Дело № 22-1089/2024

Акты

Судья Сергеев Е.О. Дело № 22 – 1089/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 12 марта 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Шляпникова Н.В., Воронова Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Астаповой М.С.,

с участием прокурора Набережной Е.В.,

осужденных Р., Х., Я., Б.,

адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., Морева И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Я., адвоката Соснина В.А. в интересах осужденного Р., адвоката Тупицына А.С. в интересах осужденного Х., адвоката Симакова О.И. в интересах осужденного Я., адвоката Морева И.В. в интересах осужденного Б., заинтересованного лица Ч. на приговор Соликамского городского суда Пермского края от 11 декабря 2023года, которым

Р., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 700000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства; ч. 1 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 30000 рублей, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 5 годам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 900000 рублей.

Х., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 500000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 4 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 600000 рублей.

Я., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 3 годам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей.

Б., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 3 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей.

Судом решены вопросы о самостоятельном порядке следования осужденных к месту отбывания наказания, исчислении наказания, зачете в срок принудительных работ времени содержания под стражей и домашнего ареста, мере пресечения, гражданским искам, судьбе арестованного имущества и вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шляпникова Н.В., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, поступивших возражений, выступления осужденных Р., Х., Я., Б., их адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., Морева И.В., прокурора Набережной Е.В. по доводам жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Р., Х., Я., Б. признаны виновными:

- в приобретении, хранении, перевозке в целях сбыта и продаже немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенных организованной группой, в особо крупном размере;

- в закупке, хранении, перевозке этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенных организованной группой, в особо крупном размере;

- в незаконном использовании чужих товарных знаков и наименования места происхождения товара, совершенном неоднократно, с причинением крупного ущерба, организованной группой.

Кроме того, Р. незаконно приобрел и хранил боеприпасы к огнестрельному оружию.

Преступления совершены на территории Пермского края в период с июня 2021 года по 15 марта 2022 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Соснин В.А. в интересах осужденного Р. поставил вопрос об отмене приговора, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, нарушение принципа презумпции невиновности. В обоснование доводов указывает на отсутствие относимых допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих виновность Р. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, а также оспаривает виновность Р. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, в составе организованной группы. Подробно анализируя законодательство, регулирующее государственное производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также определение понятий водки и алкогольной продукция, и, давая собственную оценку проведенным по делу химическим экспертизам, указывает, что ни одна жидкость, изъятая у Р., не может являться водкой и, как следствие, алкогольной продукцией, поскольку содержит ниже 38% этилового спирта. Обращает внимание, что предметом преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, является только легально изготовленная алкогольная продукция, которая подлежит маркировке. Отмечает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой и не соответствует ГОСТ 12712-2013, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку. Ссылаясь на записи телефонных переговоров делает вывод о недоказанности вмененного Р. квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы». Считает, что при назначении наказания в виде принудительных работ суд не дал оценку личности осужденного Р., который по месту жительства характеризуется положительно, занимается благотворительностью, имеет ряд заболеваний, а также не учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Адвокат Тупицын А.С. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней в интересах осужденного Х. поставил вопрос об отмене приговора с последующей передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, ссылаясь на существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона. В обоснование доводов указывает, что предъявленное обвинение вменено юридически некорректно, дуалистично, альтернативно, размыто, не соответствует закону и содержит предположения применительно к каждому вмененному преступлению, в обвинении имеются неточности, противоречия и неопределенности. Считает, что указанные обстоятельства нарушают право осужденного на защиту против предъявленного обвинения. В связи с чем полагает, что на основании содержащегося в обвинительном заключении обвинения невозможно вынести приговор, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Указывает, что суд вышел за пределы обвинения, поскольку из обвинительного заключения следует, что по ч. 4 ст. 180 УК РФ Х. и другим не вменялось неоднократное незаконное использование чужого товарного знака и наименования места происхождения товара, в связи с чем полагает, что суд ухудшил положение осужденных, вменив указанный излишний квалифицирующий признак. Оспаривает расчет суммы ущерба по ст. ст. 171.1, 171.3, 180 УК РФ (т. 7 на л.д. 75-79), составленный ненадлежащим и неуполномоченным лицом – сотрудником полиции Г.? которая не имеет какого-либо процессуального статуса по уголовному делу, в том числе не обладает специальными познаниями, не является специалистом или экспертом, какие-либо процессуальные права ей не разъяснялись. Утверждает, что суд не проверил расчет стоимости ущерба на предмет его соответствия разъяснениям, содержащимся в письме Минфина РФ от 20 апреля 2018 года № 03-14-11/26736, согласно которым в силу п. 6.2 Положения о Федеральной службе по урегулированию алкогольного рынка, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24 февраля 2009 № 154, именно Федеральная служба по урегулированию алкогольного рынка имеет право рассчитывать стоимость водки, ликеро-водочной и другой алкогольной продукции крепостью свыше 28%. Обращает внимание, что в нарушение положений ст. 281 УПК РФ в отсутствие согласия стороны защиты были оглашены показания представителя потерпевшего Ф., данные в ходе производства предварительного расследования по уголовному делу (т. 1 л.д. 208-212), при этом не были приняты исчерпывающие меры к обеспечению его явки. Считает, что тем самым было нарушено право защиты на активное участие в доказывании по уголовному делу, непосредственность и устность судебного разбирательства. Отмечает, что суд в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ по преступлениям, предусмотренным п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, не мотивировал в приговоре какие вещественные доказательства относятся к спиртосодержащей, а какие к алкогольной продукции. Обращает внимание, что предметом преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, является только легально изготовленная алкогольная продукция, которая подлежит маркировке. Утверждает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой и не соответствует ГОСТ 12712-2013, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку, а также наличие события преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ. Полагает, что суд по преступлению, предусмотренному п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, не мотивировал в приговоре какая изъятая алкогольная продукция подлежала обязательной маркировке акцизными марками, а какая федеральными специальными марками, то же самое касается изъятой табачной продукции. Считает, что суд не раскрыл и не обосновал в приговоре по ч. 4 ст. 180 УК РФ, какие наименования места происхождения товара незаконно использовались осужденными. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает, что не нашли подтверждения характеризующие организованную группу признаки, предусмотренные ч. 3 ст. 35 УК РФ, такие как устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности. Считает, что суд не раскрыл и не привел конкретные доказательства наличия преступной группы, а лишь сослался на общие формулировки. Обращает внимание, что С. В.В., Я., Б. не знакомы между собой, каких-либо договоренностей между собой, а также с Х. не имели. Отмечает, что Х. отрицает участие в телефонных переговорах между соучастниками преступной группы, при этом фоноскопическая экспертиза по уголовному делу не проводилась. Оспаривает причинение крупного ущерба по ч. 4 ст. 180 УК РФ, поскольку по уголовным делам экономической направленности, в том числе о преступлениях, предусмотренных ст. ст.171.1, 171.3, 180 УК РФ, размер ущерба определяется на основании гражданско-правовых договоров, первичных учетных документов, выписок (справок) по расчетным счетам, информации по сделкам с использованием электронных средств платежа, при необходимости для определения размера ущерба подлежащего возмещению, может быть назначена судебная экспертиза, однако таковых документов потерпевшими не представлено (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 года № 48). Обращает внимание, что судом в приговоре не приведен всесторонний и полный анализ всех доказательств, на которых суд основал выводы о виновности осужденных.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ЯборовН.Н. поставил вопрос об отмене приговора либо смягчении назначенного наказания, ссылаясь на существенное нарушение судом уголовно-процессуального закона. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает об отсутствии квалифицирующего признака – совершение преступления в составе организованной группы, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие предварительную договоренность между членами группы, выполнение им роли исполнителя, распределение функций, направленных на осуществление единого преступного умысла, наличие заранее разработанного плана у членов организованной преступной группы для совместной преступной деятельности. Оспаривая фактические обстоятельства дела, указывает, что какими-либо объективными доказательствами не подтверждены выводы суда об участии его в приобретении, перевозке немаркированной алкогольной продукции и табачных изделий на личном автомобиле, а также в поиске новых клиентов, разгрузке товаров в места хранения, приеме заказов и наличных денежных средств от клиентов и обеспечении конспирации с целью сокрытия деятельности организованной преступной группы. Считает, что фонограммы разговоров неустановленных лиц не подтверждают его вину, поскольку не отвечают признакам относимости, допустимости и достоверности, а остальные доказательства в совокупности не достаточны для постановления обвинительного приговора. Оспаривает в связи с завышением расчет суммы ущерба от преступлений, составленный ненадлежащим и неуполномоченным лицом – сотрудником полиции Г.? которая не обладает специальными познаниями, не является специалистом или экспертом, какие-либо процессуальные права ей не разъяснялись. Отмечает, что в приговоре не приведены мотивы определения стоимости изъятой алкогольной продукции по среднерыночным ценам, а не по минимальным ценам на алкоголь. Утверждает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку. Автор жалобы также указывает, что наказание является несправедливым, незаконным и чрезмерно суровым. Обращает внимание, что положительные характеристики, наличие семьи, иждивенцев, а также его возраст позволяли суду учесть при назначении наказания положения ст. ст. 64, 73 УК РФ, не применение которых суд не мотивировал, либо назначить наказание в виде штрафа.

Адвокат Симаков О.И. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней в защиту осужденного Я., ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., осужденного Я. относительно отсутствия предмета преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы», а также неконкретности и некорректности обвинения, не доказанности размера ущерба, причиненного в результате преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 171.1, ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, поставил вопрос об отмене приговора с последующим оправданием Я. Кроме того, автор жалобы дополнил, что подтверждением отсутствия в содеянном Я. квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы» является отсутствие регистрации за Я. указанного в обвинении автомобиля «Рено» госрегзнак **, на котором согласно версии стороны обвинения соучастники перевозили контрафактную продукцию. Оспаривает допустимость протоколов осмотра места происшествия, осмотра предметов, постановлений о признании изъятых предметов вещественными доказательствами, заключений судебных экспертиз, считает необходимым исключить их из перечня доказательств, поскольку при ознакомлении с материалами дела по окончании предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства в порядке ч. 1 ст. 284 УПК РФ стороне защиты не была представлена для осмотра, итогового подсчета и определения принадлежности жидкость, изъятая в ходе осмотров места происшествия. Отмечает, что содержащееся в обвинительном заключении описание вмененного преступления не содержит указания на точное время его совершения.

Та же просьба и доводы в ее обоснование содержаться в апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвоката Морева И.В., поданных в защиту осужденного Б., который, ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., осужденного Я. относительно отсутствия предмета преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы», а также неконкретности и некорректности обвинения, в том числе в части точного времени совершения преступлений, наличия оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, не доказанности размера ущерба, причиненного в результате преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 171.1, ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, дополнительно поставил вопрос о возвращении Б. 14 050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический Этиловый», хранящихся в АО «Росспиртом» и снятии ареста на квартиру, принадлежащую Б., расположенную по адресу: ****. Оспаривая размер ущерба по преступлениям, предусмотренным п.п. «а, б» ч. 6 ст.171.1, п.п «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, отмечает, что по уголовному делу не проведены товароведческие экспертизы относительно изъятой контрафактной алкогольной или спиртосодержащей продукции, несмотря на неоднократные ходатайства стороны защиты на стадии предварительного следствия. Обращает внимание, что в расчет стоимости ущерба необоснованно включены 14050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический», которые впоследствии исключены из обвинения, кроме того, учтенное при расчете количество продукции не соответствует количеству изъятой при осмотрах места происшествия и признанной вещественными доказательствами продукции, а также применен недействующий на момент изъятия продукции – 15 марта 2022 года приказ Минфина России от 24 декабря 2022 года № 11н. Также отмечает, что согласно п. 1 ст. 26 Федерального закона № 171-ФЗ этиловый спирт запрещен к реализации и рыночной стоимости, соответственно и акцизов, не имеет. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает об отсутствии квалифицирующего признака – совершение преступления в составе организованной группы, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие предварительную договоренность между членами группы, выполнение Б. роли исполнителя, распределение функций, направленных на осуществление единого преступного умысла, наличие заранее разработанного плана у членов организованной преступной группы для совместной преступной деятельности, поскольку Б. с «лидером» организованной группы Р., а также с Я. знаком не был. Обращает внимание, что суд на основании позиции государственного обвинителя вышел за пределы предъявленного обвинения и самостоятельно установил в приговоре иное время совершения преступления, что недопустимо, поскольку этим ухудшается положение осужденного и нарушается право на защиту. Утверждает, что суд в нарушение требований ч. 5 ст. 307 УПК РФ в отсутствие мотивов принятого решения постановил об уничтожении 14050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический», которые предметом инкриминируемых Б. преступлений не являются. Отмечает, что при назначении Б. наказания в качестве смягчающего обстоятельства суд признал наличие двух малолетних детей, вместо трех, что противоречит имеющимся в материалах дела свидетельствам о рождении детей.

Заинтересованное лицо Ч. поставила вопрос об отмене приговора в части конфискации и уничтожения принадлежащих ей сигарет «Кент нано 4» в количестве 42 пачек, ссылаясь на нарушение гарантированного Конституцией РФ права собственности. В обоснование доводов указывает, что изъятые и подлежащие уничтожению сигареты «Кент нано 4» не являлись предметом преступлений по рассматриваемому уголовному делу.

Государственный обвинитель Асадова Н.В. в возражениях полагает необходимым обжалуемое судебное решение оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, поступивших возражении, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене.

В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такое нарушение уголовно-процессуального закона было допущено судом первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пп. 19 и 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом, а всякое изменение обвинения в суде должно быть обоснованно в описательно-мотивировочной части приговора.

По смыслу уголовно-процессуального закона, приговор представляет собой единый логически связанный документ, в котором описательная часть должна соответствовать его мотивировочной части, а мотивировочная часть - резолютивной. Судебное решение должно быть изложено таким образом, чтобы исключить возможность двойного толкования выводов суда по основным вопросам обвинения, поскольку иное ставит под сомнение его правосудность.

Во всяком случае, описательно-мотивировочная часть приговора не должна содержать противоречий в выводах суда.

Вместе с тем, обжалуемый приговор содержит противоречивые выводы суда между описанием преступных деяний, признанных судом доказанными, и квалификацией совершенных осужденными Р., Х., Я., Б. преступлений.

В частности, содеянное осужденными судом первой инстанции квалифицировано по:

- п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ - как приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта и продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенные организованной группой, в особо крупном размере;

- п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ – как закупка, хранение, перевозка этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере.

Однако, излагая в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства преступных деяний, признанных доказанным, суд первой инстанции, объединил описание преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, при этом, не описав в чем заключается закупка, хранение, перевозка этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере (п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ).

По мнению судебной коллегии, объединяя описание преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что предмет указанных преступлений относительно алкогольной продукции совпадает, однако, оставил без внимания тот факт, что объективная сторона данных преступлений разная и не идентичная.

И соответственно круг вопросов, подлежащих проверке, не является одинаковым, а потому объединение описания преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, в данном случае нельзя признать обоснованным.

Кроме того, в нарушение требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, при описании преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, суд не указал в приговоре обстоятельства приобретения, перевозки в целях сбыта и продажи немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенные организованной группой, в особо крупном размере, в частности место и способ совершения этого преступления.

Также, из приговора следует, что суд первой инстанции при определении размера причиненного преступлениями ущерба взял за основу справки-расчеты, составленные сотрудником полиции Г. (т. 7 л.д. 75-77).

Однако, суммы ущерба, указанные в справках-расчетах, не совпадают с размером ущерба, установленным судом при описании преступных деяний.

При этом в приговоре отсутствуют сведения о примененной судом методике расчета размера ущерба.

Вышеуказанные нарушения закона судебная коллегия находит существенными, влекущими отмену приговора с направлением уголовного дела в тот же суд на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду надлежит в точном соответствии с требованиями УПК РФ рассмотреть данное дело и постановить законное, обоснованное и справедливое решение.

Поскольку приговор отменяется в связи с допущенным нарушением уголовно-процессуального закона, судебная коллегия не предрешает выводы, которые могут быть сделаны при повторном рассмотрении уголовного дела судом, а доводы апелляционных жалоб подлежат проверке и оценке при новом рассмотрении уголовного дела по существу.

В целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного заседания в разумные сроки, судебная коллегия, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, положений ст.ст. 97, 102, 105.1, 106, 109 УПК РФ, а также данных о личности Р., Х., Я., Б. считает необходимым: меру пресечения в виде залога в отношении Р., Х. оставит без изменения, установив срок ее применения 3 месяца, то есть до 12 июня 2024 года; сохранить в отношении: Б. меру пресечения в виде запрета определенных действий с сохранением ранее установленных запретов и ограничений; Я. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22., 389.28, 389.33 УПК РФ судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Соликамского городского суда Пермского края от 11 декабря 2023 года в отношении Р., Х., Я., Б. отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в виде залога в отношении Р., Х. оставить без изменения, установив срок ее применения 3 месяца, то есть до 12 июня 2024 года.

Сохранить в отношении: Б. меру пресечения в виде запрета определенных действий с сохранением ранее установленных запретов и ограничений; Я. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

в

Судья Сергеев Е.О. Дело № 22 – 1089/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 12 марта 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Шляпникова Н.В., Воронова Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Астаповой М.С.,

с участием прокурора Набережной Е.В.,

осужденных Р., Х., Я., Б.,

адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., Морева И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Я., адвоката Соснина В.А. в интересах осужденного Р., адвоката Тупицына А.С. в интересах осужденного Х., адвоката Симакова О.И. в интересах осужденного Я., адвоката Морева И.В. в интересах осужденного Б., заинтересованного лица Ч. на приговор Соликамского городского суда Пермского края от 11 декабря 2023года, которым

Р., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 700000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства; ч. 1 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 30000 рублей, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 5 годам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 900000 рублей.

Х., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 500000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 4 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 600000 рублей.

Я., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 3 годам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей.

Б., дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; ч. 4 ст. 180 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст.53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 200000 рублей; п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в силу ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 3 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием 20% из заработной платы осужденного в доход государства со штрафом в размере 300000 рублей.

Судом решены вопросы о самостоятельном порядке следования осужденных к месту отбывания наказания, исчислении наказания, зачете в срок принудительных работ времени содержания под стражей и домашнего ареста, мере пресечения, гражданским искам, судьбе арестованного имущества и вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шляпникова Н.В., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, поступивших возражений, выступления осужденных Р., Х., Я., Б., их адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., Морева И.В., прокурора Набережной Е.В. по доводам жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Р., Х., Я., Б. признаны виновными:

- в приобретении, хранении, перевозке в целях сбыта и продаже немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенных организованной группой, в особо крупном размере;

- в закупке, хранении, перевозке этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенных организованной группой, в особо крупном размере;

- в незаконном использовании чужих товарных знаков и наименования места происхождения товара, совершенном неоднократно, с причинением крупного ущерба, организованной группой.

Кроме того, Р. незаконно приобрел и хранил боеприпасы к огнестрельному оружию.

Преступления совершены на территории Пермского края в период с июня 2021 года по 15 марта 2022 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Соснин В.А. в интересах осужденного Р. поставил вопрос об отмене приговора, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, нарушение принципа презумпции невиновности. В обоснование доводов указывает на отсутствие относимых допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих виновность Р. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, а также оспаривает виновность Р. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, в составе организованной группы. Подробно анализируя законодательство, регулирующее государственное производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также определение понятий водки и алкогольной продукция, и, давая собственную оценку проведенным по делу химическим экспертизам, указывает, что ни одна жидкость, изъятая у Р., не может являться водкой и, как следствие, алкогольной продукцией, поскольку содержит ниже 38% этилового спирта. Обращает внимание, что предметом преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, является только легально изготовленная алкогольная продукция, которая подлежит маркировке. Отмечает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой и не соответствует ГОСТ 12712-2013, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку. Ссылаясь на записи телефонных переговоров делает вывод о недоказанности вмененного Р. квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы». Считает, что при назначении наказания в виде принудительных работ суд не дал оценку личности осужденного Р., который по месту жительства характеризуется положительно, занимается благотворительностью, имеет ряд заболеваний, а также не учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Адвокат Тупицын А.С. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней в интересах осужденного Х. поставил вопрос об отмене приговора с последующей передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, ссылаясь на существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона. В обоснование доводов указывает, что предъявленное обвинение вменено юридически некорректно, дуалистично, альтернативно, размыто, не соответствует закону и содержит предположения применительно к каждому вмененному преступлению, в обвинении имеются неточности, противоречия и неопределенности. Считает, что указанные обстоятельства нарушают право осужденного на защиту против предъявленного обвинения. В связи с чем полагает, что на основании содержащегося в обвинительном заключении обвинения невозможно вынести приговор, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Указывает, что суд вышел за пределы обвинения, поскольку из обвинительного заключения следует, что по ч. 4 ст. 180 УК РФ Х. и другим не вменялось неоднократное незаконное использование чужого товарного знака и наименования места происхождения товара, в связи с чем полагает, что суд ухудшил положение осужденных, вменив указанный излишний квалифицирующий признак. Оспаривает расчет суммы ущерба по ст. ст. 171.1, 171.3, 180 УК РФ (т. 7 на л.д. 75-79), составленный ненадлежащим и неуполномоченным лицом – сотрудником полиции Г.? которая не имеет какого-либо процессуального статуса по уголовному делу, в том числе не обладает специальными познаниями, не является специалистом или экспертом, какие-либо процессуальные права ей не разъяснялись. Утверждает, что суд не проверил расчет стоимости ущерба на предмет его соответствия разъяснениям, содержащимся в письме Минфина РФ от 20 апреля 2018 года № 03-14-11/26736, согласно которым в силу п. 6.2 Положения о Федеральной службе по урегулированию алкогольного рынка, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24 февраля 2009 № 154, именно Федеральная служба по урегулированию алкогольного рынка имеет право рассчитывать стоимость водки, ликеро-водочной и другой алкогольной продукции крепостью свыше 28%. Обращает внимание, что в нарушение положений ст. 281 УПК РФ в отсутствие согласия стороны защиты были оглашены показания представителя потерпевшего Ф., данные в ходе производства предварительного расследования по уголовному делу (т. 1 л.д. 208-212), при этом не были приняты исчерпывающие меры к обеспечению его явки. Считает, что тем самым было нарушено право защиты на активное участие в доказывании по уголовному делу, непосредственность и устность судебного разбирательства. Отмечает, что суд в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ по преступлениям, предусмотренным п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, не мотивировал в приговоре какие вещественные доказательства относятся к спиртосодержащей, а какие к алкогольной продукции. Обращает внимание, что предметом преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, является только легально изготовленная алкогольная продукция, которая подлежит маркировке. Утверждает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой и не соответствует ГОСТ 12712-2013, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку, а также наличие события преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ. Полагает, что суд по преступлению, предусмотренному п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, не мотивировал в приговоре какая изъятая алкогольная продукция подлежала обязательной маркировке акцизными марками, а какая федеральными специальными марками, то же самое касается изъятой табачной продукции. Считает, что суд не раскрыл и не обосновал в приговоре по ч. 4 ст. 180 УК РФ, какие наименования места происхождения товара незаконно использовались осужденными. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает, что не нашли подтверждения характеризующие организованную группу признаки, предусмотренные ч. 3 ст. 35 УК РФ, такие как устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности. Считает, что суд не раскрыл и не привел конкретные доказательства наличия преступной группы, а лишь сослался на общие формулировки. Обращает внимание, что С. В.В., Я., Б. не знакомы между собой, каких-либо договоренностей между собой, а также с Х. не имели. Отмечает, что Х. отрицает участие в телефонных переговорах между соучастниками преступной группы, при этом фоноскопическая экспертиза по уголовному делу не проводилась. Оспаривает причинение крупного ущерба по ч. 4 ст. 180 УК РФ, поскольку по уголовным делам экономической направленности, в том числе о преступлениях, предусмотренных ст. ст.171.1, 171.3, 180 УК РФ, размер ущерба определяется на основании гражданско-правовых договоров, первичных учетных документов, выписок (справок) по расчетным счетам, информации по сделкам с использованием электронных средств платежа, при необходимости для определения размера ущерба подлежащего возмещению, может быть назначена судебная экспертиза, однако таковых документов потерпевшими не представлено (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 года № 48). Обращает внимание, что судом в приговоре не приведен всесторонний и полный анализ всех доказательств, на которых суд основал выводы о виновности осужденных.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ЯборовН.Н. поставил вопрос об отмене приговора либо смягчении назначенного наказания, ссылаясь на существенное нарушение судом уголовно-процессуального закона. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает об отсутствии квалифицирующего признака – совершение преступления в составе организованной группы, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие предварительную договоренность между членами группы, выполнение им роли исполнителя, распределение функций, направленных на осуществление единого преступного умысла, наличие заранее разработанного плана у членов организованной преступной группы для совместной преступной деятельности. Оспаривая фактические обстоятельства дела, указывает, что какими-либо объективными доказательствами не подтверждены выводы суда об участии его в приобретении, перевозке немаркированной алкогольной продукции и табачных изделий на личном автомобиле, а также в поиске новых клиентов, разгрузке товаров в места хранения, приеме заказов и наличных денежных средств от клиентов и обеспечении конспирации с целью сокрытия деятельности организованной преступной группы. Считает, что фонограммы разговоров неустановленных лиц не подтверждают его вину, поскольку не отвечают признакам относимости, допустимости и достоверности, а остальные доказательства в совокупности не достаточны для постановления обвинительного приговора. Оспаривает в связи с завышением расчет суммы ущерба от преступлений, составленный ненадлежащим и неуполномоченным лицом – сотрудником полиции Г.? которая не обладает специальными познаниями, не является специалистом или экспертом, какие-либо процессуальные права ей не разъяснялись. Отмечает, что в приговоре не приведены мотивы определения стоимости изъятой алкогольной продукции по среднерыночным ценам, а не по минимальным ценам на алкоголь. Утверждает, что вся изъятая спиртосодержащая продукция, согласно заключениям химических экспертиз, не является водкой, что указывает на ее незаконное происхождение и исключает в силу закона ее маркировку. Автор жалобы также указывает, что наказание является несправедливым, незаконным и чрезмерно суровым. Обращает внимание, что положительные характеристики, наличие семьи, иждивенцев, а также его возраст позволяли суду учесть при назначении наказания положения ст. ст. 64, 73 УК РФ, не применение которых суд не мотивировал, либо назначить наказание в виде штрафа.

Адвокат Симаков О.И. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней в защиту осужденного Я., ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., осужденного Я. относительно отсутствия предмета преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы», а также неконкретности и некорректности обвинения, не доказанности размера ущерба, причиненного в результате преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 171.1, ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, поставил вопрос об отмене приговора с последующим оправданием Я. Кроме того, автор жалобы дополнил, что подтверждением отсутствия в содеянном Я. квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы» является отсутствие регистрации за Я. указанного в обвинении автомобиля «Рено» госрегзнак **, на котором согласно версии стороны обвинения соучастники перевозили контрафактную продукцию. Оспаривает допустимость протоколов осмотра места происшествия, осмотра предметов, постановлений о признании изъятых предметов вещественными доказательствами, заключений судебных экспертиз, считает необходимым исключить их из перечня доказательств, поскольку при ознакомлении с материалами дела по окончании предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства в порядке ч. 1 ст. 284 УПК РФ стороне защиты не была представлена для осмотра, итогового подсчета и определения принадлежности жидкость, изъятая в ходе осмотров места происшествия. Отмечает, что содержащееся в обвинительном заключении описание вмененного преступления не содержит указания на точное время его совершения.

Та же просьба и доводы в ее обоснование содержаться в апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвоката Морева И.В., поданных в защиту осужденного Б., который, ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах адвокатов Соснина В.А., Тупицына А.С., Симакова О.И., осужденного Я. относительно отсутствия предмета преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, квалифицирующего признака «совершение преступления в составе организованной группы», а также неконкретности и некорректности обвинения, в том числе в части точного времени совершения преступлений, наличия оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, не доказанности размера ущерба, причиненного в результате преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 171.1, ч. 2 ст. 171.3, ч. 4 ст. 180 УК РФ, дополнительно поставил вопрос о возвращении Б. 14 050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический Этиловый», хранящихся в АО «Росспиртом» и снятии ареста на квартиру, принадлежащую Б., расположенную по адресу: ****. Оспаривая размер ущерба по преступлениям, предусмотренным п.п. «а, б» ч. 6 ст.171.1, п.п «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, отмечает, что по уголовному делу не проведены товароведческие экспертизы относительно изъятой контрафактной алкогольной или спиртосодержащей продукции, несмотря на неоднократные ходатайства стороны защиты на стадии предварительного следствия. Обращает внимание, что в расчет стоимости ущерба необоснованно включены 14050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический», которые впоследствии исключены из обвинения, кроме того, учтенное при расчете количество продукции не соответствует количеству изъятой при осмотрах места происшествия и признанной вещественными доказательствами продукции, а также применен недействующий на момент изъятия продукции – 15 марта 2022 года приказ Минфина России от 24 декабря 2022 года № 11н. Также отмечает, что согласно п. 1 ст. 26 Федерального закона № 171-ФЗ этиловый спирт запрещен к реализации и рыночной стоимости, соответственно и акцизов, не имеет. Анализируя исследованные судом доказательства и давая им собственную оценку, утверждает об отсутствии квалифицирующего признака – совершение преступления в составе организованной группы, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие предварительную договоренность между членами группы, выполнение Б. роли исполнителя, распределение функций, направленных на осуществление единого преступного умысла, наличие заранее разработанного плана у членов организованной преступной группы для совместной преступной деятельности, поскольку Б. с «лидером» организованной группы Р., а также с Я. знаком не был. Обращает внимание, что суд на основании позиции государственного обвинителя вышел за пределы предъявленного обвинения и самостоятельно установил в приговоре иное время совершения преступления, что недопустимо, поскольку этим ухудшается положение осужденного и нарушается право на защиту. Утверждает, что суд в нарушение требований ч. 5 ст. 307 УПК РФ в отсутствие мотивов принятого решения постановил об уничтожении 14050 бутыльков, объемом 100 мл. с надписью «Лосьон косметический», которые предметом инкриминируемых Б. преступлений не являются. Отмечает, что при назначении Б. наказания в качестве смягчающего обстоятельства суд признал наличие двух малолетних детей, вместо трех, что противоречит имеющимся в материалах дела свидетельствам о рождении детей.

Заинтересованное лицо Ч. поставила вопрос об отмене приговора в части конфискации и уничтожения принадлежащих ей сигарет «Кент нано 4» в количестве 42 пачек, ссылаясь на нарушение гарантированного Конституцией РФ права собственности. В обоснование доводов указывает, что изъятые и подлежащие уничтожению сигареты «Кент нано 4» не являлись предметом преступлений по рассматриваемому уголовному делу.

Государственный обвинитель Асадова Н.В. в возражениях полагает необходимым обжалуемое судебное решение оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, поступивших возражении, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене.

В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такое нарушение уголовно-процессуального закона было допущено судом первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пп. 19 и 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом, а всякое изменение обвинения в суде должно быть обоснованно в описательно-мотивировочной части приговора.

По смыслу уголовно-процессуального закона, приговор представляет собой единый логически связанный документ, в котором описательная часть должна соответствовать его мотивировочной части, а мотивировочная часть - резолютивной. Судебное решение должно быть изложено таким образом, чтобы исключить возможность двойного толкования выводов суда по основным вопросам обвинения, поскольку иное ставит под сомнение его правосудность.

Во всяком случае, описательно-мотивировочная часть приговора не должна содержать противоречий в выводах суда.

Вместе с тем, обжалуемый приговор содержит противоречивые выводы суда между описанием преступных деяний, признанных судом доказанными, и квалификацией совершенных осужденными Р., Х., Я., Б. преступлений.

В частности, содеянное осужденными судом первой инстанции квалифицировано по:

- п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ - как приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта и продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенные организованной группой, в особо крупном размере;

- п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ – как закупка, хранение, перевозка этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере.

Однако, излагая в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства преступных деяний, признанных доказанным, суд первой инстанции, объединил описание преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, при этом, не описав в чем заключается закупка, хранение, перевозка этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере (п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ).

По мнению судебной коллегии, объединяя описание преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что предмет указанных преступлений относительно алкогольной продукции совпадает, однако, оставил без внимания тот факт, что объективная сторона данных преступлений разная и не идентичная.

И соответственно круг вопросов, подлежащих проверке, не является одинаковым, а потому объединение описания преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, в данном случае нельзя признать обоснованным.

Кроме того, в нарушение требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, при описании преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, суд не указал в приговоре обстоятельства приобретения, перевозки в целях сбыта и продажи немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, а также немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенные организованной группой, в особо крупном размере, в частности место и способ совершения этого преступления.

Также, из приговора следует, что суд первой инстанции при определении размера причиненного преступлениями ущерба взял за основу справки-расчеты, составленные сотрудником полиции Г. (т. 7 л.д. 75-77).

Однако, суммы ущерба, указанные в справках-расчетах, не совпадают с размером ущерба, установленным судом при описании преступных деяний.

При этом в приговоре отсутствуют сведения о примененной судом методике расчета размера ущерба.

Вышеуказанные нарушения закона судебная коллегия находит существенными, влекущими отмену приговора с направлением уголовного дела в тот же суд на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду надлежит в точном соответствии с требованиями УПК РФ рассмотреть данное дело и постановить законное, обоснованное и справедливое решение.

Поскольку приговор отменяется в связи с допущенным нарушением уголовно-процессуального закона, судебная коллегия не предрешает выводы, которые могут быть сделаны при повторном рассмотрении уголовного дела судом, а доводы апелляционных жалоб подлежат проверке и оценке при новом рассмотрении уголовного дела по существу.

В целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного заседания в разумные сроки, судебная коллегия, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, положений ст.ст. 97, 102, 105.1, 106, 109 УПК РФ, а также данных о личности Р., Х., Я., Б. считает необходимым: меру пресечения в виде залога в отношении Р., Х. оставит без изменения, установив срок ее применения 3 месяца, то есть до 12 июня 2024 года; сохранить в отношении: Б. меру пресечения в виде запрета определенных действий с сохранением ранее установленных запретов и ограничений; Я. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22., 389.28, 389.33 УПК РФ судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Соликамского городского суда Пермского края от 11 декабря 2023 года в отношении Р., Х., Я., Б. отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в виде залога в отношении Р., Х. оставить без изменения, установив срок ее применения 3 месяца, то есть до 12 июня 2024 года.

Сохранить в отношении: Б. меру пресечения в виде запрета определенных действий с сохранением ранее установленных запретов и ограничений; Я. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

в