Дело № 7У-3915/2024 [77-1823/2024]

Акты

ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

№7у-3915/2024

77-1823/2024

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург                                                                22 августа 2024 года

Третий кассационный суда общей юрисдикции в составе

председательствующего судьи Курбатовой М.В.,

при секретаре Уржумцевой С.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Вологодской области Дементьева А.В. на постановление Бабаевского районного суда Вологодской области от 22 января 2024 года в отношении Иванова О.А.

Заслушав доклад судьи Курбатовой М.В, изложившей обстоятельства дела, содержание обжалуемого решения, доводы кассационного представления, выступления Иванова О.А., адвоката Федорова А.В., возражавших против доводов кассационного представления, мнение прокурора Клемазовой Т.А., поддержавшей кассационное представление и полагавшей необходимым судебное решение отменить, суд

установил:

постановлением Бабаевского районного суда Вологодской области от 22 января 2024 года уголовное дело в отношении

Иванова Олега Алексеевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ,

прекращено на основании ст.25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

В апелляционном порядке постановление обжаловано не было, вступило в законную силу 7 февраля 2024 года.

Органами предварительного расследования Иванов О.А. обвинялся в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ФИО4, событие имело место 27 июня 2023 года в Бабаевском районе Вологодской области.

В кассационном представлении заместитель прокурора Вологодской области Дементьев А.В. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным.

Приводя обстоятельства произошедшего преступления, ссылаясь на п. 32 постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29 июня 2010 года «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», п. 9 постановления Пленума ВС РФ № 19 от 27 июня 2013 года «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», определение Конституционного Суда РФ № 519-0-0 от 4 июня 2007 года, указывает, что при принятии решения о прекращении уголовного дела суд не учел всех необходимых для этого условий.

В обоснование доводов обращает внимание, что, придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении Иванова О.А. в связи с примирением с потерпевшим ФИО1, суд учитывал факт совершения им неосторожного преступления средней тяжести впервые, положительно характеризующие личность обвиняемого обстоятельства, изменение степени общественной опасности совершенного им преступления после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим.

При этом судом оставлено без внимания, что объектами преступления, в совершении которого обвинялся Иванов О.А., являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, то есть общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а также здоровье и жизнь человека - основополагающее право человека, закрепленное Конституцией РФ.

Считает, что судом не оценено, каким образом выплата денежных средств потерпевшему и его детям, принесение извинений снизили степень общественной опасности содеянного Ивановым О.А., компенсировали наступившие от преступления негативные последствия в виде гибели ФИО4, не нарушавшей правил дорожного движения.

Утверждает, что суд не учел, что Иванов О.А. ранее привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД, прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст.25 УПК РФ и ст.76 УК РФ, не ограничило обвиняемого в праве управления транспортными средствами, несмотря на то, что преступление, в совершении которого он обвинялся, посягало на общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения, эксплуатации транспортных средств. Отмечает, что судом не указано, какие действия Иванова О.А. расценены как загладившие вред указанным общественным отношениям, причинившим вред государству и обществу.

Просит постановление суда отменить, материалы уголовного дела направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

Постановлением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 17 июля 2024 года кассационное представление заместителя прокурора Вологодской области Дементьева А.В. на постановление Бабаевского районного суда Вологодской области от 22 января 2024 года в отношении Иванова О.А. передано для рассмотрения в судебном заседании кассационного суда общей юрисдикции.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы кассационного представления, заслушав участников процесса, суд находит кассационное представление подлежащим удовлетворению.

В силу ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения судом допущены.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Иванов О.А. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, а именно в том, что при управлении автомобилем «УАЗ 23632» в условиях светлого времени суток и неограниченной видимости, по сухой проезжей части, избрал скорость движения, при которой без необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке не мог обеспечить возможность внимательного контроля за движением транспортного средства для выполнения правил, в нарушение п.10.1 абз.1, п.9.1 ПДД совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО4, в результате которого ей были причинены телесные повреждения, от которых она скончалась на месте происшествия.

Согласно ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением, в том числе, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ целями наказания являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Ст. 76 УПК РФ предусматривает возможность прекращения уголовного дела в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести.

Как следует из материалов дела, потерпевший ФИО1 в судебном заседании обратился к суду с заявлением (ходатайством) о прекращении уголовного дела в отношении Иванова О.А., поскольку его семье возмещен причиненный моральные вред, поддержал заявленное Ивановым О.А. и его защитником ходатайство о прекращении уголовного дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.12.2008 № 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 264 УК РФ, в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ) является правом, а не обязанностью суда. При принятии решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим, суду надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела (надлежащее ли лицо признано потерпевшим, его материальное положение, оказывалось ли давление на потерпевшего с целью примирения, какие действия были предприняты виновным для того, чтобы загладить причиненный преступлением вред, и т.д.). Принимая решение, следует оценить, соответствует ли оно целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства. В связи с этим необходимо также устанавливать, соблюдены ли предусмотренные ст. 76 УК РФ основания, согласно которым от уголовной ответственности может быть освобождено лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд сослался на совершение Ивановым О.А. впервые неосторожного преступления, относящегося к категории средней тяжести, на его положительные характеристики, а также факт примирения с потерпевшим ФИО1, заявившем об этом ходатайство и сообщившим, что виновным полностью заглажен причиненный преступлением вред - ему и его детям Иванов О.А. компенсировал моральный вред в сумме 1 050 000 рублей в рамках заключенного соглашения, 100 000 рублей в счет материальных затрат от имени обвиняемого компенсировано его родственниками, извинения Иванова О.А. им приняты, претензий к нему материального характера не имеет.

    Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 года № 519-0-0, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность суда освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция нашла отражение в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Согласно п. 10 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под заглаживанием вреда для целей ст.76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего.

Также, судом не было учтено, что условиями прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 25 УПК РФ, являются возмещение причиненного преступлением ущерба, примирение.

Между тем, суд в должной мере не учел, что преступление, в совершении которого обвинялся Иванов О.А., несмотря на отнесение его законодателем к категории средней тяжести, направлено против основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в ст. 2 и ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации.

Поэтому, принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен был оценить, в какой степени предпринятые Ивановым О.А. действия по заглаживанию вреда в виде выплаченных потерпевшему денежных средств позволяли компенсировать наступившие от этого преступления последствия - гибель его супруги, являющейся матерью двоих детей.

Субъективное мнение потерпевшего ФИО1 о полном заглаживании вреда не могло быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности содеянного, заключающегося не только в гибели человека, но прежде всего в утрате детьми (ФИО2 и ФИО3) своей матери, которое являлось бы достаточным основанием для освобождения Иванова О.А. от уголовной ответственности.

При этом суд оставил без внимания, что органами предварительного расследования Иванов О.А. обвинялся в нарушении нескольких требований Правил дорожного движения при управлении автомобилем, результате его действий наступила смерть потерпевшей ФИО4

Суд не принял во внимание, что санкция ч. 3 ст. 264 УК РФ предусматривает назначение обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет, что, как правильно указано в кассационном представлении, свидетельствует о нацеленности государства на принятие мер, обеспечивающих реализацию принципа неотвратимости ответственности за содеянное.

Кроме того, не привел суд суждений о том, соответствует ли прекращение уголовного дела по данному основанию общественным интересам в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств с учетом характера нарушения Ивановым О.А. правил дорожного движения и способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобные нарушения, поскольку прекращение уголовного дела никак не ограничило обвиняемого в праве управления транспортными средствами.

В постановлении суд не мотивировал, как именно перечисление денежных средств потерпевшему загладило вред от преступления, повлекшего смерть ФИО4, не привел мотивов, по которым признал денежную сумму, перечисленную потерпевшему, равноценной жизни человека, не мотивировал и не установил, какие именно действия Иванова О.А. способствовали восстановлению нарушенных интересов общества и государства, почему преступление утратило свою общественную опасность, в постановлении не указано, на чем основан вывод суда о том, что цели уголовного производства достигнуты, каким образом восстановлена справедливость.

Допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства являются фундаментальными, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта справедливости, и на этом основании суд кассационной инстанции считает необходимым удовлетворить кассационное представление заместителя прокурора Вологодской области Дементьева А.В., отменить состоявшееся в отношении Иванова О.А. судебное решение и передать дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

Годичный срок поворота к худшему, предусмотренный ст. 401.6 УПК РФ, по данному делу не истек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Бабаевского районного суда Вологодской области от 22 января 2024 года в отношении Иванова Олега Алексеевича, отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в Бабаевский районный суд Вологодской области в ином составе.

Председательствующий