от общества, а срок наказания, назначенное приговором не соответствует целям наказания, восстановлению социальной справедливости.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и защитника потерпевшие Т3., Т3., Т1., П., О.., Р., С., Д., П1., Д., В., Г2., государственный обвинитель Криволукая Н.А. просят приговор суда в отношении Шлафмана И.М. оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда первой инстанции о виновности Шлафмана в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре подробно раскрыто. Каждое доказательство оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст. 88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Суд надлежащим образом проверил доводы стороны защиты об отсутствии у Шлафмана умысла на завладение денежными средствами потерпевших путем обмана и злоупотребления доверием, наличии объективных причин, помешавших ему исполнить принятые на себя обязательства и обоснованно отнесся к ним критически, поскольку эти доводы противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам, которые основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Суд апелляционной инстанции указанные доводы также признает несостоятельным, соглашаясь с их оценкой, данной судом первой инстанции, поскольку в их подтверждение объективных доказательств не представлено, и они опровергаются совокупностью следующих собранных по делу доказательств:

- последовательными показаниями потерпевших Д1., В., Ю., К., К2., М.., К1., П, П2., З.., Р., Т., О1., Ф., В1., Ж., Ч., А., П1., Г3., Ж1.. С2., Д., Т3., Г2., Ф1, Б, Т2., С1, Г1., Ч1., П3., из которых следует, что желая улучшить жилищные условия, узнав из различных источников (от родственников, знакомых, средств массовой информации) о существовании <данные изъяты>, который занимался строительством жилого дома на берегу <адрес>, а также приобретением жилья на вторичном рынке, обращались к директору Шлафману И.М., имеющему представительный вид и внушающему доверие, вступали в кооператив вносили денежные средства согласно графику, после внесения необходимой сумы по условиям договора под различными предлогами Шлафман оттягивал исполнение своих обязательств по приобретению недвижимости, обманул их и похитил денежные средства;

- показаниями родственников потерпевших об обстоятельствах вступления в кооператив, внесения денежных средств и невыполнения обязательств Шлафманом И.М.;

- показаниями свидетеля М1 о том, что денежные средства от <данные изъяты> на строительство блока «Б» дома по <адрес> не поступали, поэтому он начал привлекать граждан для долевого строительства. Он полностью исполнил свои обязательства перед <данные изъяты>, так как передал кооперативу 22 квартиры, оплаченные Шлафманом, 8 квартир были проданы администрации <адрес>, это было сделано с ведома Шлафмана, поскольку были указаны номера квартир в блоке «А», который знал какие квартиры были свободны. С расчетного счета <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГ на расчетный счет <данные изъяты> были перечислены денежные средства около <данные изъяты>, из которых он вернул <данные изъяты>, а остальные потратил на благоустройство прилегающей территории блока «А»;

- показаниями свидетеля С3. – директора <данные изъяты>, а также свидетеля А1., которая дала аналогичные показания о взаимоотношениях <данные изъяты> и <данные изъяты>» при строительстве многоквартирного жилого дома в <адрес> по адресу:
<адрес> и пояснившей, что поскольку инвестор <данные изъяты> не вносил денежные на строительство дома, <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГ обратилось в <данные изъяты> о признании договора первоначального, заключенного на строительство всего дома, незаключенным. С ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ между <данные изъяты> и <данные изъяты> велись судебные тяжбы об объеме взаимных прав и обязанностей, по результатам рассмотрения которых суды пришли к выводу об отсутствии каких–либо нарушений со стороны <данные изъяты>». Судами установлено, что застройщик и инвестор изменили условия договора инвестирования, исполнили его в полном объеме друг для друга. Вышестоящие инстанции пришли к выводу об отсутствии оснований для пересмотра, изменения и отмены состоявшихся судебных актов;

- показаниями свидетеля Т4 о том, что при проведении аудиторских проверок <данные изъяты> первичную бухгалтерскую документацию она не проверяла;

- протоколом осмотра предметов и документов, согласно которому осмотрены подшивки документы пайщиков <данные изъяты> за весь период его деятельности (с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ), вступили <данные изъяты> Кооперативом жилые помещения приобретены для 158 человек, 146 выбыли из него по различным основаниям, не приобретая жилье. В отношении 139 жилых помещений (88 %) приобретенных кооперативом срок планируемого приобретения с момента накопления пайщиком первой части стоимости жилья до момента приобретения недвижимости нарушен;

- иными подробно изложенными в приговоре доказательствами.

Полно и всесторонне исследовав представленные доказательства, суд обоснованно признал вину осужденного Шлафмана И.М. доказанной и верно квалифицировал его действия по ч.4 ст.159 УК РФ.

Со стороны Шлафмана имели место, как обман, так и злоупотребление доверием, которое выражалось в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцами имущества, уполномоченными принимать решения о передаче этого имущества.

Потерпевшие, обращаясь в данный <данные изъяты> к Шлафману, передавали ему добровольно денежные средства, находясь под обманом, который сообщал им ложную информацию о финансовой устойчивости кооператива, о том, насколько возможно исполнение финансовых обязательств, связанных с приобретением квартир со стороны кооператива. Злоупотребление доверием, выразилось в том, что им составлялись графики платежей, то есть эти действия были рассчитаны на длительный период времени, в соответствии с этими графиками платежей, граждане вносили денежные средства, будучи введенными в заблуждение относительно исполнения в последующем обязательств, которые были взяты на себя Шлафманом.

Доводы апелляционных жалоб защитника и осужденного о необходимости переквалификации действий осужденного на ст. 200.3 УК РФ суд апелляционной инстанции находит необоснованными, поскольку действия Шлафмана изначально являлись противоправными, не соответствовали требованиям ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах», следовательно, потерпевшие были лишены возможности законного получения права на квартиры, как в строящемся доме, так и на вторичном рынке жилья.

В силу ч.1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и по предъявленному ему обвинению, согласно которому Шлафману инкриминировалось причинение ущерба 32 потерпевшим. То обстоятельство, что Шлафман приобретал объекты недвижимости другим членам кооператива, что и было указано в предъявленном обвинении о завуалировании преступных действий под гражданско-правовые отношения, то есть частичном выполнении обязательств перед другими пайщиками, никоим образом не исключает его виновность в отношении 32 потерпевших, которых Шлафман обманул, и завладел их денежными средствами.

Кроме того, вопреки доводам жалоб осужденного и адвоката об успешной деятельности кооператива, жилые помещения приобретены для 158 человек, 146 выбыли из кооператива по различным основаниям, не приобретая жилье. В отношении 139 жилых помещений, то есть <данные изъяты> приобретенных кооперативом срок планируемого приобретения с момента накопления пайщиком первой части стоимости жилья до момента приобретения недвижимости нарушен, а в отношении некоторых пайщиков значительно, так К4 после выполнения ею условий договора, жилье было приобретено спустя лишь 4 года.

Этим доказательствам судом дана верная оценка, выводы суда надлежаще мотивированы, обоснованы материалами дела, а потому не являются основаниями для оправдания Шлафмана.

Доводы стороны защиты о необоснованности заключения эксперта Б1, согласно которому уже к середине ДД.ММ.ГГ <данные изъяты> вынужден был прекратить свою деятельность, что якобы опровергается успешной деятельностью кооператива на протяжении длительного времени, не могут быть приняты во внимание и не служат основанием для сомнения в выводах эксперта, поскольку они объективно подтверждаются установленными обстоятельствами по делу, в частности тем, что в дальнейшем, когда в кооператив перестали вступать новые члены, исполнение обязательств перед его членами стало невозможным. О чем и имеются суждения в заключении эксперта, что для того, чтобы исполнить обязательства перед всеми участниками, кооперативу требовались дополнительные финансовые ресурсы в размере не менее <данные изъяты>. Финансовые схемы жилищно–накопительного кредитования при отсутствии собственного начального капитала организации изначально предполагают, что на начальном этапе деятельности обязательства перед первыми участниками исполняются в том числе, за счет средств, поступивших от последующих участников, а обязательства перед последующими участниками исполняются, в том числе за счет средств, поступающих от предыдущих участников. Начиная со второй половины ДД.ММ.ГГ, кооператив неизбежно столкнулся бы с тем, что обязательства перед участниками не могут исполняться в срок и в полном объеме. Привлечение с этого момента новых участников без изменения условий предполагаемых финансовых схем могло только усугублять негативную ситуацию, поэтому, начиная со второй половины ДД.ММ.ГГ в деятельности <данные изъяты> имеются признаки финансовой пирамиды.

В нарушение требований ч.ч.4,5 ст. 47 Федерального закона РФ «О жилищных накопительных кооперативах», потерпевшие К, Т1, В, Ж1, К2 сразу внесли всю стоимость квартиры или большую её часть, хотя согласно его положениям срок накопления гражданином паевых взносов не может быть менее 2 лет и срок внесения оставшейся части паевого взноса после возникновения права на приобретение или строительство жилого помещения для члена кооператива не должен превышать более чем в полтора раза срок внесения членом кооператива первой части паевого взноса для приобретения жилья.

Шлафман знал положения ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах» и, с его слов, руководствовался ими. Вместе с тем, законодательство предусматривает чёткие гарантии обеспечения финансовой устойчивости данного предприятия, которые Шлафманом соблюдены не были.

В ДД.ММ.ГГ был создан <данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГ Шлафман назначен директором, в силу занимаемой должности являлся лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа <данные изъяты>, и осуществлял руководство в нарушение установленных федеральным законом положений, указанных в приговоре.

Согласно п.6, 6.1, 6.6.3 Устава кооператива, которые были подготовленного самим Шлафманом, его полномочия как директора предоставляли ему полную возможность реализации и использовании денежных средств кооператива, поскольку он занимался ведением и аккумулированием денежных средств участников кооператива, распоряжался денежными средствами. В соответствии с теми полномочиями, которые были предоставлены Шлафману и определены Уставом кооператива, Шлафман обладал всей полнотой власти, полным спектром организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, которые позволяли ему осуществлять контроль и использование денежных средств в своих интересах. В нарушение п.9 ст.34 ФЗ РФ «О жилищных накопительных кооперативах» Шлафман единолично принимал решения по работе кооператива: утверждал формы участия в деятельности кооператива, действующие тарифы, размеры заработной платы сотрудников, оплаты за офис кооперативом, собственником которого он сам являлся, содержание полностью за счет кооператива автомобилей, путем заключения с кооперативом договора безвозмездного пользования; все приведенные полномочия в соответствии с вышеназванной нормой федерального закона отнесены к компетенции общего собрания кооператива.

Используя полномочия директора, без ведома членов кооператива, заключил договор <данные изъяты>, согласно которому <данные изъяты> инвестирует строительство кооперативного жилого дома по адресу: <адрес>, а <данные изъяты> выполняет строительство указанного дома стоимостью <данные изъяты>, чем нарушил положения п.4 ч.1 ст. 7 Федерального закона № 215-ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах», согласно которому члены кооператива дают согласие на приобретение и строительство жилья, только общее собрание в соответствии с требованиями п.3 ч.6 ст. 34 закона утверждает положение о порядке формирования паевого фонда и его использования кооперативом, в том числе и путем принятия решения об участии в строительстве многоквартирного дома, а также требования п.4 ст. 47 закона в соответствии с которыми стоимость приобретения прав на строящиеся в порядке долевого участия жилые помещения и стоимость строящихся кооперативом жилых помещений не должна превышать двадцать процентов стоимости имущества кооператива, составлявшей на тот момент <данные изъяты>, чем поставил под удар финансовую устойчивость кооператива.

Денежные средства потерпевших Шлафман не все использовал по целевому назначению - на строительство и приобретение жилья, но и в личных, корыстных целях или, как указывал, на нужды кооператива, что противоречит положениям ст. 16 ФЗ № 215. Доводы осужденного о том, что ситуация о невозможности исполнения обязательств кооперативом перед пайщиками возникла по вине застройщика М1 не может быть признана обоснованной, поскольку при создании кооператива подсудимому были достоверно известны требования закона о соблюдении как финансовой устойчивости кооператива, так и создании резервного фонда, а также порядка расходования денежных средств пайщиков.

Доводы стороны зашиты о том, что финансовые затруднения возникли в результате недобросовестных действий М1, в том числе по передаче 8 квартир в блоке «А» строящегося дома по программе переселения из ветхого жилья без ведома Шлафмана и членов кооператива, не соответствуют действительности, поскольку на внеочередном собрании членов <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ, Шлафман сообщил, что передача администрации города 8 квартир по программе ветхого жилья является вынужденной мерой в связи с тяжелым материальным положением кооператива, так как в него не вступил ни один гражданин.

Кроме того, об осведомленности о реализации этих 8 квартир указывает и виза Шлафмана на заявлении пайщика О., где он также указывает, что не может представить ему жилое помещение в блоке «А» в связи с тем, что 8 квартир были переданы М1 по программе ветхого жилья, также подписание Шлафманом акта расчета стоимости строительства от ДД.ММ.ГГ, где указано, что с недостатками были приняты в блоке «А» 22 квартиры, остальные 8 переданы по другой программе.

Изложенное бесспорно свидетельствует об осведомленности Шлафмана о продаже 8 квартир в строящемся многоквартирном доме, что согласуется с показаниями М1, как в ходе предварительного, так и судебного следствия, и прямо указывают на заинтересованность Шлафмана в дополнительном источнике финансирования ввиду отсутствия достаточного объема денежных средств. В связи с чем доводы стороны защиты о несоответствии показаний М1 в ходе предварительного и судебного следствия, в части того, что Шлафман не был в администрации с М1 и не мог знать о передаче 8 квартир, существенного значения не имеют и на суть принятого решения судом повлиять не могут.

Не могут быть приняты во внимание и доводы осужденного в части того, что потерпевшие не смогли получить жилье не по его вине, что проведена оплата строительства <данные изъяты> в размере <данные изъяты> Так, в судебном заседании достоверно установлено, исходя из протокола осмотра документов от ДД.ММ.ГГ - выписок по расчетным счетам <данные изъяты>, а также бухгалтерских экспертиз, поступление денежных средств от <данные изъяты> на расчетные счета <данные изъяты> и <данные изъяты> в размере <данные изъяты> как на строительство блока «А», так и строительство блока «Б», тогда как согласно договору инвестирования от ДД.ММ.ГГ <данные изъяты> должен был осуществить инвестирование в размере <данные изъяты> (без учета повышения стоимости с учетом инфляции). Установив единолично стоимость квадратного метра в размере <данные изъяты>, Шлафман стал требовать от застройщика передачи квартир по данной стоимости, несмотря на то, что членам кооператива была установлена стоимость <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГ до <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГ, при этом на общих собраниях не обсуждался вопрос об увеличении стоимости квадратного метра в строящемся доме, что относится к исключительной компетенции общего собрания кооператива. Даже, несмотря на достаточный резерв собранных денежных средств с членов кооператива (по стоимости за квадратный метр), для исполнения принятых на себя обязательств, не захотел их выполнять, обманул пайщиков, при этом перекладывая свою вину на М1 в неисполнении заключенного договора, при отсутствии достаточного финансирования строительства блока «Б» со стороны <данные изъяты>.

Не вызывает сомнений, что М1 принимались меры об извещении Шлафмана о ненадлежащем финансировании строительства, составлялись акты сверок, что непосредственно следует из показаний потерпевшего О. о том, что он пришел к Шлафману с актом сверки от М., Шлафман стал на него кричать, не подписав акт, бросил его в лицо, что свидетельствует о нежелании Шлафмана устранять возникшие разногласия с застройщиком, а также, чтобы его действия по недофинансированию строительства блока « Б» были документально зафиксированы, о чем бы стало известно членам кооператива и привело к выявлению хищения им денежных средств.

В связи с чем выводы суда о неподписании графика платежей при заключении инвестиционного договора от ДД.ММ.ГГ, игнорирование писем М1 о пересмотре стоимости квадратного метра жилья с учетом инфляции, что предусмотрено самим договором, обоснованно было расценено судом как способ хищения денежных средств членов кооператива.

Кроме того, судебные акты <данные изъяты>, на которые ссылается в жалобах сторона защиты, не опровергают выводы суда о совершении Шлафманом хищения денежных средств потерпевших при обстоятельствах, установленных приговором. При этом доводам стороны защиты о преюдициальности решений <данные изъяты>, исходя из правовых позиций, содержащихся, в Постановлении КС РФ от 21 декабря 2011 г. N 30-П, признание преюдициального значения окончательных судебных решений не может быть абсолютным и имеет определенные, установленные процессуальным законом пределы. В уголовном судопроизводстве без дополнительной проверки и повторного доказывания принимаются только данные о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского (арбитражного, административного) судопроизводства, но не его квалификация как противоправного с точки зрения уголовного закона.

Согласно исследованным платежным документам, предоставленным потерпевшими в <данные изъяты> для приобретения кооперативом квартир в блоках «А» и «Б», Шлафману было передано <данные изъяты>, что полностью покрывало расходы на строительство дома, в том числе предусмотренные договором инвестирования. С учетом приведенных сведений о поступивших суммах в адрес <данные изъяты> не имеется оснований не доверять показаниям свидетеля М1 о ненадлежащим финансировании со стороны Шлафмана строительства дома, так как показания свидетеля полностью согласуются с исследованными документами и свидетельствуют о совершении осужденным хищения денежных средств пайщиков.

В продолжении реализации умысла на совершение хищения Шлафман, прикрываясь неисполнением обязательств по предоставлению квартир М1, достоверно зная, что с ДД.ММ.ГГ застройщик не принимал на строительство дома денежные средства от <данные изъяты> продолжает принимать до ДД.ММ.ГГ в кооператив новых членов, не ставя их в известность о наличии возникших проблем, неисполнении своих обязательств пред членами кооператива, что между <данные изъяты> и <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ идут судебные разбирательства, предметом которых являлся строящийся дом, уверяя вновь принятых в стабильности кооператива, обещая успех. Также отговаривая самих членов о выходе из кооператива, убеждая Д1, что её деньги лежат на специальном счете в банке и на всю сумму накапливаются проценты, и благодаря этому она даже через пять лет сможет добавить недостающую сумму и приобрести квартиру, однако позже ей стало известно, что её давно исключили из членов кооператива, но денежные средства продолжали принимать, а сам Шлафман своим единоличным решением, вопреки решению собрания наложил вето на начисление процентов денежных средств пайщиков. Также не возвращает паевые взносы тем членам, которые вступали в кооператив для приобретения жилья на вторичном рынке. Затем с ДД.ММ.ГГ настоятельно рекомендует потерпевшим выходить из членства в кооперативе, якобы с целью возможности получения в течении 6 месяцев внесенного паевого взноса, однако те потерпевшие, которые вышли из кооператива, ничего не получали. Таким образом, использует разные приемы, способы обмана граждан, которые облегчали совершение им хищения денежных средств.

Вопреки доводам стороны защиты, об умысле на совершение хищения денежных средств потерпевших свидетельствуют: документы, представленные Шлафману, Ф2 и К1 в подтверждение потраченных ими денежных средств на приобретение строительных и отделочных материалов, которые сам Шлафман предоставил в бухгалтерию как отчет об использовании им денежных средств, взятых в подотчет в кассе кооператива; факт предоставления ложной информации в контролирующие органы Шлафманом на период ДД.ММ.ГГ о количестве членов кооператива, сумме финансовых средств <данные изъяты> в отличие от информации предоставленной осужденным на собрании; введение в заблуждение вступающих в кооператив граждан, что они становятся участниками долевого строительства жилья, для которых предусмотрены определенные гарантии сто стороны государства; многочисленные нарушения правил ведения бухгалтерского учета, позволявшие фактически бесконтрольно совершать хищение денежных средств пайщиков; это и несвоевременное оприходование поступивших в кассу наличных денежных средств; отсутствие оприходования в кассу <данные изъяты> денежных средств по приходным кассовым ордерам, к которым выписаны квитанции к приходно-кассовым ордерам без порядкового номера (например, согласно квитанции к приходно-кассовому ордеру <данные изъяты>., предоставленному потерпевшим К1. следует, что он внес в кассу <данные изъяты> денежные средства в качестве вступительного взноса в размере <данные изъяты>, а согласно кассовой книги данный приходный кассовый ордер выписан на поступление денежных средств от Шлафмана И.М. на сумму <данные изъяты>); несоответствие данных приходных кассовых ордеров данным квитанций, выписанных к приходным кассовым ордерам с идентичным номером; отсутствие необходимых реквизитов первичной документации (номер, расшифровка); получение в подотчет крупных денежных средств, которые не были разграничены на паевые, членские или вступительные взносы, что облегчало использование не по назначению и, соответственно, их хищение.

Из показаний свидетелей Л1, П2 следует, что все наличные денежные средства (превышающие лимит кассы) передавались Шлафману в подотчет, который в последующем возвращал денежные средства обратно в кооператив. Однако вопреки доводам осужденного, согласно исследованным бухгалтерским документам установлено, что Шлафман возвращал принятые в подотчет денежные средства в срок, который определял самостоятельно и без оформления необходимых документов, что является подтверждением хищения денежных средств пайщиков и опровергает доводы стороны защиты о неустановлении способа хищения денежных средств потерпевших.

Ссылка в жалобе осужденного на то, что не имелось претензий со стороны контролирующих органов, не может повлиять на суть принятого решения, и опровергается показаниями свидетеля П2 о том, что расчет финансовой устойчивости кооператив предоставлялся ею в контролирующие органы на основании тех данных, которые ей давал Шлафман, а из показаний свидетеля Т4 следует, что ею при осуществлении аудиторских проверок проверялось лишь правильность оформления общих бухгалтерских документов, а не их фактическое поступление и правильное оприходование полученных кооперативом денежных средств от пайщиков и их расходование.

Ссылка осужденного в суде апелляционной инстанции на заключение экспертизы, назначенной следователем СД., не может быть принята во внимание, поскольку данное заключение не исследовалось в ходе рассмотрения дела, ходатайств об его исследовании со стороны защиты не поступало.

Выводы суда об отсутствии оснований для исключения из объема обвинения хищения вступительных и членских взносов членов кооператива является верными, мотивированными, с которыми суд апелляционной инстанции полностью соглашается. По тем же основаниям являются несостоятельными доводы жалобы осужденного, что потерпевшим от незаконных действий застройщика должен быть признан весь кооператив в целом, а не его отдельные члены.

Доводы осужденного в части того, что кооператив с ДД.ММ.ГГ находится в стадии ликвидации, никто не имел право на возврат и выплату паевых взносов, не является предметом рассмотрения данного уголовного дела и не влечет уменьшения причиненного материального ущерба потерпевшим.

Размер похищенных денежных средств достоверно установлен судом на основании показаний потерпевших, не доверять которым оснований не имеется, письменных доказательств (договоры, квитанции, иные первичные бухгалтерские документы, заключения проведенных по делу экспертиз), гражданские иски потерпевших удовлетворены в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ.

Вопреки доводам жалобы осужденного арест автомобиля произведен в соответствии с положениями ст. 115 УПК РФ, также как его снятие и обращение взыскания на автомобиль в счет удовлетворения гражданских исков потерпевших, поскольку автомобиль использовался Шлафманом при совершении инкриминируемого преступления, его обслуживание происходило за счет средств кооператива.

Все ходатайства осужденного и его защитника разрешены судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по итогам их рассмотрения судом приняты мотивированные решения. Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей обвинения, повлиявших на суть принятого решения, суд апелляционной инстанции не усматривает. Показания свидетеля Г4 оценены судом в совокупности с иными доказательствами по делу.

Доказательства, представленные стороной защиты, судом первой инстанции также тщательно исследованы, им дана верная оценка.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не служат основанием для отмены приговора.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований сомневаться в выводах суда о виновности Шлафмана в совершении преступления при установленных им обстоятельствах, эти выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными доказательствами и основаны на их всестороннем анализе.

Что касается назначенного осужденному наказания, то оно назначено в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, в том числе и характеризующего материала, совокупности смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также иных обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно признаны и в достаточной степени учтены: состояние здоровья осужденного, наличие хронических заболеваний и <данные изъяты>, положительные характеристики.

Объективных оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Отягчающих наказание обстоятельств, судом не установлено.

Решение суда о назначении такого вида наказания, как лишение свободы, мотивировано в приговоре в достаточной степени. Наказание назначено в пределах санкции статьи, с учетом обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, а потому является справедливым и соразмерным содеянному. Каких-либо оснований для усиления наказания, вопреки доводам жалоб потерпевших, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ, ч. 6 ст.15 УК РФ являются обоснованными, с приведенными мотивами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения определен судом в соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем решение суда подлежит изменению, поскольку судом неверно произведен зачет в срок лишения свободы время нахождения Шлафмана под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. В соответствии со статьей 72 УК РФ правила зачета наказания относятся к предмету уголовно-правового регулирования, следовательно, вопросы действия указанной нормы должны разрешаться на основании статей 9 и 10 УК РФ. Поскольку преступление совершено Шлафманом до введения в действие ( ФЗ № 186 от 03.07.2018), то суд апелляционной инстанции считает необходимым зачесть Шлафману И.М. в срок лишения свободы время нахождения его под домашним арестом с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Кроме того, поскольку приговор постановлен 11 марта 2019 года, суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить дату исчисления срока наказания с 11 марта 2019 года, а не с 12 марта 2019 года, как ошибочно указано судом первой инстанции.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Бийского городского суда Алтайского края от 11 марта 2019 года в отношении Шлафмана И.М. изменить.

Зачесть Шлафману И.М. в срок лишения свободы время нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, уточнив дату исчисления срока наказания с 11 марта 2019 года.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного, адвоката и потерпевших - без удовлетворения.

Председательствующий С.А. Друзь

Судьи                                 С.В. Бердников    

                                

И.П. Колосничих

                                    

 

© Павел Нетупский ООО «ПИК-пресс».