Дело № 7У-1844/2020 [77-684/2020]

Постановления

        ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                    №77-684/2020

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

15 мая 2020 года                                                       г. Самара

Судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Бегунова М.В.,

судей Кияйкина В.М., Петровой Н.Е.,

при секретаре Божко Ю.А.,

с участием:

осужденного Г.В.Н.,

защитника – адвоката Гаврилова А.М.,

прокурора Овчинниковой О.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Гаврилова Александра Михайловича, поданную в интересах осужденного Г.В.Н. о пересмотре приговора Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 14 мая 2019 года.

Приговором Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года:

Г.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Чувашской Республики, гражданин РФ, не судимый,

осужден:

- по ч. 2 ст. 201 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в организациях независимо от организационно-правовой формы на срок 3 года;

- по ч. 2 ст. 327 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, Г.В.Н. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в организациях независимо от организационно-правовой формы на срок 3 года.

Постановлено избрать в отношении Г.В.Н. меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания в отношении Г.В.Н. постановлено исчислять с 19 февраля 2019 года.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 14 мая 2019 года вышеуказанный приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы осужденного Г.В.Н. и его защитника Гаврилова А.М. - без удовлетворения.

При этом апелляционным определением осужденному Г.В.Н. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы зачтено время содержания его под стражей в период с 19 февраля 2019 года по 14 мая 2019 года из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Бегунова М.В., изложившего обстоятельства дела, содержание принятых судебных решений, доводы кассационной жалобы адвоката Гаврилова А.М., осужденного Г.В.Н., выступление прокурора Овчинниковой О.И. полагавшей необходимым изменить обжалуемое постановление, Судебная коллегия

установила:

По приговору суда Г.В.Н. признан виновным в том, что он, выполняя управленческие функции в качестве председателя сельскохозяйственного кооператива «Кушка», использовал свои полномочия вопреки интересам этого кооператива и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, что повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам данного кооператива, а также повлекло тяжкие последствия.

Кроме того, этим же приговором Г.В.Н. признан виновным в подделке иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, - протокола общего собрания членов сельскохозяйственного кооператива «Кушка», с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение.

Эти преступления совершены им в период с 12 октября 2017 года по 01 февраля 2018 года в <адрес> Чувашской Республики при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе защитник Гаврилов А.М. выражает несогласие с состоявшимися в отношении Г.В.Н. приговором Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года и апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 14 мая 2019 года, находит их подлежащими отмене в связи существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела. Указывает, что судами первой и апелляционной инстанции оставлены без внимания доводы стороны защиты о допущенных по делу нарушениях норм материального права, в том числе, в части юридической квалификации действий Г.В.Н. Считает, что, признавая доводы стороны защиты несостоятельными, суд апелляционной инстанции необоснованно сослался на показания свидетелей, хотя эти доводы в основной части были связаны с оценкой правовой природы совершенных по делу сделок. По мнению защитника, уголовное дело возбуждено с нарушением закона, поскольку в соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», когда в результате злоупотребления полномочиями руководителем коммерческой организации вред причинен исключительно этой организации, уголовное преследование руководителя осуществляется по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица. Между тем послужившие поводом для возбуждения уголовного дела заявления трех членов сельскохозяйственного кооператива «Кушка» - И.И.П., К.В.М. и П.Н.Г., а также начальника отдела сельского хозяйства администрации <адрес> Чувашской Республики Т.П.И., нельзя считать заявлением организации. Выводы суда о том, что все потерпевшие по делу имели полный объем прав, в том числе, право голоса, не соответствует действительности, так как документально подтвержденных юридических фактов о том, что перечисленные в списке 230 лица внесли свои паи в качестве взносов в паевой фонд сельскохозяйственного кооператива «Кушка», не имеется. При этом, исходя из положений федерального закона, данный список свидетельствует лишь о выделении этим лицам при реорганизации колхоза «Победа» имущественных паев, однако, согласно закону, членство в кооперативе и право голоса возникает у лица только после внесения в установленном порядке паевого взноса в паевой фонд кооператива, чего не было сделано в данном случае, поскольку паевой фонд в сельскохозяйственном кооперативе «Кушка» никогда не создавался и не имеет соответствующей денежной оценки. Также не являются правомерными выводы суда о том, что что имущественные паи членам кооператива не выдавались, и что в связи с этим в период регистрации сельскохозяйственного кооператива «Кушка» в состав паевого фонда включались оборотные и основные средства, не включенные в неделимый фонд кооператива. Между тем, согласно п. 9.16 Устава данного кооператива, обязательные паевые взносы устанавливаются в равных размерах и составляют 2000 рублей. Материалами регистрационного дела сельскохозяйственного кооператива «Кушка» и документацией данной организации не подтверждено, что кто-либо из потерпевших или свидетелей, числившихся членами кооператива, внесли в установленном Уставом порядке какую-либо часть из 100% обязательного паевого взноса. При этом, все лица из списка держателей соответствующих паев получили свидетельства о праве собственности на свои земельные доли, но в качестве паевых взносов эти доли на баланс кооператива «Кушка» не внесли. Часть собственников указанных земельных долей заключили договоры аренды с сельскохозяйственным кооперативом «Кушка» и представляли их в пользование по договору аренды, часть продали свои доли. Вывод суда о том, что Г.В.Н. использовал свои полномочия вопреки законным интересам возглавляемой им коммерческой организации в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, при этом в приговоре не отражено, в чем конкретно выразились эти выгоды лично для Г.В.Н. или в чьих конкретно интересах он действовал. Между тем, исходя из обстоятельств дела, продавая крупный рогатый скот кооператива «Кушка», Г.В.Н. действовал исключительно в интересах этой организации, чтобы не допустить просрочку платежей по кредитным обязательствам в условиях сложившейся неблагоприятной рыночной конъюнктуры. При этом, благодаря полученным от продажи крупного рогатого скота денежным средствам, обязательства по краткосрочным кредитам на сумму 3 900 000 рублей были погашены, в связи с чем удалось избежать банкротства кооператива. Определение финансового состояния сельскохозяйственного кооператива «Кушка» по состоянию на декабрь 2017 года, то есть, на момент до продажи крупного рогатого скота, относилось к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу. Между тем органы следствия отказали в удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении соответствующей независимой экспертизы. Г.В.Н. вменяется причинение сельскохозяйственному кооперативу «Кушка» существенного имущественного ущерба на общую сумму 8 753 031 рублей, повлекшего тяжкие последствия в виде доведения кооператива до состояния неплатежеспособности по имеющимся кредитным обязательствам, хотя эти выводы суда, в том числе, в части размера ущерба, какими-либо доказательствами не подкреплены, кроме как заключением эксперта                        № М034/04-18э, полученным с нарушением закона. При этом суд безосновательно признал недопустимым доказательством заключение специалиста № 059/12.2018-ДР, ссылаясь на то, что ИП Ш.А.в., проводившему исследование, не были разъяснены его права и ответственность, предусмотренные ст. 58 УПК РФ и ст. 307 УК РФ, и что потерпевшая сторона была лишена возможности участия в обсуждении вида экспертного учреждения. В свою очередь, суд апелляционной инстанции так же без должных оснований признал не отвечающим требованиям закона представленные стороной защиты заключение специалиста № 818 от 03 апреля 2019 года «Негосударственного экспертного центра» и заключение специалиста № 12-04/2019 от «М-холдинг», опровергающее выводы о размере причиненного по уголовному делу ущерба. В действиях Г.В.Н. отсутствует и состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 327 УК РФ, поскольку протокол № 2 внеочередного общего собрания кооператива «Кушка» от 12 октября 2017 года им не составлялся, и он этот протокол не подделывал. Кроме того, поскольку диспозиция ст. 201 УК РФ предусматривает различные формы злоупотребления, а Г.В.Н. вменяется использование поддельного документа, как способ злоупотребления, то возможность вменения ему совокупности преступлений, предусмотренных ст. 201 УК РФ и ч. 2 ст. 327 УК РФ, исключается. При назначении Г.В.Н. дополнительного наказания суд, в нарушение уголовного закона, учел наступление тяжких последствий, хотя это уже входит в объективную сторону деяния. Также по делу допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. В частности, в приговоре приведены показания потерпевших и свидетелей, данные ими на предварительном следствии, которые в судебном заседании не оглашались либо оглашались частично. Суд оставил без внимания показания потерпевших и свидетелей, которые они давали в судебном заседании, отличающиеся от их показаний на предварительном следствии. Уголовное дело рассмотрено судьей В.А.А., который с 1992 года по 2001 год работал в администрации <адрес> Чувашской Республики, в том числе в подчинении у действующего Главы района, который еще до окончания следствия и постановления приговора высказывался о том, что Г.В.Н. будет назначено наказание в виде лишения свободы. Кроме того, заинтересованность судьи в исходе дела могла быть связана с обстоятельствами реорганизации колхоза «Победа» в сельскохозяйственный кооператив «Кушка», поскольку в тот период именно В.А.А. осуществлял юридическое сопровождение управленческих действий администрации района, при этом были допущены нарушения организационно-правового характера в части создания уставных фондов. Однако, суд апелляционной инстанции не нашел достаточных оснований усомниться в незаинтересованности судьи В.А.А. в исходе дела. Суд апелляционной инстанции уклонился от оценки доводов стороны защиты, и так же, как и суд первой инстанции, не дал оценки противоречиям между доказательствами обвинения и защиты. Ссылаясь на все изложенное, защитник просит отменить состоявшиеся в отношении Г.В.Н. приговор Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 14 мая 2019 года, и прекратить производство по уголовному делу.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основанием для отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения закона по делу установлены.

Так, согласно материалам уголовного дела, Г.В.Н. являясь на основании протокола № 1 от 15 февраля 2017 года общего собрания членов сельскохозяйственного производственного кооператива «Кушка» (далее СПК «Кушка») председателем СПК «Кушка», то есть в силу положений п.7.8 Устава СПК «Кушка» должностным лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации.

Согласно постановленному в отношении Г.В.Н. приговору, действиями осужденного причинен существенный имущественный ущерб СПК «Кушка», повлекший тяжкие последствия в виде доведения СПК «Кушка» до состояния неплатежеспособности по имеющимся кредитным обязательствам, также выразившийся в причинении ущерба на сумму 8 753 031 рублей. Соответственно, потерпевшим по делу в ходе предварительного следствия было признано СПК «Кушка» (т.2 л.д. 73-75, 112-115,218-220,231-235, т.5 л.д. 155-156, т.6 л.д.134-136), какое-либо иное лицо, орган по делу потерпевшим не признавалось. Действия Г.В.Н. судом первой инстанции квалифицированы по ч.2 ст. 201 УК РФ.

Сделав вывод о виновности Г.В.Н. в совершении указанного преступления, суд при постановлении приговора оставил без внимания положения уголовного закона - Примечания к ст. 201 УК РФ, в соответствии с которыми, если деяние, предусмотренное статьями главы 23 УК РФ, причинило вред исключительно коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению этой организации или с ее согласия. Указанное положение уголовного закона получило развитие в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий", согласно которому уголовное преследование руководителя коммерческой организации осуществляется по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица.

Согласно п. 6.2 Устава СПК «Кушка» органами управления Кооператива являются общее собрание членов Кооператива, правление Кооператива, председатель Кооператива. Согласно п.6.22 Устава СПК «Кушка» к исключительной компетенции общего собрания относятся, в том числе, выборы председателя Кооператива, привлечение к ответственности председателя Кооператива. Как следует из протокола № 1 от 15 февраля 2017 года общего собрания членов СПК «Кушка», председателем СПК «Кушка» с того же числа является Г.В.Н. (т.1 л.д.12-13).

Действия Г.В.Н., квалифицированные судом по ч.2 ст.201 УК РФ, относятся к преступлениям против интересов службы в коммерческих и иных организациях, объединенных главой 23 УК РФ, следовательно, при возбуждении уголовного дела, орган предварительного следствия должен был располагать заявлением потерпевшего – СПК «Кушка» в лице представителя с делегированными полномочиями общим собранием членов СПК «Кушка» о привлечении к уголовной ответственности Г.В.Н., являвшегося лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации.

В соответствии с требованиями ст. 23 УПК РФ если деяние, предусмотренное главой 23 УК РФ, причинило вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием либо организацией с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя данной организации или с его согласия. Причинение вреда интересам организации с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования одновременно влечет за собой причинение вреда интересам государства или муниципального образования.

С учетом указанных требований уголовно-процессуального закона, уголовное преследование за злоупотребление полномочиями, совершенные лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, при условии отсутствия вреда интересам граждан, общества или государства, может осуществляться лишь по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица.

Уголовное преследование по ст. 201 УК РФ осуществляется на общих основаниях только в случаях, когда в результате злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, вред причинен интересам иных организаций либо интересам граждан, общества или государства.

Данное уголовное дело в отношении Г.В.Н. не возбуждалось по заявлению руководителя какой-либо организации либо с согласия такого руководителя (т.1 л.д.3,10-11), а инкриминируемое осужденному деяние было совершено в связи с выполнением им управленческих функции в СПК «Кушка», органами управления которого являются общее собрание членов Кооператива, правление Кооператива, председатель Кооператива. Ни К.В.М., П.Н.Г., И.И.П., ни Т.П.И. не были уполномочены общим собранием членов Кооператива представлять интересы СПК «Кушка», а протоколом собрания членов СПК «Кушка» от 6 сентября 2018 года К.Г.П. была выбрана только представителем СПК «Кушка» для представления интересов членов Кооператива в ходе следствия и в суде. Однако полномочиями по направлению заявления в правоохранительные органы о привлечении Г.В.Н. к уголовной ответственности, К.Г.П. общим собранием членов СПК «Кушка» наделена не была.

Таким образом, факт причинения указанным преступлением вреда интересам других организаций, граждан, общества или государства подлежал доказыванию по данному уголовному делу, поскольку данное обстоятельство имело существенное значение для правильного разрешения вопроса о законности возбуждения уголовного дела в отношении Г.В.Н. по ч.1 ст.201 УК РФ, тогда как из предъявленного Г.В.Н. обвинения, обвинительного заключения и описательной части приговора Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года следует, что имущественный ущерб причинен Г.В.Н., исключительно СПК «Кушка».

Вместе с тем, обжалуемые судебные решения не содержат выводов суда о причинении преступлением вреда интересам других организаций, граждан, общества или государства, а вывод об этом суда апелляционной инстанции не основан на материалах уголовного дела и предъявленном Г.В.Н. обвинении.

Следовательно, обжалуемый приговор не отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ, поскольку в силу положений п. 1 данной статьи описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов целей и последствий преступления.

Приведенные обстоятельства указывают на то, что Г.В.Н. был привлечен к уголовной ответственности с нарушением требований ст. 23 УПК РФ. Указанное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, поскольку связано с несоблюдением органом предварительного следствия процедуры судопроизводства и с нарушением права на защиту, указанное нарушение влечет процессуальную недействительность судебного разбирательства, проведенного судом первой инстанции, допущенное нарушение уголовно-процессуального закона не может быть восполнено.

Указанные существенные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на исход дела, и влекут отмену обжалуемых судебных решений в силу положений ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ.

Уголовное дело подлежит направлению на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда со стадии судебного разбирательства, в ходе которого суду необходимо устранить допущенные нарушения и принять законное и обоснованное решение по делу.

При отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение судебная коллегия не вправе: устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или были отвергнуты им; предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности того или иного доказательства и преимуществах одних доказательств перед другими; принимать решение о применении судом первой или апелляционной инстанции того или иного уголовного закона и о мере наказания; предрешать выводы, которые могут быть сделаны судом первой или апелляционной инстанции при повторном рассмотрении данного уголовного дела. С учетом изложенного, кассационная жалоба подлежит частичному удовлетворению.

В связи с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение и в целях соблюдения разумных сроков его рассмотрения, с учетом положений ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ, данных о личности Г.В.Н., факта заключения под стражу осужденного Г.В.Н. обжалуемым приговором Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года, судебная коллегия полагает необходимым избрать осужденному Г.В.Н. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.13-401.14 УПК РФ,

определила:

          Кассационную жалобу адвоката Гаврилова А.М., действующего в интересах осужденного Г.В.Н. удовлетворить частично.

        Приговор Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 14 мая 2019 года в отношении Г.В.Н. - отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе суда.

Избрать Г.В.Н. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Г.В.Н. из-под стражи освободить.

Определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи