Дело № 33-10265/2022

Акты

Дело № 33-10265/2022

Судья Абрамова Л.Л.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 17 октября 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казанцевой Е.С.,

судей Бабиновой Н.А., Мухтаровой И.А.,

при секретаре Рожковой Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми гражданское дело № 2-242/2022 по иску Еславской Зои Петровны к ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 2 имени Федора Христофоровича Граля» о возмещении материального и морального вреда,

по апелляционной жалобе Еславской Зои Петровны на решение Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022.

Заслушав доклад судьи Мухтаровой И.А., изучив материалы дела, выслушав пояснения истца Еславской З.П., представителя ответчика Степанцева А.А., заключение прокурора Красильниковой Л.И., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Еславская З.П. обратилась в суд с иском (уточненным исковым заявлением в порядке ст. 39 ГПК РФ) о взыскании с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 2 имени Федора Христофоровича Граля» расходов на лечение в размере 7394,53 руб., компенсации морального вреда в размере 1 000000 (один миллион) руб., взыскании расходов по оплате экспертизы в размере 35743,06 руб., штрафа в соответствии с Законом о защите прав потребителей в размере 50% от взысканной суммы. Исковые требования мотивирует тем, что 03.12.2020 в офтальмологическом отделении ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля, после сдачи требуемых анализов по направлению окулиста по месту жительства ей была сделана операция по замене хрусталика в правом глазу, страдающему катарактой. По незнанию после операции принимала регулярно назначенное лечение в течение 30 дней, тогда как улучшение зрения должно наступать в день операции либо на следующий. При появлении большого черного пятна и болей в нем, обратилась в офтальмологическое отделение по месту проведения операции для выяснения причины отсутствия зрения в оперированном глазу. Однако, в приемном отделении ей в грубой форме было отказано в консультации зав. отделением. После безуспешного лечения, окулист по месту жительства 12.02.2021 направил ее в клинику ТРИ-З на компьютерную томографию роговицы правого глаза. 22.03.2021 клиникой ТРИ-З проведена диагностика глаза и КТ. 25.03.2021 проведена консультация лазерного хирурга. В результате обследования зрение оперированного правого глаза отсутствует. В левом глазу так же имеется катаракта, лечение у окулиста по месту жительства эффекта на улучшение зрения нет. Стоит вопрос о целесообразности операции по замене хрусталика в левом глазу, отчего она приходит в ужас. Претензия о возмещении материального и морального вреда главным врачом ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля оставлена без удовлетворения. Заявление в отделение полиции Дзержинского района г. Перми о возбуждении уголовного дела о привлечении к уголовной ответственности виновного лица по статье 118 УК РФ о причинении тяжкого вреда здоровью по неосторожности в связи с преступной небрежностью, принято 31.03.2021, следствие не закончено.

Решением Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит оспариваемое решение суда отменить, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Выражая несогласие с решением суда, обращает внимание на то, что она не давала согласие на привлечение к участию в производстве судебно–медицинской экспертизы, назначенной определением суда от 28.12.2021, врача офтальмолога К. Указывает на то, что при проведении экспертизы не анализировалась выписка из истории болезни от 10.09.2021 офтальмологического отделения ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № 140 г. Перми, что привело к неправильным, неточным выводам экспертов. Ответчик трижды имел реальную возможность улучшить зрение правого глаза. По мнению эксперта, при осмотре правого глаза врачом Садиковым перед операцией установлен мутный хрусталик, ВМД диагностировано по косвенным признакам, поскольку ввиду помутнения хрусталика проведение полноценной офтальмоскопии с описанием макулярной области, а также использование иных объективных методов, позволяющих оценить состояние макулярной области, стадию патологического процесса, спрогнозировать степень повышения зрительных функций в послеоперационном периоде было невозможно. В связи с чем, полагает, что врач после осмотра правого глаза перед операцией должен был не молчать, а объяснить истцу всю суть катаракты, не рисковать ее зрением, не экспериментировать, а действовать по принципу «не навреди» и решительно отказаться от операции. Неулучшение зрительных функций после операции должно было насторожить врача о серьезной патологии правого глаза, он обязан был не выписывать домой, а провести всестороннее обследование глаза, в том числе компьютерную томографию глаза и при обнаружении начала отслойки сетчатки назначить ее восстановление лазером, возможно в другой клинике, в которой проводят такие процедуры. При появлений у истца явных признаков отслойки сетчатки, ответчик необоснованно отказал в консультации опытного специалиста офтальмологического отделения, ссылаясь на отсутствие патологии. В связи с вышеизложенным истец была вынуждена обратиться к ответчику с претензией о возмещении материального и морального вреда в связи с причинением тяжкого вреда здоровью, так как правый глаз ослеп. Невозможность восстановления зрения правого глаза вызвала у истца сильнейший стресс и депрессию. 31.03.2021 истец обратилась с заявлением в полицию о привлечении виновного лица к уголовной, либо административной ответственности. Однако следствие шло на поводу у ответчика, расследование не проводилось более года – до 26.07.2022, экспертиза не проводилась. Ежемесячно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, тут же отказ отменялся. Исковое заявление рассматривалось судом более года. У офтальмологов по месту жительства нет нужной аппаратуры для установления сложных изменений в глазах, поэтому они поле осмотра пишут, что в сетчатке изменений нет. Суд обязал внести на депозитный счет Управления Судебного департамента в Пермском крае денежные средства для проведения экспертизы в сумме 34702 руб., по ордеру от 24.02.2022 ею (истцом) было внесено 35743,06 руб., однако стоимость экспертизы составила 25252 руб., при отказе в удовлетворении заявленных требований суд не возвратил излишне уплаченную разницу.

В возражениях на апелляционную жалобу Прокуратура Дзержинского района г. Перми просит оставить оспариваемое решение без изменения.

В суде апелляционной инстанции Еславская З.П. доводы жалобы поддержала.

Представитель ответчика Степанцев А.А. просил оставить оспариваемое решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Третье лицо Садиков Ю.А. о времени и месте слушания дела надлежаще извещен, о причинах неявки суду не сообщил.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, следует из материалов дела, Еславская З.П. находилась на стационарном лечении в офтальмологическом отделении ГБУЗ ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля с 02.12.2020 по 04.12.2020 с диагнозом: незрелая катаракта обоих глаз. 03.12.2020 – УЗФЭ с имплантацией ИОЛ +21,0 ОД справа (хир. Садиков Ю.А.), в послеоперационном периоде – без осложнений. Рекомендовано: наблюдение окулиста по месту жительства с 07.12.2020; лечение: в правый глаз – броксинак 0, 1 % 2 р.д. – 1 месяц, сигницеф 0, 5 % 4 р.д, дексаметазон 0, 1 % 4 р. (л.д. 11 т. 1).

Посчитав, что медицинская помощь оказана некачественно, истец обратилась к ответчику с претензией (л.д. 6-8 т. 1).

Согласно ответу главного врача ГБУЗ ПК «ГКБ № 3 им. Ф.Х. Граля» Грязнова В.Н. дефектов или недостатков при оказании медицинских услуг Еславской З.П. не выявлено (л.д. 9 т. 1).

12.07.2022 следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Дзержинского района СУ Управления МВД России по г. Перми младшим лейтенантом юстиции Рожковой В.Н. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению Еславской З.П. о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ по факту причинения вреда здоровью Еславской З.П. за отсутствием события преступления (л.д. 4 т. 2).

Согласно акту проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерства здравоохранения Пермского края № 299 от 07.07.2021, медицинская помощь Еславской З.П., /дата рождения/, в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» с 02.12.2020 по 04.12.2020, амбулаторное наблюдение 13.02.2021, оказана с нарушениями «Критериев оценки качества медицинской помощи», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н: амбулаторное наблюдение 13.02.2021 – пункта 2.1., пп. а, ж – в части ведения медицинской документации и установление клинического диагноза: в медицинской карте амбулаторного больного № 1819 данные обследования левого глаза не отражают причины сниженных зрительных функций на левом глазу. В диагнозе указана патология только правого глаза; стационарное лечение с 02.12.2020 по 04.12.2020: пункта 2.2, пп. г, д – в части формирования плана обследования и лечения: отсутствует план обследования и лечения; пункта 2.2, пп. з – в части установления клинического диагноза: не указан код МКБ 10 в клиническом диагнозе; клинический диагноз не отражает причину возникновения основного заболевания и локализацию помутнения в веществе хрусталика (невыполнение п. 1.4, 1.5 Клинических рекомендаций «Катаракта возрастная» ID:КР284, «Ассоциация врачей офтальмологов», 2015 год) (л.д. 85-87 т. 1).

Как следует из протокола ВК-ЛКК по хирургии ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» № 5 от 12.04.2021 по рассмотрению обращения Еславской З.П. на имя главного врача ГБУЗ «ГКБ № 2 им. Ф.Х.Граля» о компенсации материального и возмещении морального вреда: оперативное лечение по поводу катаракты на правом глазу Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ГКБ № 2 проведено по медицинским показаниям, все лечебно – диагностические мероприятия выполнены в полном объеме. Цель госпитализации – оперативное лечение катаракты правого глаза, замена помутневшего хрусталика на искусственный, как единственно действенный способ лечения катаракты, на момент выписки из стационара, цель была достигнута. Нарушений со стороны врачей офтальмологического отделения не выявлено (л.д. 119-125 т. 1).

Согласно протоколу ВК – лечебно-контрольной комиссии № 7 (2021) по хирургическому профилю ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х.Граля» 10.06.2021 в связи с заявлением Еславской З.П. в Министерство здравоохранения Пермского края о проведении ведомственной проверки по оказанию помощи: оперативное лечение по поводу катаракты на правом глазу Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ПК № 2 проведено по медицинским показаниям, все лечебно-диагностические мероприятия выполнены в полном объеме. Цель госпитализации – оперативное лечение катаракты правового глаза, замена помутневшего хрусталика на искусственный, как единственно действенный способ лечения катаракты, на момент выписки из стационара, была достигнута. При оценке случаев оказания медицинской помощи пациентке Еславской З.П.: случай стационарного лечения в отделении офтальмологии ГБУЗ «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля», период стационарного лечения с 02.12.2020 по 04.12.2020, медицинская карта стационарного больного № 2845 и отказ от госпитализации 13.02.2021, медицинская карта амбулаторного больного № 1819 нарушений порядка (приказ МЗ РФ от 12.11.2012 № 902Н), стандарта (№ 349 от 21.05.2007), клинических рекомендаций («Катаракта старческая» 2020, ID:КР284/1, МЗРФ) и приказа 203 н, пункт 3.7.3 не выявлено. Выявлены нарушения ведения медицинской документации, не повлиявшие на исход заболевания (приказ 203н – п 2.2 п.п. «а», п. 2.2 п.п. «з»). Заведующему отделением Собянину Н.А. усилить контроль за ведением врачами офтальмологического отделения медицинской карты стационарного больного в части оформления согласно пунктам приказа № 203н. (л.д. 114-118 т. 1).

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 28.12.2021 по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, ее проведение поручено ГБУЗ ПК «Пермское краевое бюро СМЭ» (л.д. 136-137 т. 1).

Заключением экспертов № 20 (комплексная судебно-медицинская экспертиза от 15.06.2022 ГКУЗОТ «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы») установлено, что сведения представленной медицинской документации свидетельствуют о том, что у пациентки Еславской З.П. при ее поступлении в офтальмологическое отделение ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» 02.12.2020 были диагностированы катаракта и возрастная макулярная дегенерация (далее – ВМД) обоих глаз. Данные заболевания являются разными по своему патогенезу, поражают разные отделы глаз и не связаны между собой. Катаракта у Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» была установлена на основании помутнения хрусталика («хрусталик неоднократно мутный»). ВМД диагностирована по косвенным признакам, поскольку ввиду помутнения хрусталика правого глаза проведение полноценной офтальмоскопии с описанием макулярной области, а также использование иных объективных методов, позволяющих оценить состояние макулярной области, стадию патологического процесса, а также спрогнозировать степень повышения зрительных функций в послеоперационном периоде, было невозможно. 03.12.2020 Еславской З.П. проведена операция ультразвуковой факоэмульсификации с имплантацией интраокулярной линзы (УЗ ФЭ + ИОЛ). Однако восстановить зрительные функции правого глаза при операции не удалось, ввиду дегенеративного поражения сетчатки – ВМД на правом глазу. Проведение операции УЗ ФЭ + ИОЛ не может вызвать развитие ВМД, а также не может усугубить ее течение, так как при операции области сетчатки глаза остается интактной. Поэтому повреждение сетчатки при операции по замене хрусталика исключатся. Таким образом, у Еславской З.П. имелось два офтальмологических заболевания – ВМД и катаракта. Достоверно определить степень снижения зрительных функций правого глаза изолированно от каждого из имевшихся заболеваний не представлялось возможным. В такой клинической ситуации выполнение операции УЗ ФЭ + ИОЛ являлось попыткой улучшить остроту зрения правого глаза, однако ее проведение не привело к повышению зрительных функций, ввиду наличия ВМД на правом глазу. Объективно оценить степень выраженности ВМД удалось лишь после проведения операции на правом глазу. Диагностические и лечебные мероприятия сотрудниками ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» в отношении Еславской З.П. проводились своевременно и в полном объеме. Дефектов в оказании медицинской помощи в этой медицинской организации не выявлено. Имеются дефекты ведения медицинской документации при оформлении медицинских карт в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» на стационарном этапе (при поступлении в стационар 02.12.2020 не сформулирован план обследования и лечения) и на амбулаторном этапе (по результатам осмотра 13.02.2021 в диагнозе не отображено состояние левого глаза). Эти дефекты оформления медицинской документации никаким образом не могли повлиять на результаты лечения Еславской З.П. Причинно-следственной связи между операцией УЗ ФЭ + ИОЛ на правом глазу, проведенной Еславской З.П. 03.12.2020 в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» и низкими зрительными функциями правого глаза нет (л.д. 181-188 т. 1).

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 2, 4, ч. 2 ст. 64, ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 1064, 1068, 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам, вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 07.02.1992, пришел к выводу об отсутствии у истца права на взыскание с ответчика компенсации материального ущерба и морального вреда, штрафа.

Судебная коллегия с данными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на законе и совокупности установленных по делу обстоятельств.

Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об охране здоровья)

Согласно п. 1 ст. 2 Закона об охране здоровья, здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Закона об охране здоровья).

Статьей 4 Закона об охране здоровья, предусмотрены основные принципы охраны здоровья, среди которых: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В соответствии с п.п. 3, 9 ст. 2 Закона об охране здоровья, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Закона об охране здоровья).

В силу п. 21 ст. 2 Закона об охране здоровья, качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Закона об охране здоровья).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 ст. 98 Закона об охране здоровья).

Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи.

Согласно пп. «в», «г», «д», «е», «ж», «и», «м» п. 2.1. критериями качества в амбулаторных условиях является, в том числе установление предварительного диагноза лечащим врачом в ходе первичного приема пациента; формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; формирование плана лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента; назначение лекарственных препаратов для медицинского применения с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний; установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных, инструментальных и иных методов исследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи (далее - клинические рекомендации): оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте; установление клинического диагноза в течение 10 дней с момента обращения; проведение при затруднении установления клинического диагноза консилиума врачей с внесением соответствующей записи в амбулаторную карту с подписью заведующего амбулаторно-поликлиническим отделением медицинской организации; проведение коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов проводимого лечения на основе стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций; осуществление диспансерного наблюдения в установленном порядке с соблюдением периодичности обследования и длительности диспансерного наблюдения.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием для обращения Еславской З.П. в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило ненадлежащее оказание ей медицинской помощи.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В силу требований ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу, медицинская помощь которой, как указывает истец, была оказана ненадлежащим образом.

Довод апелляционной жалобы о том, что офтальмолог К. назначен судом в качестве эксперта для производства судебно-медицинской экспертизы без согласия истца и без ее участия в судебном заседании судебной коллегией отклоняется ввиду несостоятельности.

О дате и времени судебного заседания, в котором решался вопрос о привлечении к производству судебно-медицинской экспертизы в качестве врача-офтальмолога К., истец была надлежаще извещена (л.д. 145 т. 1). Явка истца в судебное заседание от 05.04.2022 не признана судом обязательной, судебное заседание проведено в соответствие в нормами гражданского процессуального законодательства.

Более того, согласно заключению экспертов № 20 от 15.06.2022, 25.05.2022 проведено судебно-медицинское обследование Еславской З.П.: истец лично осмотрена экспертом К., несогласия с включением указанного эксперта в состав комиссии не высказывала, отвод ему не заявляла (л.д. 186-оборот т. 1).

Также необходимо отметить, что эксперт К. обладает соответствующим медицинским образованием, допущен к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности «офтальмология», имеет ученую степень кандидата медицинских наук (л.д. 193-194 т. 1).

Таким образом, у судебной коллегии отсутствуют основания полагать, что привлечение к проведению судебно-медицинской экспертизы в качестве эксперта К. каким-либо образом нарушило права истца.

Судебная коллегия отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что при проведении судебно-медицинской экспертизой экспертами не была проанализирована выписка ИБ № 9741 от 10.09.2021 офтальмологического отделения ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № 140, поскольку указанная выписка приобщена истцом к материалам дела в судебном заседании от 20.07.2022 (л.д. 210 т. 1), в связи с чем, при проведении судебно-медицинской экспертизы данная выписка в материалах дела отсутствовала.

Кроме того, проведение хирургического вмешательства в левый глаз истца не является предметом настоящего иска, предметом спора является некачественное оказание медицинской помощи истцу при проведении операции на правом глазу.

Доводы апелляционной жалобы о том, что врачом-офтальмологом Садиковым Ю.А. перед проведением операции по замене хрусталика в правом глазу не было сообщено истцу о возможных осложнениях после операции; о том, что при отсутствии улучшений врачу следовало провести дополнительные обследования истца, назначить восстановление сетчатки лазером; о том, что ответчик необоснованно отказал в консультации офтальмолога, ссылаясь на отсутствие патологии, не назначил КТ правового глаза, его лечение, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не нашли подтверждения в материалах дела.

Согласно заключению экспертов № 20 от 15.06.2022 по результатам проведенной комплексной судебно-медицинской экспертизы диагностические и лечебные мероприятия сотрудниками ответчика в отношении Еславской З.П. проводились своевременно и в полном объеме, дефектов в оказании медицинской помощи в этой медицинской организации не выявлено. Имеющиеся дефекты ведения медицинской документации при оформлении медицинских карт в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» на стационарном этапе и амбулаторном этапе никаким образом не могли повлиять на результаты лечения Еславской З.П. Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имелось, в том числе, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, причинно-следственной связи между операцией УЗ ФЭ + ИОЛ на правом глазу, проведенной Еславской З.П. 03.12.2020 в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля», и низкими зрительными функциями правого глаза не имеется.

Указанные в апелляционной жалобе доводы истца о том, что судом необоснованно удержаны денежные средства в сумме 10491,06 руб. при оплате стоимости судебно-медицинской экспертизы судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны на ошибочном толковании норм права.

Согласно ходатайству эксперта № 20/11/ от 07.02.2022 стоимость судебно-медицинской экспертизы составила 34702 руб. (л.д. 151 т. 1).

Стоимость судебно-медицинской экспертизы состоит из стоимости экспертизы, определенной экспертным учреждением в сумме 25252 руб. (л.д. 189 т. 1) и вознаграждения привлеченному эксперту К. в размере 9450 руб. (л.д. 190 т. 1).

Таким образом, стоимость судебно-медицинской экспертизы, проведенной по настоящему гражданскому делу, составляет 34 702 руб.

Истцом оплачены расходы по проведению указанной экспертизы в полном объеме, что подтверждается чеком-ордером от 24.02.2022 на сумму 35743,06 руб. (34702 руб. – стоимость экспертизы, 1041,06 руб. – комиссия банка за перечисление денежных средств) (л.д. 200 т. 1).

Из изложенного следует, что необоснованно удерживаемых денежных средств истца на депозите Управления Судебного департамента в Пермском крае не имеется.

Таким образом, суждения, приведенные в апелляционной жалобе, лишены бесспорных правовых аргументов, не опровергают установленные по делу обстоятельства, не могут повлиять на правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, либо служить основаниями для отмены законного и обоснованного решения суда, который при известных позициях сторон дал им объективную оценку с приведением убедительных мотивов в постановленном по делу решении.

Правовых оснований, влекущих в пределах действия ст. 330 ГПК РФ отмену постановленного по делу решения, судебной коллегией при рассмотрении жалобы не установлено, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу Еславской Зои Петровны - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подпись

Копия верна: судья И.А. Мухтарова

Дело № 33-10265/2022

Судья Абрамова Л.Л.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 17 октября 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казанцевой Е.С.,

судей Бабиновой Н.А., Мухтаровой И.А.,

при секретаре Рожковой Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми гражданское дело № 2-242/2022 по иску Еславской Зои Петровны к ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 2 имени Федора Христофоровича Граля» о возмещении материального и морального вреда,

по апелляционной жалобе Еславской Зои Петровны на решение Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022.

Заслушав доклад судьи Мухтаровой И.А., изучив материалы дела, выслушав пояснения истца Еславской З.П., представителя ответчика Степанцева А.А., заключение прокурора Красильниковой Л.И., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Еславская З.П. обратилась в суд с иском (уточненным исковым заявлением в порядке ст. 39 ГПК РФ) о взыскании с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 2 имени Федора Христофоровича Граля» расходов на лечение в размере 7394,53 руб., компенсации морального вреда в размере 1 000000 (один миллион) руб., взыскании расходов по оплате экспертизы в размере 35743,06 руб., штрафа в соответствии с Законом о защите прав потребителей в размере 50% от взысканной суммы. Исковые требования мотивирует тем, что 03.12.2020 в офтальмологическом отделении ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля, после сдачи требуемых анализов по направлению окулиста по месту жительства ей была сделана операция по замене хрусталика в правом глазу, страдающему катарактой. По незнанию после операции принимала регулярно назначенное лечение в течение 30 дней, тогда как улучшение зрения должно наступать в день операции либо на следующий. При появлении большого черного пятна и болей в нем, обратилась в офтальмологическое отделение по месту проведения операции для выяснения причины отсутствия зрения в оперированном глазу. Однако, в приемном отделении ей в грубой форме было отказано в консультации зав. отделением. После безуспешного лечения, окулист по месту жительства 12.02.2021 направил ее в клинику ТРИ-З на компьютерную томографию роговицы правого глаза. 22.03.2021 клиникой ТРИ-З проведена диагностика глаза и КТ. 25.03.2021 проведена консультация лазерного хирурга. В результате обследования зрение оперированного правого глаза отсутствует. В левом глазу так же имеется катаракта, лечение у окулиста по месту жительства эффекта на улучшение зрения нет. Стоит вопрос о целесообразности операции по замене хрусталика в левом глазу, отчего она приходит в ужас. Претензия о возмещении материального и морального вреда главным врачом ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля оставлена без удовлетворения. Заявление в отделение полиции Дзержинского района г. Перми о возбуждении уголовного дела о привлечении к уголовной ответственности виновного лица по статье 118 УК РФ о причинении тяжкого вреда здоровью по неосторожности в связи с преступной небрежностью, принято 31.03.2021, следствие не закончено.

Решением Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит оспариваемое решение суда отменить, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Выражая несогласие с решением суда, обращает внимание на то, что она не давала согласие на привлечение к участию в производстве судебно–медицинской экспертизы, назначенной определением суда от 28.12.2021, врача офтальмолога К. Указывает на то, что при проведении экспертизы не анализировалась выписка из истории болезни от 10.09.2021 офтальмологического отделения ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № 140 г. Перми, что привело к неправильным, неточным выводам экспертов. Ответчик трижды имел реальную возможность улучшить зрение правого глаза. По мнению эксперта, при осмотре правого глаза врачом Садиковым перед операцией установлен мутный хрусталик, ВМД диагностировано по косвенным признакам, поскольку ввиду помутнения хрусталика проведение полноценной офтальмоскопии с описанием макулярной области, а также использование иных объективных методов, позволяющих оценить состояние макулярной области, стадию патологического процесса, спрогнозировать степень повышения зрительных функций в послеоперационном периоде было невозможно. В связи с чем, полагает, что врач после осмотра правого глаза перед операцией должен был не молчать, а объяснить истцу всю суть катаракты, не рисковать ее зрением, не экспериментировать, а действовать по принципу «не навреди» и решительно отказаться от операции. Неулучшение зрительных функций после операции должно было насторожить врача о серьезной патологии правого глаза, он обязан был не выписывать домой, а провести всестороннее обследование глаза, в том числе компьютерную томографию глаза и при обнаружении начала отслойки сетчатки назначить ее восстановление лазером, возможно в другой клинике, в которой проводят такие процедуры. При появлений у истца явных признаков отслойки сетчатки, ответчик необоснованно отказал в консультации опытного специалиста офтальмологического отделения, ссылаясь на отсутствие патологии. В связи с вышеизложенным истец была вынуждена обратиться к ответчику с претензией о возмещении материального и морального вреда в связи с причинением тяжкого вреда здоровью, так как правый глаз ослеп. Невозможность восстановления зрения правого глаза вызвала у истца сильнейший стресс и депрессию. 31.03.2021 истец обратилась с заявлением в полицию о привлечении виновного лица к уголовной, либо административной ответственности. Однако следствие шло на поводу у ответчика, расследование не проводилось более года – до 26.07.2022, экспертиза не проводилась. Ежемесячно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, тут же отказ отменялся. Исковое заявление рассматривалось судом более года. У офтальмологов по месту жительства нет нужной аппаратуры для установления сложных изменений в глазах, поэтому они поле осмотра пишут, что в сетчатке изменений нет. Суд обязал внести на депозитный счет Управления Судебного департамента в Пермском крае денежные средства для проведения экспертизы в сумме 34702 руб., по ордеру от 24.02.2022 ею (истцом) было внесено 35743,06 руб., однако стоимость экспертизы составила 25252 руб., при отказе в удовлетворении заявленных требований суд не возвратил излишне уплаченную разницу.

В возражениях на апелляционную жалобу Прокуратура Дзержинского района г. Перми просит оставить оспариваемое решение без изменения.

В суде апелляционной инстанции Еславская З.П. доводы жалобы поддержала.

Представитель ответчика Степанцев А.А. просил оставить оспариваемое решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Третье лицо Садиков Ю.А. о времени и месте слушания дела надлежаще извещен, о причинах неявки суду не сообщил.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, следует из материалов дела, Еславская З.П. находилась на стационарном лечении в офтальмологическом отделении ГБУЗ ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля с 02.12.2020 по 04.12.2020 с диагнозом: незрелая катаракта обоих глаз. 03.12.2020 – УЗФЭ с имплантацией ИОЛ +21,0 ОД справа (хир. Садиков Ю.А.), в послеоперационном периоде – без осложнений. Рекомендовано: наблюдение окулиста по месту жительства с 07.12.2020; лечение: в правый глаз – броксинак 0, 1 % 2 р.д. – 1 месяц, сигницеф 0, 5 % 4 р.д, дексаметазон 0, 1 % 4 р. (л.д. 11 т. 1).

Посчитав, что медицинская помощь оказана некачественно, истец обратилась к ответчику с претензией (л.д. 6-8 т. 1).

Согласно ответу главного врача ГБУЗ ПК «ГКБ № 3 им. Ф.Х. Граля» Грязнова В.Н. дефектов или недостатков при оказании медицинских услуг Еславской З.П. не выявлено (л.д. 9 т. 1).

12.07.2022 следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Дзержинского района СУ Управления МВД России по г. Перми младшим лейтенантом юстиции Рожковой В.Н. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению Еславской З.П. о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ по факту причинения вреда здоровью Еславской З.П. за отсутствием события преступления (л.д. 4 т. 2).

Согласно акту проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерства здравоохранения Пермского края № 299 от 07.07.2021, медицинская помощь Еславской З.П., /дата рождения/, в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» с 02.12.2020 по 04.12.2020, амбулаторное наблюдение 13.02.2021, оказана с нарушениями «Критериев оценки качества медицинской помощи», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н: амбулаторное наблюдение 13.02.2021 – пункта 2.1., пп. а, ж – в части ведения медицинской документации и установление клинического диагноза: в медицинской карте амбулаторного больного № 1819 данные обследования левого глаза не отражают причины сниженных зрительных функций на левом глазу. В диагнозе указана патология только правого глаза; стационарное лечение с 02.12.2020 по 04.12.2020: пункта 2.2, пп. г, д – в части формирования плана обследования и лечения: отсутствует план обследования и лечения; пункта 2.2, пп. з – в части установления клинического диагноза: не указан код МКБ 10 в клиническом диагнозе; клинический диагноз не отражает причину возникновения основного заболевания и локализацию помутнения в веществе хрусталика (невыполнение п. 1.4, 1.5 Клинических рекомендаций «Катаракта возрастная» ID:КР284, «Ассоциация врачей офтальмологов», 2015 год) (л.д. 85-87 т. 1).

Как следует из протокола ВК-ЛКК по хирургии ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» № 5 от 12.04.2021 по рассмотрению обращения Еславской З.П. на имя главного врача ГБУЗ «ГКБ № 2 им. Ф.Х.Граля» о компенсации материального и возмещении морального вреда: оперативное лечение по поводу катаракты на правом глазу Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ГКБ № 2 проведено по медицинским показаниям, все лечебно – диагностические мероприятия выполнены в полном объеме. Цель госпитализации – оперативное лечение катаракты правого глаза, замена помутневшего хрусталика на искусственный, как единственно действенный способ лечения катаракты, на момент выписки из стационара, цель была достигнута. Нарушений со стороны врачей офтальмологического отделения не выявлено (л.д. 119-125 т. 1).

Согласно протоколу ВК – лечебно-контрольной комиссии № 7 (2021) по хирургическому профилю ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х.Граля» 10.06.2021 в связи с заявлением Еславской З.П. в Министерство здравоохранения Пермского края о проведении ведомственной проверки по оказанию помощи: оперативное лечение по поводу катаракты на правом глазу Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ПК № 2 проведено по медицинским показаниям, все лечебно-диагностические мероприятия выполнены в полном объеме. Цель госпитализации – оперативное лечение катаракты правового глаза, замена помутневшего хрусталика на искусственный, как единственно действенный способ лечения катаракты, на момент выписки из стационара, была достигнута. При оценке случаев оказания медицинской помощи пациентке Еславской З.П.: случай стационарного лечения в отделении офтальмологии ГБУЗ «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля», период стационарного лечения с 02.12.2020 по 04.12.2020, медицинская карта стационарного больного № 2845 и отказ от госпитализации 13.02.2021, медицинская карта амбулаторного больного № 1819 нарушений порядка (приказ МЗ РФ от 12.11.2012 № 902Н), стандарта (№ 349 от 21.05.2007), клинических рекомендаций («Катаракта старческая» 2020, ID:КР284/1, МЗРФ) и приказа 203 н, пункт 3.7.3 не выявлено. Выявлены нарушения ведения медицинской документации, не повлиявшие на исход заболевания (приказ 203н – п 2.2 п.п. «а», п. 2.2 п.п. «з»). Заведующему отделением Собянину Н.А. усилить контроль за ведением врачами офтальмологического отделения медицинской карты стационарного больного в части оформления согласно пунктам приказа № 203н. (л.д. 114-118 т. 1).

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 28.12.2021 по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, ее проведение поручено ГБУЗ ПК «Пермское краевое бюро СМЭ» (л.д. 136-137 т. 1).

Заключением экспертов № 20 (комплексная судебно-медицинская экспертиза от 15.06.2022 ГКУЗОТ «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы») установлено, что сведения представленной медицинской документации свидетельствуют о том, что у пациентки Еславской З.П. при ее поступлении в офтальмологическое отделение ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» 02.12.2020 были диагностированы катаракта и возрастная макулярная дегенерация (далее – ВМД) обоих глаз. Данные заболевания являются разными по своему патогенезу, поражают разные отделы глаз и не связаны между собой. Катаракта у Еславской З.П. в офтальмологическом отделении ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» была установлена на основании помутнения хрусталика («хрусталик неоднократно мутный»). ВМД диагностирована по косвенным признакам, поскольку ввиду помутнения хрусталика правого глаза проведение полноценной офтальмоскопии с описанием макулярной области, а также использование иных объективных методов, позволяющих оценить состояние макулярной области, стадию патологического процесса, а также спрогнозировать степень повышения зрительных функций в послеоперационном периоде, было невозможно. 03.12.2020 Еславской З.П. проведена операция ультразвуковой факоэмульсификации с имплантацией интраокулярной линзы (УЗ ФЭ + ИОЛ). Однако восстановить зрительные функции правого глаза при операции не удалось, ввиду дегенеративного поражения сетчатки – ВМД на правом глазу. Проведение операции УЗ ФЭ + ИОЛ не может вызвать развитие ВМД, а также не может усугубить ее течение, так как при операции области сетчатки глаза остается интактной. Поэтому повреждение сетчатки при операции по замене хрусталика исключатся. Таким образом, у Еславской З.П. имелось два офтальмологических заболевания – ВМД и катаракта. Достоверно определить степень снижения зрительных функций правого глаза изолированно от каждого из имевшихся заболеваний не представлялось возможным. В такой клинической ситуации выполнение операции УЗ ФЭ + ИОЛ являлось попыткой улучшить остроту зрения правого глаза, однако ее проведение не привело к повышению зрительных функций, ввиду наличия ВМД на правом глазу. Объективно оценить степень выраженности ВМД удалось лишь после проведения операции на правом глазу. Диагностические и лечебные мероприятия сотрудниками ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» в отношении Еславской З.П. проводились своевременно и в полном объеме. Дефектов в оказании медицинской помощи в этой медицинской организации не выявлено. Имеются дефекты ведения медицинской документации при оформлении медицинских карт в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» на стационарном этапе (при поступлении в стационар 02.12.2020 не сформулирован план обследования и лечения) и на амбулаторном этапе (по результатам осмотра 13.02.2021 в диагнозе не отображено состояние левого глаза). Эти дефекты оформления медицинской документации никаким образом не могли повлиять на результаты лечения Еславской З.П. Причинно-следственной связи между операцией УЗ ФЭ + ИОЛ на правом глазу, проведенной Еславской З.П. 03.12.2020 в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» и низкими зрительными функциями правого глаза нет (л.д. 181-188 т. 1).

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 2, 4, ч. 2 ст. 64, ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 1064, 1068, 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам, вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 07.02.1992, пришел к выводу об отсутствии у истца права на взыскание с ответчика компенсации материального ущерба и морального вреда, штрафа.

Судебная коллегия с данными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на законе и совокупности установленных по делу обстоятельств.

Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об охране здоровья)

Согласно п. 1 ст. 2 Закона об охране здоровья, здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Закона об охране здоровья).

Статьей 4 Закона об охране здоровья, предусмотрены основные принципы охраны здоровья, среди которых: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В соответствии с п.п. 3, 9 ст. 2 Закона об охране здоровья, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Закона об охране здоровья).

В силу п. 21 ст. 2 Закона об охране здоровья, качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Закона об охране здоровья).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 ст. 98 Закона об охране здоровья).

Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи.

Согласно пп. «в», «г», «д», «е», «ж», «и», «м» п. 2.1. критериями качества в амбулаторных условиях является, в том числе установление предварительного диагноза лечащим врачом в ходе первичного приема пациента; формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; формирование плана лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента; назначение лекарственных препаратов для медицинского применения с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний; установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных, инструментальных и иных методов исследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи (далее - клинические рекомендации): оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте; установление клинического диагноза в течение 10 дней с момента обращения; проведение при затруднении установления клинического диагноза консилиума врачей с внесением соответствующей записи в амбулаторную карту с подписью заведующего амбулаторно-поликлиническим отделением медицинской организации; проведение коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов проводимого лечения на основе стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций; осуществление диспансерного наблюдения в установленном порядке с соблюдением периодичности обследования и длительности диспансерного наблюдения.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием для обращения Еславской З.П. в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило ненадлежащее оказание ей медицинской помощи.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В силу требований ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу, медицинская помощь которой, как указывает истец, была оказана ненадлежащим образом.

Довод апелляционной жалобы о том, что офтальмолог К. назначен судом в качестве эксперта для производства судебно-медицинской экспертизы без согласия истца и без ее участия в судебном заседании судебной коллегией отклоняется ввиду несостоятельности.

О дате и времени судебного заседания, в котором решался вопрос о привлечении к производству судебно-медицинской экспертизы в качестве врача-офтальмолога К., истец была надлежаще извещена (л.д. 145 т. 1). Явка истца в судебное заседание от 05.04.2022 не признана судом обязательной, судебное заседание проведено в соответствие в нормами гражданского процессуального законодательства.

Более того, согласно заключению экспертов № 20 от 15.06.2022, 25.05.2022 проведено судебно-медицинское обследование Еславской З.П.: истец лично осмотрена экспертом К., несогласия с включением указанного эксперта в состав комиссии не высказывала, отвод ему не заявляла (л.д. 186-оборот т. 1).

Также необходимо отметить, что эксперт К. обладает соответствующим медицинским образованием, допущен к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности «офтальмология», имеет ученую степень кандидата медицинских наук (л.д. 193-194 т. 1).

Таким образом, у судебной коллегии отсутствуют основания полагать, что привлечение к проведению судебно-медицинской экспертизы в качестве эксперта К. каким-либо образом нарушило права истца.

Судебная коллегия отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что при проведении судебно-медицинской экспертизой экспертами не была проанализирована выписка ИБ № 9741 от 10.09.2021 офтальмологического отделения ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № 140, поскольку указанная выписка приобщена истцом к материалам дела в судебном заседании от 20.07.2022 (л.д. 210 т. 1), в связи с чем, при проведении судебно-медицинской экспертизы данная выписка в материалах дела отсутствовала.

Кроме того, проведение хирургического вмешательства в левый глаз истца не является предметом настоящего иска, предметом спора является некачественное оказание медицинской помощи истцу при проведении операции на правом глазу.

Доводы апелляционной жалобы о том, что врачом-офтальмологом Садиковым Ю.А. перед проведением операции по замене хрусталика в правом глазу не было сообщено истцу о возможных осложнениях после операции; о том, что при отсутствии улучшений врачу следовало провести дополнительные обследования истца, назначить восстановление сетчатки лазером; о том, что ответчик необоснованно отказал в консультации офтальмолога, ссылаясь на отсутствие патологии, не назначил КТ правового глаза, его лечение, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не нашли подтверждения в материалах дела.

Согласно заключению экспертов № 20 от 15.06.2022 по результатам проведенной комплексной судебно-медицинской экспертизы диагностические и лечебные мероприятия сотрудниками ответчика в отношении Еславской З.П. проводились своевременно и в полном объеме, дефектов в оказании медицинской помощи в этой медицинской организации не выявлено. Имеющиеся дефекты ведения медицинской документации при оформлении медицинских карт в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля» на стационарном этапе и амбулаторном этапе никаким образом не могли повлиять на результаты лечения Еславской З.П. Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имелось, в том числе, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, причинно-следственной связи между операцией УЗ ФЭ + ИОЛ на правом глазу, проведенной Еславской З.П. 03.12.2020 в ГБУЗ ПК «ГКБ № 2 им. Ф.Х. Граля», и низкими зрительными функциями правого глаза не имеется.

Указанные в апелляционной жалобе доводы истца о том, что судом необоснованно удержаны денежные средства в сумме 10491,06 руб. при оплате стоимости судебно-медицинской экспертизы судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны на ошибочном толковании норм права.

Согласно ходатайству эксперта № 20/11/ от 07.02.2022 стоимость судебно-медицинской экспертизы составила 34702 руб. (л.д. 151 т. 1).

Стоимость судебно-медицинской экспертизы состоит из стоимости экспертизы, определенной экспертным учреждением в сумме 25252 руб. (л.д. 189 т. 1) и вознаграждения привлеченному эксперту К. в размере 9450 руб. (л.д. 190 т. 1).

Таким образом, стоимость судебно-медицинской экспертизы, проведенной по настоящему гражданскому делу, составляет 34 702 руб.

Истцом оплачены расходы по проведению указанной экспертизы в полном объеме, что подтверждается чеком-ордером от 24.02.2022 на сумму 35743,06 руб. (34702 руб. – стоимость экспертизы, 1041,06 руб. – комиссия банка за перечисление денежных средств) (л.д. 200 т. 1).

Из изложенного следует, что необоснованно удерживаемых денежных средств истца на депозите Управления Судебного департамента в Пермском крае не имеется.

Таким образом, суждения, приведенные в апелляционной жалобе, лишены бесспорных правовых аргументов, не опровергают установленные по делу обстоятельства, не могут повлиять на правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, либо служить основаниями для отмены законного и обоснованного решения суда, который при известных позициях сторон дал им объективную оценку с приведением убедительных мотивов в постановленном по делу решении.

Правовых оснований, влекущих в пределах действия ст. 330 ГПК РФ отмену постановленного по делу решения, судебной коллегией при рассмотрении жалобы не установлено, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Дзержинского районного суда г. Перми от 27.07.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу Еславской Зои Петровны - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подпись

Копия верна: судья И.А. Мухтарова