Дело № 22-374/2023

Акты

Судья Жаворонков И.В. Дело № 22-374/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 октября 2023 года                             г. Магадан

Судебная коллегия Магаданского областного суда в составе:

председательствующего Кириенко Ю.Ф.,

судей Агаевой Е.И., Поповой З.О.,

при секретаре Морозове В.С.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Косарева Р.Ф.,

осужденного Балфеткина А.А.,

защитника осужденного Балфеткина – адвоката межрегиональной коллегии адвокатов города Москвы «Альянс» Чигилейчика П.Ю., представившего удостоверение №... от <дата> и ордер №... от <дата>- в режиме видеоконференции,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гурьева Р.В., апелляционной жалобе адвоката Чигилейчика П.Ю. в интересах осужденного Балфеткина А.А. на приговор Ольского районного суда Магаданской области от 27 июля 2023 года, которым

Балфеткин А.А., <.......>, ранее не судимый,

осужден по п. «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 500 000 рублей.

Процессуальные издержки в размере 143 000 рублей, связанные с производством судебных экспертиз, взысканы с осужденного.

Приговором решен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Приговором суда Балфеткин А.А. осужден за производство и хранение в целях сбыта продовольственных товаров в особо крупной размере без маркировки и нанесения информации, которые предусмотрены законодательством РФ в качестве обязательных.

Преступление совершено им с 1 июля по 16 часов 59 минут 15 сентября 2021 года на территории Ольского района Магаданской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В ходе заседания суда первой инстанции Балфеткин А.А. вину в совершении преступления не признал.

Заслушав доклад судьи Кириенко Ю.Ф., выступления осужденного Балфеткина А.А. и адвоката Чигилейчика П.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Косарева Р.Ф. об удовлетворении апелляционного представления и отсутствии оснований для отмены приговора по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

установил:

в апелляционном представлении государственный обвинитель Гурьев Р.В. ставит вопрос об изменении приговора ввиду допущенных судом противоречий.

Указывает, что судом отягчающих наказание осужденного обстоятельств не установлено. Между тем, разрешая вопрос о виде и размере подлежащего назначению наказания, суд сослался на наличие отягчающего обстоятельства, что подлежит исключению из приговора и не служит основанием к снижению назначенного наказания.

Просит приговор изменить, исключить указание на учет отягчающего наказание обстоятельства при назначении осужденному вида и размера наказания.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней, поданных в интересах осужденного, адвокат Чигилейчик П.Ю. считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а приговор постановлен с нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Автор жалобы указывает, что судом не приведено мотивов в опровержение доводов защиты о наличии оригиналов актов недоброкачественной продукции и маркировочных этикеток на всю изъятую продукцию, поскольку вся продукция, описанная в обвинении, не подлежала сбыту, а временно хранилась осужденным и подлежала направлению на ветеринарно-санитарную экспертизу, о чем есть подтверждающие документы (в том числе маркировка, которая хранилась отдельно от транспортной упаковки, что не запрещено), которые сопровождали продукцию и перевозимую в транспорте, и обнаруженную в морозильных камерах.

Не соглашается с выводами суда со ссылкой на показания свидетелей С., Б., Д., А. и П. о том, что в 2021 года от руководства ИП Балфеткин претензий по качеству продукции не поступало, поскольку о наличии некачественной продукции этим лицам не сообщалось, а было известно только Балфеткину А.А., Л., В. и К. Также не соглашается с критическим отношением суда к достоверности содержания актов недоброкачественной продукции.

Не подверглась оценки и не опровергнуты судом мнения специалистов М., Г., а также факт отклонения Управлением Россельхознадзором представления следователя о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению Балфеткиным А.А. преступления.

Указывает, что пояснения свидетелей В. и К. о соответствии символьной маркировки на пакетах их содержанию основаны на предположениях, а поэтому не могут быть приняты во внимание.

Ссылаясь на различные источники и мнения, судебные решения по другим уголовным делам, Федеральные законы и разъяснения пленумов Верховного Суда РФ, делает собственный вывод об отсутствии состава преступления в действиях осужденного. В частности, что: - объектом преступления, в совершении которого осужденный признан виновным, выступают не права потребителей, а общественные отношения в сфере экономической деятельности; - корыстный мотив в действиях Балфеткина А.А. доказательствами не подтвержден и является предположением; - уголовно наказуемым является факт отсутствия маркировки или иной обязательной информации на товаре при его сбыте (продаже), а никак не на стадии его производства и хранения, то есть должна иметься цель продажи без маркировки; - формально в действиях осужденного усматриваются признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.43 КоАП РФ, а не преступления; - процесс производства и хранения изъятой продукции сопровождался внесением сведений в базы «Ветис» и «Меркурий», что само по себе исключало последующее изменение данных о дате изготовления продукции при ее продаже и позволяло отследить срок годности, в наличии имелись сопровождающие продукцию документы, велся журнал учета выпуска продукции, имелись транспортные сопроводительные документы и ветеринарные свидетельства; - с учетом не оспаривания обвинением цели Балфеткина А.А. нанесения информации и маркировки перед продажей товара, то вреда в сфере экономики действиями осужденного не причиняется, то есть отсутствует объект преступления.

Приходит к выводу, что несвоевременная маркировка товара перед его сбытом не могла вменяться осужденному в качестве преступного, поскольку не образует состав преступления, предусмотренного ст. 171.1 УК РФ.

Находит вину осужденного недоказанной, он легально осуществлял предпринимательскую деятельность и его действиями какой-либо вред интересам государства в сфере экономики не причинен.

Указывает, что судом отрывочно, а местами недостоверно, приведены положения Федерального закона от 2 января 2000 года № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов», что позволило прийти к ошибочному выводу о виновности осужденного.

По мнению автора, приведенная в приговоре цель создания более выгодных условий для реализации пищевой продукции за счет необоснованного увеличения срока ее хранения доказательствами не подтверждается.

Выражает мнение о том, что действия Балфеткина А.А. возможно рассмотреть, согласно ст. 14 УК РФ, как малозначительные, содержащие признаки административных правонарушений.

Обращает внимание на неправильные, по мнению автора, выводы суда. В частности, что суд установил факт производства осужденным с целью сбыта свежемороженой рыбной продукции определенной стоимостью, тогда как экспертом в заключении определена стоимость продукции в глазированном виде, а не просто свежемороженой, а согласно пояснениям специалиста Т. при осмотре места происшествия 20 сентября 2021 года осмотренная им рыбная продукция была в замороженном виде.

Судом стоимость рыбной продукции осужденному вменена общим весом с учетом глазировки и упаковки, однако этот «лишний» вес не может входить в стоимость товара. Противоречия, имеющиеся по мнению автора жалобы, в стоимости изъятой у осужденного продукции, не устранила и дополнительная товароведческая экспертиза, назначенная судом.

Оспаривает установленное судом время совершения осужденным преступления как до 16 часов 59 минут 15 сентября 2021 года, поскольку время обнаружения продукции на складе после 17 часов этого дня.

Приводит доводы о недопустимости протокола осмотра места происшествия от 15 сентября 2021 года. А именно: сотрудник полиции И., производивший осмотр, одновременно осуществлял опрос К.; под видом осмотра места происшествия фактически проведено оперативно-розыскное мероприятие «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств»; должностное лицо И. права на проведение осмотра как сотрудник УЭБиПК УМВД России по Магаданской области, не имел, поскольку материал для проведения проверки находился в ОМВД России по Ольскому району; диск, приобщенный к протоколу, содержит медиафайлы, к данному осмотру не относящиеся, а даты создания фотографий свидетельствуют о том, что сделаны они на следующие дни после проведения осмотра.

Обращает внимание на противоречия, выразившиеся в том, что при осмотре 15 сентября 2021 года обнаружено 5 390 мешков с продукцией, тогда как при осмотре 20-23 сентября 2021 года – уже 5 790 мешков.

О недопустимости протокола осмотра места происшествия, составленного 20-23 сентября 2021 года, по мнению представителя защиты, свидетельствуют следующие моменты: при осмотре все мешки с продукцией не вскрывались, вскрыты и осмотрены с участием ихтиолога по 1 мешку с каждым символом (4 мешка), относящим содержимое к тому или иному виду рыбной продукции; специалист ихтиолог фактически участвовал при осмотре только 20 сентября 2021 года, в остальные дни участия не принимал и запись об этом в протоколе не соответствует действительности; достоверно судить о массе изъятой продукции не представляется возможным, поскольку сведения о поверке весов, использовавшихся при осмотре, надлежащим образом не оформлены; обнаруженное и изъятое при осмотре не предъявлялось всем участникам, в частности В.

Приходит к выводу, что осужденному в вину возможно вменить только 4 осмотренных специалистом мешка на предмет установления содержимого, стоимость которых не образует крупный размер, что исключает привлечение Балфеткина А.А. к уголовной ответственности.

Одновременно оспаривает выводы суда относительно допустимости указанных протоколов осмотра места происшествия.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что изъятая по делу продукция для определения ее массы не нуждалась в дефростации, поскольку предметом преступления, в совершении осужденный признан виновным, является именно продовольственный товар, то есть без упаковки и глазировки.

Указывает, что в приговоре имеются ссылки на доказательства, не исследованные в судебном заседании – результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи».

Настаивает, что неважно, на каком этапе производства-хранения продукции наносится маркировка, главное – ее наличие при реализации товара.

Обращает внимание, что при квалификации действий осужденного суд допустил формулировки не только отличающиеся от предъявленного Балфеткину А.А. обвинения органом следствия, но и не предусмотренные диспозицией статьи УК РФ. При этом, что касается предмета преступления, то Балфеткину А.А. он вменен как предусмотренный ст. 238 УК РФ, то есть неправильно применен уголовный закон.

Находит противоречия в приговоре, когда суд при описании преступного деяния указывает на перевозку осужденным соответствующей продукции, вместе с тем в квалификации его действий «перевозка» не указывается.

Считает, что дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном.

Оспаривает принятое решение о взыскании с осужденного процессуальных издержек, выразившихся в оплате проведения судебной экспертизы, поскольку экспертиза назначена и проведена в негосударственном экспертном учреждении без приведения должных к этому мотивов (например, о невозможности провести в государственном учреждении, но в другом регионе страны). Кроме того, вопрос о взыскании с Балфеткина А.А. процессуальных издержек в судебном заседании не обсуждался, мнение осужденного и его имущественное положение не выяснялось.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, либо прекратить уголовное дело ввиду малозначительности деяния.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Гурьев Р.В. указывает, что выводы суда о виновности и квалификации действий осужденного являются верными, доводы о недопустимости доказательств получили оценку суда, не нашедшего к этому оснований. Все обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, учтены судом.

Просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, возражений на жалобу, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда первой инстанции, как обвинительный, постановлен правильно.

Виновность осужденного Балфеткина А.А. в совершении преступления материалами дела установлена и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка.

Так, допрошенные в качестве свидетелей У. и Е. пояснили, что 15 сентября 2021 года в районе переправы через реку Яна был обнаружен автомобиль с немаркированной рыбопродукцией. В тот же день был проведен осмотр автомобиля «Хино Рейнджер», государственный регистрационный знак №..., в ходе которого они убедились в отсутствии маркировки на мешках с рыбной продукцией. Водитель автомобиля О. предъявил на перевозимую продукцию товарно-транспортные накладные и ветеринарные свидетельства, указав, что иных документов у него не имеется. Затем к указанному месту прибыл сотрудник ИП «Балфеткин» В. После этого, все участвующие лица проехали на базу ООО «<U>», где в ходе осмотра помещений базы с участием понятых, были обнаружены две холодильные камеры с находящимися в них мешками, не имеющими маркировки, с замороженной рыбой. Никаких документов, пояснительных надписей, бирок в холодильных камерах не имелось. После этого с 20 по 23 сентября 2021 года с участием сотрудников ИП «Балфеткин» В. и К., а также специалиста Роспотребнадзора Т. был проведен дополнительный осмотр склада ООО «<U>». Осмотренная продукция не имела маркировки с датой изготовления и сроками годности. На мешках имелись символы с условным обозначением находившихся в них водных биоресурсов ( в частности, «I» - мороженая горбуша, «V» - замороженный голец (мальма), «КЖ» - замороженный кижуч, «-« замороженная кета, «I цв» - горбуша второго сорта. Каких-либо листов между мешками обнаружено не было. Присутствовавшая при осмотре К. о датах вылова и производства продукции ничего пояснить не смогла. Всего было обнаружено 5 790 мешков с мороженой рыбой и 30 кубоконтейнеров с замороженной икрой (т.3 л.д.144-150, 151-152).

Обстоятельства проведения осмотра в период с 20 по 23 сентября 2021 года, а также содержание составленного протокола осмотра в целом подтвердил допрошенный в судебном заседании главный государственный инспектор Охотского территориального управления Росрыболовства Т. При этом он уточнил, что всего в осмотре принимало участие около 10 человек. Все осмотренные сотрудниками полиции мешки с рыбопродукцией, находившиеся в холодильнике, имели условные обозначения в виде римских цифр. Ввиду большого объема рыбопродукции было принято решение не вскрывать каждый мешок, а сделать выборку примерно по 3 мешка с каждой партии, то есть по 3 мешка с одинаковыми символами. Кроме того, пояснил, что 22 и 23 сентября 2021 года он в осмотре участия не принимал. Точно помнит, что выборочно осматривал содержимое мешков с рыбопродукцией 20 сентября 2021 года.

Свидетель О., допрошенный в ходе предварительного следствия, подтвердил, что в период с апреля по октябрь 2021 года выполнял работы по перевозке грузов на принадлежащем ему автомобиле «Хино Рейнджер», государственный регистрационный знак №.... 14 или 15 сентября 2021 года к нему обратился Балфеткин А.А. с просьбой перевезти партию мороженой рыбы, а также около 2-3 тонн икры из села <N> в город Магадан. Балфеткин А.А. заранее передал ему 2 файла, в одном из которых находились ветеринарно-сопроводительные документы. 15 сентября 2021 года он (О.) прибыл на базу Балфеткина А.А. в поселке <N>, где загрузился контейнерами с икрой. При загрузке в автомобиль рыбы он (О.) не присутствовал и не знает, имелась ли маркировка на мешках. Загрузку рыбопродукции осуществляли иностранные граждане, а присутствовавшая там же женщина передала ему (О.) товарно-транспортную накладную. Перед переправой сотрудники полиции потребовали досмотреть груз и предъявить документы. Он (О.) передал сотрудниками полиции товарно-транспортную накладную и ветеринарно-сопроводительные документы. При осмотре кузова сотрудники полиции обнаружили, что часть продукции не имеет маркировки. По указанию сотрудников полиции автомобиль поехал обратно на базу, где полицейские разгрузили рыбную продукцию и стали ее осматривать. После этого в присутствии понятых были вскрыты холодильные камеры с хранящейся там оставшейся рыбопродукцией и проведен осмотр.

Как следует из показаний свидетеля С., он работал в указанное время у В., исполнял обязанности рыбообработчика, проживал на территории базы, где также располагался цех по переработке рыбы. Производственная линия выглядела следующим образом: рыба поступала по транспортеру для заморозки, глазировалась, затем упаковывалась в мешки и перемещалась в морозильную камеру для хранения. На все мешки наносились условные обозначения в виде символов, которые соответствовали виду водных биоресурсов, находящихся в мешке. Никаких других пометок или наклеек на мешках не было.

Свидетель Б. также пояснил, что их (его и земляков из <S>) местом работы была база по <адрес> в поселке <Y>. Каких-либо наклеек на мешках с готовой продукцией он (Б.) никогда не видел и даже не знает, как они должны выглядеть.

Из показаний свидетеля Д. следует, что у В. и Балфеткина он работает с 2020 года в должности рыбообработчика. Он (Д.) и его земляки работали и проживали на базе ООО «<U>», расположенной в поселке <Y> по <адрес> где находится рыбоперерабатывающий цех. В его непосредственные обязанности входила приемка рыбы-сырца, разделка, помощь в загрузке готовой продукции в холодильники, а также в отгрузке продукции при перевозке. Упаковкой и отгрузкой готовой продукции занимались все вместе. В холодильные камеры мешки складывались по видам рыбопродукции, то есть у каждого вида рыбы было свое место в холодильнике. Во избежание путаницы на мешки наносились символьные отметки в зависимости от вида водных биоресурсов, так как все мешки одинаковые. Иная информация, в том числе дата производства продукции, на мешки не наносилась. Все мешки хранились без наклеек. Какие-либо листы вместе с мешками в морозильные камеры не вкладывались.

Помимо показаний свидетелей, виновность осужденного подтверждается письменными материалами дела: протоколом осмотра места происшествия от 15 сентября 2021 года, согласно которому осмотрены грузовой автомобиль и цех по производству рыбной продукции в с. <Y>, <адрес>, где обнаружена рыбная продукция в мешках без маркировки и информации о дате производства (т. 1 л.д. 65-98), в ходе осмотра производились фотографирование и видеосъемка, соответствующие файлы осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 155-174); протоколом осмотра места происшествия от 20-23 сентября 2021 года, согласно которому осмотрено складское помещение, принадлежащее ООО «<U>», обнаружены 5 790 бумажных пакетов (мешков) с рыбной продукцией без маркировки и сроков ее производства, разновидность рыбы установлена участвующим специалистом, продукция взвешена согласно приложения к протоколу ( т. 1 л.д. 104-154); заключением товароведческой судебной экспертизы от 21 марта 2022 года № А01-22, согласно выводам которой средняя рыночная стоимость изъятой у осужденного рыбной продукции по состоянию на 15 сентября 2021 года составила 20 175 000 рублей (за вычетом икры, исключенной судом из объема обвинения – 17 895 000 рублей) (т. 4 л.д. 177-206); документы, подтверждающие статус осужденного Балфеткина А.А. как индивидуального предпринимателя с направлением деятельности, соответствующие разрешения и договоры об аренде имущества, приобретении «сырца» рыбной продукции и передачи на хранение готовой продукции (т. 1 л.д. 225-239, т. 2 л.д. 1-29).

Виновность Балфеткина А.А. в совершенном преступлении подтверждается также показаниями свидетелей А., Ч., заключением эксперта от 15 апреля 2022 года № А03-32, заключением судебной почерковедческой экспертизы от 7 июня 2022 года № 265 и другими, имеющимися в деле и приведенными в приговоре доказательствами.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства по делу в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Балфеткина А.А. в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ как производство и хранение в целях сбыта продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренных законодательством Российской Федерации в качестве обязательных, в особо крупном размере.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Чигилейчика П.Ю. о том, что действия осужденного квалифицированы не так, как предусмотрено диспозицией ч.ч.3,4 ст. 171.1 УК РФ, не основаны на законе, поскольку все необходимые признаки преступления, в совершении которого осужденный признан виновным, предусмотренные уголовным законом, нашли отражение в квалификации, данной судом действиям Балфеткина А.А.

Объект преступления – установленный порядок производства и оборота товаров и продукции, подлежащей обязательной маркировке.

Объективная сторона преступления выражается в совершенных в крупном размере действиях с немаркированными товарами и продукцией, подлежащей обязательной маркировке.

Предметом преступления выступают продовольственные товары без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством, в случае, если такая маркировка и (или) нанесение информации обязательны.

Деяние может быть выражено пятью альтернативными действиями: производством, приобретением, хранением, перевозкой или сбытом немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке.

Обязательным признаком состава преступления выступает крупный или особо крупный размер совершенного деяния.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом и целью сбыта.

Судебная коллегия считает, что все признаки состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ в действиях Балфеткина А.А. в ходе судебного разбирательства установлены.

В нарушение ст.3 Федерального закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов» от 2 января 2000 года № 29-ФЗ достоверно установлено, что произведенная и хранящаяся на складах ИП «Балфеткин» рыбопродукция являлась немаркированной, что подтверждается доказательствами по делу, в частности протоколами осмотра места происшествия от 15 сентября 2021 года (т.1 л.д.65-96), а также от 20 сентября 2021 года.

Особо крупный размер совершенного деяния подтверждается протоколом выемки от 4 ноября 2021 года немаркированной рыбной продукции – замороженной рыбы общим весом 118 308, 27 кг, упакованной в 5 790 бумажных пакетов (т.5 л.д.238-252), заключениями судебных экспертиз № А01-22 от 21 марта 2022 года и № А07-23 от 11 мая 2023 года (т.4 л.д.178-206, т.12 л.д.23-50).

Наличие прямого умысла и цели сбыта указанной рыбопродукции подтверждается показаниями самого Балфеткина А.А., который не отрицал, что осуществляет деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, его деятельность связана с переработкой и реализацией водных биоресурсов, свидетелей С., Б., Д., А. Ч., Ш., З., Р., объемом произведенной рыбопродукции.

Доводы защиты о том, что вся продукция, описанная в обвинении, не подлежала сбыту, а временно хранилась осужденным и подлежала направлению на ветеринарно-санитарную экспертизу, противоречат совокупности исследованных доказательств и являются несостоятельными. В соответствии с заключением судебной почерковедческой экспертизы от 7 июня 2022 года № 265, подписи в актах недоброкачественной продукции от 2-7, 11-18 июля 2021 года, на наличие которых сторона защиты ссылается как доказательство того, что произведенная продукция не подлежала сбыту, вероятно выполнены не Л. При сравнении подписей в указанных актах с подписями Л. выявлены устойчивые различия по частным признакам, а также по общим признакам (т.5 л.д.30-34).

Мнение адвоката о том, что изъятая рыбопродукция могла быть домаркирована в любое время до момента ее отгрузки в целях выпуска для свободного обращения основано на неверной трактовки уголовного закона и основанием для оправдания осужденного Балфеткина А.А. в содеянном не является. Как правильно указал суд первой инстанции, в соответствии с технологической инструкцией № 137-2017, которая предусматривает изготовление продукции из рыбы морской и пресноводной мороженой, предназначенной для реализации и переработки на предприятиях пищевой отрасли, схема технологического процесса предусматривает маркировку продукции на стадии упаковки, а не перед непосредственным ее сбытом. Приведенная представителем защиты практика судов по другим уголовным делам в отношении иных лиц в силу положений ч. 1 ст. 252 УПК РФ предметом обсуждения не является, преюдицией по отношению к настоящему уголовному делу не служит. С учетом изложенного доводы апелляционной жалобы о том, что не подверглись оценке и не опровергнуты судом мнения специалистов М., Г., а также факт отклонения Управлением Россельхознадзором представления следователя о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению Балфеткиным А.А. преступления, не являются основанием для отмены постановленного приговора.

Время совершения осужденным преступления определено в соответствии с исследованными доказательствами, доводы апелляционной жалобы в данной части основанием для оправдания осужденного не являются.

Доводы апелляционной жалобы о том, что процесс производства и хранения изъятой продукции сопровождался внесением сведений в базы «Ветис» и «Меркурий», что само по себе исключало последующее изменение данных о дате изготовления продукции при ее продаже и позволяло отследить срок годности, в наличии имелись сопровождающие продукцию документы, велся журнал учета выпуска продукции, имелись транспортные сопроводительные документы и ветеринарные свидетельства, не свидетельствуют об отсутствии необходимости маркировки произведенной продукции, поскольку в противном случае не обеспечивается возможность идентификации произведенной партии и сопоставление информации о ней с внесенными в систему сведениями. Так, допрошенная в судебном заседании государственный инспектор Управления Россельхознадзора по Магаданской области Н. пояснила, что каждый предприниматель, осуществляющий производство продукции животного происхождения обязан вносить сведения в автоматизированную информационную систему «Меркурий», которая предназначена для сертификации и обеспечения прослеживаемости продукции при ее производстве, обороте и перемещении. В указанную информационную систему вносятся сведения со стадии приобретения рыбы-сырца, затем указываются сведения о переработке рыбы в готовую продукцию с указанием вида продукции, ее происхождения, объемов, сроков выработки, сведений об упаковке. После проведения экспертизы в систему автоматически вносится ветеринарное свидетельство. В информационной системе подлежит отражению также перемещение рыбопродукции по одному из имеющихся оснований – реализация, проведение экспертизы или хранение. При внесении сведений о продукции вся указанная продукция обязательно должна быть упакована и маркирована, что обеспечивает возможность идентификации произведенной партии продукции и сопоставление информации о ней с внесенными в систему сведениями. Таким образом, данные доводы также не являются основанием для оправдания осужденного.

Доводы адвоката о том, что действия Балфеткина А.А. возможно рассмотреть, согласно ст. 14 УК РФ, как малозначительные, содержащие признаки административных правонарушений, с учетом особо крупного размера совершенного деяния, не основаны на законе и не могут быть приняты во внимание.

Стоимость рыбной продукции установлена с учетом судебной товароведческой и дополнительной товароведческих экспертиз определена правильно, доводы адвоката о том, что осужденному незаконно вменена стоимость общим весом с учетом глазировки и упаковки, были предметом оценки суда первой инстанции и являются необоснованными. Экспертные исследования проведены с соблюдением уголовно-процессуального законодательства, после разъяснения эксперту процессуальных прав и обязанностей и предупреждения его об установленной законом ответственности, компетентным специалистом в своей области знаний. В судебном заседании суда первой инстанции был допрошен эксперт Ж., который выводы проведенных экспертиз подтвердил.

Вопреки доводам защитника все доказательства, положенные судом в основу вывода о виновности осужденного обоснованно признаны допустимыми и достоверными.

Приведенные в жалобе, а также в ходатайствах представителя защиты, заявленных в ходе заседания суда апелляционной инстанции, доводы о том, что протоколы осмотра места происшествия от 15 сентября 2021 года и 20-23 сентября 2021 года не отвечают требованиям допустимости, судебной коллегией признаются необоснованными, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, данные протоколы были составлены сотрудниками полиции в рамках проводимой проверки о возможном обороте недоброкачественной рыбной продукции.

Осмотры проведены в порядке ст. 177 УПК РФ, а протоколы соответствуют требованиям ст. 180 УПК РФ. Из протоколов видно, что участвующим лицам перед началом осмотров разъяснены порядок их производства и их права, после составления протоколов они прочитаны вслух лицами, их составившими, участники заверили правильность содержания протоколов подписями. Замечания, внесенные В. в протокол о его отсутствии при пересчете обнаруженной продукции, на итог проведенного мероприятия и его законность не влияют.

Отсутствие сведений о поверке весов, с помощью которых происходило взвешивание изымаемой продукции, не служит основанием к признанию протокола недопустимым. Так, замечаний по поводу точности используемых весов от участников осмотра не поступило. Кроме того, из протокола от 20-23 сентября 2021 года следует, что средний вес обнаруженных пакетов составил 20-21 кг, что согласуется с показаниями самого осужденного и свидетелей – работников ИП Балфеткин, о том, что рыба фасовалась в пакеты примерно по 20 кг продукции.

Равным образом не дает оснований для признания протокола от 20-23 сентября 2021 года недопустимым доказательством сообщенные специалистом Т. сведения об участии в осмотре только 20 сентября 2021 года. Как следует из содержания приговора, суд дал оценку доводам стороны защиты в этой части и пришел к правильному выводу о том, что показания специалиста не ставят под сомнение факт его участия в осмотре и определения видовой принадлежности рыбной продукции, результат чего был отражен в протоколе и заверен подписями всех участников в отсутствие замечаний в этой части.

Таким образом, суд правомерно использовал указанные протоколы в качестве доказательств, опровергнув доводы стороны защиты об их недопустимости, поскольку отраженные в протоколах обстоятельства соответствуют действительности и при их оформлении не допущено существенных нарушений, влекущих признание их таковыми. Указанные протоколы были исследованы и оценены судом по правилам, предусмотренным ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон в процессе.

Как следует из протокола судебного заседания, суд первой инстанции разрешил все ходатайства, заявленные стороной защиты, в том числе, касающиеся признания недопустимыми ряда доказательств стороны обвинения и возвращения дела прокурору. Принятые по результатам их рассмотрения решения суда являются обоснованными и мотивированными. В апелляционной жалобе не приведены новые существенные доводы, которые не получили оценки со стороны суда и давали бы основание ставить под сомнение принятое им решение.

Вопреки доводам адвоката результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи» в ходе судебного заседания судом первой инстанции исследованы и обоснованно положены в основу приговора (т. 13 л.д. 63).

Таким образом, как полагает суд апелляционной инстанции, суд первой инстанции тщательно исследовал обстоятельства дела и правильно, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства в их совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного в совершении деяний, признанных доказанными. Поэтому доводы жалобы адвоката, оспаривающие доказанность вины осужденного, удовлетворению не подлежат.

Наказание осужденному в виде штрафа назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УПК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, отсутствия отягчающих и наличие смягчающего наказание обстоятельств.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает, что доводы, приведенные в апелляционном представлении прокурора, подлежат удовлетворению.

В частности, суд первой инстанции отягчающих наказание осужденного обстоятельств не установил. Вместе с тем, при назначении Балфеткину А.А. вида и размера наказания суд указал на наличие отягчающего наказание обстоятельства, что является явной технической ошибкой и подлежит исключению из приговора.

С учетом изложенного назначенное Балфеткину А.А. наказание в виде штрафа в полной мере отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, соразмерно тяжести содеянного и данным о его личности.

    Нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного закона, которые повлияли бы на выводы суда о виновности осужденного, в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции не усматривается.

Вместе с тем приговор в части взыскания с осужденного процессуальных издержек, связанных с расходами на производство АНО «ЕСИН» оценочной и технической судебных экспертиз в сумме 143 000 рублей, подлежит изменению, поскольку производство экспертиз было поручено следователем экспертам АНО «ЕСИН».

Невозможность производства экспертиз в государственных экспертных учреждениях, где есть необходимые специалисты, материалами дела не подтверждается, поскольку никаких запросов в государственные судебно-экспертные учреждения, обслуживающие иные территории, следователем не направлялось.

По смыслу ст.132 УПК РФ и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» в состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях (экспертных подразделениях), поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации.

В силу ч.8 ст.11 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в случае невозможности производства судебной экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении, обслуживающем определенную территорию, в том числе в связи с отсутствием эксперта конкретной специальности, судебная экспертиза может быть произведена государственными судебно-экспертными учреждениями, обслуживающими другие территории.

Кроме того, как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного заседания осужденному не была предоставлена возможность довести до суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения, что прямо противоречит разъяснению п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам».

С учетом изложенного, решение суда о взыскании с Балфеткина А.А. процессуальных издержек в размере 143 000 рублей не может быть признано обоснованным, а данная сумма подлежит возмещению за счет средств федерального бюджета.

В остальной части дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для отмены приговора суда первой инстанции, в том числе по доводам апелляционной жалобы, в ходе апелляционной проверки не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.16, 389.18, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

апелляционное представление государственного обвинителя Гурьева Р.В. удовлетворить, апелляционную жалобу адвоката Чигилейчика П.Ю. удовлетворить частично.

Приговор Ольского районного суда Магаданской области от 27 июля 2023 года в отношении Балфеткина А.А. изменить:

- исключить из приговора при назначении вида и размера наказания ссылку на наличие отягчающего наказание обстоятельства;

- исключить из приговора указание о взыскании с Балфеткина А.А. процессуальных издержек, связанных с расходами на производство экспертиз в сумме 143 000 рублей, с возмещением данной суммы за счет средств федерального бюджета.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Чигилейчика П.Ю. в интересах осужденного – без удовлетворения.

Состоявшиеся по делу судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в силу итогового решения, путем подачи жалобы в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции – Ольский районный суд Магаданской области. При этом осужденный вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока стороны вправе ходатайствовать перед судом первой инстанции о его восстановлении в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 401.3 УПК РФ, либо подать жалобу непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий

    Судьи