Дело № 7У-53/2024 - (7У-10068/2023) [77-400/2024]

Акты

ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                   дело № 77-400/2024

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Краснодар                                                                           15 февраля 2024 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции Ноздрин В.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Радченко О.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационное представление прокурора Краснодарского края Табельского С.В. на постановление Успенского районного суда Краснодарского края от 28 февраля 2023 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> края, гражданина <данные изъяты>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено, в связи с примирением сторон, с освобождением последнего от уголовной ответственности.

В апелляционном порядке постановление суда не обжаловано.

Постановлением судьи Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 19 января 2024 года кассационное представление с материалами дела переданы на рассмотрение суда кассационной инстанции.

Заслушав доклад судьи Ноздрина В.С., мнение прокурора        ФИО14 поддержавшей доводы кассационного представления, объяснения ФИО13 и адвоката ФИО16., просивших судебное решение оставить без изменения, судья

установил:

ФИО13 обвиняется в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В кассационном представлении прокурор Краснодарского края Табельский С.В. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, просит его отменить, уголовное дело в отношении ФИО13 передать на новое судебное заседание в суд первой инстанции в ином составе суда. Полагает, что судом оставлено без внимания, что основным объектом инкриминируемого преступления являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. В обоснование доводов представления указывает, что принятие мер обвиняемым к возмещению причиненного вреда не повлекло изменение общественной опасности содеянного и не может свидетельствовать о восстановлении интересов общества в сфере обеспечения безопасности дорожного движения. Отсутствие у потерпевшей ФИО19 претензий к ФИО13., а также ее субъективное мнение о полном заглаживании вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое позволяло бы суду освободить ФИО13 от уголовной ответственности. Принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО13. не только основного наказания, но и дополнительного – в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, соответственно, последний не лишен возможности управлять автомобилем, подвергая опасности других участников дорожного движения.

Судья, исследовав материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении, выслушав объяснения участников кассационного рассмотрения дела, находит судебное постановление подлежащим отмене по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 401.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), т. е. в связи с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

На основании ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Указанные требования закона судом первой инстанции по уголовному делу в отношении ФИО13 не выполнены.

Из представленных материалов уголовного дела следует, что ФИО13 органом предварительного расследования инкриминируется, что ДД.ММ.ГГГГ года около <данные изъяты> в <адрес> при управлении грузовым автомобилем <данные изъяты> с прицепом в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 10.1, 13.9 ПДД РФ, требований дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» на перекрестке неравнозначных дорог, не убедившись в безопасности маневра, выехал с второстепенной дороги на главную - федеральную трассу «Кавказ» и допустил столкновение с автомобилем <данные изъяты> под управлением ФИО25 с пассажирами ФИО26 ФИО27 и ФИО28 двигающимся по трассе <данные изъяты> в направлении <адрес>. В результате дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО29 получила различные травмы, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью и смерть потерпевшей, а пассажиры ФИО30., ФИО31 получили средней тяжести вред здоровью, ФИО32 – легкий вред здоровью.

Суд первой инстанции пришел к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО13 с освобождением последнего от уголовной ответственности в порядке ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением его с потерпевшей ФИО34 и принятием мер по заглаживанию вреда в общей сумме <данные изъяты> рублей, причиненного ей в результате преступления, при этом исходил из того, что ФИО13 обвиняется в совершении преступления средней тяжести и ранее не судим.

Вместе с тем, согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», при разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

При этом в силу разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о примирении, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 года № 519-0-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

Таким образом, при решении вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон суд должен исходить из совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности и число объектов преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Судья кассационной инстанции приходит к убеждению, что прекращая уголовное дело в отношении ФИО13 в связи с примирением сторон, судом не учтено, что данное преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, относится к двухобъектным, жизнь и здоровье граждан, а также общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности.

Также суд первой инстанции не дал надлежащей оценки тому, что само по себе возмещение морального вреда и материального ущерба одной потерпевшей ФИО37 не могут устранить все наступившие последствия, уменьшить степень общественной опасности содеянного и свидетельствовать о полном заглаживании вреда, причиненного потерпевшим в результате совершенного преступления.

Судебное постановление о прекращении уголовного дела и освобождении ФИО13. от уголовной ответственности по ч. 3 ст. 264 УК РФ, лишь на том основании, что потерпевшая не имеет претензий к обвиняемому, не основано на законе и не отвечает требованиям социальной справедливости, предупреждению совершения им новых преступлений.

Кроме того заслуживают внимание доводы кассационного представления прокурора о том, что принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО13 не только основного наказания, но и дополнительного – в виде лишения права управления транспортными средствами.

Таким образом, решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО13 в связи с примирением сторон свидетельствует о нарушении предписаний закона об оценке всех обстоятельств дела, на что справедливо указал в кассационном представлении прокурор, данное решение не отвечает назначению уголовного закона, задачам, закрепленным в ст. 2 УК РФ, искажает суть правосудия и смысл судебного решения, как акта правосудия, в связи с чем выводы суда первой инстанций об освобождении от уголовной ответственности и прекращении уголовного дела в отношении ФИО13. в связи с примирением сторон и наличия оснований для применения положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ являются необоснованными, преждевременными.

Согласно ст. 401.6 УПК РФ пересмотр в кассационном порядке постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями для отмены или изменения постановления суда при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Принимая во внимание, что указанный срок не истек, нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при рассмотрении уголовного дела, являются существенными, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, влияют на исход дела, судья кассационной инстанции считает необходимым судебное постановление в отношении ФИО13. отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

При новом рассмотрении уголовного дела суду следует устранить указанные существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, дать объективную оценку доказательствам по делу, с приведением мотивов, принять законное, обоснованное и справедливое решение по делу.

Доводы, изложенные в кассационном представлении прокурора, подлежат проверке при новом рассмотрении уголовного дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.14, 401.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судья

постановил:

кассационное представление прокурора Краснодарского края Табельского С.В. удовлетворить.

Постановление Успенского районного суда Краснодарского края от 28 февраля 2023 года в отношении ФИО13 отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий