Дело № 33-353/2025 (33-6581/2024;)

Акты

Дело № 33-353/2025

(Номер дела в суде 1 инстанции 2-6108/2024)

    АПЕЛЛЯЦИОННОЕ определение

г. Тюмень

22 января 2025 года

    Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего	Халаевой С.А.,
судей	Завьяловой А.В., Стойкова К.В.,
с участием прокурора    при помощнике судьи	М.,    Горбуновой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца В. на решение Калининского районного суда г. Тюмени от <.......>, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований В. к ООО "Офтальмологический центр "Визус-1" о компенсации морального вреда, отказать».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Стойкова К.В., объяснения представителя истца С., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика К., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы и поддержавшей письменные возражения, заключение прокурора, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

В. обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Офтальмологический центр «Визус-1» (далее – ООО «Офтальмологический центр «Визус-1») о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

Требования мотивированы тем, что истец в феврале 2022 г. обратилась к ответчику за получением медицинских услуг в связи с ухудшением зрения. При обследовании были поставлены диагнозы: «<.......>»; рекомендована лазерная коррекция методом Lasik; согласно предоперационному эпикризу от <.......> наличие аномалии рефракции миопия слабой степени, снижающей остроту зрения без очковой коррекции, является показанием к проведению оперативного лечения, пациенту показана лазерная коррекция зрения методом Lasik. <.......> между истцом и ответчиком был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг <.......>: операция лазерная коррекция зрения методом Lasik на оба глаза. Согласно протоколу операции <.......> в период времени с 15 час. 11 мин. по 15 час. 17 мин. ответчиком в отношении истца проведена операция на оба глаза под местной анестезией. <.......> истец обратилась в адрес ответчика с жалобами на возникшее после операции косоглазие левого глаза. Осмотром врача-офтальмолога ответчика поставлен диагноз <.......>». Впоследствии истец неоднократно обращалась за врачебной помощью в различные медицинские организации по поводу возникшего после операции косоглазия. Согласно выпискам из амбулаторной карты истца в ООО «Доктор Арбитайло» установлен диагноз «послеоперационное сходящееся косоглазие левого глаза». Согласно выписке из медицинской карты из ГБУЗ ТО «ОКБ <.......>» от <.......> (то есть до даты проведения указанной операции) врачом-офтальмологом <.......> были поставлены диагнозы: <.......>», таким образом, до проведения операции ни самим ответчиком, ни иной медицинской организацией диагноз «косоглазие» установлен не был, косоглазие возникло после операции. До проведения операции истец не была предупреждена ответчиком о том, что при наличии установленного диагноза может возникнуть последствие (осложнение) в виде косоглазия. <.......> истец обратилась в адрес ответчика с претензией, в которой потребовала компенсировать причиненный вред, однако ответчик в удовлетворении заявленных требований отказал. В поданных дополнительных объяснениях истец обращала внимание, что в заключении экспертами указано, что лазерная коррекция зрения не затрагивает «мышцы глаза, отвечающие за скоординированную работы глаз и их правильную фиксацию на объекте зрения», при этом способ ее проведения, при наличии когда-либо ранее диагноза «косоглазие» может приводить к редициву либо усилению имеющегося косоглазия. Утверждала, что при наличии у врача информированности о наличии в прошлом у истца косоглазия врач должна была предупредить ее о риске возвращения косоглазия, даже в том случае, если такой риск маловероятен, однако истец о таком риске предупреждена не была.

Истец В., ее представитель С. в судебном заседании суда первой инстанции заявленные требования с учетом дополнительных уточнений поддержали в полном объеме по изложенным основаниям.

Представитель ответчика ООО «Офтальмологический центр «Визус-1», одновременно являясь представителем третьего лица Д., - К. в судебном заседании исковые требования не признала, ответчиком представлены письменные возражения.

Судом постановлено указанное выше решение, с которым не согласилась истец В., в апелляционной жалобе просит об отмене решения суда первой инстанции и принятии по делу нового решения, которым исковые требования удовлетворить.

Считает, что бланки информированных добровольных согласий содержат только перечень необходимых сведений, которые должны быть сообщены пациенту, но не раскрывают их, в том числе отсутствует указание на связанные с медицинской услугой риски, возможные варианты медицинского вмешательства, их последствия, а также предполагаемые результаты оказания медицинской помощи. При рассмотрении дела судом формально прочтены вслух указанные выше согласия, их исследование не проведено, доказательства не исследованы в совокупности с другими доказательствами, имеющимися в деле. Суд не выяснял, какая конкретно информация пациенту была представлена врачом, и немотивированно отклонил довод истца о том, что конкретной информации врач ей не сообщал.

Указывает, что врач Д. до назначения операции была уведомлена о наличии у пациента диагноза «косоглазие», Врач, которая проводила лечение, обладает необходимой квалификацией, что позволяет предполагать, что ее знаний достаточно, чтобы она могла понимать, что изменение рефракции на глазах может вызвать изменение угла косоглазия у пациента, у которого имеется в анамнезе диагноз – косоглазие. Из документов не следует, что истец была в полном объеме информирована о рисках и возможных последствиях операции, в том числе вероятности возможных индивидуальных реакций и осложнений:

информированное добровольное согласие на оказание платных медицинских услуг и заключение договора оказания платных медицинских услуг от <.......> содержит только общие фразы без указания на конкретную информацию о каком-либо медицинском вмешательстве, подписано только пациентом, что подтверждает тот факт, что врач не разъясняла информацию, содержащуюся в нем;

информированное добровольное согласие на виды медицинских вмешательств от <.......> составлено в связи с наличием соответствующих законодательных требований и только на виды медицинских вмешательств, включенных в Перечень определенных видов медицинских вмешательств, из которого следует, что указанное согласие не касается медицинского вмешательства, как лазерная коррекция зрения методом Lasik, содержит декларативные утверждения о том, что пациент проинформирован обо всем, какой-либо информации о том, что пациенту была представлена информация о наличии риска изменения угла косоглазия в случае проведения операции по лазерной коррекции зрения данное согласие не содержит, подписано медицинским работником без указания должности, не врачом, который направил пациента к офтальмохирургу Д.;

информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство от <.......> составлено врачом офтальмохирургом Д., дано на лечение диагнозов: миопия слабой степени обоих глаз. Из медицинской карты следует, что в результате проведенного обследования, до операции и до заключения договора на ее проведение, истцу ответчиком были установлены диагнозы: миопия слабой степени и сложный миопический астигматизм. По какой-то причине, после постановки диагноза «астигматизм», врач отказалась от его лечения, хотя назначила пациенту операцию, которой могла одномоментно вылечить оба поставленных диагноза. Пациент от лечения данного диагноза не отказывался, противопоказания у пациента к данному виду медицинских вмешательств, как указывал неоднократно сам ответчик, у истца отсутствуют;

предоперационный эпикриз также подтверждает, что лечение астигматизма ответчиком не было проведено, что подтверждается заключением ГАУЗ ТО «Областной офтальмологический диспансер» от <.......>, согласно которому на момент осмотра у истца имеются заболевания: сходящееся альтернирующее косоглазие с преобладанием левого глаза, гиперметрапия слабой степени, сложный гипсрмеграпический астигматизм обеих глаз. Указанное информированное добровольное согласие дано на лазерную коррекцию зрения методом Lasik, которое не содержит какой-либо конкретной информации о медицинском вмешательстве. Истец не была уведомлена врачом о том, что в связи с тем, что у нее имеется косоглазие, после операции по лазерной коррекции зрения может измениться угол косоглазия, и данное согласие не содержит соответствующей информации;

приложение <.......> к договору<.......> на оказание платных медицинских услуг также не указывает о том, что в результате подобной операции у пациента с диагнозом «косоглазие» может измениться угол косоглазия.

Полагает, что заключение судебной экспертизы не опровергает доводов истца, так как вопросов, которые могли бы их опровергнуть, перед экспертом не ставилось. Единственным ответом эксперта, подтверждающим а не опровергающим доводы истца, является ответ на вопрос <.......>. Ответ на данный вопрос подтверждает тот факт, что врач на момент операции знала о наличии у пациента диагноза «косоглазие», соответственно могла и должна была в силу наличия у нее специальных познаний спрогнозировать возможность такого исхода, как изменение угла косоглазия, и что очень важно, предупредить о таком риске пациента. Иных доводов истца эксперт не исследовал, опровергающих доводов на них не давал. Информированные согласия экспертом не были исследованы. Но для их исследования нет необходимости проводить экспертизу, так как в них медицинская информация отсутствует, а иная информация для понимания не требует наличия специальных познаний и может быть исследована судом самостоятельно. Истцом под сомнения результаты экспертизы не ставились в связи с тем, что ее доводы ими частично подтверждены, а в остальной части вопросы не касались доводов истца. Экспертное заключение было исследовано судом формально.

Считает, что неверно установленные судом обстоятельства привели к вынесению незаконного решения. Суд в решении не указал, какие из заявленных истцом доводов, опровергнуты доказательствами по делу, в том числе заключением экспертизы. Ответчиком проведена операция по лазерной коррекции зрения, подтверждена материалами дела (договорами, медицинской картой) и самим ответчиком. После операции глаза стали косить (запись в медицинской карте от <.......>, <.......>, <.......>, заключение ООО «ФИО2 АРБИТАЙЛО» от <.......>, <.......>, заключение ГАУЗ ТО «Областной офтальмологический диспансер от <.......>, заключение ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница <.......>» <.......>, фотографии). До операции глаз не косил, что подтверждается медицинской картой ответчика, а также фотографиями. Ответчик и не отрицал, что изменение угла косоглазия имеет место быть. Остальным доводам истца судом оценка не давалась.

Отмечает, что помощник прокурора, присутствовавший в судебном заседании, формально подошел к исполнению своих обязанностей. Недостаточно изучил материалы дела, либо не изучил их вообще, не обратил внимание на то, что участниками данных правоотношений являются клиника (профессиональный участник), являющаяся сильной стороной в силу наличия профессиональных знаний, и физическое лицо (не профессиональный участник), являющийся слабой стороной в силу отсутствия соответствующих знаний; своим заключением допустил формальный подход к информированию пациентов о медицинском вмешательстве, прокурор дал заключение, которое лишает пациента права на получение информации о своем здоровье и предполагаемом медицинском вмешательстве, что нарушает ее конституционное право на охрану здоровья.

Ссылаясь на нарушение судом норм процессуального закона, указывает, что эксперт, допрошенный в судебном заседании, подтвердил, что изменение угла косоглазия - это следствие изменения рефракции на глазах у пациента с диагнозом «косоглазие» и, что, врач не могла не знать о риске такого исхода. Если бы истец была проинформирована о таком риске, то отказалась бы от операции. Операция не была назначена по каким-то серьезным показаниям, нарушение зрения было настолько незначительным, что существенного дискомфорта истцу не причиняло, а изменившийся угол косоглазия причиняет истцу значительный моральный вред, а также физические страдания. Считает, что ответчик должен был доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу. Противоправное поведение, которое повлекло за собой причинение морального вреда, заключающееся в том, что врач в нарушение требований не проинформировала пациента о наличии риска, чем лишила ее возможности осознано и квалифицировано осуществить выбор платной медицинской услуги, и принять решение о согласии или отказе от нее.

При этом ответчик не ставил перед экспертом вопрос о том, что результате лазерной коррекции зрения у истца в связи с имеющимся диагнозом «косоглазие» может измениться угол косоглазия, однако, бремя доказывания данного обстоятельства лежит на ответчике, в связи с чем, является существенным нарушением указание на экспертное заключение, как на доказательство, опровергающее доводы истца.

    В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ООО «Офтальмологический центр «Визус-1», ссылаясь на законность решения суда первой инстанции, полагает доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению.

Решением Калининского районного суда г. Тюмени от <.......>,

исковые требования В. удовлетворены частично. Постановлено взыскать с ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» в пользу В. в счет компенсации морального вреда 300 000 руб., штраф в размере 150 000 руб. Кроме того, с ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. Также с ответчика в пользу ГБУЗ ТО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» взысканы расходы на проведение судебной экспертизы в размере 98 716 руб.

    Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от <.......> решение Калининского районного суда г. Тюмени от <.......> оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» – без удовлетворения.

    Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от <.......> решение Калининского районного суда г. Тюмени от <.......> и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от <.......> отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку разрешая спор, суд не принял во внимание заключение указанной судебно-медицинской экспертизы, однако в нарушение положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации мотивы несогласия с данным заключением не привел, при этом, не обладая специальными познаниями в области медицины самостоятельно сделал вывод о том, что действия врача по оперативному вмешательству у пациента с косоглазием вызвали изменение угла косоглазия, о вероятности которого пациент не была предупреждена. Приходя к выводу, что ответчик не исполнил требования статьи 20 Федерального закона от <.......> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", суд не дал оценку приложению к договору на оказание возмездного оказания медицинских услуг N 3723, в котором содержатся сведения о предоставлении В. информации о возможных осложнениях и степени их вероятного возникновения при операции Ласик, а также информированному добровольному согласию от <.......> на проведение оперативного вмешательства по лазерной коррекции зрения методом Lasik.

Заслушав докладчика, объяснения участников процесса, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в феврале 2022 года В. обратилась в «ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» за получением медицинских услуг в связи с ухудшением зрения.

Согласно записям в медицинской карте на момент обращения в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» <.......> В. был установлен диагноз «миопия слабой степени, сложный миопический act OS, амблиопия слабой степени»; рекомендована лазерная коррекция методом LASIK; врачом сделана запись о том, что со слов пациентки ей в детстве проводилось лечение по поводу косоглазия (без эффекта).

<.......> в ходе амбулаторного приема В. получено информированное добровольное согласие на виды медицинских вмешательств, включенных в Перечень определенных видов медицинских вмешательств, на которые граждане дают информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации для получения первичной медико-санитарной помощи в соответствии с приказом Минздравсоцразвития России от <.......> <.......>н, поскольку такие виды медицинских вмешательств как опрос, в том числе выявление жалоб, сбор анамнеза, включены в данный Перечень.

<.......> между ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» в лице врача офтальмолога Д. (медицинская организация) и Семеновой (после заключения брака - В.) А.Г. (пациент) заключен договор возмездного оказания медицинских услуг <.......>, по условиям которого медицинская организация обязуется оказать пациенту платные медицинские услуги: лазерная коррекция методом LASIK на оба глаза.

Согласно приложению к договору на оказание возмездного оказания медицинских услуг <.......>, В. предоставлена информация о возможных осложнениях и степени их вероятного возникновения при операции Ласик, в том числе возможных индивидуальных реакциях и осложнениях, с которой она ознакомлена, о чем стоит ее подпись. В. дано согласие на операцию.

В день операции, <.......> В. дано информированное добровольное согласие на проведение оперативного вмешательства по проведению лазерной коррекции зрения методом LASIK (OU).

<.......> после проведения операции сделана запись «без

осложнений».

<.......> в карте зафиксированы жалобы пациента на отклонение OS (левого глаза) и выставлен диагноз «оперированная миопия, сходящееся косоглазие».

Обращаясь в суд с иском о компенсации морального вреда, В. указывала на то, что после проведенной ответчиком операции у нее возникло косоглазие левого глаза; ответчик перед проведением операции не исполнил обязанность по предоставлению информации о последствиях (осложнениях) операции Lasik с учетом имеющихся у нее иных диагнозов в виде возникновения косоглазия. В случае, если бы ответчиком надлежащим образом была доведена информация обо всех возможных последствиях и осложнениях, в том числе в виде косоглазия, то истец приняла бы решение об отказе от проведения операции, поскольку миопатия не ухудшала качество жизни настолько, насколько это сейчас ухудшает качество жизни в связи с возникшим послеоперационным косоглазием.

С целью определения причинно-следственной связи между косоглазием у В. и проведенной операцией методом LASIK в ООО "Офтальмологический центр "Визус-1" определением Калининского районного суда г.Тюмени от <.......> по делу назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам экспертного заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы <.......> ГБУЗ ТО «ОБСМЭ» причинно-следственная связь (прямая, косвенная) между развитием у В. сходящегося косоглазия левого глаза и проведенной <.......> лазерной коррекцией зрения методом LASIK в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» отсутствует.

Выводы экспертной комиссии основаны на следующем.

Согласно представленным медицинским документам, у В., <.......> года рождения, на момент обращения за медицинской помощью в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» г.Тюмени <.......> имелись следующие расстройства зрительных функций: миопия слабой степени обоих глаз; амблиопия слабой степени; сложный миопический астигматизм; сходящееся косоглазие левого глаза.

Данные заболевания были диагностированы у В. еще в детском возрасте (в возрасте трех лет). Сходящееся косоглазие левого глаза имелось у В. задолго до момента проведения ей операции методом LASIK в ООО "Офтальмологический центр "Визус-1" <.......>. Сходящееся косоглазие левого глаза не являлось противопоказанием к проведению для нее операции по лазерной коррекции зрения методом LASIK.

Причинами развития косоглазия в детском возрасте могут быть аметропии (миопия, гипериетропия, астигматизм), заболевания центральной нервной системы, стрессы, высокие зрительные нагрузки, детские инфекции (корь, скарлатина, дифтерия, грипп) и некоторые общие заболевания, протекающие с высокой лихорадкой.

Лазерная коррекция зрения методом LASIK – это оперативный метод лечения миопии (близорукости), гиперметропии (дальнозоркости) и астигматизма с помощью лазерного луча. В ходе данной операции меняется форма роговицы, при этом оперативное вмешательство не затрагивает иные анатомические структуры глаза, в том числе «мышцы глаза, отвечающие за скоординированную работу глаз и их правильную фиксацию на объекте зрения».

Согласно протоколу операции от <.......> при проведении лазерной коррекции зрения методом LASIK в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» у В. объектом оперативного вмешательства являлась только роговица обоих глаз. Медицинская помощь В. в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» в период с <.......> по <.......> была оказана правильно, своевременно, в полном объеме, в соответствии с требованиями регламентирующих документов, клинических рекомендаций. Исключение составляет нарушение (дефект) ведения медицинской документации в виде неразборчивости части записей, на течение заболеваний органа зрения В. не повлиявший.

На вопрос о том имеется ли косоглазие у В. в настоящее время экспертам ответить не представилось возможным, по причине отсутствия в представленных медицинских документах и материалах дела соответствующей информации.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований В., суд с учетом выводов экспертной комиссии, сославшись на положения ст.ст.150, 151, 779, 1064, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст.2, 19, 21, 37, 64, 98 Федерального закона от <.......> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 4,10, 12, 14, 15 Закона Российской Федерации от <.......> <.......> «О защите прав потребителей», Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от <.......> <.......>, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <.......> <.......> «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <.......> <.......> «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», исходил из того, что доказательств причинно-следственной связи (прямая, косвенная) между развитием у В. сходящегося косоглазия левого глаза и проведенной <.......> лазерной коррекцией зрения методом LASIK в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» не представлено. При этом Информированное согласие В. от <.......> на оказание платных медицинских услуг, а также на виды медицинских вмешательств, включенных в Перечень определенных видов медицинских вмешательств, на которые граждане дают информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации для получения первичной медико-санитарной помощи в соответствии с приказом Минздравсоцразвития России от <.......> <.......>н, приложение к договору на оказание возмездного оказания медицинских услуг N 3723, в котором содержатся сведения о предоставлении истцу информации о возможных осложнениях и степени их вероятного возникновения при операции LASIK, а также информированное добровольное согласие от <.......> на проведение оперативного вмешательства по проведению лазерной коррекции зрения методом LASIK подтверждают факт того, что ответчиком до В. в полном объеме доведена информация, ей были разъяснены риски и возможные последствия операции, в том числе вероятность возможных индивидуальных реакций и осложнений, но, несмотря на это, В. дала свое осознанное согласие на проведение вышеуказанной операции.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку доводы апелляционной жалобы их не опровергают.

Проверяя законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия не усматривает нарушений закона.

Доводы апелляционной жалобы, основанные на том, что бланки информированных добровольных согласий истца содержат лишь общие фразы, в них не содержится согласие о том, что пациенту с диагнозом «косоглазие» была представлена информация о наличии риска изменения угла косоглазия в случае проведения операции по лазерной коррекции зрения, судебная коллегия считает не заслуживающими внимания, учитывая основания заявленного иска.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от <.......> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"; здесь и далее нормы Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" изложены в редакции от <.......>, действовавшей на момент оказания Клиническим онкологическим диспансером N 1 К. медицинской помощи - сентябрь 2018 года).

Здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5, 6, 7 статьи 4 названного закона).

Пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности (пункт 5 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с частью 7 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.

Каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно части 2 статьи 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

Медицинская организация обязана предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях (пункт 6 части 1 статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <.......> N 203н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи.

Согласно абзацу четвертому подпункта "а" пункта 2.2 названных критериев одним из критериев оценки качества медицинской помощи в стационарных условиях является наличие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.

Из приведенных нормативных положений следует, что:

- право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в частности, определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи. Одним из критериев качества медицинской помощи является наличие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство;

- информированное добровольное согласие пациента должно быть получено до начала медицинского вмешательства, оно является необходимым вне зависимости от вида медицинского вмешательства, информация о медицинском вмешательстве должна носить исчерпывающий характер;

- пациенту законом предоставлено право на получение в доступной для него форме информации о состоянии своего здоровья, в том числе сведений о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи;

- праву пациента на получение информации о состоянии своего здоровья корреспондирует обязанность медицинской организации предоставлять пациенту достоверную и полную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях.

В случае невыполнения медицинской организацией названной обязанности нарушается основополагающее право пациента на охрану здоровья, гарантированное каждому Конституцией Российской Федерации.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <.......>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, к которым относится также право на охрану здоровья. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, а равно и по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

По данному делу юридически значимым и подлежащим установлению с учетом правового обоснования В. заявленных исковых требований положениями Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, регулирующих отношения сторон, являлось выяснение обстоятельств, привело ли проведенное ответчиком оперативное вмешательство к возникновению у В. косоглазия, если привело, была ли нарушена ответчиком обязанность по предоставлению В. в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи, получено ли от нее информированное добровольное согласие.

От выяснения данных обстоятельств зависело правильное разрешение судом спора по требованиям о компенсации морального вреда, суд первой инстанции эти юридически значимые обстоятельства определил и установил и, как следствие, фактически правильно разрешил спор.

С учетом правового регулирования спорных отношений, возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания ООО «Офтальмологической центр «Визус-1» медицинской помощи В. могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятным для нее последствиям, что было учтено судом первой инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, основано на материалах дела и утверждение суда первой инстанции о том, что В. дала информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство (лазерная коррекция методом LASIK на оба глаза), поскольку ни в иске, ни в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, ни в доводах жалобы, истец не приводила доводы о том, что она перед медицинским вмешательством (операцией) не была проинформирована медицинской организацией о выбранном методе оперативного вмешательства, проведение такой операции было обосновано, не исключало возможность его применения при наличии индивидуальных особенностей истца, напротив, рекомендовано.

С учетом положений Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», предусматривающих, что даче пациентом информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство в обязательном порядке предшествует предоставление медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи, с учетом имеющейся в материалах дела копии медицинской карты больного С (В), заведенной в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1», договора на оказание платных медицинский услуг и Приложения <.......> о возможных осложнениях и степени их вероятностного возникновения при данной операции, возможности неодинаковой остроты зрения на разных глазах (для любой операции) во время операции Ласик, подписанного истцом, об информировании и согласии истца на операцию, судебная коллегия находит обстоятельства, связанные с предоставлением В. медицинскими работниками ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» такой информации в доступной для нее форме при наличии у истца косоглазия левого глаза, возникшего с 3-лет, установленными.

В медицинской документации имеются необходимым образом оформленные и подписанные пациенткой согласия на медицинские вмешательства, в том числе информирование о возможным осложнениях и возможности недостижения планируемого результата. Отсутствие ожидаемого результата лечения (коррекции зрения) не связано с недостатками качества медицинских услуг, вред здоровью при оказании истцу медицинских услуг не причинен.

В связи с чем, доводы апелляционной жалобы о том, что информированные согласия экспертом не были исследованы, основанием к отмене решения не могут служить, учитывая, что комиссией экспертов изучены медицинская документация В., материалы гражданского дела, и сделаны выводы об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи, которые имели бы прямую или косвенную причинно-следственную связь между проведенным ответчиком оперативным вмешательством и возникшим, как указывает истец, осложнением – сходящееся косоглазие левого глаза.

Обращаясь в суд с иском, истец в обоснование иска указывала на то, что не была проинформирована работниками медицинского учреждения о последствиях медицинского оперативного вмешательства, при этом до такого вмешательства ни самим ответчиком, ни иной медицинской организацией диагноз «косоглазие» установлен не был, косоглазие возникло после операции, то есть сам факт наличия косоглазия истец отрицала.

Между тем, согласно исследовательской части экспертного заключения, согласно медицинским документам на имя В. (<.......>Г., <.......> года рождения, 1) из истории развития ребенка, ведущейся с <.......> по <.......>, следует, что с трех до 16 лет включительно истец наблюдалась у детского офтальмолога с диагнозом «Гиперметропия слабой степени. Сходящееся косоглазие левого глаза. Амблиопия слабой степени правого глаза, средней степени левого глаза; 2) медицинской карты пациента ГБУЗ ТО «ОКБ <.......>», ведущейся с <.......> по <.......>, следует что <.......> в рамках профилактического осмотра истец была консультирована офтальмологом, установлен диагноз «Миопия слабой степени обоих глаз. Сложный миопический астигматизм левого глаза»; 3) из медицинской карты ООО «Офтальмологический центр «Визус-1», ведущейся с <.......> по <.......>, следует, что истец обратилась к ответчику с жалобами на низкое зрение вдаль. Из анамнеза известно, что у пациентки с детства было низкое зрение, производилась коррекция очками, а также проводилось лечение по поводу косоглазия (со слов пациентки – без эффекта). На основании жалоб, данных анамнеза, результатов осмотра пациентке был установлен диагноз «Миопия слабой степени обоих глаз. Амблиопия слабой степени левого глаза. Сложный миопический астигматизм. Сходящееся косоглазие левого глаза» и рекомендовано оперативное лечение - лазерная коррекция зрения методом Ласик. <.......> истцу была выполнена данная операция на оба глаза. В послеоперационном периоде назначено применение глазных капель «Тобрекс», производились контрольные осмотры пациентки. При осмотре <.......> пациентка предъявляла жалобы на наличие косоглазия левого глаза. Рекомендовано лечение, наблюдалась у ответчика по <.......>. Впоследствии истец обращалась для получения консультаций в ООО «доктор Арбитайло», ГБУЗ ТО «Областной офтальмологический диспансер», здесь же проходила лечение в дневном стационаре.

Таким образом, истец знала о наличии у нее патологии зрения, о косоглазии, имеющихся у нее с детства - до оперативного медицинского вмешательства ответчиком, при этом, самим ответчиком, иными медицинскими учреждениями был установлен у истца диагноз «косоглазие» - до оперативного медицинского вмешательства ответчиком.

Принимая во внимание терминологию выявленных и наличествующих у истца длительных нарушений зрительных функций, причинами развития косоглазия в детском возрасте могут быть в том числе аметропия (миопия, гиперметропия, астигматизм), что подтверждается выводами заключения комиссии экспертов.

Судебная коллегия, с учетом выводов экспертного заключения, приходит к выводу о том, что проведенная <.......> в ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» операция явилась способом коррекции проблем, имевшихся у истца на тот момент времени, связанных с ухудшением зрения. Состояние косоглазия, изменение его угла у истца, о последнем истец в иске и не заявляла, не является следствием действий сотрудников ответчика, либо иных медицинских организаций. Нарушений при проведении операции и в послеоперационном периоде не установлено. При проведении лазерной коррекции зрения методом Ласик объектом оперативного вмешательства являлась только роговица обоих глаз, не затрагивающих иные анатомические структуры глаза, в том числе мышцы глаза, отвечающие за скоординированную работу глаз и их правильную фиксацию на объекте зрения. Ответчиком операция (лазерная коррекция) проведена с соблюдением медицинских стандартов.

Поскольку противоправное поведение ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» не установлено, соответственно, негативные последствия в виде физических и нравственных страданий у В. не наступили. Следовательно, законных оснований для взыскания с ответчика ООО «Офтальмологический центр «Визус-1» в пользу истца В. компенсации морального вреда, у суда первой инстанции не имелось.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, представленным сторонами доказательствам, в том числе заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы, судом первой инстанции дана верная правовая оценка. Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы было обоснованно признано надлежащим доказательством по делу, соответствующим требованиям относимости и допустимости доказательств (статьи 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Результаты оценки доказательств суд первой инстанции отразил в решении. Нарушений требований процессуального законодательства при оценке судом первой инстанции доказательств, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, не допущено.

Иные доводы апелляционной жалобы, не могут являться основаниями для отмены решения суда, поскольку направлены на переоценку полученных судом доказательств и установленными судом обстоятельствами доказательств, и сводятся к субъективному мнению подателя жалобы.

Иных доводов, влекущих отмену постановленного судом решения, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для иных выводов, у судебной коллегии не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, законных интересов не допущено, юридически значимые обстоятельства установлены полно и правильно.

С учетом изложенного, оснований для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

решение Калининского районного суда г. Тюмени от 01 октября 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца В. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи коллегии

Мотивированное апелляционное определение составлено «05» февраля 2025 г.