Дело № 22-1762/2020
Номер дела: 22-1762/2020
УИН: 32RS0012-01-2020-000916-53
Дата начала: 03.11.2020
Дата рассмотрения: 04.12.2020
Суд: Брянский областной суд
Статьи УК: 106|
|
||||||||||||||||
|
||||||||||||||||
Определение
Председательствующий –Приходько Р.Н. (дело №1-60/2020)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 22-1762/2020
4 декабря 2020 года г. Брянск
Брянский областной суд в составе:
председательствующего Злотниковой В.В.,
при секретаре Сидоровой Е.Л.
с участием:
прокурора отдела прокуратуры Брянской области Макарцевой О.Ю.,
осужденной <...> и ее защитника-адвоката Мельникова В.А.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной <...> и в ее интересах защитника-адвоката Крымовой О.Ю. на приговор Карачевского районного суда Брянской области от 30 сентября 2020 года и постановление Карачевского районного суда Брянской области от 30 сентября 2020 года, которыми
<...>, <...> не судимая,
осуждена по ст. 106 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 2 месяца с отбыванием в колонии-поселении.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении <...> до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.
По вступлению приговора в законную силу <...> необходимо следовать к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно в порядке, предусмотренном ч.ч.1,2 ст. 75.1 УИК РФ, срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение.
Разрешен вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.
В соответствии с ч.1 ст.313 УПК РФ несовершеннолетние дети осужденной <...> - <...> <...> г.р. и <...> <...> г.р. переданы органу опеки и попечительства администрации Карачевского района Брянской области для принятия мер к защите их прав и интересов.
Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденной и ее защитника, поддержавших доводы апелляционных жалоб, и мнение прокурора, просившего судебные акты оставить без изменения, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Согласно приговору, <...>, находясь по адресу <...>, в период с 22 часов <...> до 3 часов <...> совершила убийство своего новорожденного ребенка при обстоятельствах изложенных в приговоре.
В судебном заседании <...> вину не признала, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.
В апелляционных жалобах, основной и дополнительной, осужденная <...> указывает на допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
В частности, осужденная полагает, что судом было нарушено ее право на защиту, выразившееся в необоснованном отказе в допуске к участию в деле ее представителя по доверенности <...> и отклонении всех заявленных ею ходатайств.
Утверждает, что не была своевременно уведомлена о назначении экспертизы трупа новорожденного, что лишило ее возможности поставить перед экспертом определенные вопросы, в связи с этим данное экспертное заключение, так же как и протокол осмотра места происшествия от 18.01.2020г., который не содержит подписей участников данного следственного действия, не может быть положено в основу приговора.
Указывает, что суд не дал оценку поведению следователя <...>, склонявшего ее к даче признательных показаний, а также обстоятельствам ее принудительного доставления для проведения комплексной психолого- психиатрической экспертизы, что подтверждается аудиозаписями от <...> и <...>, об оглашении которых она ходатайствовала.
Анализирует показания медицинских работников <...>, <...>, <...> и указывает, что они не свидетельствуют о совершении ею умышленных действий, направленных на лишение жизни новорожденного.
Считает, что суд не учел ее положительные характеристики и семейное положение и необоснованно назначил наказание в виде реального лишения свободы, которое нарушает не только ее права, но и затрагивает интересы ее детей.
Просит приговор суда отменить, ее оправдать.
Кроме того, просит отменить постановление суда о передаче ее несовершеннолетних детей в орган опеки и попечительства, как вынесенное без учета состояния здоровья детей, и рассмотреть вопрос об их передаче родственникам.
В апелляционных жалобах защитник-адвокат Крымова О.Ю. указывает, что умысла на лишение жизни новорожденного у ее подзащитной не было и тот факт, что <...> не встала на учет в женской консультации и родила ребенка на дому, об умысле на лишение его жизни свидетельствовать не могут. Не доказывают умысел на убийство и показания свидетелей <...>, <...>, <...>
Обращает внимание на то, что судом оставлен без внимания ряд нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе производства по уголовному делу, в частности, <...> не была своевременно уведомлена о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа новорожденного и не имела возможности задать вопросы эксперту, само экспертное заключение не содержит точного ответа об орудии убийства и в этой связи не может быть положено в основу приговора. Заявленные <...> ходатайства, которые были направлены на устранение указанных нарушений, судом оставлены без внимания.
Утверждает, что назначенное <...> наказание является чрезмерно суровым, суд не рассмотрел вопрос о применении положений ст.ст. 73 и 82 УК РФ, а также не в полной мере учел наличие положительных характеристик, постоянного источника дохода, жилья, троих детей, в отношении которых осужденная надлежащим образом исполняет свои обязанности родителя.
В связи с изложенным просит приговор отменить, <...> оправдать.
Кроме того, ссылаясь на то, что суд не обсудил вопрос о передаче несовершеннолетних детей родственникам осужденной, просит отменить постановление суда о передаче несовершеннолетних в орган опеки и попечительства.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденной и ее защитника прокурор Карачевского района Брянской области Хаустов А.П., указывая на законность и обоснованность приговора и справедливость назначенного <...> наказания, просит оставить приговор без изменения, апелляционные жалобы осужденной и ее защитник без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Вывод суда о виновности осужденной <...> в убийстве новорожденного ребенка сразу же после родов соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом первой инстанции, и основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре.
Так, из показаний свидетеля <...>- фельдшера скорой помощи в ГБУЗ «Карачевская ЦРБ»- следует, что при осмотре у <...> было установлено обильное маточное кровотечение, <...> предположила, что беременна, факт случившихся родов скрыла; согласно свидетельским показаниям <...> и <...> - акушеров-гинекологов ГБУЗ «Карачевская ЦРБ» - <...> на учете по беременности не состояла, бригадой скорой медицинской помощи была доставлена в больницу с обильным маточным кровотечением, проведенное ультразвуковое обследование указывало на вероятность произошедших родов, однако, осужденная данный факт отрицала, в дальнейшем при прохождении лечения в <...> <...> призналась врачам и полиции, что родила в домашних условиях, но о том, где находится ее новорожденный ребенок, пояснений не давала.
Вина осужденной подтверждается также письменными доказательствами, на которые имеется ссылка в приговоре: протоколом осмотра места происшествия от 18.01.2020г.- домовладения № по <...> в <...>, согласно которому в одной из комнат между кроватью и прикроватной тумбочкой обнаружен полиэтиленовый пакет, внутри пакета - плотно скрученный одеялом, включая область носа и рта, труп новорожденного ребёнка мужского пола; заключением судебно-медицинской экспертизы трупа новорожденного № от <...>, согласно которому младенец является доношенным, зрелым, жизнеспособным и живорожденным, на трупе обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков на слизистой преддверия ротовой полости верхней и нижней губы прижизненного характера, повлекшие развитие механической асфиксии, которая и явилась непосредственной причиной смерти; заключением судебно-биологической экспертизы № от 16.04.2020г., согласно которому на одеяле и пакете обнаружена кровь новорожденного ребенка и осужденной <...>, как каждого в отдельности, так и обоих вместе; выводами экспертизы ДНК №э от <...>, согласно которым, осужденная <...> может являться биологической матерью новорожденного ребенка, труп которого обнаружен в ее квартире; копиями карты вызова скорой медицинской помощи <...> и <...> о наблюдении у <...> маточного кровотечения; справкой ГБУЗ «Карачевская ЦРБ» о том, что в течение 2017 -2020 г.г. <...> на учете по беременности не состояла; другими приведенными в приговоре доказательствами.
Суд первой инстанции, проверив и оценив по правилам ст.ст.87, 88 УПК РФ все исследованные доказательства, обоснованно признал их относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.
Как следует из материалов дела, судебные экспертизы, включая экспертизу трупа новорожденного ребенка, проведены квалифицированными специалистами, обладающими соответствующим образованием и необходимым стажем экспертной работы, до начала проведения экспертиз специалисты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений.
Вопреки доводам апелляционных жалоб заключение судебно-медицинской экспертизы трупа новорожденного ребенка не содержит предположительных и противоречивых выводов, содержит ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, находящиеся в пределах его компетенции, свои выводы о локализации и механизме телесных повреждений, причине смерти новорожденного и по другим вопросам эксперт <...> подтвердил в судебном заседании.
С учетом выводов судебно-медицинской экспертизы трупа судом сделан правильный вывод о том, что непосредственной причиной смерти новорожденного ребенка явилась механическая асфиксия вследствие закрытия наружных отверстий рта и носа.
Тот факт, что с постановлением о назначении экспертизы осужденная была ознакомлена после ее проведения, не влечет за собой признание заключения эксперта недопустимым доказательством, поскольку в последующем <...> не была лишена возможности его оспорить. Кроме того, уголовно-процессуальный закон не ограничивает следователя сроками, в течение которых тот обязан ознакомить с постановлением о назначении экспертизы подозреваемого и защитника в процессе незавершенного предварительного расследования. Таким образом, оснований полагать, что ознакомление с постановлением о назначении экспертизы после ее проведения каким-либо образом нарушило право на защиту <...>, не имеется.
Доводы осужденной <...> о том, что протокол осмотра места происшествия составлен с нарушением уголовного -процессуального закона и не мог использоваться в доказывании, несостоятельны поскольку осмотр места происшествия проведен в соответствии с требованиями ст.176, 177 УПК РФ, ход и результаты данного следственного действия отражены в протоколе, который без замечания подписан всеми его участниками.
Показания медицинских работников <...>, <...> и <...>, каждой в отдельности, подтверждают факт сокрытия осужденной беременности и домашних родов, надлежаще оценены судом и согласуются не только между собой, но и с другими исследованными судом доказательствами, все вместе исследованные доказательства свидетельствуют о виновности <...> в совершении деяния, за которое она осуждена.
Нарушения права на защиту <...> в связи с отказом допустить <...> к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом судом первой инстанции не допущено. Установив, что <...> не имеет юридического образования и опыта оказания юридической помощи по уголовным делам, суд первой инстанции обоснованно отказал в ее допуске, о чем вынес мотивированное постановление.
Другие заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе о вызове следователя <...>, экспертов <...>, <...>, <...>, <...>, о прослушивании аудиозаписи доставления осужденной в экспертное учреждение для проведения психолого-психиатрической экспертизы, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений.
Действиям осужденной <...> судом дана правильная юридическая оценка по ст. 106 УК РФ, как убийство матерью новорожденного ребенка сразу же после родов.
Доводы осужденной о том, что ребенок родился мертвым, опровергаются выводами судебно-медицинской экспертизы трупа новорожденного и показаниями эксперта <...>, согласно которым ребенок родился живым, а его смерть наступила в результате механической асфиксии в течение 1 час после рождения.
При назначении наказания судом в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденной, влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи, учтена совокупность смягчающих наказание обстоятельств, таких как: наличие малолетнего ребенка и несовершеннолетних детей, состояние здоровья осужденной, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Решение о назначении наказания связанного с изоляцией от общества и о невозможности применения положений ч.1 ст.82 УК РФ о предоставлении <...> отсрочки отбывания наказания до достижения ее малолетним ребенком 14-летнего возраста судом в приговоре убедительно мотивировано.
Назначенное <...> наказание по своему виду и размеру является справедливым и соразмерным содеянному, каких-либо обстоятельств, которые могли бы обусловить смягчение назначенного наказания, в том числе путем применения ст.73 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.
Вид исправительного учреждения, в котором осужденной <...> надлежит отбывать наказание, определен в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ правильно.
Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, органом предварительного следствия и судом первой инстанции допущено не было.
Между тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести в приговор изменения в части зачета в срок лишения свободы времени следования осужденной к месту отбывания наказания.
Так, в резолютивной части приговора суд указал об исчислении срока отбывания наказания со дня прибытия осужденной <...> в колонию –поселение, при этом в нарушение требований ч. 3 ст. 75.1, УИК РФ не произвел зачет в срок лишения свободы времени следования осужденной к месту отбывания наказания из расчета один день за один день лишения свободы.
Принимая во внимание данное обстоятельство, приговор подлежит изменению в указанной части на основании п.3 ст.389.15 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.
Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной и ее защитника, принятое судом решение о передаче органу опеки и попечительства администрации Карачевского района Брянской области несовершеннолетних <...>, <...> г.р. и <...>, <...> г.р., вынесено в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 313 УПК РФ, является законным и обоснованным. При этом ссылка в жалобе о наличии у детей близких родственников, не влияет на правильность принятого судом решения, поскольку вопрос о передаче детей родственникам, помещении в социальное учреждение или иное решение их судьбы законом возлагается на орган опеки и попечительства.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор Карачевского районного суда Брянской области от 30 сентября 2020 года в отношении <...> изменить.
В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ время следования <...> к месту отбывания наказания в колонии-поселении зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Постановление Карачевского районного суда Брянской области от 30 сентября 2020 года о передаче несовершеннолетних детей органу опеки и попечительства оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной <...> и ее защитника-адвоката Крымовой О.Ю.- без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.
Председательствующий В.В. Злотникова
