Дело № 22-2178/2019

Определение

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 сентября 2019 года                             г. Симферополь     

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Погребняка С.Н.,

судей – Мельник Т.А.,

Редько Г.В.    

     при секретарях – Кошелевой А.В.,

Саломахиной О.В.,

с участием прокурора – Туробовой А.С.,

защитников – адвокатов – Масловой Н.И.,

                         Рустемова К.Д.,

                         Лесового А.В.,

                         Поспеева В.В.,

заинтересованных лиц – ФИО68

                         ФИО65,

                         ФИО66,

     осужденных – Шургая Б.Д.,

                         Дехтярь А.Г.,

                         Мустафаевой Г.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной Мустафаевой Г.И. и адвокатов Рустемова К.Д. и Лесового А.В, действующих в ее интересах, апелляционной жалобе адвоката Масловой Н.И., действующей в интересах осужденной Дехтярь А.Г., апелляционной жалобе осужденного Шургая Б.Д. с дополнениями к ней, апелляционным жалобам ФИО77 в части отмены ареста на имущество изъятого при обыске, а именно 10 тысяч долларов, ФИО66, в части отмены ареста на имущество изъятого при обыске, а именно 8 тысяч долларов и апелляционной жалобой ФИО65 в части отмены ареста на имущество изъятого при обыске, а именно 300 тысяч рублей на приговор Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25 марта 2019 года, которым

Шургая Бека Давидович родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> <адрес> гражданин Российской Федерации и Грузии, получивший высшее образование, состоящий в браке, имеющий на иждивении малолетнего ребенка, неработающий, зарегистрированный по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>; фактически проживающий по адресу: <адрес>, <адрес>, ранее не судимый,

осужден по:

- п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 22.12.2014 № 430-ФЗ) к 3 (трем) годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей;

- ч. 1 ст. 210 УК РФ к 12 (двенадцати) годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения окончательно назначено наказание в виде 12 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Срок отбывания наказания Шургая Б.Д. исчислен с 25 марта 2019 года.

На основании ст. 10 и п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время задержания и нахождения Шургая Б.Д. под стражей и домашним арестом в качестве меры пресечения в период с 26 января 2017 года и до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Мера пресечения в отношении Шургая Б.Д. до вступления приговора суда в законную силу оставлена прежней - в виде заключения под стражу.

Мустафаева Гулля Исмаиловна, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> <адрес> гражданка Россйской Федерации, состоящая в браке, детей не имеющая, получившая высшее образование, индивидуальный предприниматель, зарегистрированная и фактически проживающая по адресу: <адрес>, ранее не судимая,

осуждена по:

- п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 22.12.2014 № 430-ФЗ) к 3 (трем) годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей;

- ч. 2 ст. 210 УК РФ к 5 (пяти) годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения окончательно назначено наказание в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии общего режима с ограничением свободы на срок один год, со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Срок отбывания наказания Мустафаевой Г.И. исчислен с 25 марта 2019 года.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время задержания Мустафаевой Г.И. в период с 05 марта 2018 года по 06 марта 2018 года и содержания под стражей в период с 25 марта 2019 года и до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Время нахождения Мустафаевой Г.И. под домашним арестом в период с 07 марта 2018 года и по 24 марта 2019 года в соответствии с требованиями ст. 10 УК РФ зачтено в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Мера пресечения Мустафаевой Г.И. в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу. Мустафаева Г.И. взята под стражу в зале суда.

После отбытия основного наказания в соответствии со ст. 53 УК РФ в отношении Мустафаевой Г.И. установлены ограничения в течение одного года не изменять места жительства или пребывания и места работы, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также на нее возложена обязанность являться два раза в месяц в названный специализированный государственный орган для регистрации. Указанные ограничения подлежат действию в пределах того муниципального образования, где осужденная будет проживать после отбытия лишения свободы.

Дехтярь Анжелика Григорьевна, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> <адрес> гражданка Российской Федерации, получившая неоконченное высшее образование, в браке не состоящая и детей не имеющая, не работающая, зарегистрированная и фактически проживающая по адресу: <адрес>, ранее не судимая,

осуждена по:

- п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 22.12.2014 № 430-ФЗ) к 3 (трем) годам лишения свободы;

- ч. 2 ст. 210 УК РФ к 5 (пяти) годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения окончательно назначено наказание в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на один год.

На основании ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, обязав Дехтярь А.Г. своевременно являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

В соответствии со ст. 53 УК РФ в отношении Дехтярь А.Г. установлены ограничения в течение одного года не изменять места жительства или пребывания и места работы, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также на нее возложена обязанность являться два раза в месяц в названный специализированный государственный орган для регистрации. Указанные ограничения подлежат действию в пределах того муниципального образования, где осужденная будет проживать.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит исполнению самостоятельно.

Мера пресечения Дехтярь А.Г. до вступления приговора суда в законную силу оставлена прежней, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Разрешен вопрос с вещественными доказательствами.

Сохранен арест, наложенный на денежные средства, изъятые у Шургая Б.Д. в сумме 189 900 рублей и Мустафаевой Г.И. в сумме 22 810 долларов США, 2 460 евро, 897 500 рублей, до исполнения приговора суда в части уплаты штрафа.

Гражданский иск оставлен без рассмотрения.

Взысканы с Шургая Беки Давидовича в доход федерального бюджета судебные расходы в сумме 980 (девятьсот восемьдесят) рублей.

Заслушав мнение участников процесса относительно поданных апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Согласно приговору суда, Шургая Б.Д., Дехтярь А.Г., Мустафаева Г.И. в составе организованной группы незаконно организовывали и проводили азартные игры с использованием сети Интернет, с извлечением дохода в особо крупном размере. Кроме того, Шургая Б.Д. руководил преступным сообществом (преступной организацией), а Мустафаева Г.И. и Дехтярь А.Г. участвовали в том же преступном сообществе (преступной организации). Преступление совершено в период с июля 2015 года по 25 января 2017 года на территории населенных пунктов Республики Крым. Совокупный доход от преступной деятельности составил сумму не менее 10 303 524,3 рублей.

Преступления совершены ими при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе адвокат Рустемов К.Д. просит приговор суда отменить, вынести новый приговор, которым Мустафаеву Г.И. оправдать.

Свои доводы мотивирует тем, что приговор суда является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствую фактическим обстоятельствам дела, при вынесении приговора судом было допущено существенное нарушение норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Полагает, что сам факт создания и существования организованного преступного сообщества, участником которого была признана Мустафаева Г.И., не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Обращает внимание, что структурные подразделения организованного преступного сообщества были созданы после создания самого сообщества. Ссылаясь на практику по уголовным делам, полагает, что на момент начала совершения первого из запланированных преступлений создание преступного сообщества должно являться оконченным составом преступления, то есть структурные подразделения должны быть созданы и готовы к реализации преступных намерений. Считает, что вывод суда о создании организованного преступного сообщества не подтверждается установленным судом фактом открытия игровых залов, поскольку допрошенные в судебном заседании свидетели, работавшие в залах в качестве операторов и официантов, пояснили, что какое-либо руководство, субординация или подчиненность между работниками залов отсутствовала. Все они в качестве руководителя воспринимали Шургая Б.Д., который не являлся работником какого-либо из залов. Кроме того, считает, что в ходе судебного разбирательства не были установлены иные обязательные признаки организованного преступного сообщества, такие как: получение общего дохода и распределение его между членами преступного сообщества, наличие устойчивых связей между ними, наличие общих целей функционирования и стабильности состава, а также иных, предусмотренных требованиями законодательства.

Основываясь на приведенных доводах, считает, что признание Мустафаевой Г.И. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ, основано на неправильном применении уголовного закона, положений ч. 4 ст. 35 УК РФ, не подтверждается данными, установленными в судебном заседании.

Кроме того, апеллянт не согласен с выводом суда о виновности Мустафаевой Г.И. в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ. В обоснование своих доводов обращает внимание, что практически все свидетели из числа бывших работников игровых залов не знали Мустафаеву Г.И. до возбуждения уголовного дела. Им также не было известно о каком-либо участии Мустафаевой Г.И. в организации и проведении азартных игр, которыми они занимались.

Считает, что показания свидетеля ФИО78 в отношении Мустафаевой Г.И. являются недопустимым доказательством, поскольку он в показаниях указал на Мустафаеву Г.И., как на бухгалтера преступного сообщества со слов работников игрового зала и не смог назвать источник своей осведомленности.

Также считает, что не могут быть приняты во внимания показания ФИО80, допрошенного в качестве свидетеля, так как последний, по его мнению, имел умысел оговорить Мустафаеву Г.И.

Полагает, что вывод суда о том, что Мустафаева Г.И. хорошо знала осужденных и много общалась с ними, не подтверждается материалами дела. Считает, что также не нашло своего подтверждения указание суда о том, что Мустафаева Г.И., будучи бухгалтером преступного сообщества, занималась аккумулированием денежных средств, добытых преступным путем и последующей передачей этих денежных средств.

Обращает внимание, что судом первой инстанции не установлены обстоятельства, подтверждающие тот факт, что Мусафаева Г.И. знала, что в залах, которые ООО «Меркурий» сдавало в субаренду ООО «Форвард», будет проводиться незаконная деятельность.

Отмечает, что судом не исследовались обстоятельства деятельности иных лиц, кроме подсудимых, чем, по его мнению, были нарушены положения ч. ч. 1,3 ст. 240 УПК РФ о непосредственности исследования доказательств по делу судом.

В апелляционной жалобе адвокат Лесовой А.В. просит приговор суда отменить, Мустафаеву Г.И. оправдать по предъявленному обвинению.

Свои доводы мотивирует тем, что в действиях Мустафаевой Г.И. отсутствуют признаки объективной и субъективной стороны состава инкриминируемых ей преступлений, предусмотренных п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 22.12.2014 №430-ФЗ), ч. 2 ст. 210 УК РФ.

Отмечает, что никто из допрошенных в суде лиц, обвиняемых в совершении преступлений, а также ранее осуждённых в особом порядке в других уголовных производствах по настоящему уголовному делу, не дал суду показаний об отношениях с Мустафаевой Г.И., как с соучастником преступлений, о её участии в организации и ведении игорной деятельности.

По мнению апеллянта, основанием для выводов о виновности Мустафаевой Г.И. в совершении инкриминируемых ей преступлений не может служить факт того, что она несколько раз встречалась и беседовала с Шургая Б.Д. по вопросам бухгалтерского учёта, а также обстоятельства ее встреч с ФИО14 по вопросам ведения на основании договора бухгалтерского учета официальной деятельности предприятий.

Считает, что нет доказательств участия Мустафаевой Г.И. в преступном сообществе. Приводя анализ норм уголовно-процессуального законодательства, в том числе ч. 4 ст. 35 УК РФ, постановления Пленума Верховного Суда от 10.06.2010 № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участия в нём (ней)», указывает, что критерии действий по ст. 210 УК РФ не были подтверждены и доказаны в суде в отношении Мустафаевой Г.И.

Считает, что в приговоре не установлено, что именно делала Мустафаева Г.И., какие конкретно действия она совершала, в какое время, в каком месте, при каких обстоятельствах, каким способом для выполнения ею указанной в обвинении функции бухгалтера преступного сообщества.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная Мустафаева Г.И., ссылаясь на строгость назначенного наказания, просит приговор суда отменить.

Считает, что судом первой инстанции не в полной мере учтены данные, характеризующие её личность, в том числе: ее семейное положение, состояние здоровья и необходимость получения квалифицированной медицинской помощи, наличие положительных характеристик.

Также, не согласна с решением суда в части сохранения ареста на денежные средства, поскольку они принадлежали ее родственникам и членам семьи, а хранились по месту ее жительства.

Считает, что судом ей необоснованно было назначено дополнительное наказание в виде штрафа в максимальном размере – 500 000 (пятьсот тысяч), что не соответствует ее материальному положению.

Указывает, что ее право на ознакомление с материалами уголовного дела было нарушено, в связи с установлением срока и графика ознакомления. Обращает внимание, что с ее стороны не было допущено затягивания ознакомления с материалами дела.

Также просит разрешить вопрос о вещественных доказательствах, в порядке ст. 81 УПК РФ, изъятых 25 января 2017 года, у нее при обыске.

Указанные вещественные доказательства просит вернуть законным владельцам.

В апелляционной жалобе адвокат Маслова Н.И. просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор в отношении Дехтярь А.Г.

Считает, что доказательств вины Дехтярь А.Г. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ в ходе рассмотрения дела установлено не было. Свои доводы мотивирует тем, что в ходе судебного разбирательства не было доказано наличие оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 35 УК РФ для признания преступления совершенным преступным сообществом (преступной организацией), что также подтверждается показаниями допрошенных свидетелей.

Отмечает, что в ходе судебного разбирательства не установлено наличия основного характеризующего признака преступного сообщества – стабильности состава. Так ряд лиц, допрошенных в суде (ранее осужденных по ч. 2 ст. 210 УК РФ, п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ Киевским районным судом г. Симферополя в 2018 году) указали о частой смене работников в игровых залах, а также утверждали, что они объединились в результате трудоустройства на работу, целью которого было получение дохода от своей трудовой деятельности.

Полагает, что признание Дехтярь А.Г. виновной в совершении преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ не основано на фактических данных, установленных в ходе судебного разбирательства.

По мнению стороны защиты, доказательства активных действий Дехтярь А.Г. по созданию и формированию организованной группы, вовлечению будущих участников из числа лиц, ранее имевших опыт в проведении азартных игр, общности криминальных интересов с присущими признаками устойчивости, полностью отсутствуют.

Обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства было установлено, что никаких дружеских связей между всеми иными лицами, осужденными по ч. 2 ст. 210 УК РФ, п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, не было, в том числе между осужденной Дехтярь А.Г. и ФИО16, которые работали вместе в одной смене.

Также считает, что Дехтярь А.Г. необоснованно вменен квалифицирующий признак в соответствии с п. «б» ч.3 ст.171.2 УК РФ «сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере».

Просит учесть, что Дехтярь А.Г. проживает с момента своего рождения и по настоящее время в г. Ялте в жилом доме вместе со своими родителями. Дехтярь А.Г. с 2016 года и по настоящее время является студенткой заочного платного отделения (направление подготовки: менеджмент гостиничной, курортной и туристической деятельности) КФУ им. В.И. Вернадского – Гуманитарно-педагогической академии в г. Ялте. Как следует из показаний Дехтярь А.Г., а также ее родителей, она искала работу, так как необходимо было оплачивать учебу, имеющихся семейных денежных средств не хватало.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Шургая Б.Д. просит приговор суда отменить, вынести новое решение, которым его по ч. 1 ст. 210, п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ оправдать ввиду отсутствия в его действиях состава указанных преступлений. В случае несогласия с указанными доводами, просит переквалифицировать его действия с п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ на ч. 1 или ч. 2 ст. 171.2 УК РФ с назначением ему наказания с применением ст. 73 УК РФ, без назначения дополнительного наказания в виде штрафа.

Также просит разрешить вопрос о возврате принадлежащих ФИО18 денежных средств в размере 150 000 рублей, которые были изъяты у Шургая Б.Д. при обыске 25.01.2017.

Свои доводы мотивирует тем, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 №12-ФЗ «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участия в (нем) ней», ст. 35 УК РФ, считает, что суду не предоставлено, а в материалах дела не содержится доказательств его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 210 УК РФ, указывающих на его участие в преступном сообществе, а также на то, какую конкретно роль он в нем выполнял.

Указывает, что суд, приводя в приговоре признаки преступного сообщества, не указал, чем подтверждается, что организованная группа достигла степени организованной сплоченности, присущей преступному сообществу. Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального законодательства, полагает, что судом первой инстанции в приговоре не приведены мотивы и доказательства наличия признаков более сложной внутренней структуры, которой должно обладать преступное сообщество по сравнению с организованной группой. Обращает внимание, что никто из допрошенных лиц не указал о своем подчинении ФИО14 или Шургая Б.Д. Также, ни в обвинительном заключении, ни в приговоре суда не указано, что в преступном сообществе была установлена строгая дисциплина. Общих собраний всего персонала всех офисов и залов не проводилось, состав работников постоянно менялся, на работу брали всех желающих по объявлению или знакомству. Считает, что в приговоре не приведено доказательств того, что вырученная денежная сумма объединялась в общую финансовую базу, а в дальнейшем распределялась между руководителями и участниками преступного сообщества. Выводы суда о наличии территориально обособленных структурных подразделений в виде 8-ми залов виртуальных игровых автоматов, которые являются признаком преступного сообщества в форме структурированной организованной группы, не подтверждены доказательствами.

Обращает внимание, что он не мог принимать участия в поиске помещений, в организации, в руководстве залами игровых автоматов, так как он находился за пределами Российской Федерации, а также у него отсутствовали полномочия руководителя. Указывает, что залы игровых автоматов открывались задолго до его приезда в Крым, ему об их деятельности ничего известно не было.

Также обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства не подтверждено, что он с ФИО14, ФИО19, ФИО21 совместно осуществляли руководство всеми членами группы и деятельностью всех территориальных подразделений. Просит учесть, что с ФИО19 и ФИО21 он был знаком не более одного-полутора месяца, а с ФИО14 познакомился в 2013-2014 г. г. и с тех пор видел его не более трех раз.

Считает, что показания свидетелей ФИО20 и ФИО51, данные в ходе следствия и судебного разбирательства, являются противоречивыми и непоследовательными.

Отмечает, что в приговоре не содержится описания преступного деяния, с указанием всех признаков объективной и субъективной стороны преступления, как это предусмотрено требованиями законодательства. Свои доводы мотивирует тем, что в приговоре не указано, что именно, когда, в каком месте, при каких обстоятельствах он совершил для выполнения функций руководителя преступного сообщества.

Полагает, что его действия не содержат состава преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ. Считает, что иные лица, которые были осуждены по данному делу, давали неправдивые показания в отношении него, с целью назначения им более мягкого наказания.

Обращает внимание, что указанный в приговоре размер полученного дохода от игровой деятельности не соответствует действительности, а выводы суда о получении дохода в особо крупном размере не подтверждены достоверными доказательствами. В материалах дела отсутствуют сведения, указывающие на то, что являлось источником доходов залов игровых автоматов. Просит учесть, что для установления полученного от незаконной азартной деятельности дохода экспертиза не проводилась и не назначалась.

По мнению апеллянта, при рассмотрении данного дела было допущено нарушение территориальной подсудности рассмотрения уголовных дел.

Полагает, что доказанность его вины не была подтверждена в ходе судебного разбирательства, что подтверждается протоколами судебных заседаний.

Считает, что судом первой инстанции дана ненадлежащая оценка данным, характеризующим его личность, и смягчающим наказание обстоятельствам, таким, как наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также родителей, страдающих рядом заболеваний, совершение преступления впервые, его роль в совершении преступления, непродолжительный период времени его нахождения в Республике Крым, наличие положительных характеристик.

Указывает, что суд первой инстанции не привел мотивов, согласно которым в отношении него не может быть назначена более мягкая мера наказания, чем лишение свободы.

Также в ранее поданной жалобе на постановление суда, рассматриваемой вместе с апелляциями на приговор, обращает внимание, что его право на ознакомление с материалами уголовного дела было нарушено в связи с установлением срока и графика ознакомления, несмотря на то, что с его стороны не было допущено затягивания ознакомления с материалами дела.

В апелляционной жалобе ФИО81 просит приговор суда отменить в части сохранения ареста на принадлежащие ей денежные средства в сумме 10 000 (десять тысяч) долларов США.

Указывает, что денежные средства в сумме 10 000 (десять тысяч) долларов США принадлежат ей, а хранились по месту жительства Мустафаевой Г.И. до января 2017 года и были изъяты 25 января 2017 года при проведении обыска у последней.

В апелляционной жалобе ФИО65 просит приговор суда отменить в части сохранения ареста на принадлежащие ему денежные средства в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей.

Указывает, что денежные средства в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей принадлежат ему, а хранились по месту жительства Мустафаевой Г.И. до января 2017 года и были изъяты 25 января 2017 года при проведении обыска у последней.

В апелляционной жалобе ФИО66 просит приговор суда отменить в части сохранения ареста на принадлежащие ему денежные средства в сумме 8 000 (восемь тысяч) долларов США.

Указывает, что денежные средства в сумме 8 000 (восемь тысяч) долларов США принадлежат ему, а хранились по месту жительства Мустафаевой Г.И. до января 2017 года и были изъяты 25 января 2017 года при проведении обыска у последней.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Настоящее уголовное дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно, выводы о виновности осужденных в совершении инкриминируемых им деяний соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются собранными по нему и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке. Существенных нарушений действующего законодательства при их получении, влекущих признание их недопустимыми и подлежащими исключению из числа доказательств, судом не установлено.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при рассмотрении дела судом не допущено.

Действия Шургая Б.Д. судом первой инстанции квалифицированы верно по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 430-ФЗ), как незаконные организация и проведение азартных игр с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», совершенные организованной группой, сопряженные с извлечением дохода в особо крупном размере, и по ч. 1 ст. 210 УК РФ, как руководство преступным сообществом (преступной организацией) в целях совместного совершения тяжкого преступления.

Действия Мустафаевой Г.И. и Дехтярь А.Г. судом первой инстанции квалифицированы верно по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 430-ФЗ), как незаконные организация и проведение азартных игр с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», совершенные организованной группой, сопряженные с извлечением дохода в особо крупном размере, и по ч. 2 ст. 210 УК РФ, как участие в преступном сообществе (преступной организации).

При рассмотрении дела судом первой инстанции осужденные Шургая Б.Д. и Мустафаева Г.И. вину в инкриминируемых им деяниях не признали, отрицая свою к ним причастность. Осужденная Дехтярь А.Г. признала свою вину в проведении азартных игр, оспаривая умысел на незаконную организацию и проведение азартных игр организованной группой, а также участие в преступном сообществе и юридическую квалификацию содеянного.

Вместе с тем, вина осужденных Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И., Дехтярь А.Г. в совершении инкриминируемых деяний установлена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка, при этом доводы о невиновности осужденных проверялись в ходе судебных заседаний, однако, своего подтверждения не нашли и были обоснованно отвергнуты, а действия Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И., Дехтярь А.Г. получили верную юридическую квалификацию.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы осуждённых и их защитников в ходе апелляционного рассмотрения дела, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой. Суд привёл в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства в качестве допустимых и достоверных и отверг другие доказательства.

С доводами апелляционных жалоб осуждённых и их защитников о невиновности Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И., Дехтярь А.Г. в совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, суд апелляционной инстанции согласиться не может, по следующим основаниям.

Так, судом первой инстанции установлено, что Шургая Б.Д., ФИО21 и иные лица, материалы дела в отношении которых выделены в отдельное производство, руководили преступным сообществом (преступной организацией), которое не позднее июня 2015 года создано иным лицом №1 для осуществления нелегальной деятельности по организации и проведению азартных игр на территории Республики Крым. Мустафаева Г.И. не позднее лета 2015 года, а Дехтярь А.Г. не позднее ноября 2016 года присоединились к такому преступному сообществу (преступной организации), став его участниками.

Существование преступного сообщества (преступной организации) подтверждается показаниями допрошенных по делу ФИО16, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО33, ФИО34, ФИО31, которые подтвердили, что на протяжении длительного времени в соответствии с отведенной им ролью организовывали и проводили азартные игры в различных городах Крыма, использовали при этом программы, установленные на подключенных к сети Интернет персональных компьютерах, подчинялись требованиям и правилам, установленным в организации, неукоснительно выполняли указания её руководителей - Шургая Б.Д. и иных лиц, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, соблюдали требования конспирации, разработанные в организации.

Существование преступного сообщества (преступной организации) также подтверждается результатами следственных действий, в том числе обысков, различных экспертиз, а также оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», «Оперативный эксперимент», «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи», из которых следует, что Шургая Б.Д., Мустафаева Г.И. и Дехтярь А.Г. присоединились к ранее созданному иным лицом №1 преступному сообществу с целью организации и проведения нелегальных азартных игр; на протяжении длительного времени регулярно общались между собой; сообщество отличалось четким распределением преступных ролей между её членами, технической оснащенностью, в том числе средствами связи и компьютерной техникой, программным обеспечением, системой удаленного видеонаблюдения; распределением доходов, полной осведомленностью членов о преступном характере своих действий и повышенной общественной опасности совершаемых действий; постоянством форм, методов, навыков и способов совершения преступных деяний; тщательностью подготовки и планирования совершения преступлений с определением ролей и обязанностей для каждого из участников преступной организации, соблюдением конспирации при осуществлении преступной деятельности.

По смыслу закона, под руководством преступным сообществом (преступной организацией) или входящими в него (нее) структурными подразделениями следует понимать осуществление организационных и (или) управленческих функций в отношении преступного сообщества (преступной организации), его (ее) структурных подразделений, а также отдельных его (ее) участников, как при совершении конкретных преступлений, так и при обеспечении деятельности преступного сообщества.

Исходя из смысла ч. 5 ст. 35 УК РФ лицо, создавшее преступное сообщество (преступную организацию), его (ее) руководитель, а также лица, осуществляющие коллективное руководство таким сообществом (организацией), несут уголовную ответственность по ч. 1 ст. 210 УК РФ за совершение хотя бы одного из указанных в ней преступных действий, а также по соответствующим статьям Уголовного кодекса Российской Федерации.

Роль Шургая Б.Д., как руководителя преступного сообщества (преступной организации) по ч. 1 ст. 210 УК РФ подтверждается исследованными по делу доказательствами:

- показаниями свидетеля ФИО20, указавшего, что на работу его приняли после собеседования с Шургая Б.Д. Поскольку в его присутствии Шургая Б.Д. беседовал и с иными кандидатами перед приемом на работу, он сделал вывод, что именно он решает вопросы найма. Встречаясь с работниками аналогичных дилинговых центров в различных городах Республики Крым, с их слов узнал, что Шургая Б.Д. руководил работой этих центров. Шургая Б.Д. приходил в центр, только он принимал кассу и забирал деньги, именно ему необходимо было звонить в случае конфликтных ситуаций и проверок. Шургая Б.Д. два раза в месяц выдавал ему заработную плату, иногда деньги оставляли в тумбочке рабочего стола администратора;

- показаниями свидетеля ФИО51, который указал, что несколько раз в Дилинговый центр приходил мужчина, который представлялся именем Борис, как в последствии ему стало известно, Шургая Б. интересовался обстановкой, один раз он выдавал ему заработную плату;

- показаниями свидетеля ФИО32, который суду показал, что в конце 2016 года Шургая Б.Д. принимал его на работу в качестве охранника, объяснил ему его обязанности. Он проработал около месяца, за это время Шургая Б.Д. приезжал один-два раза в неделю, забирал у кассира деньги;

- показаниями свидетеля ФИО52, который суду показал, что с конца 2016 года в течение одного месяца работал охранником Дилингового центра в г. Джанкое, в его обязанности входило следить за порядком, наблюдать за посетителями, пресекать конфликты. Шургая Б.Д. за этот период приезжал в центр четыре или пять раз, его представили ему как начальника. По всем вопросам, в том числе возникшим конфликтам, необходимо было обращаться к Шургая Б.Д.

Также существование преступного сообщества и роль Шургая Б.Д. в нем как руководителя подтверждаются показаниями свидетелей ФИО21, ФИО33, ФИО34, ФИО31

В частности, свидетель ФИО33, пояснил, что он работал в игорном зале с 2015 года. В конце осени 2016 года ФИО83 представил ему Шургая, с того времени именно Шургая руководил деятельностью зала, давал указания по телефону, два раза приезжал в г. Евпаторию и забирал выручку.

Свидетель ФИО34 дал суду аналогичные показания.

Из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля ФИО31 следует, что с осени 2016 года руководителем зала в г. Феодосия стал Шургая Б.Д., которому звонили по телефону для решения общих вопросов, ему отправляли отчеты о работе.

Согласно показаниям свидетеля ФИО21, он совместно с ФИО84 Мустафаевой и Шургая участвовал в организации и проведении нелегальных азартных игр на территории Крыма. Организация создана ФИО85 в 2015 году, он присоединился к ней в сентябре 2015 года, тогда же познакомился с ФИО86 и Мустафаевой. Шургая, как нового руководителя, ему представил ФИО87 в ноябре 2016 года. Шургая Б.Д. контролировал работу персонала, набирал и инструктировал новых работников, собирал выручку в залах, осуществлял общий контроль. Для осуществления контроля на его мобильный телефон была установлена программа для удаленного видеонаблюдения. Кроме того, Шургая Б.Д. ездил по залам. Выручку собирал сначала ФИО88 а потом Шургая, деньги передавали Мустафаевой, которая затем передавала их ФИО90

Из показаний свидетелей ФИО30, ФИО25, ФИО28, ФИО35, ФИО36, ФИО22, ФИО37, ФИО16, ФИО24, ФИО23 следует, что именно Шургая Б.Д. являлся одним из руководителей преступного сообщества, в том числе был представлен сотрудникам игорных залов и Дилинговых центров, расположенных в различных населенных пунктах Республики Крым, как руководитель, занимался решением организационных и финансовых вопросов, наблюдал за работой, забирал выручку.

Указанные лица, в отношении которых постановлены обвинительные приговоры, и которые были признаны виновными по ст. 171.2, ст. 210 УК РФ, прямо указывают на Шургая Б.Д., как на руководителя преступного сообщества, их показания логичны и последовательны, существенных противоречий не содержат, полностью подтверждаются совокупностью исследованных в суде доказательств. Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции считает, что показания указанных лиц обоснованно положены в основу приговора.

При проведении оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных разговоров» зафиксированы телефонные разговоры Шургая Б.Д., из которых следует, что он согласовывал порядок работы в игровых залах, расположенных на территории Республики Крым, обсуждая с их сотрудниками работу компьютеров, сроки и способы передачи денежных средств, возможность получения авансов сотрудниками, приобретения кофе, чая и иных предметов для посетителей залов, а также иные вопросы, возникавшие в текущей деятельности игровых залов (т. 3 л. д. 1-167, т. 28 л. д. 27-140).

Кроме того, при определении роли Шургая Б.Д. как руководителя преступного сообщества (организации) следует учитывать разъяснения, изложенные в постановлении Пленума ВС РФ №12 от 10.06.2010 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», согласно которым к функциям руководителя преступного сообщества (преступной организации) относятся: принятие решений и дача соответствующих указаний участникам преступного сообщества (преступной организации) по вопросам, связанным с распределением доходов, полученных от преступной деятельности; организация материально-технического обеспечения; принятие мер безопасности в отношении членов преступного сообщества.

Судом первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, установлено, что Дехтярь А.Г. и Мустафаева Г.И. вошли в состав преступного сообщества.

При этом Дехтярь А.Г. непосредственно организовывала и проводила азартные игры, принимала от посетителей игрового зала денежные средства, зачисляла их на выбранный посетителем персональный компьютер; вела учет полученных и израсходованных денежных средств; выдавала посетителю выигранные денежные средства, совершала иные действия, направленные на создание условий для азартных игр и привлечение посетителей, обеспечение конспирации.

Так, согласно материалам дела Дехтярь А.Г., обращаясь с явкой с повинной 27 января 2017 года, дала подробные и обстоятельные показания о порядке проведения азартных игр и условиях таких игр, указала, что осознавала, что проводила азартные игры, так как без ее помощи посетители не могли играть, понимала, что совершает преступление, но продолжала работать, так как нуждалась в денежных средствах (т. 41 л. д. 21-23).

Свидетель ФИО21 суду пояснил, что Дехтярь А.Г. работала администратором игорного зала в г. Ялте, несколько раз встречался с ней, когда у них случались неисправности в компьютерах.

Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что она совместно с Дехтярь А.Г. на протяжении двух месяцев работала в игровом зале в г. Ялте. Суть работы ей объясняла Дехтярь А.Г.

Согласно оглашенным в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО38, с ноября 2016 года по январь 2017 года он около пятидесяти раз посещал Дилинговый центр Гермес в г. Ялте, в первый раз администратор пояснила ему, что компьютеры являются игровыми автоматами и чтобы начать игру, нужно сделать ставку (т. 18 л. д. 109-114).

Из показаний ФИО39, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 2 ст. 281 УПК РФ, следует, что 21 января 2017 года из телефонного разговора ей стало известно, что Литвинова по предложению своей знакомой Анжелики устроилась на работу в дилинговый центр (т. 18 л. д. 96-101).

Суд первой инстанции обоснованно отнесся критически к доводам осужденной Дехтярь А.Г. о том, что ей не было известно о существующем запрете на проведение азартных игр, расценив их как позицию защиты с целью уклониться от ответственности.

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что Мустафаева Г.И. выполняла функциональные обязанности бухгалтера преступного сообщества (преступной организации), производила учет преступных доходов, полученных от незаконной организации и проведения азартных игр, а также расходов на обеспечение преступной деятельности, в том числе на заработную плату руководителям и участникам преступного сообщества (преступной организации), аккумулировала денежные средства, полученные в результате преступной деятельности и передавала их иному лицу № для дальнейшего распределения между руководителями и участниками преступного сообщества.

Показания Мустафаевой Г.И., отрицающей свою причастность к деятельности преступного сообщества, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции были опровергнуты показаниями допрошенных по делу ФИО40 и ФИО20, а также информацией, извлеченной из изъятых у нее ноутбуков и флеш-накопителей, которая содержит подробные сведения о движении денежных средств внутри преступного сообщества.

Показания свидетелей ФИО21 и ФИО20 согласуются между собой, подтверждаются совокупностью доказательств, которые были исследованы судом при рассмотрении дела. Каких-либо убедительных доводов, почему суд не может принять, как доказательство вины Мустафаевой Г.И., показания указанных лиц, не приведено. Указание Мустафаевой Г.И. о том, что свидетель ФИО21 ее оговаривает, суд считает необоснованными.

Доводы апелляций о том, что преступного сообщества не существовало в связи с тем, что работники залов игровых автоматов, находящихся в различных населенных пунктах Республики Крым, не взаимодействовали между собой, а их состав постоянно менялся, не опровергают выводы суда о виновности осужденных в совершении преступлений, поскольку в данном преступном сообществе в целях конспирации была создана такая система взаимоотношений между его членами, когда не все члены преступной организации напрямую контактировали как с руководителями, так и с другими участниками сообщества, которые действовали в интересах сообщества, выполняя свои функции согласно отведенной каждому преступной роли.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ №12 от 10.06.2010 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» уголовная ответственность участника преступного сообщества (преступной организации) за действия, предусмотренные ч. 2 ст. 210 УК РФ, наступает независимо о его осведомленности о действиях других участников сообщества (организации), а также о времени, месте и способе и иных обстоятельствах планируемых и совершаемых преступлений.

Доводы защиты об отсутствии обязательных признаков преступного сообщества (преступной организации) были предметом рассмотрения суда первой инстанции. Данные доводы суд опроверг по мотивам, изложенным в приговоре, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку осужденные Шургая Б.Д., Мустафаева Г.И, Дехтярь А.Г. действовали согласно распределенным ролям, их действия охватывались единым умыслом с другими соучастниками, были совместными, являлись результатом незаконной организации и проведении азартных игр.

В ходе судебного разбирательства было верно установлено, что лицом № 1 было создана структурированная организованная группа лиц, заранее объединившихся для совершения тяжкого преступления, связанного с нелегальной организацией и проведением азартных игр в целях получения материальной выгоды, при осознании ими общих целей функционирования такого сообщества и своей принадлежности к нему, характеризующейся единым руководством, стабильностью состава и согласованностью своих действий, взаимодействием в целях реализации общих преступных намерений, распределением между её членами функций, конспирацией в осуществлении своей деятельности.

Таким образом, квалификация действий Шургая Б.Д. по ч. 1 ст. 210 УК РФ как «руководство преступным сообществом (преступной организацией)», а Мустафаевой Г.И. и Дехтярь А.Г. по ч. 2 ст. 210 УК РФ как «участие в преступном сообществе (преступной организации)», является обоснованной, а доводы осуждённых и их защитников в указанной части суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Доказанность вины осужденных Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И., Дехтярь А.Г. по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ была установлена и подтверждена в ходе судебного разбирательства показаниями свидетелей и письменными материалами дела.

Согласно Федеральному закону от 29.12.2006 №244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», под азартными играми понимается основанное на риске соглашение о выигрыше, заключенное двумя или несколькими участниками такого соглашения между собой либо с организатором азартной игры по правилам, установленным организатором азартной игры. Деятельность по организации и проведению азартных игр – деятельность по оказанию услуг по заключению с участниками азартных игр основанных на риске соглашений о выигрыше и (или) по организации заключения таких соглашений между двумя или несколькими участниками азартной игры.

Судом первой инстанции установлено, что соучастниками были приисканы помещения в <адрес> по адресам: <адрес>; <адрес>; <адрес>, б<адрес>; <адрес>; <адрес>; <адрес>; <адрес>; <адрес> а, где были размещены персональные компьютеры, на которые установили предварительно приобретенное программное обеспечение для проведения азартных игр.

По адресу: <адрес>, <адрес>», как показал ФИО21, размещен склад запасных частей и оборудования для обеспечения бесперебойного функционирования игровых залов.

Принимая во внимание изложенные в приговоре обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о несостоятельности доводов стороны защиты об осуществлении по указанным адресам легальной деятельности по внебиржевой торговле.

Так, из показаний свидетелей ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО49, ФИО50, ФИО44, ФИО45, ФИО53, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО45 следует, что они посещали залы игровых автоматов в разных населенных пунктах Крыма, где играли в азартные игры, администратору передавали деньги, а он объяснял суть и правила игры. Смысл игры заключался в увеличении или понижении ставок в результате совпадения либо несовпадения изображений трех предметов по одной или нескольким линиям. Также они описывали обстановку в игровом зале, расположение мебели, компьютеров и т.д.

Согласно показаниям свидетеля ФИО20, работавшего охранником в Дилинговом центре в г. Симферополе, Шургая Б.Д. убелил его, что деятельность в Дилинговом центре является законной, и объяснил, что Дилинговый Центр не является игровым, клиенты осуществляют сделки на внебиржевых торгах, а поскольку людям трудно понять смысл торгов, то для визуализации используются картинки, а игра фактически прикрывает внебиржевые торги. Разница между внебиржевыми торгами и азартными сделками была изложена в правилах, которые дал ему Шургая с указанием выучить. Посетители, приходя в дилинговый центр, передавали деньги кассиру. Потом садились за один из выбранных ими столов, на которых стояли мониторы, находилась клавиатура, компьютерная мышь и системный блок. На экране монитора были либо графики либо картинки (анимация). В случае выигрыша деньги посетителям выплачивала кассир, она же каждое утро подсчитывала выручку, которая составляла от 15 000 рублей до 70 000 рублей ежедневно, и отправляла по электронной почте отчеты.

Свидетели ФИО51, ФИО32, ФИО52, работавшие охранниками в залах игровых автоматов, в ходе допросов описали обстановку в залах. Указали, что когда в зал приходили посетители, то они передавали кассиру денежные средства, садились за компьютеры, нажимали кнопки. В день приходили 30-40 человек. Кроме таких игр, иной деятельности никто не вел.

Свидетели ФИО53, ФИО46 указывали, что азартные игры осуществляются в программе «Инфинити», название которой появлялось во время игры в левом нижнем углу монитора.

Свидетель ФИО54 суду показал, что в игорных залах использовались компьютерные программы "Грация", "Грация-2", "Инфинити". Каждый зал платил ежемесячно около 30 000 рублей за использование программы. Программа «Грация» имела технические возможности конспирации под законную внебиржевую деятельность в виде наличия графиков на рабочем столе компьютера во время работы указанной программы.

Свидетель ФИО55 суду показал, что продавал программный комплекс "Грация" и "Грация-2". Ильющенко приобретал этот комплекс для работы в Крыму.

Свидетели ФИО56, ФИО21, ФИО57 пояснили, что установленные по указанным адресам компьютерные программы, в том числе программы "Инфинити", "Грация", "Грация-2", предназначены только для игорной деятельности, наличие в них интерфейса, отображающего некие графики, напоминающие биржевые котировки, служит лишь целям конспирации преступной деятельности. Из показаний ФИО21 следует, что наименование «Дилинговый центр» являлось красивой вывеской, так как залы никакого отношения к этому не имели.

Судом первой инстанции установлено, что при организации и проведении азартных игр использовалась сеть «Интернет».

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение» и «Оперативный эксперимент», в которых добровольно принимали участие ФИО47, ФИО58, ФИО46, ФИО53, достоверно установлены факты организации и проведения азартных игр 23,28,29 декабря 2016 года, 10,12,13,15 января 2017 года по адресам, указанным свидетелями при их допросах (т. 2 л. д. 23-35, 55-105).

Как следует из протокола осмотра и прослушивания фонограмм, полученных в результате ОРМ «Наблюдение», указанные свидетели интересовались возможностью поиграть, затем передавали работникам зала денежные средства, затем выбирали компьютер и анимацию, при этом в разговоре употреблялись такие слова, ка игра, выигрыш, ставки (т. 2 л. д. 23-35, т. 28 л. д. 1-14).

Доводы стороны защиты о предоставлении эксперту для дачи заключения документов, не соответствующих требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» были проверены судом первой инстанции и опровергнуты, как несостоятельные. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Сумма выручки, полученной в игорных залах, определена на основании проведенной по делу экспертизы от 20 ноября 2017 года № в сумме 9 885 974,30 рублей (т. 23 л. д. 180-199), выводы которой оценены с учетом иных исследованных по делу доказательств.

Выводы эксперта соответствуют и показаниям допрошенных по делу лиц, в том числе осужденной Дехтярь А.Г., о размере ежедневной выручки.

Экспертное заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, было исследовано в судебном заседании, выводы экспертизы подтверждены показаниями эксперта ФИО59, и суд правильно согласился с ними, положив в основу приговора, так как из материалов дела усматривается, что экспертиза проведена в соответствующем экспертном учреждении, уполномоченным на то экспертом, обладающим необходимыми познаниями для дачи заключения, в связи с чем у суда не имелось оснований сомневаться в выводах эксперта.

С учетом денежных средств, изъятых в игорных залах в ходе обысков 25 января 2017 года в общей сумме 417 550 рублей, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности получения осужденными совместно с иными лицами совокупного дохода от преступной деятельности в сумме не менее 10 303 524,3 рублей (417 550 рублей+9 885 974,30 рублей).

Размер полученного осуждёнными дохода, являющегося особо крупным, судом определён верно, в соответствии с требованиями примечания к статье 171.2 УК РФ, согласно которому доходом в особо крупном размере признается доход, сумма которого превышает шесть миллионов рублей.

При таких обстоятельствах выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют обстоятельствам дела, основаны на исследованных доказательствах, в действиях Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И. и Дехтярь А.Г. усматривается умысел на незаконную организацию и проведение азартных игр с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе «Интернет», совершенные организованной группой, сопряженные с извлечением дохода в особо крупном размере, в связи с чем оснований для переквалификации их действий, оправдания по данному составу преступления не имеется.

Судом первой инстанции в соответствии с требованиями п. 6.1 ч.1 ст. 299 УПК РФ разрешен вопрос, касающийся изменений категории преступления на менее тяжкую на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ. С учетом фактических обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, решение суда первой инстанции об отсутствии оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие признается судом апелляционной инстанции обоснованным.

Суд апелляционной инстанции полагает, что предварительное следствие по уголовному делу в отношении Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И., Дехтярь А.Г. было проведено в полном соответствии с положениями ст. 152 УПК РФ, регламентирующей место производства предварительного расследования, принято к производству Киевским районным судом г. Симферополя и рассмотрено по существу с соблюдением требований ч. 2 ст. 31, ст. 32 УПК РФ.

Кроме того, согласно комментарию к ст. 32 УПК РФ, одним из признаков, по которому определяется подсудность уголовного дела, является место окончания предварительного расследования, которое может не совпасть с местом совершения преступления в случаях, если начало и окончание его события распространяются на несколько регионов.

Учитывая изложенное, оснований для изменения территориальной подсудности по данному делу, предусмотренных ст. 35 УПК РФ, не имелось, а доводы осужденного Шургая Б.Д. в этой части являются необоснованными.

Не усматривает судебная коллегия и нарушения права на защиту осужденного Шургая Б.Д. в судебном заседании суда первой инстанции 04.10.2018 года, поскольку в процессе присутствовала допущенная по его ходатайству адвокат Николаева Т.Е., его право на защиту было обеспечено, и Шургая Б.Д. не настаивал на необходимости присутствия другого адвоката.

Надуманными являются доводы защитника Поспеева В.В. о существенных нарушениях судом норм уголовно-процессуального законодательства в связи с указанием в приговоре названий программ латинскими буквами, поскольку эти названия являются общепризнанными и установленными, и такое их написание никак не может влиять на законность и обоснованность принятого процессуального решения.

Очевидной технической опиской коллегия считает указание в приговоре вместо "п. п." одного символа "п." при осуждении лиц по двум пунктам, поскольку сами пункты в приговоре указаны, их признаки подробно изложены и описаны. Доводы защиты о том, что это является существенным нарушением норм УПК РФ несостоятельны.

Вопреки доводам осужденных Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. о нарушении их права ознакомления с материалами уголовного дела после вынесения приговора суда, судебная коллегия таковых не усматривает.

По смыслу закона, в том числе п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», по заявленному после вынесения приговора ходатайству осужденного и его защитника о дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела для составления апелляционной жалобы, суд, в производстве которого находится дело, выясняет, знакомились ли обвиняемый и (или) его защитник по окончании предварительного расследования со всеми материалами дела и не были ли они ограничены в праве выписывать любые сведения и в любом объеме, за свой счет снимать копии с материалов дела, а также знакомились ли они с протоколом судебного заседания. В случае удовлетворения ходатайства суд определяет срок для дополнительного ознакомления с учетом установленных обстоятельств.

Из материалов дела усматривается, что постановлением Киевского районного суда г. Симферополя от 19 апреля 2019 года в связи с затягиванием ознакомления с материалами дела Шургая Б.Д. установлен график ознакомления по 31 мая 2019 года (т. 101 л. д. 38), а в последующем по его ходатайству этот срок продлен по 11 июня 2019 года (т. 101. л. д. 119).

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя от 05 июня 2019 года в связи с затягиванием ознакомления с материалами дела Мустафаевой Г.И. установлен график ознакомления по 11 июня 2019 года (т. 117 л. д. 38).

При установлении срока для дополнительного ознакомления с материалами уголовного дела судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона проверен факт надлежащего ознакомления Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. со всеми материалами дела по окончании предварительного расследования, проанализирован объем и содержание самого предоставляемого для ознакомления осужденным уголовного дела.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции доводы осужденных в части нарушения их права на ознакомление с материалами дела находит несостоятельными и не подлежащими удовлетворению.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства, в том числе время, место и способ совершения преступления, приговором установлены, а сам приговор соответствует требованиям ст. ст. 307-309 УПК РФ.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов состязательности, полноты, объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела и равноправия сторон. Факта рассмотрения судом дела с обвинительным уклоном не установлено.

Назначая осужденным Шургая Б.Д., Мустафаевой Г.И и Дехтярь А.Г. наказание за содеянное, суд в соответствии с положениями ст. ст. 43, 60-63 УК РФ правильно учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные, характеризующие личность каждого их них, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Совершенные осужденными преступления уголовным законом отнесены к категории тяжких (п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 и ч. 2 ст. 210 УК РФ) и особо тяжких (ч. 1 ст. 210 УК РФ) преступлений. Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, судом первой инстанции по уголовному делу не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание Дехтярь А.Г., признаны: частичное признание вины, молодой возраст. При назначении ей наказания по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства учтена явка с повинной.

Обстоятельством, смягчающим наказание Шургая Б.Д., признано наличие малолетнего ребенка.

Обстоятельств, смягчающих наказание Мустафаевой Г.И., судом первой инстанции не установлено, с чем не может согласиться судебная коллегия, поскольку из представленных суду первой инстанции и в дальнейшем суду апелляционной инстанции медицинских документов следует, что она страдает рядом хронических заболеваний и периодически проходит лечение. Суд учел в приговоре состояние её здоровья, однако не принял его в качестве смягчающего, что считает необходимым сделать суд апелляционной инстанции и смягчить назначенное ей по п.п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ и по совокупности преступлений наказание.

Отсутствие оснований для применения к осужденным положений ст. 64 УК РФ суд в приговоре надлежащим образом мотивировал, с чем соглашается и судебная коллегия и в связи с чем не находит оснований для смягчения Мустафаевой Г.И. наказания по ч. 2 ст. 210 УК РФ, поскольку оно назначено в размере минимальной санкции статьи, предусмотренной законом за совершенное преступление.

Все иные данные о личности каждого из осужденных, в том числе и те, на которые апеллянты ссылаются в апелляционных жалобах, были известны суду и приняты во внимание при назначении им наказания.

Вывод суда о назначении Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. наказания в виде лишения свободы является мотивированным и обоснованным, в связи с чем суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для изменения приговора в части назначенного им вида наказания. При этом правильным считает и вывод суда о невозможности применения в отношении них положений ст. ст. 64 и 73 УК РФ.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с решением суда о назначении Дехтярь А.Г. наказания с применением ст. 73 УК РФ, считает его мотивированным и справедливым.

Осужденным Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. по п. п. «а, б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ приговором суда назначено дополнительное наказание в виде штрафа.

Размер штрафа, назначенный осужденным Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. в качестве дополнительного наказания, вопреки доводам жалобы, определен судом в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 46 УК РФ с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения каждого из осужденных и их семей, возможности получения осужденными заработной платы или иного дохода. Оснований для изменения размера штрафа или освобождения Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И. от дополнительного наказания суд апелляционной инстанции не усматривает. Доводы апелляционных жалоб осуждённых в данной части ничем не подтверждены, никаких исключительных данных о материальном положении осужденных суду не представлено.

Неназначение дополнительного наказания Шургая Б.Д. по ч. 1 ст. 210 УК РФ в виде ограничения свободы в соответствии с ч. 6 ст. 53 УК РФ, а также всем осужденным по ч. 1 и ч. 2 ст. 210 УК РФ в виде штрафа, судом в приговоре надлежащим образом мотивировано.

Виды исправительных учреждений, в которых надлежит отбывать наказания осужденному Шургая Б.Д. в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, а осужденной Мустафаевой Г.И. в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ определены верно.

Доводы апелляционных жалоб ФИО66, ФИО65, ФИО70 о возврате принадлежащих им, с их слов, денежных средств, изъятых у Мустафаевой Г.И. в ходе обыска, а также самой Мустафаевой Г.И., являются необоснованными и их требования удовлетворению не подлежат, поскольку принадлежность денежных средств указанным лицам ничем не подтверждена.

Также суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности доводов апелляционной жалобы осужденного Шургая Б.Д. о необходимости возврата, изъятых у него денежных средств, так как они, с его слов, принадлежат ФИО18

Несмотря на то, что свидетели ФИО66, ФИО65, ФИО74 в ходе допросов указывали, что часть денежных средств, изъятых у Мустафаевой Г.И. в ходе обыска 25.01.2017, принадлежит им, а хранились по месту жительства осужденной, подтверждающих документов на указанные суммы в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции предоставить не смогли (т. 97 л. д. 178-180). Также нет доказательств принадлежности денежных средств в размере 150 000 рублей, которые были изъяты у Шургая Б.Д., ФИО18

В связи с изложенным судом первой инстанции принято обоснованное решение о сохранении ареста, наложенного на денежные средства, изъятые у Шургая Б.Д. и Мустафаевой Г.И., до исполнения приговора суда в части уплаты штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания.

В приговоре также разрешены вопрос о мере пресечения и вещественных доказательствах.

Довод апелляционной жалобы осужденной Мустафаевой Г.И. о возврате вещественных доказательств, которые были изъяты у нее 25 января 2019 года, законным владельцам в порядке ст. 81 УПК РФ, не может быть разрешен в настоящее время, поскольку материалы дела в отношении иных лиц, в том числе неустановленных следствием, которые действовали в составе преступного сообщества (преступной организации) совместно с осужденными, выделены в отдельное производство, и разрешение судьбы вещественных доказательств, в том числе указанных в апелляционной жалобе, является преждевременным. Учитывая изложенное, судом первой инстанции принято обоснованное решение о хранении вещественных доказательств, изъятых 25.01.2017 в ходе обысков, до рассмотрения выделенного уголовного дела №.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб по указанным в них доводам не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25 марта 2019 года изменить.

Признать смягчающим наказание Мустафаевой Гулли Исмаиловны обстоятельством состояние её здоровья.

Смягчить назначенное по п. п. "а, б" ч. 3 ст. 171.2 УК РФ наказание до 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по п. п. "а, б" ч. 3 ст. 171.2 УК РФ и ч. 2 ст. 210 УК РФ окончательно назначить Мустафаевой Г.И. наказание в виде 5 (пяти) лет 1 (одного) месяца лишения свободы в колонии общего режима с ограничением свободы на 1 (один) год и штрафом в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осужденной Мустафаевой Г.И. и адвокатов Рустемова К.Д. и Лесового А.В, действующих в ее интересах, адвоката Масловой Н.И., действующей в интересах осужденной Дехтярь А.Г., осужденного Шургая Б.Д. с дополнениями к ней, а также апелляционные жалобы ФИО76 в части отмены ареста на имущество, изъятого при обыске, а именно 10 тысяч долларов, ФИО66 в части отмены ареста на имущество, изъятого при обыске, а именно 8 тысяч долларов, ФИО65 в части отмены ареста на имущество, изъятого при обыске, а именно 300 тысяч рублей, оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий                        

Судьи