Дело № 22-1649/2020

Определение

Судья Хурматуллин Р.А. дело № 22 – 1649/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 апреля 2020 года              г. Казань    

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Сафиуллина Р.М.,

судей Адиятуллина Р.Ш., Маликовой Л.Р.,

с участием прокурора Пронина М.В.,

защитника – адвоката Фартдинова А.Р.,

при секретаре судебного заседания Гараевой А.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Фартдинова А.Р. в защиту интересов осужденного Вафина Н.М. на приговор Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 23 января 2020 года, которым

Вафин Нурфис Мнирович, <данные изъяты> несудимый;

осужден:

- по пункту «б» части 2 статьи 199 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года условно с испытательным сроком 2 года, с лишением права занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления, в коммерческих организациях, связанных с административно-хозяйственной и организационно-распорядительной деятельностью, а также заниматься коммерческой деятельностью сроком на 2 года.

Продлен на 4 месяца срок ареста на принадлежащие Вафину Н.М., <данные изъяты>) и <данные изъяты>) имущество и денежные средства.

Заслушав доклад судьи Адиятуллина Р.Ш., выслушав выступление адвоката Фартдинова А.Р., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и заявившего ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, мнение прокурора Пронина М.В., полагавшего приговор суда подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Вафин Н.М. признан виновным в уклонении от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенном в особо крупном размере.

Осужденный, являясь директором и единственным учредителем <данные изъяты> состоящего на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новочебоксарску Чувашской Республики, путем внесения заведомо ложных сведений в налоговые декларации умышленно уклонился от уплаты налога на добавленную стоимость (далее по тексту – НДС), подлежащего уплате <данные изъяты> за 1, 2, 3, 4 кварталы 2014 года и за 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года на общую сумму 38 880 729 рублей. Преступление совершено им в период с 01 января 2014 года по 25 марта 2016 года при изложенных в приговоре суда обстоятельствах.

В судебном заседании подсудимый Вафин Н.М. вину в предъявленном ему обвинении не признал и показал, что у его строительной компании <данные изъяты>» со штатом 15 человек в период с 2014 года по 2015 год было 117 объектов, на которых работали 12 субподрядчиков, в том числе <данные изъяты> и <данные изъяты>. Согласно договорам он не имел права привлекать субподрядчиков на объекты, где выполнялись те или иные строительные работы, из-за этого все сотрудники указывали, что работают в <данные изъяты>. Фактически работы выполнялись субподрядчиками, в том числе <данные изъяты> и <данные изъяты>.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Фартдинов А.Р. ставит вопрос об отмене приговора как незаконного, необоснованного и вынесении в отношении его подзащитного оправдательного приговора. Обращает внимание на то, что описательно-мотивировочная часть приговора идентична тексту обвинительного заключения, при этом суд уже в начале приговора пришел к выводу о виновности Вафина Н.М., не дав оценки доводам защиты, проигнорировав показания свидетелей, подтверждающих невиновность его подзащитного. Отмечает, что судом приведены показания свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия, которые не были подтверждены либо отрицались свидетелями в судебном заседании.

Считает, что судом не дана оценка доводам защиты о недостоверности акта налоговой проверки, выводы которой основаны на показаниях, не проверенных в судебном заседании, и опровергнутых стороной защиты. Данное обстоятельство, по мнению адвоката, привело к нарушению права на защиту Вафина Н.М., невозможности поставить перед указанными свидетелями необходимые вопросы. Полагает, что акт налоговой проверки и решение налогового органа основаны на ложных предположениях о фиктивности <данные изъяты> и <данные изъяты>

С точки зрения адвоката, является недопустимым приведение в качестве доказательства решения Арбитражного суда Чувашской Республики от 24 января 2019 года, поскольку в рамках арбитражного процесса не проводятся допросы свидетелей по налоговому акту и не дается оценка верности их показаний. Кроме того, в самом решении, которое еще обжалуется, указывается на отсутствие у <данные изъяты> достаточных доказательств. Отмечает, что данные доказательства были изъяты органами следствия, которые всячески препятствовали их предоставлению в арбитражный суд.

Указывает на незаконность судебно-бухгалтерской экспертизы, которая, по его мнению, проведена предвзято, перед экспертом были поставлены некорректные вопросы, уже содержавшие в себе ответы. Обращает внимание на то, что экспертом не проводилась финансовая экспертиза деятельности <данные изъяты>, не установлено, какова сумма уплаченного в бюджет НДС <данные изъяты> и <данные изъяты>, и какова сумма законно зачтенного данными организациями НДС в рассматриваемый период.

Экспертизу по уголовному делу считает незаконной ввиду проведения ее экспертами Следственного Комитета России, что противоречит положениям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности».

Исходя из показаний налогового инспектора Т.А., по мнению адвоката, также следует, что не установлен факт не поступления налога на добавленную стоимость.

Полагает недопустимым доказательством постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 сентября 2018 года, поскольку только суд может установить виновность либо невиновность лица, и решение органа дознания не может выступать как источник информации о виновности кого-бы то не было.

Отмечает, что в приговоре приведен ряд доказательств, не исследованных в ходе судебного заседания. Считает, что судом не дана должная оценка документам, представленным стороной защиты.

Давая оценку показаниям свидетелей, адвокат обращает внимание на то, что свидетелями Ф.Т., А.И. Г.С.., Г.М., Э.Н.., Ф.М.., Э.Х.., А.М.., М.И.., Н.И.., Л.А.., О.А.., Ю.П. Ф.Г.., Л.М. Н.М.., А.А.., А.В., А.А.., Е.В.., Р.Т.., С.А. в ходе судебного заседания сведений, изобличающих Вафина Н.М. в совершении преступления, не сообщалось. Считает, что показания данных свидетелей не могут быть положены в основу обвинительного приговора, так как они не обладают никакой информацией о том, кем именно выполнялись работы.

По мнению адвоката, показания свидетелей И.Н,., А.В.., И.М.., Р.Р.., Л.Н.., И.Б., С.Г. указывают на реальность организаций <данные изъяты> и <данные изъяты> При этом Вафин Н.М. просил работников не сообщать, что они работают в <данные изъяты>. Оценка этим показаниям, с точки зрения адвоката, судом в приговоре не дана. Более того, свидетели Т.М. Н.Н.., А.М. пояснили, что указанные организации существовали и осуществляли фактическую работу на объектах.

Считает, что сведения о личности В.И. а также показания его племянницы А.С. не опровергают доводов Вафина Н.М. о его контактах с лицом, который представлялся В.И. и предоставлял его документы.

Указывает на недопустимость в качестве доказательства протокола опроса А.И. который в судебном заседании не исследовался.

Полагает, что судом не дана должная оценка доказательствам, которые подтверждают реальность хозяйственной деятельности «<данные изъяты> и <данные изъяты> а именно договорам, счета-фактурам, товарным накладным, справкам, актам сверок, отражающим их экономические взаимоотношения с другими организациями.

По мнению адвоката, суд вышел за пределы обвинения, указав единство умысла Вафина Н.М. при совершении противоправных действий. В предъявленном обвинении следственными органами описаны различные, не связанные между собой события, а потому каждое действие должно квалифицироваться отдельно.

Считает, что судом при оглашении показаний свидетелей в нарушение требований статьи 271 УПК РФ не выяснялось мнение стороны защиты и самого Вафина Н.М.

Кроме того, адвокат просит снять арест со следующего имущества:

- с принадлежащих Вафину Н.М. 1/2 доли в праве на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, для индивидуального жилищного строительства, площадью 1563 кв.м, расположенный по адресу: <данные изъяты>, стоимостью 1 954 237 рублей; 1/2 доли в праве на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 135,6 кв.м, расположенный по адресу: Республика <данные изъяты>, стоимостью 414 422 рубля, поскольку указанный дом является единственным жильем Вафина Н.М. и членов его семьи;

- с принадлежащей Вафину Н.М. 100 % доли в уставном капитале <данные изъяты> номинальной стоимостью 10 000 рублей в связи с обращением взыскания на данное имущество как на предмет залога по другому решению <данные изъяты> года по иску Т.М. к Вафину;

- с денежных средств, находящихся на счетах в ПАО «АК БАРС» Банк, в Филиале № 6318 Банка ВТБ (ПАО), в Приволжском филиале ПАО РОСБАНК, в Нижегородском филиале АО «АЛЬФА-БАНК», открытых на <данные изъяты> г. Альметьевск <данные изъяты> которое правопреемником <данные изъяты> г. Новочебоксарск <данные изъяты> не является. Отмечает, что данные денежные средства преступным путем получены не были, Вафину Н.М. не принадлежат. Все имущество принадлежит обществу, а не учредителю или директору;

- с принадлежащих <данные изъяты> г. Альметьевск <данные изъяты> автомобилей ГАЗ 330252 («ГАЗель»), УАЗ 220695-04, ГАЗ 32212 («ГАЗель»), УАЗ 396255, БАВ ФЕНИКС, ХЕНДЭ SONATA, двух ЛЕКСУСов ES250, поскольку срок ареста указанного имущества, продленного по 24 мая 2019 года, истек.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Музафарова З.Г., указывая на необоснованность ее доводов, просит приговор суда оставить без изменения. Считает, что вина Вафина Н.М. установлена и подтверждается доказательствами, приведенными в приговоре, которым суд дал надлежащую оценку. В частности, государственный обвинитель ссылает на показания сотрудника налоговой инспекции Т.А. и результаты выездной налоговой проверки. Обращает внимание на то, что обстоятельства совершения осужденным преступления, установленные Альметьевским городским судом Республики Татарстан, аналогичны выводам арбитражных судов различных инстанций. При этом отмечает, что решения арбитражных судов первой и апелляционной инстанций в кассационном порядке оставлены без изменения. Кроме того, полагает, что при назначении наказания судом в полной мере учтены все смягчающие обстоятельства, решение о назначении дополнительного наказания мотивировано.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности Вафина Н.М. в совершении преступного деяния являются обоснованными и подтверждаются доказательствами, которые тщательно исследованы и проанализированы судом в судебном заседании.

Так, вина осужденного подтверждается:

- показаниями свидетеля старшего государственного налогового инспектора отдела выездных проверок ИФНС России по г. Новочебоксарску Чувашской Республики Т.А.., согласно которым в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении <данные изъяты> установлено, что директор данной организации Вафин Н.М. уклонился от уплаты НДС за 2014 – 2015 годы на общую сумму 38 445 125 рублей 97 копеек путём неправомерного применения налоговых вычетов, о чем был составлен акт налоговой проверки от 05 сентября 2017 года. Обществом занижен НДС в связи с отражением в бухгалтерском налоговом учете расходов субподрядных организаций <данные изъяты> и <данные изъяты> по работам, которые были выполнены собственными силами и с привлечением вольнонаемных работников, но документально отражены от имени субподрядных организаций. Инспекцией оспаривалась реальность выполнения данных работ именно конкретными субподрядными организациями. Работы выполнялись, но не заявленными в документах контрагентами, а собственными силами <данные изъяты> и силами вольнонаемных работников, что подтверждается материалами проверки, встречными документами, поступившими от заказчиков, а также допросами свидетелей. Указанные две организации неизвестны ни заказчикам, ни самим работникам <данные изъяты>. Были опрошены прорабы, мастера и другие работники общества. Материалами проверки доказано, что создан формальный документооборот с целью неуплаты НДС. А.И. был руководителем <данные изъяты> только в декабре 2014 года. Предыдущий руководитель В.И. на момент проверки умер. А.И. поначалу отрицал свое руководство данной организацией, пояснил, что его попросили зарегистрировать данную организацию, в дальнейшем не отрицал участие в организации <данные изъяты>, но сведениями о выполненных ремонтных работах на объектах не обладал. Также он пояснил, что его попросили участвовать при закрытии <данные изъяты>

- показаниями свидетеля Н.И. Л.А. Е.В. М.И.., Г.М. Р.Р. Ф.Т.., Ф.Г., А.И. О.А.., Ю.П., С.А. Г.С., Ф.М.., Э.Н.., Э.Х.., Л.М.., Н.М. Р.Т. А.В. которые подтвердили выполнение на различных объектах ремонтных работ <данные изъяты> При этом показали, что <данные изъяты> и <данные изъяты> им не знакомы, руководителей и работников данных организаций они не знают;

- показаниями свидетеля бухгалтера <данные изъяты> Л.Н., согласно которым их компания выполняла строительные и ремонтные работы на различных объектах, расположенных на территории Республики Татарстан. Для выполнения работ общество привлекало субподрядные организации, с которыми были заключены соответствующие договоры. Она работала с первичными учетными документами, в том числе со счетами-фактурами, выставленным от имени <данные изъяты> и <данные изъяты>, которые отражала в бухгалтерских документах и регистрах налогового учета. Данные документы ей передавал директор Вафин Н.М;

- показаниями свидетеля И.М. из которых следует, что в 2014 - 2015 годы он работал в качестве прораба на разных объектах. При выполнении работ <данные изъяты> иных организаций не привлекало, все работы выполнялись <данные изъяты>. <данные изъяты> ему не знакомо, с руководителем и работниками данной организации он не знаком. На объектах работали работники, которых направлял директор <данные изъяты> Вафин Н.М.;

- показаниями свидетелей А.А. и А.В. о том, что они неофициально работали на различных объектах на территории Республики Татарстан, где <данные изъяты> выполняло ремонтные (строительные) работы. <данные изъяты> и <данные изъяты> им незнакомы, руководителей и работников данных организаций они не знают;

- показаниями свидетеля А.А. о том, что в период с 2014 по 2015 годы он работал в <данные изъяты> подсобным рабочим без заключения трудового договора. Он непосредственно принимал участие в производстве работ на объектах «Татнефть». Заработную плату получал наличными денежными средствами. <данные изъяты> и <данные изъяты> ему не знакомы, их руководителей, представителей и работников не знает. Какие-либо работы данные организации на объектах <данные изъяты> не выполняли;

- показаниями свидетеля А.М. согласно которым в период с 2014 – 2015 годы он подрабатывал отделочником на различных объектах <данные изъяты> без заключения трудового договора. Заработную плату он получал наличными денежными средствами. <данные изъяты> и <данные изъяты> ему не знакомы;

- показаниями свидетеля А.С.., из которых следует, что в 2014 - 2015 году на адрес, где проживал её дядя, стали приходить письма из разных банков. Когда она спросила про письма, то последний пояснил, что свой паспорт отдал кому-то, с кем вместе отбывал наказание. Он никогда не упоминал про организацию <данные изъяты> При жизни В.И. периодически отбывал наказание в исправительных колониях, постоянно употреблял спиртные напитки;

- показаниями свидетеля М.М, о том, что он является директором <данные изъяты> которое оказывает услуги по отправке налоговых деклараций в налоговый орган. Одним из их клиентов в 2014 – 2015 годы было <данные изъяты> Налоговые декларации для отправки в налоговый орган представлялись <данные изъяты> в электронном виде либо путем направления на электронную почту <данные изъяты> Какие данные были отражены в налоговых декларациях, он не знает, их достоверность не проверял и не имел право это делать.

Кроме того, вина осужденного в совершении преступления подтверждается совокупностью установленных и исследованных в судебном заседании иных доказательств:

- книгами покупок <данные изъяты> за 1, 2, 3, 4 кварталы 2014 года, за 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года, где отражены фиктивные счета-фактуры, выставленные в адрес <данные изъяты> от имени <данные изъяты> и <данные изъяты>

- протоколом выемки от 03 августа 2018 года в МИФНС России № 18 по Республике Татарстан регистрационного дела <данные изъяты>

- протоколом обыска от 07 августа 2018 года в <данные изъяты> в ходе которого изъяты документы, в том числе финансово-хозяйственные документы <данные изъяты> договоры, заключенные между <данные изъяты> и различными организациями; счета-фактуры, товарные накладные, акты сверок, счета на оплату и т.д., ряд документов, в том числе счета-фактуры, выставленные в адрес <данные изъяты> от имени <данные изъяты>; договоры, заключенные между <данные изъяты> и <данные изъяты>;

- протоколами выемки и осмотра в ИФНС России по г. Новочебоксарску Чувашской Республики материалов выездной налоговой проверки в отношении <данные изъяты>;

- заключением эксперта № 5 от 25 февраля 2019 года, согласно которому включение в состав налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных от имени контрагентов <данные изъяты> и <данные изъяты>», привело к уменьшению суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет <данные изъяты> за период с 01 января 2014 года по 31 декабря 2015 года в размере 38 880 729 рублей 04 копейки, в том числе по налоговым периодам:

- за 1 квартал 2014 года – 1 102 195 рублей 44 копейки;

- за 2 квартал 2014 года – 1 681 431 рубль 84 копейки;

- за 3 квартал 2014 года – 7 205 375 рублей 94 копейки;

- за 4 квартал 2014 года – 7 787 079 рублей 11 копеек;

- за 1 квартал 2015 года – 359 650 рублей     91 копейка;

- за 2 квартал 2015 года – 8 010 095 рублей 50 копеек;

- за 3 квартал 2015 года – 8 212 185 рублей 18 копеек;

- за 4 квартал 2015 года – 4 522 715 рублей 12 копеек.

Соотношение суммы неуплаченных в период с 01 января 2014 года по 31 декабря 2015 года в бюджет НДС, подлежащего уплате в бюджет <данные изъяты> к суммам налогов, подлежащим уплате в бюджет за указанный период, составляет 94 %;

- информацией, представленной ИФНС по Советскому району г. Челябинска № 06-34/07489дсп от 19 июля 2018 года, из которой следует, что сведения о работниках <данные изъяты> отсутствуют;

- информацией, представленной МИФНС № 16 по Республике Татарстан № 18-22/2266дсп от 19 июля 2018 года, из которой следует, что в отношении <данные изъяты> декларации, а также сведения о начисленных и уплаченных налогах отсутствуют;

- протоколом осмотра нежилых помещений по адресу регистрации <данные изъяты>. По данному адресу <данные изъяты> не располагается, соответствующих вывесок не имеется, предметы и документы, которые могут представлять интерес для следствия, не обнаружены;

- протоколом обыска в жилище А.И. (директора и учредителя <данные изъяты>), по месту регистрации <данные изъяты>, в ходе которого какие-либо финансово-хозяйственные документы <данные изъяты>, а также признаки, которые могут указывать на нахождение данной организации по указанному адресу, не обнаружены;

- постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного 12 сентября 2018 года отделом МВД России по Альметьевскому району Республики Татарстан, в отношении А.И. по части 1 статьи 173.2 УК РФ (по факту предоставления документов Вафину Н.М. для внесения в ЕГРЮЛ в отношении <данные изъяты> сведений о подставном лице) по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ – в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

- свидетельством о смерти серии <данные изъяты> от 25 апреля 2016 года, выданного Управлением ЗАГС исполнительного комитета Альметьевского муниципального района Республики Татарстан, согласно которому В.И. умер 24 апреля 2016 года;

- другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре суда.

В соответствии с положениями части 1 статьи 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора. Всем доказательствам, в том числе показаниям осужденного, отрицавшего свою виновность в совершении преступления, суд дал надлежащую оценку. Каких-либо оснований для признания доказательств, подтверждающих вину Вафина Н.М., недопустимыми суд не установил.

Приговор содержит подробный анализ доказательств, представленных сторонами, и мотивированные выводы суда о том, почему суд принял во внимание одни доказательства и подверг критической оценке другие, что соответствует требованиям статьи 307 УПК РФ.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, описательно-мотивировочная часть приговора согласно требованиям пункта 1 статьи 307 УПК РФ содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Судом установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями статьи 73 УПК РФ.

Текстовое совпадение отдельных выражений описательно-мотивировочной части приговора в части изложения обстоятельств совершения преступления с текстом обвинительного заключения не свидетельствует о незаконности решения суда, требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит.

Также не является нарушением положений УПК РФ указание в начале приговора выводов о виновности Вафина Н.М. в совершении преступного деяния, поскольку приговор суда является обвинительным.

Судебная коллегия отмечает, что доказательства, уличающие осужденного в совершении инкриминированного ему деяния, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, в связи с чем приходит к выводу, что судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 17, 87, 88 УПК РФ дана верная оценка собранным по делу доказательствам, как с точки зрения допустимости и достоверности каждого, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для правильного разрешения дела.

Доказательства, ссылки на которые содержатся в приговоре, исследованы судом и проверены с точки зрения достоверности и допустимости, им дана надлежащая оценка. Доказательства собраны с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, совокупность имеющихся доказательств является достаточной для постановления приговора.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей Т.А.., Н.И. Л.А.., Е.В. М.И. Г.М. Р.Р.., Ф.Т. Ф.Г.., А.И.., О.А.., Ю.П. С.А.., Г.С. Ф.М. Э.Н. Э.Х.., Л.М.., Н.М. Р.Т.., А.В.., заключении судебно-бухгалтерской экспертизы, опровергающих доводы Вафина Н.М., у судебной коллегии не имеется. Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности Вафина Н.М., на правильность применения уголовного закона, судебной коллегией не установлено.

Показания свидетелей являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются между собой, подтверждаются другими материалами дела.

Также суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям в судебном заседании свидетелей, которые изменили свои первоначальные показания, указав на непричастность Вафина Н.М. к совершению преступного деяния. Суд отверг эти показания, так как в ходе предварительного следствия свидетели давали последовательные, непротиворечивые показания, изобличающие осужденного в совершении преступления. Оснований не согласиться с оценкой суда позиции указанных свидетелей в судебном заседании не имеется.

Доводы защиты об искажении в приговоре показаний свидетелей, данных ими в ходе судебного заседания материалами дела не подтверждаются.

Судебная коллегия доверяет заключению проведенной по делу судебно-бухгалтерской экспертизы, положенной в основу приговора, которая была полно и всесторонне исследована судом первой инстанции.

Судебно-бухгалтерская экспертиза по делу назначена в соответствии с требованиями статьи 195 УПК РФ и заключение по ней получено в соответствии с положениями статьи 204 УПК РФ, и поэтому оснований для признания его недопустимым доказательством не имеется.

Достаточных оснований для того, чтобы подвергать сомнению выводы проведенной по делу судебно-бухгалтерской экспертизы, стороной защиты в суд представлено не было. Основания и мотивы, по которым были сделаны соответствующие выводы, изложены в исследовательской и заключительной частях экспертизы, которая была оценена судом в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ в совокупности с другими исследованными доказательствами по данному делу, не согласиться с выводами которой у судебной коллегии оснований не имеется. В связи с этим отсутствуют основания для признания ее недопустимым доказательством, о чем излагалась просьба в апелляционной жалобе. Также судебная коллегия не усматривает оснований для проведения дополнительных исследований финансовой деятельности как <данные изъяты>, так и <данные изъяты>, <данные изъяты>

Утверждение адвоката о том, что экспертиза по делу проведена ненадлежащим экспертом, судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку оно не основано на нормах закона. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 195 – 199 УПК РФ, эксперту разъяснены его права и обязанности, предусмотренные статьей 57 УПК РФ, он предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, заключение экспертизы соответствует требованиям статьи 204 УПК РФ, мотивировано и обосновано, ответы на поставленные вопросы были даны в полном объеме с учетом полномочий и компетенции эксперта, обладающего специальными знаниями и назначенного в порядке, предусмотренном УПК РФ, квалификация эксперта у суда сомнений не вызывала.

Проведение судебных экспертиз экспертами Следственного Комитета РФ положениям действующего федерального законодательства, в том числе части 1 статьи 57 УПК РФ, не противоречит.

Все доводы, приведенные в апелляционной жалобе адвоката, о непричастности его подзащитного к совершению преступления аналогичны тем, на которые они ссылались при рассмотрении дела по существу, тщательно проверялись судом и не подтвердились, поэтому обоснованно были отвергнуты по мотивам, указанным в приговоре. Не подтвердились они и при проверке дела в апелляционном порядке.

Показания осужденного суд обоснованно счел недостоверными и расценил как реализацию права на защиту. Эти показания опровергаются вышеуказанными доказательствами и исследованными в судебном заседании иными материалами уголовного дела.

Также суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям свидетелей защиты, а также представленным стороной защиты документам, подтверждающим реальность хозяйственной деятельности <данные изъяты> и <данные изъяты>. Оснований не согласиться с указанной позицией суда у судебной коллегии оснований не имеется. Представленные защитником доказательства обоснованность вывода суда не опровергают, поскольку не свидетельствуют о том, что фактически данными организациями выполняли какие-либо субподрядные работы по договорам с <данные изъяты> в 2014 – 2015 годах на объектах, указанных в обвинении.

Доказательства защиты, ссылки на которые содержатся в апелляционной жалобе адвоката, полностью опровергаются исследованными в судебном заседании показаниями свидетелей обвинения, результатами налоговой проверки, письменными и иными материалами дела.

Вместе с тем судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела допущено нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее его изменение, при исследовании и оценке доказательств, а именно показаний свидетеля А.И.

Проверка и оценка доказательств согласно статьям 87, 88 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достоверности, относятся к компетенции суда при вынесении решения.

Согласно части 1 статьи 281 УПК РФ оглашение показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, допускается с согласия сторон в случае неявки свидетеля.

В судебном заседании, помимо прочего, были оглашены протоколы допроса и опроса свидетеля А.И. от 06 апреля 2016 года и от 11 февраля 2017 года. При этом, как следует из протокола судебного заседания, перед сторонами не ставился вопрос о возможности их оглашения в отсутствие свидетеля А.И.

Тем самым указанные протоколы, положенные в основу приговора, оглашены с нарушением положений статьи 281 УПК РФ, чем было допущено существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона.

Более того, вышеуказанные пояснения А.И. были получены налоговым органом и органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, до возбуждения уголовного дела, и потому допустимыми доказательствами не являются, поскольку протоколы объяснений указанного свидетеля не соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к протоколам следственных действий.

При таких обстоятельствах ссылки в описательно-мотивировочной части приговора на вышеуказанные протоколы допросов свидетеля А.И. от 06 апреля 2016 года и от 11 февраля 2017 года как на доказательства по делу подлежат исключению.

Не смотря на изменение, подлежащее внесению в приговор, судебная коллегия полагает, что оценка указанных протоколов допросов свидетеля А.И. в совокупности с другими доказательствами не повлияла на правильность установления фактических обстоятельств дела и юридической квалификации действий осужденного как преступных.

Вина осужденного подтверждается результатами проведенной налоговым органом выездной проверки, по результатам которой был составлен соответствующий акт, а в последующем принято решение о привлечении Вафина Н.М. к налоговой ответственности. При этом судом первой инстанции в судебном заседании были допрошены работники различных организаций, чьи пояснения были положены в основу решения налогового органа, либо оглашены их показания, данные в ходе предварительного следствия.

Решениями арбитражных судов выводы налоговой инспекции о привлечении <данные изъяты> в лице ее руководителя Вафина Н.М. к налоговой ответственности признаны законными и обоснованными.

В силу положений статьи 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением, признаются судом без дополнительной проверки, если они представляются бесспорными и не вызывают сомнений у суда. В противном случае суд обязан данное обстоятельство исследовать по существу и дать ему свою оценку, которая не может быть ничем ограничена, в том числе, вступившим в законную силу решением суда.

Судом, вопреки доводам апелляционной жалобы, дана оценка фактическим обстоятельствам, установленным вступившими в силу судебными решениями арбитражных судов, которые сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности Вафина Н.М. по данному уголовному делу.

Судебная коллегия не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона при установлении вины осужденного в совершении преступления, в частности, нарушений требований статьи 90 УПК РФ.

На основании собранных материалов арбитражные суды пришли к выводу, что участие <данные изъяты> и <данные изъяты> в совершенных операциях носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов, с целью создания видимости хозяйственных операций между <данные изъяты> и контрагентами для получения налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов (возмещения) НДС.

Оценка действиям осужденного давалась на основании всей совокупности представленных материалов, в том числе касающихся деятельности <данные изъяты> и <данные изъяты>

Суд первой инстанции пришел к выводу о виновности Вафина Н.М. по уголовному делу на основе всей совокупности доказательств, в том числе и не исследованных при рассмотрении арбитражного дела доказательств, подлежавших проверке в установленном уголовно-процессуальным законом порядке.

Принимая во внимание изложенное, ссылка адвоката на недопустимость в качестве доказательств акта налоговой проверки и решения налогового органа является несостоятельной. Доводы адвоката о том, что в арбитражном процессе не допрашивались все свидетели, а также органами следствия не предоставлялись необходимые финансовые и бухгалтерские документы, являются несостоятельными, материалами дела не подтверждаются.

Также в ходе доследственной проверки органами предварительного расследования дана оценка действиям директора и учредителя <данные изъяты> А.И.

При этом оснований для признания недопустимым доказательством постановления от 12 сентября 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении А.И. судебная коллегия не усматривает.

Оценка данному процессуальному решению судом дана в совокупности со всеми иными материалами уголовного дела, подтверждающими то обстоятельство, что <данные изъяты> и <данные изъяты> какой-либо реальной работы на объектах не выполняли, А.И. же являлся директором и учредителем организации лишь формально, ее финансово-хозяйственную деятельность не контролировал, денежными средствами не распоряжался.

Сведения о личности В.И. являвшегося директором и учредителем <данные изъяты>», также подтверждают выводы суда о фиктивности создания указанной организации.

Все иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе адвоката аналогичны тем, на которые защита ссылалась при рассмотрении дела по существу, тщательно проверялись судом и не подтвердились, поэтому обоснованно были отвергнуты по мотивам, указанным в приговоре. Не подтвердились они и при проверке дела в апелляционном порядке.

Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено. Все гарантированные уголовно-процессуальным законом права осужденного, в том числе и его право на защиту, было реально обеспечено на всех стадиях уголовного судопроизводства.

Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, что свидетельствует о несостоятельности доводов адвоката о необъективности рассмотрения уголовного дела.

Судом исследованы все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты. Суд проверил доводы стороны защиты о непричастности Вафина Н.М. к совершению преступления и обоснованно признал их несостоятельными, приведя в приговоре мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется. В связи с этим ссылка адвоката на то, что судом не приняты во внимание его доводы об отсутствии доказательств виновности осужденного, а также о том, что выводы суда носят предположительный характер, не основаны на материалах дела и являются необоснованными.

Из протокола судебного заседания следует, что стороны принимали равное участие в обсуждении всех возникающих в рассмотрении дела вопросов и исследовании представленных суду доказательств. Каких-либо ограничений Вафина Н.М. в реализации его прав, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, не допускалось. Все ходатайства сторон рассматривались председательствующим в установленном законом порядке и с учетом мнения сторон. Данных о необоснованном отклонении ходатайств осужденного и его защитника, в том числе о допросе свидетелей, назначении судебных экспертиз, не установлено. Суд первой инстанции не ограничивал сторону защиты в представлении доказательств, согласно протоколу судебного заседания возражений против окончания судебного следствия от участников процесса не поступило.

Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, в том числе и статей 271, 244 УПК РФ, на что указал в своей апелляционной жалобе адвокат, судом первой инстанции не допущено. Показания явившихся в судебное заседание свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия, оглашались судом в связи с наличием противоречий.

По ходатайству стороны защиты оглашались протоколы допросов свидетелей, не явившихся в судебное заседание. При этом возражений стороны обвинения не поступало.

Судебная коллегия приходит к выводу, что председательствующим в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия, для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Обстоятельства дела исследованы с достаточной полнотой и в дополнительной проверке не нуждаются.

Таким образом, оценив собранные по делу доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Вафина Н.М. и, мотивировав свое решение, правильно квалифицировал действия осужденного как единое продолжаемое преступление, предусмотренное статьей 199 УК РФ.

Доводы адвоката о необходимости отдельной квалификации действий осужденного за различные временные периоды являются несостоятельными. Обстоятельства их совершения свидетельствуют о едином умысле виновного на совершение указанных действий.

Ссылка защитника на то, что суд вышел за пределы обвинения, указав на единство умысла Вафина Н.М., также необоснованна. Органами предварительного следствия осужденному предъявлено обвинение в совершении единого преступления, охватывающего период за 2014 – 2015 годы. В данной части суд, признав предъявленное обвинение обоснованным, правомерно квалифицировал действия Вафина Н.М. как продолжаемое преступление, состоящее из ряда тождественных деяний, объединенных единой целью.

Однако заслуживает внимания довод адвоката о необходимости квалификации действий осужденного по части 1 статьи 199 УК РФ в связи с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс РФ 01 апреля 2020 года.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Федерального закона № 73-ФЗ от 01 апреля 2020 года пункт 1 примечаний к статье 199 УК РФ изложен в новой редакции. Крупным размером признается сумма налогов, сборов, страховых взносов, превышающая за период в пределах трех финансовых лет подряд пятнадцать миллионов рублей, а особо крупным размером – сумма, превышающая за период в пределах трех финансовых лет подряд сорок пять миллионов рублей.

Изменения, внесенные в уголовное законодательство, улучшают положение осужденного, а потому подлежат применению на основании положений статьи 10 УК РФ.

Судом установлено, что Вафин Н.М. уклонился от уплаты НДС на общую сумму 38 880 729 рублей. Тем самым уклонение от уплаты налогов осужденным совершено в крупном размере.

Судебная коллегия считает необходимым переквалифицировать действия Вафина Н.М. с пункта «б» части 2 статьи 199 УК РФ на часть 1 статьи 199 УК РФ в редакции Федерального закона № 73-ФЗ от 01 апреля 2020 года, как уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере.

При назначении Вафину Н.М. наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, имущественное положение его и семьи, возможность получения заработной платы или иного дохода, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Определяя вид и меру наказания Вафину Н.М., суд первой инстанции учел все смягчающие наказание обстоятельства, в том числе наличие у него несовершеннолетнего и малолетних детей, состояние здоровья его и близких родственников. Оснований для признания в качестве таковых иных обстоятельств судебная коллегия не усматривает.

Преступление, предусмотренное частью 1 статьи 199 УК РФ и относящееся в соответствии с частью 2 статьи 15 УК РФ к категории преступлений небольшой тяжести, совершено Вафиным Н.М. в период с 01 апреля 2014 года по 25 марта 2016 года.

В силу пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения истек срок два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Данных о том, что осужденный уклонялся от следствия или суда, в материалах дела не содержится.

Таким образом, на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 199 УК РФ, составляющий два года, истек. В связи с этим от назначенного наказания Вафин Н.М. с учетом положений части 8 статьи 302 УПК РФ подлежит освобождению.

Арест имущества осужденного и организаций, в которых он является единственным учредителем, сохранен судом правомерно, в целях обеспечения возможного гражданского иска и требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит.

Сведений о том, что жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 135,6 кв.м, расположенный по адресу: Республика <данные изъяты> является единственным жильем Вафина Н.М. и членов его семьи, стороной защиты не представлено. Выписки из ЕГРН в данной части выводы суда не опровергают.

Ранее судом в данной части доводы защиты проверялись, и было указано на наличие у Вафина Н.М. иного жилья, а именно квартиры по адресу: <данные изъяты>.

Сохранение ареста на принадлежащую Вафину Н.М. 100 % долю в уставном капитале <данные изъяты> требованиям гражданского законодательства не противоречит. Наличие другого решения суда правильность выводов не опровергает. Вопрос обращения взыскания на указанное имущество подлежит разрешению в порядке исполнения приговора и решения суда.

Сохранение ареста на денежные средства, находящиеся на счетах в банках, а также на имущество (автомобили) <данные изъяты> <данные изъяты>), также является правомерным, поскольку Вафин Н.М. является единственным учредителем и фактическим владельцем данной организации, ему принадлежит 100 % доля в уставном капитале. Ссылка адвоката на истечение срока ареста имущества данной организации является несостоятельной. Статья 115 УПК РФ необходимость продления срока ареста имущества обвиняемого не предусматривает.

Освобождение Вафина Н.М. от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности основанием для снятия ареста, наложенного на его имущество, а также на имущество принадлежащих ему организаций, не является, поскольку не лишает налоговые органы возможности обратиться к нему в установленном законом порядке с исковыми требованиями об взыскании налогов, от уплаты которых тот уклонился.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба адвоката Фартдинова А.Р. подлежит удовлетворению частично.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33, частью 8 статьи 302 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 23 января 2020 года в отношении Вафина Нурфиса Мнировича изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на протоколы допроса свидетеля А.И. от 06 апреля 2016 года и от 11 февраля 2017 года как на доказательства по делу.

Переквалифицировать действия Вафина Н.М. с пункта «б» части 2 статьи 199 УК РФ на часть 1 статьи 199 УК РФ в редакции Федерального закона № 73-ФЗ от 01 апреля 2020 года и назначить наказание в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

На основании пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ от назначенного наказания Вафина Н.М. освободить.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Фартдинова А.Р. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общею юрисдикции (г. Самара).

Председательствующий        

Судьи