Дело № 33-2451/2024

Акты

Судья Апостолов К.В. №

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поляковой К.В.,

судей областного суда Тимофеевой И.П., Чурбаковой Е.Д.,

при секретаре Искаковой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чурбаковой Е.Д. гражданское дело по апелляционной жалобе истца Еремина ФИО20 на решение Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ по иску Еремина ФИО21 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

Еремин А.А. обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ. он прибыл по направлению на плановую операцию по замене хрусталика глаза в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница». Данные операции стали проводить только после <данные изъяты> часов дня, хотя обычно их делают в определенные дни и строго с утра. Его оперировала врач Хажиева Г.Р. и во время операции истец испытывал боль, из-за сделанного укола дексаметазона у негоподнялась температура. На следующий день его выписали. После операции его глаз стал болеть, была нарушена светочувствительность, появился красный цвет белка. ДД.ММ.ГГГГ он обратился к заведующей Варнакиной Е.Д., где пояснил, какие препараты ему противопоказаны. После осмотра истца направили на укол (<данные изъяты>) под глаз, после которого у него началась аллергическая реакция - <данные изъяты> держалась 10 дней. В дальнейшем Еремин А.А. был направлен к лазерному хирургу, который после осмотра сообщил, что в дальнейшем лечении он не нуждается. Однако его зрение значительно ухудшилось, особенно в темное время суток, невозможно смотреть телевизор. Истец считает действия врача ФИО5 не правомерными и не профессиональными. Врачами Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» при проведении медицинской процедуры были допущены нарушения, которые нашли свое подтверждение в результате экспертизы, проведенной акционерным обществом «Страховая компания «Согаз-Мед». На протяжении длительного времени он испытывал нравственные и физические страдания, год прожил в <данные изъяты> все время, капли боль не снимают, их необходимо капать ежедневно и пожизненно, нарушен сон, <данные изъяты>, <данные изъяты>, не может вести нормальный образ жизни.

Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., а также компенсацию материального вреда в сумме <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец Еремин А.А., заявленный иск с учетом его уточнения поддержал, просил его удовлетворить.

Представитель Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» Баркова Т.В. иск не признала, просила в его удовлетворении отказать.

Представитель третьего лица акционерного общества «Страховая компания «Согаз-Мед» - Помагаева И.С. в судебном заседании с иском согласилась.

Представитель третьего лица Территориального фонда обязательного медицинского страхования Астраханской области, третьи лица: Тулебаева Р.Х., Хажиева Г.Р., Павлова Е.А., Магомедова М.Г. в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Решением Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования Еремина А.А. удовлетворены частично. Взыскано в пользу Еремина А.А. с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро - Мариинская областная клиническая больница» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. В остальной части иска отказано. Взыскано с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» в доход муниципального образования «Город Астрахань» государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.

В апелляционной жалобе истец Еремин А.А. ставит вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права и неправильное установление обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что истцом в результате оказании медицинской помощи Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» был причинен вред здоровью. Суд первой инстанции не дал надлежащею оценку представленным доказательствам.

На заседании судебной коллегии представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», представитель территориального фонда обязательного медицинского страхования Астраханской области, Тулебаева Р.Х., Хажиева Г.Р., Павлова Е.А., Магомедова М.Г. не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц, в том числе, путем размещения информации на сайте Астраханского областного суда, в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав докладчика по делу, выслушав истца Еремина А.А. поддержавшего апелляционную жалобу, представителя акционерного общества «Страховая компания СОГАЗ-Мед» Помогаева И.С. возражавшую против ее удовлетворения, заключение прокурора Аслановой М.Н.к. о законности решения суда, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. обратился в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» для проведения плановой операции по замене хрусталика глаза.

ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. проведена операция по замене <данные изъяты>.

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного от ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. выписан из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница». Операция и послеоперационный период без осложнений. Выписан с диагнозом <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ произведен совместный коллегиальный осмотр с главным внештатным <данные изъяты> ФИО22 на основании жалоб больного, анамнеза, физикальных исследований выставлен диагноз <данные изъяты> Пациент категорически отказался от проведения телеконсультации. Рекомендовано лечение, капать <данные изъяты> по требованию, при возникновении жалоб, в среднем 3-4 раза в день; наблюдение офтальмолога ДД.ММ.ГГГГ динамическое наблюдение <данные изъяты> по месту жительства. Также на момент осмотра Еремин А.А. в лазерных вмешательствах не нуждался. Для разрешения хирургического лечения, рекомендована консультация о <данные изъяты> от которой Еремин А.А. категорически отказался.

ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. обратился к врачу - <данные изъяты>», за выдачей направления в <данные изъяты> для оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено специалистам <данные изъяты>

Из заключения эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что лечебно­диагностическая медицинская помощь, оказанная Еремину А.А. в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» была правильной, никаких дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи не выявлено. Отмеченные у Еремина А.А. в послеоперационном периоде объективные изменения <данные изъяты> и субъективные ощущения (<данные изъяты> обусловлены особенностями течения заболевания <данные изъяты> характером оперативного вмешательства на фоне <данные изъяты>. Выявленные у Еремина А.А. <данные изъяты>, после проведенного оперативного вмешательства Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», как вред здоровью не расценивается.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что установленные экспертным заключением <данные изъяты> незначительные дефекты деятельности врачей по оказанию медицинской помощи Еремина А.А. не привели к причинению вреда истцу, не установлена причинно-следственная связь между действиями врачей Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» по оказанию медицинской помощи при проведении операции и наступившими негативными последствиями. Однако, поскольку согласно заключению экспертизы формальные дефекты оказанной истцу медицинской помощи все же имели место, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Учитывая степень вины причинителя вреда, характер физических и нравственных страданий истца, исходя из принципа разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу Еремина А.А. компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами районного суда соглашается, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подлежащим применению нормам материального права.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из заключения эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, что Согласно представленным медицинским документам, на момент обращения Ере­мина А.А. в ГБУЗ Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиниче­ская больница» (далее - АМОКБ) в ДД.ММ.ГГГГ года, у него имелись заболевания <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ по направлению поликлиники, Еремин А.А. поступил в офтальмологи­ческое отделение АМОКБ на плановое оперативное лечение, с жалобами <данные изъяты>. Из анамнеза заболевания выяснено: состоит на учете <данные изъяты>. <данные изъяты> (в ДД.ММ.ГГГГ году операция - <данные изъяты>

На момент поступления Еремина А.А. в стационар острота зрения с коррекцией со­ставляла: <данные изъяты>

На основании проведенного исследования офтальмологического статуса, Еремину А.А. был установлен правильный клинический диагноз: <данные изъяты>

Перед проведением оперативного вмешательства Еремин А.А. был обследован в полном объеме, противопоказаний к проведению офтальмологической операции в АМОКБ не имелось. Для улучшения зрительных функций обоснованно установлены по­казания к хирургическому лечению в объеме - экстракция катаракты с имплантацией ин­траокулярной линзы (искусственный хрусталик).

ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. проведена операция - <данные изъяты>. Операция выполнена по показаниям (<данные изъяты> тех­нически верно, в соответствии с общепринятыми методиками хирургического лечения данного заболевания, никаких дефектов (нарушений) при ее проведении не отмечено.

В раннем послеоперационном периоде, в первые сутки после операции, Еремин А.А. получал стандартное лечение <данные изъяты> никаких осложнений не выявлено.

При выписке ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. даны правильные обоснованные рекоменда­ции по реабилитации в послеоперационном периоде: применение глазных капель (<данные изъяты>

На момент выписки Еремина А.А. из стационара острота зрения левого глаза со­ставляла <данные изъяты> не корригирует, что свидетельствует о положительном эффекте оперативного вмешательства - улучшение остроты зрения (до операции с коррекцией 0,3).

Таким образом, лечебно-диагностическая медицинская помощь, оказанная Ереми­ну А.А. в АМОКБ, была правильной, в полном объеме, никаких дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи не выявлено.

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> проведен плановый осмотр Еремина А.А. офтальмологом поликлиники. На приеме никаких жалоб со стороны оперированного глаза, за исключением жалоб на <данные изъяты>, пациент не предъявлял. При оценке офтальмологического статуса оперированного глаза никаких осложнений/изменений не выявлено: <данные изъяты> не коррегирует. Установлен правильный диагноз - «<данные изъяты> Назначено правильное лечение: <данные изъяты> в течение <данные изъяты> месяца.

ДД.ММ.ГГГГ при плановом посещении Еремин А.А. стал предъявлять жалобы на <данные изъяты> изображение с <данные изъяты>. Проведен оф­тальмологический осмотр совместно с лазерным хирургом. Выполнена <данные изъяты> Выявлены <данные изъяты>. Установлен правильный диагноз - <данные изъяты> На момент осмотра Еремина А.А. показаний для лазерных вмешательств не выявлено, был рекомендован <данные изъяты>, соблюдение послеопе­рационного режима, проведение <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) в АМОКБ проведен совместный колле­гиальный осмотр Еремина А.А. с главным внештатным офтальмологом и врачами <данные изъяты> Пациент предъявлял жалобы на <данные изъяты> в виде постоянной болезненности в <данные изъяты> Из анамнеза заболевания выяснено: в ДД.ММ.ГГГГ года выполнена <данные изъяты> По данным оптической когерентной томографии (ОКТ) <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (за полгода до операции) <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты> При оценке офтальмоло­гического статуса проведены: <данные изъяты>. На основа­нии жалоб больного, анамнеза и физикальных исследований был выставлен правильный диагноз: <данные изъяты> Дано заключение, что на момент осмотра Еремин А.А. в лазерных вмешательствах не нуждается.

Для установления причины вышеуказанных жалоб, Еремину А.А. была рекомендо­вана телеконсультация в <данные изъяты>, либо очная консультация в <данные изъяты>, от которых пациент категорически отказался.

Для лечения выявленного синдрома сухого глаза, обоснованно рекомендовано ле­чение: в OS капать артелак всплеск (или гипромелозу) в режиме по требованию (при воз­никновении жалоб, в среднем 3-4 раза в день), наблюдение офтальмолога КДЦ, динамиче­ское наблюдение офтальмолога по месту жительства.

Еремин А.А. по собственной инициативе записался на консультативный прием в <данные изъяты> обратился за направлением в <данные изъяты>, где вы­дано направление с указанием цели консультации - <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. осмотрен <данные изъяты> На осмотре предъявлял жалобы на боль в <данные изъяты> видение в красном цвете - с ДД.ММ.ГГГГ года после операции по установке <данные изъяты>

При оценке <данные изъяты>. При этом, по­ложение <данные изъяты> На основании жалоб, анамнеза заболевания и данных объективного осмотра был установлен правильный диагноз — <данные изъяты> Рекомендовано лечение <данные изъяты> по месту жительства (<данные изъяты>

Таким образом, через <данные изъяты> месяцев после проведенной Еремину А.А. операции <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ, был диагностирован <данные изъяты>.

Следует отметить, что при неоднократных осмотрах Еремина А.А. офтальмологами после операции <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, последний предъявлял жалобы на <данные изъяты> то есть, имели место <данные изъяты>, не связанные с конкретной операцией по <данные изъяты>.

«<данные изъяты> - это комплексное заболевание, возникающее вследствие нарушения стабильности слезной пленки вследствие снижения качества и/или количе­ства слезной жидкости, выполняющую ряд важнейших функций, в том числе питатель­ную, защитную и оптическую.

Следует отметить, что при хирургическом вмешательстве на <данные изъяты>, к ко­торому относится и <данные изъяты> происходит нарушение <данные изъяты>, так как вме­сте с <данные изъяты> Указанные Ереминым А.А. болевые ощущения в глазу носят субъективный харак­тер и могут быть обусловлены <данные изъяты>. <данные изъяты> является возможным последствием катарактальной хирургии (<данные изъяты>) и устраняется закапыванием офтальмологи­ческих препаратов - <данные изъяты> и было обоснованно назначено Еремину А.А.

Кроме того, со слов пациента, его беспокоил «<данные изъяты>». После <данные изъяты> возможно возникно­вение как световых, так и цветовых аберраций (искажений), что может быть обусловлено <данные изъяты>

Таким образом, операция (<данные изъяты> выполнена Еремину А.А. по показаниям (<данные изъяты>, технически верно, в соответствии с общепринятыми методиками хирургического лечения <данные изъяты>. Никаких ранних и поздних послеоперационных осложнений (<данные изъяты> возникло.

Недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУЗ Аст­раханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» не выяв­лено.

Отмеченные у Еремина А.А. в послеоперационном периоде объективные измене­ния («<данные изъяты> и субъективные ощущения (<данные изъяты>) обусловлены особенностями течения заболевания <данные изъяты> характером оперативного вмешательства (<данные изъяты> на фоне имеющихся <данные изъяты>

Поскольку недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУЗ Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» не выявлено, то, согласно п. 24 раздела III Приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев...» - «<данные изъяты>

Таким образом, выявленные у Еремина А.А. патологические изменения (<данные изъяты> после проведенного оперативного вмеша­тельства в АМОКБ, как вред здоровью не расцениваются.

Согласно представленным медицинским документам, в результате проведения Еремину А.А. <данные изъяты>

<данные изъяты> то есть в ре­зультате операции имела место существенная положительная динамика.

Согласно материалам дела, в своих исковых претензиях Еремин А.А. ссылается на развившиеся <данные изъяты>

Однако, после операции на <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ при неоднократных осмотрах Еремина А.А. <данные изъяты> последний предъявлял жалобы на <данные изъяты>, не связанные с конкретной операцией по замене <данные изъяты>

Данные жалобы и выявленные у Еремина А.А. после операции <данные изъяты> и субъективные ощущения <данные изъяты> обусловлены особенностями течения заболевания (<данные изъяты> характером оператив­ного вмешательства (<данные изъяты> а также наличием <данные изъяты>

При оценке правильности оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУ здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» недостатков (дефектов) не выявлено.

Следовательно, причинно-следственная связь между выявленными у Еремина А.А. патологическими изменениями со стороны <данные изъяты> и оказанной ему медицинской помощью в АМОКБ от­сутствует.

Задолго до операции от ДД.ММ.ГГГГ у Еремина А.А. по данным <данные изъяты> были выявлены <данные изъяты> которые могут вызывать прогрессирующее снижение <данные изъяты>

Согласно представленным медицинским документам, в результате проведенной Еремину А.А. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> повысилась с <данные изъяты> ( по данным осмотра от ДД.ММ.ГГГГ) то есть в результате операции имела места существенная положительная динамика в улучшении остроты зрения.

В данном случае, у Еремина А.А. при <данные изъяты> указан­ная выше <данные изъяты> могла вызвать ощущение искажения <данные изъяты> (объективно острота зрения после операции значительно повысилась).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физически: и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абзац первый пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей виды. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация - Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда Еремину А.А. при оказании ему медицинской помощи, которая, по утверждению истца, была оказана ему ненадлежащим образом.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом обоснования истцом заявленных исковых требований, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, имелись ли дефекты оказания медицинской помощи истцу Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», а также определение степени нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств.

Разрешая спор, руководствуясь вышеприведенными правовыми положениями, суд первой инстанции, установив, что при оказании медицинской помощи Еремину А.А. работниками Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» были допущены нарушения, что причинило истцу нравственные страдания, пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для возложения на Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» ответственности по компенсации морального вреда. При этом суд правильно исходил из того, что ненадлежащее оказание медицинской помощи является событием, влекущим страдания и переживания, затрагивающие здоровье и самочувствие, что, безусловно, влечет причинение нравственных и физических страданий потерпевшему.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что в результате оказании медицинской помощи Государственным бюджетныма учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» был причинен вред здоровью, судом апелляционной инстанции отклоняются, как несостоятельные, поскольку указанные доводы противоречат приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Судом первой инстанции правильно учтено, что в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если даже формальные, незначительные дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная диагностика заболевания и непроведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, районный суд счел возможным удовлетворить заявленные требования частично, взыскав с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» в пользу Еремина А.А. <данные изъяты> рублей.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами суда и определенным им размером компенсации морального вреда, поскольку при определении размера компенсации суд первой инстанции руководствовался критериями, установленными статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", учел все фактические обстоятельства дела, характер и степень умаления прав и благ истца, выразившихся в причинении ему страданий, переживаний, затрагивающих психику, здоровье, самочувствие и настроение, то, что неоказание надлежащей медицинской помощи является тяжелым событием, которое не может не сказаться на ее физическом и эмоциональном состоянии.

Соглашаясь с определенным районным судом размером компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание вышеназванные обстоятельства, степень причиненных истцу нравственных страданий в связи с некачественным оказанием ему медицинской помощи, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в пользу Еремина А.А. установлен судом с учетом принципа разумности и справедливости, указанная сумма соразмерна характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел и продолжает претерпевать истец.

Оснований для переоценки взысканной суммы и ее изменения судебная коллегия не усматривает, поскольку каких-либо обстоятельств дела, которые не были бы учтены судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, не имеется. Выводы суда в части определения размера компенсации отражены в оспариваемом судебном акте, являются мотивированными и обоснованными.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Еремина ФИО24 - без удовлетворения.

Председательствующий К.В. Полякова

Судьи областного суда И.П. Тимофеева

Е.Д. Чурбакова

Судья Апостолов К.В. №

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поляковой К.В.,

судей областного суда Тимофеевой И.П., Чурбаковой Е.Д.,

при секретаре Искаковой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чурбаковой Е.Д. гражданское дело по апелляционной жалобе истца Еремина ФИО20 на решение Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ по иску Еремина ФИО21 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

Еремин А.А. обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ. он прибыл по направлению на плановую операцию по замене хрусталика глаза в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница». Данные операции стали проводить только после <данные изъяты> часов дня, хотя обычно их делают в определенные дни и строго с утра. Его оперировала врач Хажиева Г.Р. и во время операции истец испытывал боль, из-за сделанного укола дексаметазона у негоподнялась температура. На следующий день его выписали. После операции его глаз стал болеть, была нарушена светочувствительность, появился красный цвет белка. ДД.ММ.ГГГГ он обратился к заведующей Варнакиной Е.Д., где пояснил, какие препараты ему противопоказаны. После осмотра истца направили на укол (<данные изъяты>) под глаз, после которого у него началась аллергическая реакция - <данные изъяты> держалась 10 дней. В дальнейшем Еремин А.А. был направлен к лазерному хирургу, который после осмотра сообщил, что в дальнейшем лечении он не нуждается. Однако его зрение значительно ухудшилось, особенно в темное время суток, невозможно смотреть телевизор. Истец считает действия врача ФИО5 не правомерными и не профессиональными. Врачами Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» при проведении медицинской процедуры были допущены нарушения, которые нашли свое подтверждение в результате экспертизы, проведенной акционерным обществом «Страховая компания «Согаз-Мед». На протяжении длительного времени он испытывал нравственные и физические страдания, год прожил в <данные изъяты> все время, капли боль не снимают, их необходимо капать ежедневно и пожизненно, нарушен сон, <данные изъяты>, <данные изъяты>, не может вести нормальный образ жизни.

Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> руб., а также компенсацию материального вреда в сумме <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец Еремин А.А., заявленный иск с учетом его уточнения поддержал, просил его удовлетворить.

Представитель Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» Баркова Т.В. иск не признала, просила в его удовлетворении отказать.

Представитель третьего лица акционерного общества «Страховая компания «Согаз-Мед» - Помагаева И.С. в судебном заседании с иском согласилась.

Представитель третьего лица Территориального фонда обязательного медицинского страхования Астраханской области, третьи лица: Тулебаева Р.Х., Хажиева Г.Р., Павлова Е.А., Магомедова М.Г. в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Решением Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования Еремина А.А. удовлетворены частично. Взыскано в пользу Еремина А.А. с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро - Мариинская областная клиническая больница» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. В остальной части иска отказано. Взыскано с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» в доход муниципального образования «Город Астрахань» государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.

В апелляционной жалобе истец Еремин А.А. ставит вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права и неправильное установление обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что истцом в результате оказании медицинской помощи Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» был причинен вред здоровью. Суд первой инстанции не дал надлежащею оценку представленным доказательствам.

На заседании судебной коллегии представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», представитель территориального фонда обязательного медицинского страхования Астраханской области, Тулебаева Р.Х., Хажиева Г.Р., Павлова Е.А., Магомедова М.Г. не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц, в том числе, путем размещения информации на сайте Астраханского областного суда, в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав докладчика по делу, выслушав истца Еремина А.А. поддержавшего апелляционную жалобу, представителя акционерного общества «Страховая компания СОГАЗ-Мед» Помогаева И.С. возражавшую против ее удовлетворения, заключение прокурора Аслановой М.Н.к. о законности решения суда, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. обратился в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» для проведения плановой операции по замене хрусталика глаза.

ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. проведена операция по замене <данные изъяты>.

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного от ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. выписан из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница». Операция и послеоперационный период без осложнений. Выписан с диагнозом <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ произведен совместный коллегиальный осмотр с главным внештатным <данные изъяты> ФИО22 на основании жалоб больного, анамнеза, физикальных исследований выставлен диагноз <данные изъяты> Пациент категорически отказался от проведения телеконсультации. Рекомендовано лечение, капать <данные изъяты> по требованию, при возникновении жалоб, в среднем 3-4 раза в день; наблюдение офтальмолога ДД.ММ.ГГГГ динамическое наблюдение <данные изъяты> по месту жительства. Также на момент осмотра Еремин А.А. в лазерных вмешательствах не нуждался. Для разрешения хирургического лечения, рекомендована консультация о <данные изъяты> от которой Еремин А.А. категорически отказался.

ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. обратился к врачу - <данные изъяты>», за выдачей направления в <данные изъяты> для оказании медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено специалистам <данные изъяты>

Из заключения эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что лечебно­диагностическая медицинская помощь, оказанная Еремину А.А. в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» была правильной, никаких дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи не выявлено. Отмеченные у Еремина А.А. в послеоперационном периоде объективные изменения <данные изъяты> и субъективные ощущения (<данные изъяты> обусловлены особенностями течения заболевания <данные изъяты> характером оперативного вмешательства на фоне <данные изъяты>. Выявленные у Еремина А.А. <данные изъяты>, после проведенного оперативного вмешательства Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», как вред здоровью не расценивается.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что установленные экспертным заключением <данные изъяты> незначительные дефекты деятельности врачей по оказанию медицинской помощи Еремина А.А. не привели к причинению вреда истцу, не установлена причинно-следственная связь между действиями врачей Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» по оказанию медицинской помощи при проведении операции и наступившими негативными последствиями. Однако, поскольку согласно заключению экспертизы формальные дефекты оказанной истцу медицинской помощи все же имели место, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Учитывая степень вины причинителя вреда, характер физических и нравственных страданий истца, исходя из принципа разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу Еремина А.А. компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами районного суда соглашается, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подлежащим применению нормам материального права.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из заключения эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, что Согласно представленным медицинским документам, на момент обращения Ере­мина А.А. в ГБУЗ Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиниче­ская больница» (далее - АМОКБ) в ДД.ММ.ГГГГ года, у него имелись заболевания <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ по направлению поликлиники, Еремин А.А. поступил в офтальмологи­ческое отделение АМОКБ на плановое оперативное лечение, с жалобами <данные изъяты>. Из анамнеза заболевания выяснено: состоит на учете <данные изъяты>. <данные изъяты> (в ДД.ММ.ГГГГ году операция - <данные изъяты>

На момент поступления Еремина А.А. в стационар острота зрения с коррекцией со­ставляла: <данные изъяты>

На основании проведенного исследования офтальмологического статуса, Еремину А.А. был установлен правильный клинический диагноз: <данные изъяты>

Перед проведением оперативного вмешательства Еремин А.А. был обследован в полном объеме, противопоказаний к проведению офтальмологической операции в АМОКБ не имелось. Для улучшения зрительных функций обоснованно установлены по­казания к хирургическому лечению в объеме - экстракция катаракты с имплантацией ин­траокулярной линзы (искусственный хрусталик).

ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. проведена операция - <данные изъяты>. Операция выполнена по показаниям (<данные изъяты> тех­нически верно, в соответствии с общепринятыми методиками хирургического лечения данного заболевания, никаких дефектов (нарушений) при ее проведении не отмечено.

В раннем послеоперационном периоде, в первые сутки после операции, Еремин А.А. получал стандартное лечение <данные изъяты> никаких осложнений не выявлено.

При выписке ДД.ММ.ГГГГ Еремину А.А. даны правильные обоснованные рекоменда­ции по реабилитации в послеоперационном периоде: применение глазных капель (<данные изъяты>

На момент выписки Еремина А.А. из стационара острота зрения левого глаза со­ставляла <данные изъяты> не корригирует, что свидетельствует о положительном эффекте оперативного вмешательства - улучшение остроты зрения (до операции с коррекцией 0,3).

Таким образом, лечебно-диагностическая медицинская помощь, оказанная Ереми­ну А.А. в АМОКБ, была правильной, в полном объеме, никаких дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи не выявлено.

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> проведен плановый осмотр Еремина А.А. офтальмологом поликлиники. На приеме никаких жалоб со стороны оперированного глаза, за исключением жалоб на <данные изъяты>, пациент не предъявлял. При оценке офтальмологического статуса оперированного глаза никаких осложнений/изменений не выявлено: <данные изъяты> не коррегирует. Установлен правильный диагноз - «<данные изъяты> Назначено правильное лечение: <данные изъяты> в течение <данные изъяты> месяца.

ДД.ММ.ГГГГ при плановом посещении Еремин А.А. стал предъявлять жалобы на <данные изъяты> изображение с <данные изъяты>. Проведен оф­тальмологический осмотр совместно с лазерным хирургом. Выполнена <данные изъяты> Выявлены <данные изъяты>. Установлен правильный диагноз - <данные изъяты> На момент осмотра Еремина А.А. показаний для лазерных вмешательств не выявлено, был рекомендован <данные изъяты>, соблюдение послеопе­рационного режима, проведение <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) в АМОКБ проведен совместный колле­гиальный осмотр Еремина А.А. с главным внештатным офтальмологом и врачами <данные изъяты> Пациент предъявлял жалобы на <данные изъяты> в виде постоянной болезненности в <данные изъяты> Из анамнеза заболевания выяснено: в ДД.ММ.ГГГГ года выполнена <данные изъяты> По данным оптической когерентной томографии (ОКТ) <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (за полгода до операции) <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты> При оценке офтальмоло­гического статуса проведены: <данные изъяты>. На основа­нии жалоб больного, анамнеза и физикальных исследований был выставлен правильный диагноз: <данные изъяты> Дано заключение, что на момент осмотра Еремин А.А. в лазерных вмешательствах не нуждается.

Для установления причины вышеуказанных жалоб, Еремину А.А. была рекомендо­вана телеконсультация в <данные изъяты>, либо очная консультация в <данные изъяты>, от которых пациент категорически отказался.

Для лечения выявленного синдрома сухого глаза, обоснованно рекомендовано ле­чение: в OS капать артелак всплеск (или гипромелозу) в режиме по требованию (при воз­никновении жалоб, в среднем 3-4 раза в день), наблюдение офтальмолога КДЦ, динамиче­ское наблюдение офтальмолога по месту жительства.

Еремин А.А. по собственной инициативе записался на консультативный прием в <данные изъяты> обратился за направлением в <данные изъяты>, где вы­дано направление с указанием цели консультации - <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ Еремин А.А. осмотрен <данные изъяты> На осмотре предъявлял жалобы на боль в <данные изъяты> видение в красном цвете - с ДД.ММ.ГГГГ года после операции по установке <данные изъяты>

При оценке <данные изъяты>. При этом, по­ложение <данные изъяты> На основании жалоб, анамнеза заболевания и данных объективного осмотра был установлен правильный диагноз — <данные изъяты> Рекомендовано лечение <данные изъяты> по месту жительства (<данные изъяты>

Таким образом, через <данные изъяты> месяцев после проведенной Еремину А.А. операции <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ, был диагностирован <данные изъяты>.

Следует отметить, что при неоднократных осмотрах Еремина А.А. офтальмологами после операции <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, последний предъявлял жалобы на <данные изъяты> то есть, имели место <данные изъяты>, не связанные с конкретной операцией по <данные изъяты>.

«<данные изъяты> - это комплексное заболевание, возникающее вследствие нарушения стабильности слезной пленки вследствие снижения качества и/или количе­ства слезной жидкости, выполняющую ряд важнейших функций, в том числе питатель­ную, защитную и оптическую.

Следует отметить, что при хирургическом вмешательстве на <данные изъяты>, к ко­торому относится и <данные изъяты> происходит нарушение <данные изъяты>, так как вме­сте с <данные изъяты> Указанные Ереминым А.А. болевые ощущения в глазу носят субъективный харак­тер и могут быть обусловлены <данные изъяты>. <данные изъяты> является возможным последствием катарактальной хирургии (<данные изъяты>) и устраняется закапыванием офтальмологи­ческих препаратов - <данные изъяты> и было обоснованно назначено Еремину А.А.

Кроме того, со слов пациента, его беспокоил «<данные изъяты>». После <данные изъяты> возможно возникно­вение как световых, так и цветовых аберраций (искажений), что может быть обусловлено <данные изъяты>

Таким образом, операция (<данные изъяты> выполнена Еремину А.А. по показаниям (<данные изъяты>, технически верно, в соответствии с общепринятыми методиками хирургического лечения <данные изъяты>. Никаких ранних и поздних послеоперационных осложнений (<данные изъяты> возникло.

Недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУЗ Аст­раханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» не выяв­лено.

Отмеченные у Еремина А.А. в послеоперационном периоде объективные измене­ния («<данные изъяты> и субъективные ощущения (<данные изъяты>) обусловлены особенностями течения заболевания <данные изъяты> характером оперативного вмешательства (<данные изъяты> на фоне имеющихся <данные изъяты>

Поскольку недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУЗ Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» не выявлено, то, согласно п. 24 раздела III Приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев...» - «<данные изъяты>

Таким образом, выявленные у Еремина А.А. патологические изменения (<данные изъяты> после проведенного оперативного вмеша­тельства в АМОКБ, как вред здоровью не расцениваются.

Согласно представленным медицинским документам, в результате проведения Еремину А.А. <данные изъяты>

<данные изъяты> то есть в ре­зультате операции имела место существенная положительная динамика.

Согласно материалам дела, в своих исковых претензиях Еремин А.А. ссылается на развившиеся <данные изъяты>

Однако, после операции на <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ при неоднократных осмотрах Еремина А.А. <данные изъяты> последний предъявлял жалобы на <данные изъяты>, не связанные с конкретной операцией по замене <данные изъяты>

Данные жалобы и выявленные у Еремина А.А. после операции <данные изъяты> и субъективные ощущения <данные изъяты> обусловлены особенностями течения заболевания (<данные изъяты> характером оператив­ного вмешательства (<данные изъяты> а также наличием <данные изъяты>

При оценке правильности оказания медицинской помощи Еремину А.А. в ГБУ здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» недостатков (дефектов) не выявлено.

Следовательно, причинно-следственная связь между выявленными у Еремина А.А. патологическими изменениями со стороны <данные изъяты> и оказанной ему медицинской помощью в АМОКБ от­сутствует.

Задолго до операции от ДД.ММ.ГГГГ у Еремина А.А. по данным <данные изъяты> были выявлены <данные изъяты> которые могут вызывать прогрессирующее снижение <данные изъяты>

Согласно представленным медицинским документам, в результате проведенной Еремину А.А. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> повысилась с <данные изъяты> ( по данным осмотра от ДД.ММ.ГГГГ) то есть в результате операции имела места существенная положительная динамика в улучшении остроты зрения.

В данном случае, у Еремина А.А. при <данные изъяты> указан­ная выше <данные изъяты> могла вызвать ощущение искажения <данные изъяты> (объективно острота зрения после операции значительно повысилась).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физически: и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абзац первый пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей виды. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация - Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда Еремину А.А. при оказании ему медицинской помощи, которая, по утверждению истца, была оказана ему ненадлежащим образом.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом обоснования истцом заявленных исковых требований, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, имелись ли дефекты оказания медицинской помощи истцу Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница», а также определение степени нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств.

Разрешая спор, руководствуясь вышеприведенными правовыми положениями, суд первой инстанции, установив, что при оказании медицинской помощи Еремину А.А. работниками Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» были допущены нарушения, что причинило истцу нравственные страдания, пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для возложения на Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» ответственности по компенсации морального вреда. При этом суд правильно исходил из того, что ненадлежащее оказание медицинской помощи является событием, влекущим страдания и переживания, затрагивающие здоровье и самочувствие, что, безусловно, влечет причинение нравственных и физических страданий потерпевшему.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что в результате оказании медицинской помощи Государственным бюджетныма учреждением здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» был причинен вред здоровью, судом апелляционной инстанции отклоняются, как несостоятельные, поскольку указанные доводы противоречат приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Судом первой инстанции правильно учтено, что в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если даже формальные, незначительные дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная диагностика заболевания и непроведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, районный суд счел возможным удовлетворить заявленные требования частично, взыскав с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Александро-Мариинская областная клиническая больница» в пользу Еремина А.А. <данные изъяты> рублей.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами суда и определенным им размером компенсации морального вреда, поскольку при определении размера компенсации суд первой инстанции руководствовался критериями, установленными статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", учел все фактические обстоятельства дела, характер и степень умаления прав и благ истца, выразившихся в причинении ему страданий, переживаний, затрагивающих психику, здоровье, самочувствие и настроение, то, что неоказание надлежащей медицинской помощи является тяжелым событием, которое не может не сказаться на ее физическом и эмоциональном состоянии.

Соглашаясь с определенным районным судом размером компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание вышеназванные обстоятельства, степень причиненных истцу нравственных страданий в связи с некачественным оказанием ему медицинской помощи, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в пользу Еремина А.А. установлен судом с учетом принципа разумности и справедливости, указанная сумма соразмерна характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел и продолжает претерпевать истец.

Оснований для переоценки взысканной суммы и ее изменения судебная коллегия не усматривает, поскольку каких-либо обстоятельств дела, которые не были бы учтены судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, не имеется. Выводы суда в части определения размера компенсации отражены в оспариваемом судебном акте, являются мотивированными и обоснованными.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Еремина ФИО24 - без удовлетворения.

Председательствующий К.В. Полякова

Судьи областного суда И.П. Тимофеева

Е.Д. Чурбакова