Дело № 7У-9941/2022 [77-4522/2022]

Акты

№ 77-4522/2022

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск                                  11 октября 2022 года

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в составе председательствующего судьи Чипизубовой О.А.

при секретаре Кариповой Р.Б.,

с участием прокурора Маньковой Я.С.,

адвоката Березовского С.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Свердловской области Юровских А.В. о пересмотре апелляционного постановления Свердловского областного суда от 25 мая 2022 года, которым отменено постановление Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 25 марта 2022 года о прекращении уголовного дела по обвинению

ЖИГУНОВА Сергея Викторовича, родившегося <данные изъяты>, несудимого,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с примирением сторон. По делу вынесено новое решение о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в соответствии со ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ - в связи с примирением сторон. Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления прокурора Маньковой Я.С., поддержавшей доводы кассационного представления, адвоката Березовского С.В., просившего апелляционное постановление оставить без изменения, суд кассационной инстанции

у с т а н о в и л:

в кассационном представлении заместитель прокурора Свердловской области Юровских А.В. не соглашается с решением суда апелляционной инстанции и ставит вопрос об его отмене. В обоснование указывает, что суд не учел в полной мере характер и степень общественной опасности совершенного преступления, согласно которым Жигунов С.В., грубо нарушая нормы общественной безопасности, имея все условия для предотвращения дорожно-транспортного происшествия и наступивших последствий, самонадеянно пренебрегая правилами дорожного движения, перед поворотом налево заблаговременно не занял крайнее левое положение на проезжей части, выехал на перекресток, не убедившись должным образом в безопасности маневра, отсутствии приближающихся и имеющих преимущество в движении транспортных средств, допустил столкновение с мотоциклом под управлением <данные изъяты> <данные изъяты> который в результате скончался. Изложенное свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного и является невосполнимой утратой, при которой заглаживание вреда в полном объеме невозможно.

В судебном заседании <данные изъяты> пояснила, что понесенная ею утрата в виде смерти близкого человека невосполнима. Свою позицию о согласии с прекращением уголовного дела мотивировала тем, что с Жигуновым С.В. примирилась, он ей принес извинения, которые ею приняты, возместил моральный вред. В постановлении сведений о том, что Жигунов С.В. предпринял какие-либо действия, которые можно было расценить как заглаживание вреда, причиненного преступлением, либо способствование восстановлению нарушенных в результате его действий законных интересов общества и государства в сфере безопасности движения, не имеется. Компенсация морального вреда является характерной для лица, совершившего преступление по неосторожности, адекватной реакцией человека, осознавшего последствия своих действий, и направлено лишь на желание смягчить наказание. Иных обстоятельств, существенно снижающих степень общественной опасности преступления, не имеется. Отсутствие претензий потерпевшей, передача Жигуновым С.В. денежных средств <данные изъяты> в счет возмещения морального вреда, внесение благотворительного взноса в «Русфонд» в размере 10 000 рублей не свидетельствуют о факте снижения уровня общественной опасности инкриминируемого деяния и о заглаживании вреда, причиненного преступлением, в такой степени, которая позволяет считать, что исправление и восстановление социальной справедливости могут быть достигнуты без уголовной ответственности и отбывания наказания за данное преступление.

Кроме того, потерпевшим по уголовному делу признана только супруга погибшего. При этом из материалов дела видно, что никаких претензий к Жигунову С.В. она, совершеннолетние дочери погибшего <данные изъяты>., <данные изъяты> и несовершеннолетний сын <данные изъяты> не имеют, против прекращения дела не возражают. Однако добровольность волеизъявления близких родственников не проверена. Из пояснений потерпевшей в суде установлено, что «дети не очень были согласны с ней». Фактически решение принято из интересов только супруги потерпевшего. Процессуальным статусом потерпевших дочери и несовершеннолетний сын не наделены. Допрос их в качестве свидетелей также не осуществлялся. Добровольность волеизъявления потерпевшей вызывает сомнение, поскольку ходатайство о примирении сторон ею поддержано в связи с нуждаемостью в денежных средствах для обучения сына.

Кроме того, судом должным образом не приняты во внимание сведения о личности обвиняемого, который в 2021 году 11 раз в течение трех месяцев привлекался к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ст. 12.9 КоАП РФ.

Допущенные судом нарушения уголовно-процессуального и уголовного законов являются существенными, повлияли на исход дела, исказили суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с чем просит апелляционное постановление от 25 мая 2022 года в отношении Жигунова С.В. отменить, уголовное дело направить на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

От адвоката Березовского С.В. в интересах Жигунова С.В. поступили возражения, в которых он указывает на несостоятельность доводов кассационного представления, просит оставить его без удовлетворения, а - апелляционное постановление Свердловского областного суда от 25 мая 2022 года - без изменения.

Изучив уголовное дело, выслушав стороны, проверив доводы кассационного представления, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 401.6 УПК РФ пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, и только если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, либо если были выявлены данные, свидетельствующие о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

Таких нарушений закона по доводам кассационного представления не установлено.

Согласно требованиям ст. 25 УПК РФ, суд вправе по заявлению потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой либо средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ.

В соответствии с положениями ст. 76 УК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой либо средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

При этом никакого правового запрета на прекращение уголовного дела по такому основанию за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, не имеется.

Напротив, в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21 июня 2011 года № 860-О-О, указание в ст. 25 УПК РФ на право, а не обязанность прекратить уголовное дело не означает произвольное разрешение данного вопроса уполномоченным органом или должностным лицом, которые, рассматривая заявление о прекращении уголовного дела, не просто констатируют наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимают соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств, включая вид уголовного преследования, особенности объекта преступного посягательства, наличие выраженного свободно, а не по принуждению волеизъявления потерпевшего, чье право, охраняемое уголовным законом, нарушено в результате преступления, изменение степени общественной опасности деяния после заглаживания вреда, личность обвиняемого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Не придается иной смысл приведенным нормам и в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», а также в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности».

По смыслу закона, при рассмотрении вопроса о применении положений ст. 76 УК РФ к лицам, совершившим преступление, последствием которого явилась смерть пострадавшего, судам следует учитывать положения ч. 8 ст. 42 УПК РФ о переходе прав потерпевшего в таких случаях к одному из близких родственников погибшего, а также иметь ввиду, что примирение лица, совершившего преступление, с такими потерпевшими может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности (п. 12 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 19).

Указанное определяет обязанность суда в каждом случае при решении вопроса о применении или не применении положений ст. 76 УК РФ обеспечивать реализацию принципов справедливости, гуманизма, индивидуализации ответственности и недопустимости применения чрезмерных мер уголовной репрессии.

Эти и другие требования УК РФ и УПК РФ, вопреки доводам представления прокурора, судом соблюдены, апелляционное постановление о прекращении уголовного дела в отношении Жигунова С.В. вынесено с учетом характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения и данных о личности подсудимого.

Так, из материалов уголовного дела видно, что Жигунов С.В. вину по предъявленному обвинению в совершении преступления, относящегося к категории средней тяжести, признал полостью.

При этом потерпевшей по данному уголовному делу признана только супруга погибшего – <данные изъяты> Никакие иные лица в ходе производства по уголовному делу потерпевшими не признавались и такого желания не изъявляли.

В ходе судебного разбирательства сама потерпевшая обратилась к суду с ходатайством о прекращении уголовного дела в отношении Жигунова С.В. в связи с примирением (т. 2 л.д. 50), заявив о том, что он полностью возместил причиненный ущерб, выплатив 1 500 000 рублей и принеся свои извинения. Также <данные изъяты> сообщила, что такое решение согласовано с ее детьми, принято на семейном совете. Не доверять этим утверждениям потерпевшей у суда не имелось, они подтверждаются имеющимся в уголовном деле письменным соглашением о полном возмещении морального вреда и материального ущерба Жигуновым С.В., подписанным помимо <данные изъяты>

Из уголовного дела следует, что сумма, которую Жигунов С.В. передал в целях заглаживания причинённого вреда, определена самой потерпевшей.

Аргументы прокурора о том, что этого недостаточно, являются несостоятельными, поскольку противоречат мнению <данные изъяты> и ее представителя, а также разъяснениям ст. 76 УК РФ, данным в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 (ред. от 29.11.2016 года) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которым способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

При этом из протокола судебного заседания и его аудиозаписи следует, что ходатайство о прекращении уголовного дела потерпевшей заявлено добровольно, без какого-либо понуждения со стороны Жигунова С.В. или иных лиц. Сама по себе реплика <данные изъяты> о необходимости получения ребенком образования не может свидетельствовать о том, что ее решение примириться с Жигуновым С.В. не являлось добровольным.

С учетом изложенного у суда кассационной инстанции также не имеется оснований полагать, что потерпевшая, заявляя ходатайство о прекращении уголовного преследования и о примирении с Жигуновым С.В., в действительности не желала этого либо была введена в заблуждение, либо на нее было оказано давление.

Помимо этого из материалов уголовного дела видно, что Жигунов С.В., <данные изъяты> года рождения, никогда ранее уголовному преследованию не подвергался, преступлений не совершал, имеет высшее образование и ученую степень - кандидат технических наук, ребенка 2009 года рождения, женат, длительное время работает главным зоотехником, исключительно положительно характеризуется, на учетах у врачей нарколога или психиатра не состоял и не состоит. В целях уменьшения степени общественной опасности содеянного он также добровольно перечислил благотворительное пожертвование в Русфонд для помощи жертве иного ДТП.

Что касается доводов о привлечении Жигунова С.В. к административной ответственности по ст. 12.9 КоАП РФ в 2021 году, то инкриминируемое ему деяние не связано с превышением скорости. Более того, в материалах дела не имеется сведений о том, что в иной период времени он совершал административные правонарушения, аналогичные тем, которые привели к ДТП по рассматриваемому уголовному делу.

Изложенные выше обстоятельства в совокупности с предпринятыми Жигуновым С.В. действиями, направленными на заглаживание вреда, фактическими обстоятельствами произошедшего, свидетельствуют о существенном уменьшении степени общественной опасности содеянного.

Учтя все обстоятельства, имеющие правовое значение, и обоснованно установив наличие достаточных оснований для удовлетворения ходатайства потерпевшей, суд второй инстанции принял верное, законное и обоснованное решение о прекращении уголовного дела в отношении Жигунова С.В. в соответствии со ст. 76 УК РФ, соблюдая принципы справедливости, гуманизма и индивидуализации ответственности.

Вопреки доводам представления, искажения сути правосудия и смысла судебного решения как акта правосудия не допущено.

Запретов для прекращения уголовного дела по иным мотивам и основаниям, указанным в кассационном представлении, УК РФ и УПК РФ не содержат.

При таких обстоятельствах правовых оснований для отмены апелляционного постановления суд кассационной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, суд кассационной инстанции

п о с т а н о в и л:

кассационное представление заместителя прокурора Свердловской области Юровских А.В. о пересмотре апелляционного постановления Свердловского областного суда от 25 мая 2022 года в отношении ЖИГУНОВА Сергея Викторовича оставить без удовлетворения.

Кассационное постановление Седьмого кассационного суда общей юрисдикции может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий