Дело № 10-444/2020

Определение

Дело № 10-444/2020 Судья Седышева Н.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ     ОПРЕДЕЛЕНИЕ    

г. Челябинск                              15 января 2020 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Филатова И.В.,

судей Штанько А.И. и Спиркиной С.В.,

при помощнике судьи Дроновой М.И.,

с участием прокурора Батюкова Д.Г.,

осуждённой Глазковой Т.М.,

адвоката Мажитовой С.Р., представляющей интересы осужденной Глазковой Т.М.,

адвоката Журавлева К.Н., представляющего интересы осужденной <данные изъяты>.,

законного представителя осужденной <данные изъяты>. – <данные изъяты>

представителя потерпевшего <данные изъяты>

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (с дополнениями) представителя потерпевшего <данные изъяты>, осужденной Глазковой Т.М., адвокатов Мажитовой С.Р., Журавлева К.Н. на приговор Кыштымского городского суда Челябинской области от 27 июня 2019 года, которым

    ГЛАЗКОВА Татьяна Михайловна, родившаяся <данные изъяты>, гражданка <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 3 ст. 160 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 2 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением на Глазкову Т.М. в период испытательного срока обязанностей не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, уведомлять данный орган об их изменении; не менее двух раз в месяц являться на регистрацию в указанный орган;

ХОРОШЕНИНА Ольга Николаевна, родившаяся <данные изъяты>, гражданка <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 4 ст. 160 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 3 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением на Хорошенину О.Н. в период испытательного срока обязанностей не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, уведомлять данный орган об их изменении; не менее двух раз в месяц являться на регистрацию в указанный орган;

ВЕСЕЛКОВА Ольга Викторовна, родившаяся <данные изъяты>, гражданка <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 3 ст. 160 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 2 года;

по ч. 4 ст. 160 УК РФ (2 преступления) с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 4 года за каждое преступление;

по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 159.1 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа на сумму 20 000 рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы, окончательно Веселковой О.В. назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года, с возложением на Веселкову О.В. в период испытательного срока обязанностей не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, уведомлять данный орган об их изменении; не менее двух раз в месяц являться на регистрацию в указанный орган.

В соответствии со ст. 78 УК РФ Веселкова О.В. освобождена от наказания, назначенного по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 159.1 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

Кроме того, этим же приговором <данные изъяты>. оправдана по ч. 3 ст. 160 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления; Веселкова О.В. оправдана по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в её деянии состава преступления. За <данные изъяты>. и Веселковой О.В. признано право на реабилитацию и обращение с требованием о возмещении имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием.

Этим же приговором по ч. 1 ст. 159.1 УК РФ осужден Веселков С.А. и на основании ст. 78 УК РФ освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Приговор в отношении Веселкова С.А. в апелляционном порядке не обжалован.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении осужденных Глазковой Т.М., <данные изъяты>., Веселковой О.В. оставлена без изменения. Постановлено в случае отмены условного осуждения зачесть Веселковой О.В. в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 30 ноября 2017 года по 01 декабря 2017 года и под домашним арестом в период с 01 декабря 2017 года по 24 марта 2018 года.

Постановлено оставить без рассмотрения исковые заявления потерпевших <данные изъяты> о взыскании материального ущерба в сумме 10 523 399,52 рубля и <данные изъяты> о взыскании материального ущерба в сумме 780 428 рублей, разъяснив потерпевшим право на обращение в суд с иском в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором снят арест с имущества, принадлежащего <данные изъяты>., наложенный постановлением Кыштымского городского суда Челябинской области от 11 июня 2018 года, а также разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Штанько А.И., выступления осуждённой Глазковой Т.М., адвокатов Мажитовой С.Р., Журавлева К.Н., законного представителя <данные изъяты>, представителя потерпевшего <данные изъяты>., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Батюкова Д.Г., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Веселкова О.В. и Глазкова Т.М. признаны виновными в хищении путем растраты вверенного имущества <данные изъяты> <данные изъяты> – <данные изъяты> группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в крупном размере на общую сумму 406 087,43 рубля, совершенном в период с 01 июня 2014 года по 21 апреля 2017 года;

Веселкова О.В. и <данные изъяты>. признаны виновными в хищении путем растраты вверенного имущества <данные изъяты> – <данные изъяты> группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере на общую сумму 4 516 930,74 рубля, совершенном в период с 01 января 2015 года по 31 декабря 2016 года;

Веселкова О.В. признана виновной в хищении путем растраты вверенного имущества <данные изъяты> – <данные изъяты> группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере на общую сумму 3 523 949,98 рубля, совершенном в период с неустановленного дня марта 2015 года по 20 марта 2017 года;

кроме того, Веселкова О.В. признана виновной в оказании пособничества Веселкову С.А. в совершении мошенничества в сфере кредитования, то есть хищения денежных средств заемщиком путем предоставления банку заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенном в период с 09 по 22 декабря 2015 года.

Преступления совершены в г. Кыштыме Челябинской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнением) представитель потерпевшего <данные изъяты> в лице <данные изъяты> <данные изъяты> просит приговор изменить: переквалифицировать действия Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. с ч. 3 ст. 160 УК РФ на ч. 4 ст. 159 УК РФ, Веселковой О.В. с ч.ч. 3 и 4 ст. 160 УК РФ на ч.ч. 3 и 4 ст. 159 УК РФ; вменить незаконно исключенную из обвинения сумму материального ущерба, причиненного <данные изъяты> по эпизоду трудоустройства фиктивных лиц – 2 482 518,80 рубля; исключить из обвинения Глазковой Т.М., Веселковой О.В. и <данные изъяты>. квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения»; исключить указание на применение ст. 73 УК РФ. В подтверждение чего ссылается на отсутствие в описательной части приговора данных о том, что Глазкова Т.М., <данные изъяты>. и Веселкова О.В., выполняя свои трудовые обязанности, обладали организационно-распорядительными либо административно-хозяйственными функциями, то есть являлись должностными лицами; настаивает, что преступления осужденными совершены путем мошеннических действий с использованием обмана, в их действиях отсутствуют признаки растраты вверенного имущества вопреки воли собственника; указывает, что <данные изъяты> не вверяло осужденным денежные средства; обращает внимание, что Веселкова О.В., <данные изъяты>. и Глазкова Т.М. действовали в составе организованной группы под руководством <данные изъяты>.; кроме того, указывает, что общая сумма похищенных денежных средств (по преступлению, совершенному Глазковой Т.М. и Веселковой О.В.) составила 2 482 518, 80 рубля, однако, сумма, похищенная виновными лицами путем выдачи денежных средств из кассы на основании платежных ведомостей, приговором не была вменена как похищенная. Ссылаясь на положения Конституции РФ, ст. 6 УК РФ, настаивает на несправедливости назначенного с применением ст. 73 УК РФ Глазковой Т.М., Веселковой О.В. и <данные изъяты>. наказания, ввиду его чрезмерной мягкости, обращая внимание, что те свою вину не признали, однако, при установлении смягчающих обстоятельств суд указал обратное.

В апелляционной жалобе (с дополнением) осужденная Глазкова Т.М. просит приговор в отношении неё отменить и уголовное дело прекратить за отсутствием в её действиях состава преступления. Отмечает, что исполняя свои должностные обязанности, выполняла указания своего непосредственного руководителя <данные изъяты>., при этом ни с кем в преступный сговор не вступала, об оформлении фиктивных работников, передачи ей банковских карт и получении с них денежных средств не договаривалась; карты ОАО АКБ «Связь-Банк» вместе с актами приема-передачи поступали в приемную <данные изъяты> в конвертах, которые вскрывались в присутствии руководителя и сверялись, она (Глазкова Т.М.) расписывалась в их получении, в дальнейшем карты и конверты с пин-кодами передавались по расписке работникам, однако, папка с данными расписками пропала; пин-конверт на имя <данные изъяты> без карты, обнаруженный у неё дома при обыске, мог обронить сам <данные изъяты>., который не единожды бывал у неё. Указывает, что за фиктивно оформленных лиц выполняли работу основные работники, которые и получали деньги, что также было известно свидетелям <данные изъяты>., также это подтвердили <данные изъяты>.; кроме того, <данные изъяты> никогда не превышал фонд оплаты труда, наоборот, была экономия. Не отрицает, что вносила в некоторые трудовые книжки записи, как и другие кадровики, но подпись в трудовой книжке всегда ставила руководитель, при этом корыстного умысла не имела; фиктивных работников в <данные изъяты> принимали и до её трудоустройства, а также в период её временного отсутствия. Указывает, что <данные изъяты>. и <данные изъяты>. получали с банковских карт детские пособия; <данные изъяты> отдала карту <данные изъяты>.; кому и когда передали карты <данные изъяты> ей не известно.

В апелляционной жалобе (с дополнением) адвокат Мажитова С.Р. в интересах осужденной Глазковой Т.М. просит приговор отменить по основаниям, предусмотренным п.п. 1-4 ст. 389.15 УПК РФ, ввиду его несоответствия требованиям ст. 297 УПК РФ, и вынести новое законное и обоснованное решение. Настаивает, что вина Глазковой Т.М. не нашла своего подтверждениями и опровергается исследованными доказательствами, в том числе показаниями потерпевших и свидетелей. Отмечает, что фактов проставления Глазковой Т.М. подписей вместо лиц, фактически не работающих на почте, в ведомостях на получение заработной платы не установлено, как и в документах о приеме на работу; вещественных доказательств по делу в жилище Глазковой Т.М. не обнаружено; некоторые приказы и документы по кадрам, а также ведомости составлены в период отсутствия её на работе. Указывает, что, оформляя приказы о фиктивном приеме на работу, Глазкова Т.М. действовала по указанию непосредственного руководителя <данные изъяты>., не получая за это денежных средств. Ссылаясь на ст. 252 УПК РФ, настаивает, что суд вышел за рамки предъявленного обвинения, указав, что о совершении преступления участники преступной группы договорились не позднее 01 июня 2014 года, тогда как в обвинительном заключении указана дата – не позднее 08 июня 2009 года. Кроме того, в предъявленном Глазковой Т.М. обвинении указано, что её действия были направлены на хищение денежных средств по платежным ведомостям, а не с банковских карт, как установил суд; изменение обвинения в указанной части является существенным, Глазкова Т.М. не была готова к защите в данной части. В приговоре отсутствует указание, что трудоустройством фиктивных лиц занималась исключительно Глазкова Т.М., в отделе кадров вопросами трудоустройства занимались и другие работники, что с учетом ч. 3 ст. 14 УПК РФ должно трактоваться в пользу подсудимой. Считает, что не доказано хищение заработной платы <данные изъяты> в период с июня 2014 года по март 2016 года, которая, как сама поясняла, отдала банковскую карту секретарю в январе 2016 года, как и факт не получения денежных средств <данные изъяты>.; не указаны обстоятельства, при которых преступная группа «завладела» банковской картой <данные изъяты>.; кроме того, исходя из обвинительного заключения, Глазковой Т.М. вменялось хищение заработной платы, выплаченной <данные изъяты> по платежным ведомостям, но не по банковской карте, как указал суд. Вместе с тем останавливается на положительных характеристиках личности Глазковой Т.М., сведениях о состоянии её здоровья, считает назначенное наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

В апелляционной жалобе (с дополнением) адвокат Журавлев К.Н. в интересах осужденной <данные изъяты>. просит приговор отменить, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым; Хорошенину О.Н. оправдать в связи с отсутствием в её действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ. Останавливаясь на выводах суда и доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, указывает, что представитель потерпевшего <данные изъяты>., свидетели <данные изъяты> не упоминают в своих показаниях его подзащитную; свидетель <данные изъяты> указывает на факт выдачи ей <данные изъяты>. денежных средств из кассы в сумме 15 000 рублей, которая не вменена соучастникам преступления; показания свидетеля <данные изъяты>., хотя и подтверждают факт выдачи <данные изъяты>. денежных средств из рабочего сейфа Веселковой О.В. и <данные изъяты>., однако, не доказывают наличие единого умысла между последними; не свидетельствуют об общей корыстной заинтересованности и письменные материалы уголовного дела. Настаивает, что не опровергнуты доводы <данные изъяты>. о том, что она лишь исполняла указания вышестоящего руководства о выдаче денежных средств и не имела умысла на их хищение; не доказано, что <данные изъяты>. обращала вверенное ей имущество в свою пользу, получала какое-либо вознаграждение за свои действия либо участвовала в распределении похищенных средств.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб (с дополнениями), суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст. 389.15 УПКРФ, для отмены приговора.

Выводы суда о виновности Глазковой Т.М. и Веселковой О.В. в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью), с использованием своего служебного положения, в крупном размере растраты вверенных денежных средств путем незаконного начисления заработной платы на подставных лиц, перечисленных <данные изъяты> на банковские карты и счета <данные изъяты> и их последующего хищения, основаны на тщательно исследованных в судебном заседании доказательствах, подробно приведенных в приговоре.

Так, согласно показаниям представителя потерпевшего <данные изъяты> в ходе ревизионных действий в <данные изъяты> были выявлены случаи фиктивного трудоустройства на протяжении длительного времени подставных лиц, не выполнявших свои трудовые обязанности, которым начислялась заработная плата.

О том, что в <данные изъяты> имели место факты трудоустройства лиц, которые фактически не выходили на работу и не осуществляли свою трудовую деятельность, указывала свидетель <данные изъяты>.; свидетель <данные изъяты> также поясняла суду о случаях, когда, с распоряжения начальника <данные изъяты> <данные изъяты>., в табеле рабочего времени указывались лица, не работавшие в подразделении. При этом свидетель <данные изъяты>. поясняла суду, что примерно с 2013 года по указанию <данные изъяты> выделяла в отдельную платежную ведомость лиц, обозначенных той в устной форме, фамилии которых часто менялись; она запомнила фамилии <данные изъяты> иногда была фамилия <данные изъяты>; примерно с 2015 года сотрудникам стали перечислять заработную плату на банковские карты, поэтому платежные ведомости она стала разделять реже.

В ходе предварительного следствия Веселкова О.В, будучи допрошенной 23 января 2018 года в качестве обвиняемой, указывала на случаи трудоустройства в <данные изъяты> лиц, которые фактически свою работу не выполняли и никогда там не работали, а начисленную им заработную плату получали другие сотрудники почтамта. Кроме того, поясняла о своей осведомленности о трудоустройстве фиктивных лиц начальником отдела кадров Глазковой Т.М. и распределении начисленной данным лицам заработной платы между <данные изъяты> и Глазковой Т.М., а в некоторых случаях самостоятельном получении денежных средств последней. Также Веселкова О.В. указывала, что в марте 2014 года она предоставила Глазковой Т.М. документы на свою сноху <данные изъяты>., за которую собственноручно заполнила все необходимые для приема на работу бумаги, и в последующем по платежным ведомостям получала денежные средства в виде начисленной заработной платы на имя <данные изъяты>., которые передавала <данные изъяты> в качестве благодарности.

Сама Глазкова Т.М., давая показания в суде, также не отрицала имевшие место факты фиктивного трудоустройства лиц в <данные изъяты>, поясняя, что действовала с ведома и указания начальника <данные изъяты> <данные изъяты>.; кроме того, подтверждала, что сама не более двух раз по ведомости в кассе получала за других лиц заработную плату, передавая денежные средства <данные изъяты>.

В свою очередь, свидетели <данные изъяты> давали подробные показания об обстоятельствах их трудоустройства в <данные изъяты> и последующего увольнения, которые в совокупности с показаниями свидетеля <данные изъяты>., пояснившего процедуру оформления и получения банковских карт ОАО АКБ «Связь Банк» сотрудниками <данные изъяты> в рамках зарплатного проекта и, в частности карт, выпущенных на имя <данные изъяты>., а также письменными материалами уголовного дела, положенными судом в основу обвинительного приговора, включая документы об организации, проведении и рассекречивании результатов ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении Глазковой Т.М. (содержащие, в том числе стенограмму телефонных переговоров со свидетелем <данные изъяты>); протоколы обысков (включая обыск по месту жительства Глазковой Т.М., в ходе которого, в том числе изъят пин-конверт к банковской карте на имя <данные изъяты>.), и выемок, осмотров изъятых документов и постановления о приобщении их в качестве вещественных доказательств; протоколы получения образцов записей и подписей для сравнительного исследования и заключения экспертиз, по результатам проведения которых было установлено, что рукописные записи и подписи (в рядке документов) от имени <данные изъяты>. выполнены Веселковой О.В.; записи в трудовой книжке на имя <данные изъяты>., рукописный текст в заявлении на имя <данные изъяты>., записи в заявлении <данные изъяты> об увольнении, рукописные записи и подписи в актах приема-передачи карт и пин-конвертов к ним на имя <данные изъяты> выполнены Глазковой Т.М., обоснованно не оставили у суда сомнений в фиктивном характере трудоустройства в <данные изъяты> <данные изъяты>., незаконном начислении им к выплате денежных средств в сумме, установленной на основании заключения эксперта № 46 от 25 мая 2018 года, и их последующем хищении Глазковой Т.М. и Веселковой О.В. в составе группы лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью).

Выводы суда о виновности Веселковой О.В. и <данные изъяты>. в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью), с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере растраты вверенных денежных средств путем выдачи из кассы <данные изъяты> денежных средств участникам преступной группы без составления расходных документов и последующем внесении в бухгалтерскую отчетность требуемых для сокрытия хищения сведений, основаны на фактических данных и подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по делу и положенных судом в основу обвинительного приговора.

Так, из показаний Веселковой О.В., допрошенной 23 января 2018 года в качестве обвиняемой на предварительном следствии, следует, что в начале 2015 года ей от <данные изъяты> поступило предложение – получать на основании подложных платежных ведомостей у начальника <данные изъяты> <данные изъяты>. денежные средства в виде заработной платы, которые в дальнейшем списывать в сводно-денежных отчетах в виде выплат социальных пособий, которые фактически не выплачивались. После чего, она (Веселкова О.В.) приносила незаполненные платежные ведомости <данные изъяты>., а та уже с подписями – <данные изъяты>., которая на основании этих ведомостей выдавала денежные средства как «заработную плату». Далее, <данные изъяты>. составляла сводно-денежные отчеты, в которых указывала сумму выплаченной заработной платы больше, чем фактически было выплачено сотрудникам, увеличивая её на ту сумму, что называла <данные изъяты> по фиктивным платежным ведомостям; после данная сумма денежных средств указывалась как выплаченные пособия и, таким образом, скрывалась. От <данные изъяты> она (Веселкова О.В.), <данные изъяты>. и <данные изъяты> лично получали денежные средства в качестве материального вознаграждения в сумме примерно 10% каждая от списанной суммы, что ежемесячно составляло 10 000 – 15 000 рублей. Когда <данные изъяты> болела, она (Веселкова О.В.) сама забирала списанные денежные средства у <данные изъяты>. и передавала их <данные изъяты>., оставляя часть себе и передавая, в том числе <данные изъяты>.

О выявленных расхождениях сумм денежных средств на расчетных счетах, по которым производятся социальные выплаты в <данные изъяты>, а именно, несоответствии данных платежных ведомостей и журнала – ордера № 2, стало известно в результате проведенной проверки, как пояснила суду представитель потерпевшего <данные изъяты>

Свидетель <данные изъяты> сообщила, что, занимая должность бухгалтера, неоднократно обращалась к своему руководителю Веселковой О.В., сообщая о выявленных в ходе сверок расхождениях, на что та поясняла, что поправит все в программе «АСБНУ» и действительно в конце месяца все суммы совпадали, расхождений не имелось; свидетель <данные изъяты> указывала, что также видела расхождения в суммах и обращалась по данному вопросу к <данные изъяты> и Веселковой О.В., на что получала заверения о внесении последней необходимых корректировок и осведомленности <данные изъяты> о сложившейся ситуации; свидетель <данные изъяты> сообщала, что работала под непосредственным руководством <данные изъяты>., находясь с ней в одном кабинете, и видела, как <данные изъяты>. из своего рабочего сейфа передавала деньги <данные изъяты>., а также Веселковой О.В., при этом в 2015, 2016 годах Веселкова О.В. приходила неоднократно за деньгами к <данные изъяты>. не реже одного раза в месяц, забирала денежные средства и уходила, не расписываясь ни в каких документах, кроме того, она (<данные изъяты>.) слышала, что <данные изъяты>. передавала Веселковой О.В. деньги из сейфа «для внесения в главную кассу» без оформления каких-либо документов в суммах 200 000 – 300 000 рублей. Сама <данные изъяты>. в суде не отрицала, что выдавала деньги из кассы по указанию <данные изъяты>., отрицая какую-либо собственную финансовую выгоду.

Суд на основании показаний вышеназванных лиц, а также совокупности письменных доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, включая протоколы очной ставки между <данные изъяты> и Веселковой О.В., осмотра и прослушивания фонограммы разговоров между подозреваемыми <данные изъяты>. и Веселковой О.В., выемок, осмотров места происшествия и документов, постановления о приобщении в качестве вещественных доказательств, с достаточной полнотой установил обстоятельства совершённого <данные изъяты>. и Веселковой О.В. хищения вверенных денежных средств в составе группы лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью), установив объем похищенного имущества на основании заключений экспертов № 280 от 29 декабря 2017 года, № 252 от 31 декабря 2017 года, № 52 от 27 апреля 2018 года.

Кроме того, судом на основании совокупности собранных по делу и проверенных в ходе судебного разбирательства доказательств, с учетом данных, содержащихся в показаниях допрошенной на стадии предварительного следствия Веселковой О.В., представителя потерпевшего <данные изъяты>., свидетелей <данные изъяты>., а также в письменных материалах уголовного дела, подробно отраженных в приговоре, включая заключение эксперта № 280 от 29 декабря 2017 года, установлены и обстоятельства совершенного Веселковой О.В. хищения вверенных денежных средств в составе группы лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу) и объем похищенного имущества, которые не оспариваются сторонами в апелляционном порядке.

Содержание перечисленных и иных доказательств по делу, положенных в основу обвинительного приговора, их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора. Правила оценки доказательств соблюдены судом и соответствуют требованиям ст. 88 УПК РФ.

Выводы суда в отношении исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий, показаний участников процесса, заключений экспертов надлежащим образом в приговоре аргументированы и разделяются судебной коллегией, так как основаны на анализе имеющихся в деле доказательств.

Оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего и свидетелей, ставить их под сомнение, у суда не имелось, какой-либо заинтересованности в исходе дела, оснований для оговора осужденных судом не усмотрено, не видит их и судебная коллегия.

Суд обоснованно согласился с выводами экспертов, так как они проведены компетентными специалистами, полны, ясны, мотивированны, согласуются с другими доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора, противоречий в их содержании не имеется. Экспертизы проведены компетентными специалистами в специализированных учреждениях.

Доказательства, положенные в основу приговора, обоснованно признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для решения вопроса о виновности осужденных.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных, по делу отсутствуют.    

Мотивы, по которым суд отверг показания Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. об отсутствии умысла на хищение денежных средств <данные изъяты>», корыстной заинтересованности и предварительного сговора на совершение преступлений, в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ приведены в приговоре. Указанные мотивы суд апелляционной инстанции находит убедительными, как основанными на правильной оценке исследованных доказательств.

Обосновывая вовлеченность Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. в хищения денежных средств <данные изъяты>», суд обоснованно признал положенные в основу приговора показания Веселковой О.В., данные на предварительном следствии, допустимыми доказательствами, несмотря на изменение Веселковой О.В. в ходе судебного разбирательства своей позиции указанием на самооговор и оговор своих коллег под давлением следствия и болезненного состояния. Суд, проверив и оценив данные показания, сделал мотивированный вывод о том, что показания Веселковой О.В. допрошенной на предварительном следствии получены в установленном законом порядке и согласуются с другими материалами дела. При этом суд учел, что перед допросами Веселковой О.В. разъяснялись права, данные следственные действия проводились в присутствии защитника, с протоколами следственных действий участвующие лица были ознакомлены в полном объеме и подтвердили правильность их составления своими подписями, какие-либо замечания от участвующих лиц на неточность, неполноту протоколов, либо на нарушения закона при производстве данных следственных действий, в исследованных документах отсутствуют.

С учетом изложенного, следует признать, что тщательный анализ и данная в соответствии с требованиями закона оценка исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного:

Глазковой Т.М. и Веселковой О.В. хищения вверенного имущества путем растраты группой лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью), с использованием своего служебного положения, в крупном размере, и обоснованно квалифицировать содеянное по ч. 3 ст. 160 УК РФ;

<данные изъяты>. и Веселковой О.В. хищения вверенного имущества путем растраты группой лиц по предварительному сговору с лицом, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи со смертью, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере и обоснованно квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 160 УК РФ;

Веселковой О.В. хищения вверенного имущества путем растраты группой лиц по предварительному сговору (с лицом, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, вступивший в законную силу), с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере и обоснованно квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Согласно закону, субъектами преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, являются должностные или иные лица, использующие для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие в себя организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в организации.

Под лицами, использующими свое служебное положение при совершении растраты, следует понимать должностных лиц, обладающих предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ признаками, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностными лицами признаются, в том числе лица, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных унитарных предприятиях.

При этом по смыслу закона организационно-распорядительные функции включают в себя: руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий. В свою очередь, к административно-хозяйственным функциям могут быть, в частности, отнесены полномочия по управлению и распоряжению имуществом и денежными средствами, находящимися на балансе и в банковских счетах организаций и учреждений, а также совершение иных действий: принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей, определение порядка их хранения и т.п.

Как установлено судом первой     инстанции, в <данные изъяты>: осужденная Веселкова О.В. занимала должность <данные изъяты> и отвечала, в том числе за организацию, контроль, полноту и достоверность бухгалтерской и финансовой отчетности, являлась материально ответственным лицом и имела право не принимать к исполнению оформленные с нарушением денежные и расчетные документы; осужденная Глазкова Т.М. занимала должность <данные изъяты> <данные изъяты> группы по кадрам (<данные изъяты>), относящуюся к категории руководителей и была обязана, в том числе оформлять прием, перевод, увольнение сотрудников, а также проверять табели учета рабочего времени и направлять их в группу расчетов по заработной плате; осужденная <данные изъяты>. была принята на должность <данные изъяты> <данные изъяты> и была обязана, в том числе обеспечивать сохранность денежных сумм, будучи полностью индивидуально материально ответственна за недостачу материальных ценностей, находящихся в наличии.

С учетом изложенного, следует признать, что Веселкова О.В., Глазкова Т.М. и <данные изъяты>., занимая вышеназванные должности в <данные изъяты> обладали в силу условий заключенных с ними трудовых договоров и возложенных должностными инструкциями обязанностей, подробно прописанными в описательной части приговора, организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, в том числе полномочиями (каждая в своей части), напрямую влияющими на распоряжение денежными средствами <данные изъяты> а, следовательно, совершили хищения денежных средств при наличии квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения».

По тем же основаниям подлежат отклонению доводы жалобы представителя потерпевшей <данные изъяты> о том, что <данные изъяты> не вверяло денежные средства осужденным, поскольку на основании исследованных доказательств достоверно установлено, что Веселкова О.В., Глазкова Т.М. и <данные изъяты>. в силу должностных обязанностей осуществляли определенные полномочия по распоряжению денежными средствами <данные изъяты> наделение их которыми и позволило им совершить преступления.

Совокупность исследованных и положенных в основу приговора доказательств не оставляет сомнений и в том, что действия Веселковой О.В. и Глазковой Т.М. (хищение путем фиктивного трудоустройства подставных лиц); Веселковой О.В. и <данные изъяты>. (выдача денежных средств из кассы без составления расходных документов и их списание в сводно-денежных отчетах в виде выплат социальных пособий); Веселковой О.В. (хищение из главной распределительной кассы), носили совместный и взаимодополняющий характер, направленный на достижение единого результата – хищения денежных средств <данные изъяты>», при совершении каждым из соучастников преступлений требуемых от него (в зависимости от занимаемой должности) преступных действий, в силу согласованного характера которых совершаемые хищения были неразоблачены в течение длительного периода времени, в связи с чем, квалифицирующий признак хищений «группой лиц по предварительному сговору» обоснованно установлен судом по каждому из преступлений.

Мотивируя доводы жалоб об отсутствии в действиях Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. корыстной заинтересованности и неполучении ими лично финансовой выгоды от совершаемых действий, адвокаты Мажитова С.Р. и Журавлев К.Н. настаивают, что их подзащитные лишь выполняли указания вышестоящего руководства, в тоже время, оставляя без внимания, что по смыслу уголовного закона корыстная цель хищения, предусмотренного ст. 160 УК РФ, заключается не только в стремлении изъять и (или) обратить имущество в свою пользу, но и в стремлении распорядиться им как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, круг которых не ограничен.     

Учитывая данное обстоятельство, следует признать, что сам по себе факт фиктивного трудоустройства соучастниками преступления подставных лиц в <данные изъяты> и, как следствие, незаконное начисление им заработной платы, которая фактически переводилась на банковские карты, оформленные на их имя, что не оспаривает ни одна их сторон, само по себе образует состав преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, даже в условиях возможного непосредственного получения фиктивно трудоустроенными лицами какой-либо части денежных средств.

По смыслу уголовного и уголовно-процессуального законов суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, при условии, если действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину и не были исключены судьей из обвинительного заключения по результатам предварительного слушания, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Вопреки мнению адвоката Мажитовой С.Р., вышеуказанные положения закона судом нарушены не были: квалифицировав действия Глазковой Т.М. по ч. 3 ст. 160 УК РФ, обвинение по которой было поддержано государственным обвинителем в судебном заседании, суд не вышел за пределы своих полномочий, не взял на себя функции обвинения и не нарушил требований ст. 252 УПК РФ. Установленные судом в приговоре суммы денежных средств, незаконно начисляемых в виде заработной платы фиктивно трудоустроенным лицам, входили в объем обвинения, предъявленного Глазковой Т.М. на предварительном следствии, её право на защиту в данной части нарушено не было. В свою очередь, изменение судом периода, когда участники преступной группы договорились о совместном совершении преступления, в сторону его сужения, вызванное отказом государственного обвинителя в суде от части предъявленного обвинения, также не нарушало право Глазковой Т.М. на защиту.

Что касается доводов стороны защиты о том, что Глазкова Т.М. не единственная, кто занималась в отделе кадров трудоустройством фиктивных лиц, то следует отметить, что, во-первых, в силу ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Во-вторых, данное обстоятельство не влияет на выводы суда о виновности непосредственно Глазковой Т.М., как и её возможное временное отсутствие на рабочем месте в юридически значимый период времени (нахождение в отпуске, на больничном и т.п.), учитывая, кроме прочего, что установленные приговором преступные действия были совершены Глазковой Т.М. в составе группы лиц по предварительному сговору, умысел которых был направлен на систематичное хищение денежных средств в течение длительного периода времени. Очевидно, что по возращении на рабочее место, Глазкова Т.М. в силу занимаемой должности, не могла оставаться в неведении относительно фактического неисполнения определенными лицами своих должностных обязанностей и незаконном начислении им заработной платы, в связи с чем, при отсутствии умысла на растрату денежных средств и предварительного сговора с иными соучастниками, на чем настаивает сторона защиты, Глазкова Т.М., как минимум, должна была заявить о несоответствии сведений, указанных в табелях учета рабочего времени, и не направлять их с недостоверными сведениями в группу расчетов по заработной плате, однако, не делала этого.

В свою очередь, доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего <данные изъяты> о неполноте судебного следствия подлежат отклонению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 21 УПК РФ по уголовным делам частно-публичного обвинения государственное обвинение от имени государства осуществляет прокурор.

По смыслу уголовно-процессуального закона изменение государственным обвинителем в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ в ходе судебного разбирательства обвинения в сторону смягчения до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем.

Вместе с тем государственный обвинитель согласно требованиям закона должен изложить суду мотивы изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания, а суд – принять решение только после завершения исследования в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и стороны защиты об обоснованности позиции государственного обвинителя.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции нарушены не были.

Изменение обвинения, предъявленного Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>., в сторону смягчения до удаления суда в совещательную комнату государственным обвинителем было мотивировано. Участники судебного заседания, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения имели возможность высказать свое мнение относительно заявленной государственным обвинителем в судебных прениях позиции. В свою очередь, несогласие потерпевших с позицией государственного обвинителя по делам частно-публичного обвинения не является безусловным основанием для её непринятия судом.

Учитывая вышеизложенное, оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего <данные изъяты>. о наличии в действиях Веселковой О.В., Глазковой Т.М., <данные изъяты>. квалифицирующего признака хищений «в составе организованной группы» и необходимости вменения в вину Веселковой О.В. и Глазковой Т.М. хищения денежных средств из кассы <данные изъяты> на основании платежных ведомостей на общую сумму 2 070 078,18 рубля, то есть в той части, в которой обвинение не было поддержано государственным обвинителем в суде первой инстанции, не имеется.

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым обратить внимание потерпевшей стороны, что в силу ч. 10 ст. 246 УПК РФ прекращение уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения, равно как и изменение им обвинения, не препятствует последующему предъявлению и рассмотрению гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании судом первой инстанции исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципов состязательности и равенства сторон, необоснованных отказов подсудимым и их защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Оснований сомневаться в объективности, беспристрастности суда и соблюдении принципа презумпции невиновности, суд апелляционной инстанции не находит.

Разрешая вопрос о наказании, суд первой инстанции выполнил требования ст.ст. 6, 43, 60, 67 УК РФ, в должной мере принял во внимание обстоятельства, влияющие на его вид и размер, и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы.

Так, согласно приговору, суд учел характер и степень общественной опасности совершенных Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. преступлений, которые относятся к категории тяжких, данные о личности виновных и обстоятельства, смягчающие наказание, подробно указанные в приговоре, включая сведения о возрасте и состоянии здоровья Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>., а также влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни семьи.

Вопрос о применении положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ судом первой инстанции обсуждён. Выводы об отсутствии оснований для их применения, с учетом фактических обстоятельств совершенных Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. преступлений, не свидетельствующих о меньшей степени их общественной опасности, как и об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд апелляционной инстанции разделяет.

Вместе с тем установленная судом совокупность смягчающих обстоятельств в отсутствие отягчающих обстоятельств, характер совершенных преступлений, данные о личности виновных, позволили суду прийти к выводу о возможности исправления Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. без реального отбывания наказания и применить в отношении каждой из них положения ст. 73 УК РФ.

Свои выводы о возможности назначения Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. наказания с применением ст. 73 УК РФ суд убедительно мотивировал, и не соглашаться с ними, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего <данные изъяты> у судебной коллегии оснований не имеется.

Что касается неправильного, по мнению представителя потерпевшей <данные изъяты>., истолкования судом отношения осужденных к предъявленному обвинению, выразившееся в необоснованном признании в качестве смягчающего обстоятельства – признания ими своей вины, то, с учетом совокупности данных о поведении осужденных в ходе предварительного и судебного следствия, их пояснений по поводу своих действий и имевших место событий, судебная коллегия не находит безусловных оснований для исключения указанного смягчающего обстоятельства из приговора.

Как не находит оснований и для признания наказания, назначенного судом осужденной Глазковой Т.М. с применением ст. 73 УК РФ, за совершенное тяжкое преступление в далеком от максимально возможного размере, без назначения дополнительных наказаний, чрезмерно суровым, а потому доводы апелляционной жалобы адвоката Мажитовой С.Р. в указанной части подлежат отклонению.

С учетом всех обстоятельств дела, судебная коллегия не усматривает исключительных оснований как для усиления, так и для смягчения назначенного Веселковой О.В., Глазковой Т.М. и <данные изъяты>. наказания, поскольку судом оно назначено с соблюдением принципов законности и справедливости, в соответствии с которыми мера наказания, применяемая к лицу, совершившему преступление, должна соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не нарушены требования уголовно-процессуального закона, а постановленный обвинительный приговор является законным и справедливым. С учетом изложенного, оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Вместе с тем судебная коллегия учитывает следующее.

Осужденная <данные изъяты>. после постановления судом первой инстанции приговора скончалась, что подтверждается записью акта о смерти от <данные изъяты> № <данные изъяты> (том 28, л.д.83-84).

В силу ст. 389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор или иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 24, 25, 27 и 28 УПК РФ.

В связи с чем, в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 1 ст. 254 УПК РФ приговор в отношении <данные изъяты> в части осуждения по ч. 4 ст. 160 УК РФ (преступление, совершенное в период с 01 января 2015 года по 31 декабря 2016 года) подлежит отмене с прекращением производства по делу.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить следующее.

Согласно копии паспорта осужденной Глазковой Т.М. (том 21, л.д. 178-182), правильной датой рождения осужденной является <данные изъяты> года, а не <данные изъяты> года, как указано в приговоре. Учитывая изложенное, вводная часть обжалуемого приговора подлежит уточнению в указанной части.

Кроме того, как следует из материалов уголовного дела, постановлением Кыштымского городского суда Челябинской области от 11 июня 2018 года был наложен арест не только на имущество, принадлежащее <данные изъяты>, а именно, двухкомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты> который отменен обжалуемым приговором, но и на имущество Глазковой Т.М., а именно, ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>., судьба которого не была разрешена при постановлении приговора.

Учитывая положения ч. 4 ст. 115 УПК РФ и отсутствие сведений о наличии у Глазковой Т.М. иного жилого помещения, кроме ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>, суд апелляционной инстанции не находит оснований для сохранения ареста на вышеуказанное имущество, принадлежащее осужденной Глазковой Т.М.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л:

приговор Кыштымского городского суда Челябинской области от 27 июня 2019 года отменить в части осуждения <данные изъяты> по ч. 4 ст. 160 УК РФ (преступление, совершенное в период с 01 января 2015 года по 31 декабря 2016 года).

Прекратить уголовное дело в отношении <данные изъяты>, обвиняемой по ч. 4 ст. 160 УК РФ (преступление, совершенное в период с 01 января 2015 года по 31 декабря 2016 года) на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью.

Этот же приговор в отношении Глазковой Татьяны Михайловны изменить:

во вводной части приговора указать правильную дату рождения осужденной Глазковой Т.М. «<данные изъяты> года» вместо «<данные изъяты> года»;

снять арест, наложенный постановлением Кыштымского городского суда Челябинской области от 11 июня 2018 года, на ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>, принадлежащую Глазковой Т.М.

В остальной части этот же приговор в отношении Глазковой Т.М., <данные изъяты>., Веселковой О.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя потерпевшего <данные изъяты>., осужденной Глазковой Т.М., адвокатов Мажитовой С.Р., Журавлева К.Н. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи