Дело № 8Г-19342/2022 [88-19191/2022]

Кассационное определение

    ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                                   № 88-19191/2022

    О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Кемерово                                                                                8 ноября 2022 г.

    Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного

суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Лавник М.В.,

судей Кожевниковой Л.П., Гусева Д.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №38RS0036-01-2021-007113-38 (2-560/2022) по иску ФИО92 о защите чести и достоинства, возмещении морального вреда

по кассационной жалобе ФИО51 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 29 июня 2022 г.

               Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Кожевниковой Л.П., объяснения ФИО52 поддержавшей доводы своей кассационной жалобы, принимавшей участие в судебном заседании посредством видеоконференц -связи, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции,

установила:

ФИО53 обратился в суд с иском к ФИО54 о защите чести и достоинства, возмещении морального вреда.

В обоснование требований указала, что 29 сентября 2021г. в <данные изъяты> <данные изъяты>, в присутствии <данные изъяты> ФИО55, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и <данные изъяты> сообщила <данные изъяты> ФИО56, что у истца <данные изъяты>

Она обратилась с жалобой на <данные изъяты> произошла встреча, на которой присутствовали она, <данные изъяты>

ФИО57 подтвердил, что 29 сентября 2021 г. ФИО58 сообщила ему о том, что ФИО59 <данные изъяты>

Ее <данные изъяты> истца является личной тайной, сведения <данные изъяты>, она не желает, чтобы третьи лица распространяли об этом сведения.

Она, действительно, <данные изъяты>. Ответчик без согласия и без ее ведома распространяет соответствующие действительности сведения о том, что она имеет <данные изъяты>, унижает таким образом честь и достоинство истца.

Она считает, что высказывания ответчика, по поводу того, что <данные изъяты>, порочат честь и достоинство истца и не соответствуют действительности.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

По данному факту 30 сентября 2021 г. она обратилась с заявлением в полицию, ранее вынесенное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 7 октября 2021 г. отменено 26 октября 2021 г. прокуратурой <данные изъяты>

Действия ответчика вызвали у нее <данные изъяты>, она переживала по поводу беспочвенных обвинений ответчика, у нее появилось <данные изъяты>. Причиненный истцу моральный вред она оценивает в 500 000 руб.

Просила суд признать не соответствующими действительности, порочащими ее честь и достоинство сведения, распространенные 29 сентября 2021 г. в <данные изъяты> гражданкой ФИО60 что истец <данные изъяты>; запретить ответчику распространять сведения <данные изъяты>; взыскать с ответчика пользу истца в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 500 000 руб.

Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 21 марта 2022 г., с учетом определения об исправлении описки от 16 мая 2022 г., исковые требования ФИО61 удовлетворены частично. Суд признал не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство истца сведения, распространенные 29 сентября 2021 г. <данные изъяты> <данные изъяты> ФИО62. о том, что истец <данные изъяты>. Суд также запретил ФИО63 распространять сведения о <данные изъяты>, взыскав с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда - 40 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 29 июня 2022 г. решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 21 марта 2022 г. отменено, с принятием по делу нового решения, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, ФИО64 ставит вопрос об отмене апелляционного определения, просит оставить в силе решение суда первой инстанции.

В силу положений ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции рассмотрела дело в пределах доводов кассационной жалобы истца.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В материалы дела истцом представлена характеристика с места работы - <данные изъяты>., из которой следует, что <данные изъяты>.

Согласно характеристике <данные изъяты>.

Согласно характеристике с места жительства истец, <данные изъяты>

Из представленного суду протокола осмотра доказательств, проведенного нотариусом Иркутского нотариального округа Иркутской области от 13 января 2022г. за номером, зарегистрированным в реестре №, установлено, что воспроизведена запись с телефона: модель устройства: <данные изъяты>, модель: №, серийный номер: №, версия Android № от 30 сентября 2021г. в 13:11 часов продолжительностью 07 минут 8 секунд, размером 13.2 Мбайт, которая содержит разговор нескольких лиц следующего содержания:

    <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Истец и ее представитель суду пояснили, что представленная аудиозапись сделана истцом во время беседы в кабинете <данные изъяты> с участием истца, <данные изъяты> и родственника истца ФИО65. 30 сентября 2021г.

Также судом установлено, что истец обращалась с заявлением в полицию (заявление от 30 сентября 2021 г. КУСП №) о распространении ответчиком ложных сведений.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 7 октября 2021 г. следует, что 30 сентября 2021 г. в <данные изъяты> поступило заявление от гр. ФИО66, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с просьбой принять меры в отношении <данные изъяты>, которая распространяет ложные сведения о заявительнице в присутствии других людей.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Постановлением от 26 ноября 2021 г. в возбуждении уголовного дела было отказано ввиду отсутствия состава преступления в действиях ФИО69, так как в данном случае не усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 128.1 УК РФ - гр. ФИО70. не распространяла заведомо ложные сведения подрывающие деловую репутацию, порочащих честь и достоинство гр. ФИО71.

Кроме того, по ходатайству истца при рассмотрении дела в суде первой инстанции допрошены свидетели: <данные изъяты>, которые суду подтвердили обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, а, именно, о том, что ФИО72 лично слышал, как 29 сентября 2021 г., в <данные изъяты> ответчик ФИО73 сообщила другому <данные изъяты> ФИО74, что у истца есть <данные изъяты>, что она <данные изъяты>, <данные изъяты>. ФИО75. также подтвердили указанное, поскольку вышесказанное ФИО76 было известно со слов ФИО77 который жаловался им на распространение сведений в отношении <данные изъяты>.

Также установлено, что допрошенные свидетели ФИО78 дали пояснения, которые соответствуют представленным письменным доказательствам, при этом ФИО79. который является <данные изъяты> и которому ответчик, как следует из иска, и сообщила сведения об истце и <данные изъяты>, категорически отрицал данное обстоятельство, несмотря на указание на содержание аудиозаписи с его участием, в связи с чем суд критически оценил его показания, данные в судебном заседании.

Суд первой инстанции разрешая спор по существу и исходя из оценки представленных доказательств, показаний свидетелей в совокупности с иными представленными суду доказательствами, а также анализируя оспариваемые истцом сведения, распространенные ответчиком, их содержание и характер высказываний, учел, что ответчик ФИО80 не представила суду в соответствии со ст. ст. 12, 56, 57 ГПК РФ доказательств, подтверждающих ее соответствие действительности ее высказываний, оценил их как высказывания, безусловно, умаляющие честь и достоинство истца, поскольку <данные изъяты>, а высказывания о том, что истец <данные изъяты>, не подтверждено материалами дела. Суд первой инстанции пришел к выводу о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство истца сведений, распространенных 29 сентября 2021 г. в <данные изъяты> г ФИО81. о том, что истец <данные изъяты>, запретив ФИО82. распространять сведения о <данные изъяты>.

Кроме того, установив, что сведения, сообщенные ответчиком в части <данные изъяты>, суд первой инстанции с учетом материального положения ответчика пришел к выводу о частичном удовлетворении требования истца о компенсации морального вреда, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции и их правовыми обоснованиями, указав, что суд первой инстанции не учел всех юридически значимых обстоятельств и неверно применил нормы материального права, подлежащие применению по данному спору.

Как видно из анализа протокола осмотра доказательств, проведенного нотариусом Иркутского нотариального округа Иркутской области от 13 января 2022 г. за номером, зарегистрированным в реестре №, в нем воспроизведена запись с телефона: модель устройства: №, модель: №, серийный номер: №, версия Android № от 30.09.2021 в 13:11 часов продолжительностью 7 минут 8 секунд, размером 13.2 Мбайт, которая содержит разговор нескольких лиц.

По мнению суда апелляционной инстанции, упомянутая аудиозапись и показания допрошенных свидетелей не являются относимыми и допустимыми доказательствами, подтверждающими факт распространения ответчиком сведений о <данные изъяты> истца и порочащий характер иных сведений.

Суд апелляционной инстанции отметил, что исковые требования основаны на оценочных суждениях, убеждениях ответчика ФИО83. типа <данные изъяты>», которые являются ее субъективным мнением, и на основе оценки материалов аудиозаписи не могут быть до конца проверены судом на предмет соответствия их действительности, так как представленная аудиозапись содержит разговор неразборчивого содержания, получена в одностороннем порядке стороной истца, без оповещения о том ответчика и иных лиц.

Кроме того, заявленное истцом требование, по мнению суда апелляционной инстанции, не содержит какого-либо толкования непосредственно о незаконном распространении ответчиком сведений о <данные изъяты> ФИО84. Доказательств того, что ответчик имеет какое-либо отношение к <данные изъяты> истца, либо иной источник распространения информации о <данные изъяты> истца, из которого ответчик ФИО85, узнала о <данные изъяты> истца, не представлено, в то время как ответственность за распространение информации о <данные изъяты> ФИО86 может нести лишь то лицо, которому стала известна информация о <данные изъяты> и которое незаконно ее распространило.

Кроме того, по делу не были установлены обстоятельства, при которых, якобы, получило распространение информации о <данные изъяты> истца, не установлены лица, которые присутствовали при разговоре ответчика с <данные изъяты> 29 сентября 2021 г., то есть не установлен факт распространения, учитывая, что ФИО87., кому, по мнению истца, были сообщены указанные сведения, отрицал, что такие сведения ему сообщались, распространение сведений, указанных в иске, отрицала и ответчик ФИО93.

Представленные в судебное заседание суда апелляционной инстанции <данные изъяты> по мнению суда апелляционной инстанции, не указывают на наличие какой-либо причинно-следственной связи между действиями ответчика и <данные изъяты> <данные изъяты> истца, в интересах которого истцом не было заявлено каких-либо исковых требований.

По мнению, суда апелляционной инстанции, суждения ответчика ФИО89., указанные истцом, представляют собой оценочные суждения, то есть ее субъективное мнение, доказательств того, что именно ответчик ФИО90. распространила сведения среди <данные изъяты> о <данные изъяты>, как и источник ее осведомленности об этом, материалы дела не содержат, в связи с чем решение суда первой инстанции отменено с принятием по делу нового решения об отказе истцу в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда обшей юрисдикции считает, что судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела нормы материального права применены правильно.

Согласно ч. 3 ст. 17, ч. 1 ст. 21, ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц; достоинство личности охраняется государством; ничто не может быть основанием для его умаления; каждый имеет право на защиту чести и доброго имени.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Наряду с этим вправе также требовать компенсации морального вреда.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать, в частности, изложение таких сведений в публичных выступлениях или сообщение в той или иной, в том числе, устной форме хотя бы одному лицу (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»).

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Для удовлетворения иска о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо наличие одновременно трех условий (оснований): факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом.

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (п. 9 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3).

Как правильно указано судом апелляционной инстанции, факт распространения порочащих сведений в силу указанных норм права обязан доказать истец.

На основании ст. 55 (ч. 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Таким образом, аудиозаписи отнесены Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации к средствам доказывания.

Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Установив, что доказательств распространения ответчиком порочащих сведений в отношении истца, при изложенных в тексте иска обстоятельствах, не представлено, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении иска.

Следует отметить, что в силу положений ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 кодекса.

В апелляционном определении указываются обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии постановления, мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства и не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле; выводы суда по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления (ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что, по смыслу ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Доводы кассатора о том, что ответчиком были распространены порочащие истца сведения, о неправильной оценке судом апелляционной инстанции представленных доказательств, не могут повлечь отмену апелляционного определения, так как в силу ст.ст. 67, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценка доказательств и установление обстоятельств по делу относится к исключительной компетенции судов первой и апелляционной инстанции.

Вопреки доводам кассационной жалобы, материальный закон при рассмотрении настоящего дела применен судом апелляционной инстанции верно, указаний на нарушения норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием к отмене судебного акта в обжалуемой части, кассационная жалоба не содержит. Правом давать иную оценку собранным по делу доказательствам, а также обстоятельствам, на которые заявитель ссылается в своей кассационной жалобе в обоснование позиции, суд кассационной инстанции не наделен в силу императивного запрета, содержащегося в ч. 3 ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу о том, что оснований для отмены апелляционного определения по доводам кассационной жалобы не имеется

Руководствуясь ст.ст. 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции,

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 29 июня 2022 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО91 – без удовлетворения.

Председательствующий