Дело № 7У-3737/2024 [77-2262/2024]

Акты

ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

Дело № 77-2262/2024

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово                                    19 июня 2024 года

Судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Кайгородов А.А.

при секретаре Чудиной Л.А.,

с участием прокурора Кима Д.Ю.,

осужденного ФИО15.,

его защитника - адвоката Стельмах С.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Стельмах С.Н. в защиту осужденного ФИО16. на приговор Курагинского районного суда Красноярского края от 30.08.2023 и апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 10.10.2023.

Доложив материалы дела, заслушав осужденного и его защитника, поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора, возражавшего против их удовлетворения, но полагавшего необходимым судебные решения отменить в связи с декриминализацией деяния, суд кассационной инстанции

установил:

приговором Курагинского районного суда Красноярского края от 30.08.2023

<данные изъяты>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ к штрафу в размере 210 000 рублей с рассрочкой его выплаты на основании ч. 3 ст. 46 УК РФ на 8 месяцев равными частями по 26 250 рублей.

    Сохранен до исполнения приговора суда в части оплаты штрафа арест, наложенный на принадлежащие ФИО17. автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты>, стоимостью 150 000 рублей и 100 процентов доли в уставном капитале ООО <данные изъяты> <данные изъяты> стоимостью 10 000 рублей.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 10.10.2023 приговор изменен:

- ФИО19. освобожден от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

- снят арест, наложенный на имущество ФИО18. в целях исполнения приговора суда в части оплаты штрафа.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

ФИО1 признан виновным и осужден за сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, совершенное в крупном размере.

Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Стельмах С.Н. в защиту осужденного ФИО1, выражая несогласие с принятыми судебными решениями, считает их незаконными и необоснованными, просит их отменить, уголовное дело прекратить за отсутствием состава преступления.

Полагает, что показания свидетелей ФИО13 и ФИО14 оглашены судом в нарушение положений ст. 281 УПК РФ, без учета мнения стороны защиты, возражавшей против их оглашения, более того, суд не указал, в какой части их показания, данные в суде, не согласуются с другими доказательствами по делу.

Считает, что судами в целом не дана оценка как показаниям тех же свидетелей, данных в судебном заседании, так и доказательствам стороны защиты наряду с показаниями осужденного ФИО1

Указывает, что ФИО1 не оспариваются фактические обстоятельства дела, наличие недоимки по налогам и страховым взносам, требований об их уплате, дебиторской задолженности перед ООО <данные изъяты> и направление по его поручению 33 распорядительных писем о перечислении денежных средств на расчетные счета контрагентов-кредиторов организации в качестве оплаты по договорам. Более того, в ходе проведения выемки ФИО1 добровольно выданы распорядительные письма и платежные поручения органам следствия, что необоснованно не учтено судом в качестве смягчающего наказания обстоятельства.

Ссылаясь на положения п. 18.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48 (в ред. от 11.06.2020) "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности", а также правоприменительную практику Верховного Суда РФ, полагает, что ФИО1 действовал в состоянии крайней необходимости. Так, ООО <данные изъяты> являлось гарантирующей организацией по обеспечению водоснабжения и водоотведения в <адрес>, а действия ФИО1 как руководителя гарантирующей организации путем направления распорядительных писем были направлены на обеспечение производственного процесса без возникновения чрезвычайной ситуации и сохранения рабочих мест, с отсутствием задолженности по заработной плате. Обращает внимание, что из анализа произведенных контрагентами по распорядительным письмам платежей, направленных на обучение персонала, на приобретение ГСМ для производственных машин, оплату услуг связи, приобретение запасных частей для ремонта основных средств, химикатов для очистки и обеззараживания воды, услуг лаборатории по анализу воды, усматривается, что платежи являлись жизненно необходимыми, направленными на ликвидацию (ремонт сетей) и предотвращение аварийных ситуаций в обеспечение водоснабжения и водоотведения, а также безопасность <адрес>, а, значит, предотвращение угрозы жизни и здоровью граждан.

Указывает, что показаниями свидетеля ФИО13 подтверждается, что ФИО1 обращался в налоговую инспекцию с заявлением об отсрочке (рассрочке) налогов, однако из полученного ответа стало понятно, что по действующему Налоговому Кодексу РФ они ООО <данные изъяты> не положены. Обращает внимание, что непредоставление полного пакета документов в налоговый орган для получения рассрочки, предусмотренной ст. 64 НК РФ, при осведомленности привлекаемого лица об отсутствии оснований для рассрочки, установленных законом, правового значения не имеет.

Отмечает, что в период с августа 2020 года по сентябрь 2021 года на расчетный счет ООО <данные изъяты> поступило около 25 000 000 рублей из которых около 20 000 000 рублей списано на заработную плату в порядке очередности, установленной ст. 855 ГК РФ, и около 4 800 000 рублей - в счет уплаты налогов. Поэтому, считает, что стороной обвинения не представлено достоверных доказательств того, что в случае поступления на расчетный счет дебиторской задолженности по распорядительным письмам, суммы перечислений пошли бы в погашение задолженности перед бюджетом, поскольку с большей долей вероятности имеющаяся сумма была бы списана в погашение заработной платы, а, следовательно, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих сокрытие ФИО1 денежных средств, предназначенных для погашения задолженности перед налоговым органом, не имеется.

Полагает, что действия ФИО1 по перечислению денежных средств по распорядительным письмам минуя расчетный счет организации имели цель не сокрытие денежных средств от уплаты налогов, а поддержание работоспособности предприятия для предотвращения угрозы жизни и здоровью граждан, а суды устранились от надлежащей оценки представленных доказательств.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель ФИО8 находит её доводы несостоятельными, а судебные решения подлежащими оставлению без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, выслушав участников процесса, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

По данному уголовному делу таких нарушений не допущено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, и квалификации его действий, являются правильными и сомнений не вызывают, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, которые стороной защиты не оспариваются, и основаны на анализе всесторонне исследованных в судебном заседании с участием сторон и приведённых в приговоре доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87 и 88 УПК РФ, в том числе:

- показаний представителя потерпевшего ФИО9 по обстоятельствам выставления в адрес ООО <данные изъяты> требований об оплате недоимки по налогам и обязательным платежам, их получения и неисполнения в установленные в них сроки, вынесения решений о взыскании недоимки, выявления отсутствия на банковских счетах организации денежных средств, установления сокрытия ООО <данные изъяты> денежных средств;

- схожих показаний свидетеля ФИО10 – старшего государственного налогового инспектора МИФНС №10 по Красноярскому краю, подтвердившей, что у ООО <данные изъяты> имелась задолженность по налогам и сборам на сумму, превышающей 2 250 000 рублей, которая в установленные в требованиях сроки не была погашена, а в ходе проверки установлено, что счета налогоплательщика заблокированы инкассовыми поручениями и решениями о приостановлении операций по счетам, тем не менее, предприятие продолжало работать и через третьих лиц, которые имели перед ООО <данные изъяты> задолженность, минуя расчетные счета, производило расчеты с контрагентами;

- показаний свидетеля ФИО13 - заместителя генерального директора ООО <данные изъяты> по экономике и финансам о том, что по указанию ФИО1 она направляла распорядительные письма в адрес контрагентов - должников организации: ООО <данные изъяты> АО <данные изъяты> ООО <данные изъяты> (филиал в <адрес>), - о производстве платежей не на расчетный счет Общества, а на расчетные счета иных юридических лиц, для оплаты услуг для нужд Общества;

- показаний свидетеля ФИО11 - генерального директора ООО <данные изъяты> свидетеля ФИО14 - генерального директора АО <данные изъяты> свидетеля ФИО12 - заместителя директора филиала ООО <данные изъяты> в <адрес> о поступлениях указанных распорядительных писем директора ООО <данные изъяты> ФИО1, на основании которых производились расчеты путем приобретения для ООО <данные изъяты> товаров и услуг, а также путем перевода денежных средств на расчетные счета третьих лиц;

- письменных материалов дела, в том числе протоколов осмотра места происшествия, обыска, выемки, осмотра результатов оперативно-розыскной деятельности: налоговых документов, распорядительных писем; заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о сумме сокрытых денежных средств;

- иных доказательств, приведённых в приговоре.

Основания, свидетельствующие о недостоверности положенных в основу приговора доказательств, отсутствуют, поскольку они соотносятся между собой и дополняют друг друга, а также объективно подтверждаются установленными фактическими обстоятельствами дела.

Вопреки доводам кассационной жалобы, нарушений требований ст. 281 УПК РФ судом допущено не было. Свидетели ФИО13 и ФИО14 допрашивались в судебном заседании, и по мотивированным ходатайствам государственного обвинителя в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, суд первой инстанции на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ принимал обоснованные решения об оглашении их показаний, ранее данных при производстве предварительного расследования, в этом случае уголовно-процессуальный закон не требует согласия иных сторон на оглашение таких показаний. Участникам процесса предоставлялась возможность задавать вопросы свидетелям в судебном заседании, после оглашения их показаний, данных на предварительном следствии, иных ходатайств, связанных с проведенными процессуальными действиями, не заявлялось, сами свидетели подтвердили оглашенные показания в полном объеме.

Судом дана надлежащая оценка всем доказательствам, положенным в основу приговора, а доводы жалобы адвоката о ненадлежащей оценке показаний названных свидетелей, в том числе данных в судебном заседании, являются несостоятельными.

Оснований не доверять положенным в основу приговора доказательствам, ставить под сомнение их достоверность, не имеется, поскольку они согласуются между собой, взаимно подтверждаются и дополняют друг друга во всех существенных деталях, имеющих отношение к настоящему уголовному делу.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ суд в приговоре привёл доказательства, на которых основывал свои выводы о виновности ФИО1, указал мотивы, по которым принял одни и отверг другие доказательства. Каждое доказательство, в том числе доказательства, представленные стороной защиты, оценено с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, все собранные в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, а кассационная жалоба не содержит каких-либо новых оснований для вывода о том, что оценка доказательств, проведенная судом первой инстанции, не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела.

Доводы жалобы об отсутствии у ФИО1 умысла на сокрытие денежных средств организации, за счет которых должно было быть произведено взыскание недоимки по налогам и других обязательным платежам, являлись предметом тщательной проверки судов первой и апелляционной инстанций, опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, обоснованно отклонены как несостоятельные с приведением убедительной аргументации.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела как в части самого факта сокрытия ФИО1 денежных средств организации, так и в части цели, которая, тем самым, преследовалась и мотивов преступного поведения осужденного.

Доводы стороны защиты о совершении ФИО1 инкриминированных ему действий в состоянии крайней необходимости также всесторонне проверялись и были отклонены как несостоятельные, и выводы судов в этой части достаточно убедительны и переоценке не подлежат.

Судом первой инстанции установлено, что ООО <данные изъяты> являлось гарантирующей организацией по обеспечению водоснабжения и водоотведения <адрес>, при этом на основании исследованных в судебном заседании показаний свидетелей и осужденного ФИО1 достоверно установлено, что в случае невозможности такой организацией исполнять свои обязанности и обязательства перед обществом (населением), отмеченные функции организации могли быть возложены на другое юридическое лицо, что не повлекло бы за собой прекращения работы объектов жизнеобеспечения. В связи с этим характер платежей, произведенных на основании распорядительных писем ФИО1 как руководителя ООО <данные изъяты> на которые ссылается в жалобе защитник, о действиях осужденного в состоянии крайней необходимости не свидетельствует.

Оценивая доводы защиты о том, что ФИО1 обращался в налоговую инспекцию с заявлением об отсрочке (рассрочке) налогов, следует отметить, что ФИО1 как руководитель ООО <данные изъяты> не реализовал все возможности законным способом отсрочить либо рассрочить исполнение обязательства по уплате налогов, сборов, иных обязательных платежей путем обращения в налоговый орган с соответствующим заявлением и предоставлением всего пакета документов, предусмотренного законодательством, о чем верно указал суд в приговоре.

Более того, как верно установлено судом, действия ФИО1 не были направлены на предотвращение или устранение опасности, угрожающей интересам общества или государства. Довод защиты о том, что сокрытие доходов осуществлено исключительно в интересах руководимого ФИО1 предприятия, находящегося в тяжелом финансовом положении, не может служить исключительным обстоятельством для освобождения от уголовной ответственности.

В целом доводы кассационной жалобы на существо оспариваемых судебных решений не влияют, направлены на иное изложение установленных судом обстоятельств и на переоценку доказательств, но оснований к этому не имеется. Несогласие же стороны защиты с выводами суда, изложенными в приговоре, не свидетельствует о его незаконности и необоснованности.

Избирательного подхода к представлению сторонами доказательств и их оценке, игнорирования доводов стороны защиты и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства по делу не имеется.

В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств и заявлении ходатайств. Судебное следствие проведено полно и объективно. Нарушения принципов состязательности и равноправия сторон, а также права осуждённого на защиту допущено не было.

Таким образом и принимая во внимание, что на момент постановления приговора размер сокрытых денежных средств для целей ст. 199.2 УК РФ являлся крупным (2 502 476, 88 рублей), согласно примечанию к ст. 170.2 УК РФ, введенному Федеральным законом от 03.07.2016 № 325-ФЗ (более 2 250 000 рублей), суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, оснований для переквалификации его действий, оправдания либо для прекращения уголовного дела, в том числе по доводам стороны защиты, не имелось.

Наказание в виде штрафа и его размер ФИО1 назначены в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осуждённого, наличия ряда приведённых в приговоре смягчающих наказание обстоятельств, к коим отнесены частичное возмещение ущерба потерпевшему, положительные характеристики, отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Все заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, были учтены судом.

Оснований для признания в качестве смягчающих иных обстоятельств не усматривается, в том числе указанных в жалобе обстоятельств добровольной выдачи следствию распорядительных писем и платежных поручений, поскольку сведения о данных документах стали известны органу предварительного расследования до участия ФИО1 в следственных действиях.

Суд апелляционной инстанции надлежащим образом проверил законность и обоснованность приговора, в том числе по доводам, аналогичным изложенным в кассационной жалобе, мотивировав в соответствии с требованиями ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ принятое решение, не согласиться с выводами которого оснований не имеется. Апелляционное постановление соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

Вывод суда апелляционной инстанции об освобождении ФИО1 от назначенного наказания вследствие истечения срока давности уголовного преследования, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, надлежащим образом мотивирован и на момент вынесения судебного решения являлся верным.

Вместе с тем после вступления приговора суда в отношении ФИО1 в законную силу в уголовный закон были внесены изменения, улучшающие его положение, в связи чем суд кассационной инстанции, руководствуясь тем, что на настоящий момент судебное решение, вынесенное на основании ст. 10 УК РФ, п. 13 ст. 397 УПК РФ, отсутствует, приходит к выводам о необходимости изменения состоявшихся судебных решений.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Часть 1 статьи 199.2 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и (или) законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, страховым взносам, совершенное исключительно в крупном размере.

Федеральным законом от 06.04.2024 № 70-ФЗ в примечание к ст. 170.2 УК РФ внесены изменения, согласно которым крупным размером сокрытых денежных средств или имущества для целей ст. 199.2 УК РФ с 17.04.2024 признается доход в сумме, превышающей 3 500 000 рублей.

Учитывая, что по настоящему уголовному делу размер сокрытых денежных средств организации, за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, составляет 2 502 476, 88 рублей, то есть менее суммы, указанной в примечании к ст. 170.2 УК РФ, действия ФИО1 с момента внесения указанных изменений в уголовный закон перестали быть преступными и в настоящее время не образуют состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ.

С учетом изложенного, в связи с декриминализацией совершенного ФИО1 деяния, приговор и апелляционное постановление в отношении него подлежат изменению, а ФИО1 - освобождению от уголовной ответственности на основании п. 2 ч. 1, ч. 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.2 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.14 - 401.16 УПК РФ, суд кассационной инстанции

постановил:

приговор Курагинского районного суда Красноярского края от 30.08.2023 и апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 10.10.2023 в отношении ФИО1 изменить:

- от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ ФИО1 освободить на основании п. 2 ч. 1, ч. 2 ст. 24 УПК РФ.

В остальном эти же судебные решения оставить без изменения, а кассационную жалобу защитника - без удовлетворения.

Судья                                       А.А. Кайгородов