Дело № 22-553/2026

Акты

Судья: Фадеев М.Е.                                                                                         № 22-553/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск                                                                 01 июля 2026 года

              Суд Ханты - Мансийского автономного округа – Югры в составе: председательствующего судьи Аксентьевой М.А.,

    с участием прокурора Воронцова Е.В.

    адвокатов Верхоглядова А.В., Перситской, Акопяна Э.В.,

    при секретаре Рассказовой Я.Н.

            рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Перельмана А.А., в интересах Покачева В.И., и адвоката Верхоглядова А.В., в интересах Покачева С.А., на постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 12 декабря 2025 года, которым

Покачев ВИ, (дата) года рождения, уроженец (адрес), гражданин РФ, проживавший по адресу: ХМАО-Югра, (адрес), д. Русскинская, имеющий образование 6 классов, не судимый, умерший (дата), - признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.11.2011 года, по событию от 26.03.2017 года).

В соответствии с п. 1 ст. 254 УПК РФ постановлено прекратить уголовное дело в отношении Покачев ВИ на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью последнего.

ПОКАЧЕВ СА, (дата) года рождения, уроженец д. (адрес), гражданин РФ, проживавший ХМАО-Югра, (адрес), д. Русскинская, не судимый, умерший (дата)- признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.11.2011 года, по событию от 27.03.2017 года).

В соответствии с п. 1 ст. 254 УПК РФ уголовное дело в отношении ПОКАЧЕВ СА прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью последнего.

Постановлено освободить ПОКАЧЕВ СА от уплаты процессуальных издержек в размере 8800 (восемь тысяч восемьсот) рублей и отнести данные издержки на счет средств федерального бюджета.

Освободить ПОКАЧЕВ СА от уплаты процессуальных издержек в размере 57800 (пятьдесят семь тысяч восемьсот) рублей и отнести данные издержки на счет средств федерального бюджета.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

                                                    УСТАНОВИЛ:

          Покачев В.И. (дата) совершил незаконную охоту, причинившую крупный ущерб, с применением механического транспортного средства, в составе группы лиц по предварительному сговору с Сопочинным А.И., Кантеровым Л.И., а Покачев С.А. также совершил незаконную охоту, причинившую крупный ущерб, с применением механического транспортного средства, в составе группы лиц по предварительному сговору с Сопочин АИ (дата) на территории (адрес) ХМАО-Югры ( ТТП С-27-Р, С-30Р) при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

            Покачев В.И., и Покачев С.А., на стадии предварительного расследования вину в совершении вышеуказанных преступлений не признавали.

            В апелляционной жалобе адвокат Перельман А.А., просит судебное решение в отношении Покачева В.И., отменить как незаконное и необоснованное, в связи с чем оправдать подзащитного. Он полностью поддерживает позицию Покачева В.И., данную на предварительном следствии и в предыдущих судебных процессах, который полностью вину не признавал. Факт незаконной охоты Покачевым В.И., доказан не был.

Из совокупности оглашенных в суде показаний Покачева В.И следует, что он 26 марта 2017г., находился на своей ТТП №27, где он имеет право вести охоту в любое время, добыл медведицу, стрелял один из своего карабина, во время охоты двигался на лыжах, механические средства во время охоты не применял, законно охотился на своих угодьях, что подтверждается показаниями Сопочина А.И.

В ходе судебного следствия, по ходатайствам защиты, протокол изъятия оружия у Покачева В.И. от 03.05.2017 (т.2, л.д. 145), оформленный участковым уполномоченным полиции Неупокоевым А.Н. и протокол осмотра охотничьего нарезного ружья Тигр 308 калибра 7,62 на 51 № 10530278, принадлежащего Покачеву В.И. (т.3. л.д. 92-96) были признаны судом недопустимыми доказательствами.

Таким образом, выводы о виновности Покачева В.И. сделаны судом с нарушением правил оценки доказательств, имеющихся в уголовном деле.

Считает, что доводы суда, изложенные в постановлении, несостоятельны, основаны на неправильной оценке фактических обстоятельств дела, у суда были все предусмотренные законом основания для постановления оправдательного приговора.

Делая вывод о виновности Покачева В.И., суд проигнорировал то обстоятельство, что подсудимые добыли медведицу и двух медвежат-погодков, охотясь на территории традиционного природопользования и основываясь на принятом обычае, традиции. При этом, согласно федеральному законодательству ТТП является вся территория Сургутского района. Покачев В.И., равно как и остальные подсудимые, в принципе не являются субъектами ст. 258 УК РФ и должны быть, с точки зрения защиты, оправданы.

Органами обвинения грубо нарушена оценка доказательств, имеющихся в уголовном деле. Их доводы несостоятельны и не имеют правовых оснований для обвинения.

Указанные сомнения в виновности подзащитного Покачева В.И., не были устранены в ходе судебного заседания.

В апелляционной жалобе адвокат Верхоглядов А.В., просит судебное решение в отношении Покачева С.А., отменить как незаконное и необоснованное, поскольку в постановлении изложены выводы, несоответствующие фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в суде первой инстанции, в связи с чем оправдать подзащитного.

Считает, что обвинением грубо нарушена оценка доказательств, имеющихся в уголовном деле, по критериям относимости, допустимости и их достаточности.

Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Суд ссылается на показания представителя потерпевшего (непонятно на показания ГОМ, или ЧЕС, из-за выявленных противоречий) и утверждает, что Сопочин и Покачев С.А., нарушили законодательство об охоте, поскольку находились на чужих родовых угодьях, которые являются территорией традиционного природопользования. Однако в судебном заседании установлено, что 2 особи медведей были добыты на угодьях С-27, принадлежащих Сопочину А.И. и Покачеву В.И.

Нет доказательств о наличии корысти и материальной выгоды, которую якобы получил подсудимый от добычи особей медведей. Нет ни одного документа подтверждающего наступление хоть каких-нибудь общественно-опасных экологических последствий, наступивших в результате действий подсудимого.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Верхоглядова А.В., и Перельмана А.А., государственный обвинитель Симонова А.С., просит судебное решение оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции адвокат Акопян Э.В., и Верхоглядов А.В., поддержали доводы апелляционных жалоб, прокурор Воронцов Е.В. просил постановление суда оставить без изменения, считая его законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, исследовав доводы апелляционных жалоб, возражения прокурора, суд приходит к следующему.

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что Покачевым В.И. 26.03.2017 года и Покачевым С.А. совершены виновные действия образующие состав преступления, предусмотренного ч.2 ст.258 УК РФ, поскольку это подтверждается совокупностью доказательств, подробно изложенных в постановлении:

Показаниями представителей потерпевшего ГОМ, пояснившей, что медведь относится к охотничьим ресурсам, которые могут быть добыты, в порядке, установленном законодательством, при этом коренные малочисленные народы Севера, к которым относятся ханты, имеют право охотиться на любого зверя в пределах территории традиционного природопользования в течение всего года в целях пропитания и ведения хозяйства;

Показаниями представителя потерпевшего ЧЕС, оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ, из которых следует, что в результате незаконной охоты Кантерова Л.И. и Сопочина А.И., Депнедра Югры был причинен крупный ущерб на сумму 90000 рублей, при этом, согласно отметки в охотничьем билете Сопочина А.И., последний имеет право охотиться только в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности, в объеме добычи охотничьих ресурсов, необходимых для удовлетворения личного потребления. Вышеуказанная отметка в охотничьем билете Кантерова Л.И. отсутствует, а также последний не имел права охотиться на угодьях С-27Р. Кроме того ЧЕС пояснила, что особь «Медведь» относится к охотничьим ресурсам на территории РФ, которые в свою очередь относятся к природным ресурсам. На территории ХМАО-Югры обитают только особи «Бурого медведя». Согласно Закона от (дата) (номер)-оз «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера регионального значения в ХМАО-Югре» субъекты традиционного природопользования являются пользователями территории данного природопользования (далее ТТП). Субъекты права традиционного пользования используют природные ресурсы, находящиеся в пределах ТТП.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что он принимал участие в осмотре трех шкур медведей, добытых подсудимыми, подтвердил причиненный ущерб потерей одной особи медведя в размере 90000 рублей, а также показал, что под применением транспортных средств в охоте понимается их применение при выслеживании и поиске зверя, а также при транспортировки туши зверя. Также показал, что на ТТП могут охотиться только лица, кому отведена данная территория и только для обеспечения своих нужд, без реализации добытой продукции третьим лицам, при этом иные лица не вправе осуществлять охоту на данной территории даже при наличии согласия её владельца.

Показаниями законного представителя подсудимого Покачева В.И. – Покачевой Л.Л., согласно которых последняя подтвердила, что на стадии следствия её супруг давал показания относительно отстрела медведицы;

Показаниями свидетеля НАИ пояснившего об обстоятельствах проведения им, как сотрудником полиции, с участием двух понятых и Сопочина А.И. и Покачева В.И. осмотра места происшествия, где последние указали место в лесном массиве, где они произвели отстрел медведицы.

Показаниями специалистов Свидетель №14, и Свидетель №12, из которых следует, что народы Ханты имеют право охотиться на медведя круглогодично для обеспечения себя и членов своих семей одеждой из шкур и пищей в виде мяса зверя, при этом данная охота осуществляется только на своих родовых угодьях, где в свою очередь не имеют права охотиться другие лица; хант не имеет права оказывать помощь другому ханту в осуществлении охоты на угодьях последнего;

Показаниями свидетеля Свидетель №9 давшего показания, о том, что медведь относится к особо ценным особям животного мира, добыча которого осуществляется по утвержденным лимитам, при этом, в случае прерывания зимней спячки медведя, последний может вновь залечь в спячку. В том случае, если медведь повторно не залег в спячку и вышел к людям, то требуется сообщение в Депнедра Югры о данном факте, после чего, в срок до одних суток (ранее – в срок до трех суток), принимается решение о проведении мероприятий по регулированию численности медведей, о чем в свою очередь уведомляется владелец угодий, который вправе также участвовать в данных мероприятиях. В том случае, если специалистами компетентного органа будет установлено, что вышедший из спячки медведь представляет угрозу для человека, производится его отстрел с составлением соответствующего акта. Коренные малочисленные народы Севера вправе производить охоту для обеспечения собственных нужд круглогодично только на закрепленной за ними территории традиционного природопользования.

Показаниями свидетеля Свидетель №2, из которых следует, что именно он предложил подсудимым Покачеву В.И., Сопочину А.И. и Кантерову Л.И. убить медведя, который ранее поднялся из берлоги, находящейся на его территории традиционного природопользования и ранил его внука Свидетель №3, в связи с чем, представлял опасность для жизни людей и оленей.

Показаниями свидетеля Свидетель №4, из которых следует, что 26.03.2017 года он находился на угодьях у Свидетель №2 на его угодьях, где в свою очередь видел Сопочина А.И., Покачева В.И. и Кантерова Л.И., которые произвели отстрел медведицы, при разделки туши которой, была найдена пуля из карабина Покачева В.И.; 27.03.2017 года поехал на снегоходах в лес вместе с Сопочиным А.И. и Покачевым С.А. в целях поиска медвежат, которые были в свою очередь обнаружены в количестве двух особей и убиты, по одному каждый, выстрелами из ружей подсудимыми Сопочиным А.И. и Покачевым С.А., после чего, туши медвежат были разделаны, мясо поделено между хантами, одну из шкур забрал себе Свидетель №2, вторую шкуру – забрал Покачев С.А.

протоколом осмотра места происшествия от 03.05.2017 года, согласно которого с участием, в том числе подсудимого Сопочина В.И., был произведен осмотр лесной местности, где было установлено место отстрела медведицы;

протоколом осмотра места происшествия от 19.04.2017 года, согласно которого была осмотрена территории природопользования Покачева Я.Т., где в свою очередь была обнаружена и изъята шкура взрослой особи медведя;

протоколом осмотра предметов от 15.06.2017 года (том 2, л.д.27-30), согласно которого была осмотрена шкура бурого медведя с имеющимися на ней пулевыми отверстиями,

протоколом осмотра предметов от 15.06.2017 года, согласно которого была осмотрена шкура бурого медведя с имеющимися на ней пулевыми отверстиями;

заключением эксперта №6 от 25.01.2018 года, согласно которому была осмотрена шкура медведицы, длиной 150см и шириной 95см, которая имеет механическое повреждение.

протоколом осмотра места происшествия от 03.05.2017 года (том 1, л.д.179-184), согласно которого с участием подсудимых Сопочина В.И. и Покачева С.А., был произведен осмотр лесной местности, где было установлено место отстрела двух медвежат;

протоколом осмотра места происшествия от (дата), согласно которого была осмотрена территории природопользования Свидетель №2, где в свою очередь была обнаружена и изъята в том числе шкура медвежонка,

протоколом осмотра места происшествия от (дата), согласно которого в присутствии ПОКАЧЕВ СА была изъята шкура убитого медвежонка;

протоколом осмотра предметов от 15.06.2017 года, согласно которого была осмотрена шкура медвежонка с имеющимися на ней пулевыми отверстиями;

протоколом осмотра предметов от 14.12.2017 года, согласно которого были осмотрены 3 шкуры бурого медведя с имеющимися на них пулевыми отверстиями, установлены размеры.

Из письма Депнедра и природных ресурсов Югры от 24.04.2017 года, территория традиционного природопользования «С- 27Р» закреплена за Сопочиным А.И., при этом в состав членов его семьи подсудимый Кантеров Л.И. не входит;

Из письма Депнедра и природных ресурсов Югры от 21.04.2017 года следует, что территория традиционного природопользования «С – 30Р» закреплена за Свидетель №2, при этом в состав членов его семьи подсудимые Сопочин А.И. и Покачев С.А. не входят. В свою очередь, за подсудимым Покачевым С.А. закреплена территория традиционного природопользования С-29Р,

Из письма Депнедра и природных ресурсов Югры от 12.05.2017 года следует, что территория традиционного природопользования «С – 12Р» закреплена за Кантеровым Л.И., который в своем охотничьем билете не имеет отметки об осуществлении круглогодичной охоты и соответствующее разрешение на добычу медведя не получал; охота на бурого медведя на территории ХМАО-Югры разрешена с 1 августа по 30 ноября и с 12 апреля по 10 июня.

Протоколами: изъятия оружия у Кантерова Л.И., Покачева В.И., а также выемок и осмотра снегохода, используемого при выслеживании медведицы подсудимыми Сопочиным и Кантеровым, снегохода, используемого при отстреле медведицы Покачевым В.И., снегохода Покачева С.А., и Сопочина А.И., используемых при выслеживании двух медвежат.

расчетом размера вреда, причиненного отстрелом одной особи медведя (том 1, л.д.64), произведенным Природнадзором Югры, согласно которого данный ущерб составляет 90000 рублей за одну особь медведя;

Согласно письма Природнадзора Югры от 12.05.2017 года следует, что (том 1, л.д.66), что крупным ущербом является ущерб, причиненный в том числе отстрелом особи бурого медведя.

Показаниями Кантерова Л.И., Покачева В.И..,Покачева С.А., Сопочина Л.И., подробно приведенных в приговоре, и пояснивших об обстоятельствах отстрела медведицы 26.03.2027 года и двух медвежат 27.03.2017 года, соответствующих обстоятельствам, установленным в описательно мотивировочной части постановления суда.

А также другими доказательствами по делу, подробно приведенными в постановлении.

При этом, все доказательства получены на основании действующего законодательства, проверены судом в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое подтверждение и были оценены судом в соответствии с правилами, предусмотренными ст.88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Доказательства, приведенные в постановлении, согласуются между собой, а выводы суда мотивированы, сделаны с учетом фактических обстоятельств дела, и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Суд указал мотивы, по которым в основу его выводов положены одни и опровергнуты другие доказательства, в том числе показания Кантерова Л.И., Покачева В.И., Покачева С.А., Сопочина А.И. о том, что они действовали в условиях крайней необходимости, а также осуществляли охоту в целях ведения традиционного образа жизни, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, изложенных в постановлении.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 24.07.2009 N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" правила охоты, которые обязательны для исполнения физическими лицами и юридическими лицами, осуществляющими виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства, являются основой осуществления охоты и сохранения охотничьих ресурсов и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

         По смыслу закона, разъясненному в п. 8 и абз. 2 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 года N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования", при рассмотрении уголовных дел о незаконной охоте (ст. 258 УК РФ) судам следует учитывать, что согласно п. 5 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 2009 года N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" под охотой понимается поиск, выслеживание, преследование охотничьих ресурсов, их добыча, первичная переработка и транспортировка. Незаконной является охота с нарушением требований законодательства об охоте, в том числе охота без соответствующего разрешения на добычу охотничьих ресурсов, вне отведенных мест, вне сроков осуществления охоты и др.

На основании положений п.12 Правил охоты (в ред. приказа Минприроды России от 06.08.2015 года №34) дающего право высшему должностному лицу субъекта РФ, (руководителю высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ) определять виды разрешенной охоты и параметры осуществления охоты в соответствующих охотничьих угодьях, предусмотренных статьями 12 (виды охоты), 22 (ограничения охоты, в том числе определение сроков) и 23 (правила охоты) ФЗ «Об охоте», Постановлением Губернатора ХМАО-Югры от 15.04.2011 года №52 «Об определении видов разрешенной охоты в охотничьих угодьях Ханты-Мансийского автономного округа – Югры», на территории Ханты-Мансийского автономного округа – Югры установлены сроки осуществления охоты: на медведя бурого - с 12 апреля по 10 июня и с 1 августа по 30 ноября в дневное время суток.

Постановлением Правительства Ханты-Мансийского автономного округа от 10.04.2002 года №192п были утверждены границы территорий традиционного природопользования регионального значения в границах ранее образованных родовых угодий.

В соответствии с Законом ХМАО от 28.12.2006 года №145-оз «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера» урегулированы отношения в области охраны, использования, образования территорий традиционного природопользования, а также определен порядок ведения Реестра территорий традиционного природопользования, в котором отражены перечни территорий, описаний границ, видов деятельности, сведения о субъектах права территорий традиционного природопользования, а именно коренных малочисленных народов Севера. Каждая территория традиционного природопользования имеет числовое, буквенное обозначение.

При этом в соответствии с положениями ст.11 Закона ХМАО-Югры вышеуказанного закона № 145-оз от 28.12.2006 года субъекты права традиционного природопользования ведут традиционное природопользование и традиционный образ жизни малочисленных народов в границах территорий традиционного природопользования с соблюдением требований федерального законодательства, настоящего Закона, иных нормативных правовых актов автономного округа, положений о правовом режиме территорий традиционного природопользования, а также используют природные ресурсы, находящиеся в пределах границ территорий традиционного природопользования, в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также обычаями малочисленных народов.

           Суд первой инстанции, проанализировав представленные сторонами доказательства, правильно пришел к выводу, что 26.03.2017 года Покочин В.И. совместно Кантеровым Л.И., Сопочиным А.И., а также Покачев С.А. совместно с Сопочиным А.И. 27.03.2017 года осуществляли незаконную охоту, поскольку вопреки указанным требованиям, а также требованиям федерального законодательства, предоставляющего право коренным малочисленным народам Севера осуществлять охоту лишь в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и в пределах своих ТТП, умышленно, вне пределов границ своей территории традиционного природопользования и за пределами установленного срока, незаконно совершили добычу 3 особей медведя, подробно мотивировав свои выводы с приведением убедительных доводов, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Доводы защиты о том, что территории традиционного природопользования (ТТП) значительно шире родовых угодий, в связи с чем Кантеров Л.И., Сопочин А.И., а также Покачев В.И. и Покачев С.А. могли охотиться на территории всего Сургутского района, при этом в любое время без ограничений и разрешений, поскольку добыча медведей производилась в целях обеспечения традиционного образа жизни - являются не состоятельными и основаны на неверном трактовании правовых норм, а также не подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Федеральный закон от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации» предусматривает правовое регулирование отношений, в том числе относительно использования территорий традиционного природопользования, не только данным законом, а также законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации. Согласно п.9 закона границы территорий традиционного природопользования различных видов утверждаются соответственно Правительством Российской Федерации, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления.

Исходя из положений п.1, 2 Постановления Правительства ХМАО-Югры от 10.04.202 года № 192п образованные на территории Ханты-Мансийского автономного округа - Югры родовые угодья признаны территориями традиционного природопользования регионального значения, в также утверждены границы территорий традиционного природопользования регионального значения в границах ранее образованных (с 1989 по 2002 годы) на территории автономного округа родовых угодий и территорий традиционного (приоритетного) природопользования.

Из анализа положений ст.1, 16 Закона № 145-ФЗ от 28.12.2006 года также следует, что земельные участки, исторически сформированные как родовые угодья стали обладать правовым статусом «территории традиционного природопользования» (ТТП) регионального значения».

В частности в ст.16 данного закона прямо установлено, что территории (родовые угодья), образованные до вступления в силу указанного Закона, признаются территориями традиционного природопользования регионального значения в ранее утвержденных границах.

Исходя из положений ст.19 Федерального закона № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов», п.3 ст.11 закона 145 -ФЗ от 28.12.2006 года представители коренных малочисленных народов Севера, являясь субъектами права традиционного природопользования, вправе осуществлять охоту свободно (без разрешений) в объёме, необходимом для личного потребления, исключительно в границах территорий традиционного природопользования (ТТП).

Вместе с тем из установленных судом обстоятельств, подтвержденных материалами дела, следует, что 26.03.2017 года Покачев В.И., Кантеров Л.И., Сопочин А.И. вне установленных сроков охоты начали осуществлять незаконную охоту, а именно действия по поиску, выслеживанию, преследованию по следам особи бурого медведя при наличии оружия и с использованием снегоходов на территории ТТП С-30 (закреплена за Свидетель №2 и членами его семьи), где они не включены в реестр субъектов права территории традиционного природопользования. После отстрела животного погрузили медведицу на сани, прикрепленные к снегоходу, и транспортировали на ТТП-30Р, где произвели разделку туши, поделили мясо и шкуру между собой.

           В связи с чем, то обстоятельство, что сам отстрел медведицы произошел на ТТП С-27Р, где Покачев В.И. и Сопочин А.И. включены в соответствующие Реестры, не свидетельствует об отсутствии в их действиях состава преступления. При этом Кантеров Л.И. в реестре ТТП С-27Р не состоял, разрешения на орудие не имел, и использовал чужое ружье.

Кроме того, 27.03.2017 года Сопочин А.И. совместно с Покачевым С.А. также в нарушение вышеуказанных требований закона осуществили с использованием снегоходов поиск, выслеживание и отстрел двух медвежат на ТТП-30Р, а затем с использованием снегоходов, транспортировали туши до избы Свидетель №2, где распорядились по своему усмотрению, разделив между собой, при этом также не являясь субъектами данной территории традиционного природопользования.

Вопреки доводам защитников отсутствие отдельно утверждённого положения о правовом режиме по ТТП коренных малочисленных народов Севера регионального значения с реестровыми номерами С27Р и С30-Р, не устраняет действие федерального и регионального законодательства на данные территории, регулирующего вопросы пользования охотничьими ресурсами на ТТП.

          В связи с чем суд первой инстанции, проанализировав представленные сторонами доказательства, правильно пришел к выводу, что 26.03.2017 года Кантеров Л.И., Сопочин А.И. совместно с Покачевым В.И.. а также Сопочин А.И. совместно с Покачевым С.А. (дата) осуществляли незаконную охоту.

Вопреки доводам стороны защиты оснований для вывода о том, что 26.03.2017 года и 27.03.2017 года Кантеров Л.И., Сопочин А.И., Покачев В.И., Покачев С. А. осуществляли охоту в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и обычаев, а также в целях защиты от медведя шатуна, представляющего реальную опасность для жизни, имущества на вышеуказанные даты - не имеется.

Как следует из показаний Кантерова Л.И., Сопочина А.И., Покачева В.И., Покачева С.А., свидетелей Свидетель №2, ПНН действия по поиску, отслеживанию и отстрелу были связаны не с целью добычи мяса и шкуры животных для своего жизнеобеспечения или выполнения каких либо традиционных обычаев или совершения обрядов, а по просьбе свидетеля Свидетель №2 в связи с тем, что поднятая вне сроков из спячки медведица стала, по их мнению, медведем-шатуном, а в отношении двух медвежат в связи с тем, что после отстрела и разделки туши медведицы нашли грудное молоко, в связи с чем предположили, что у нее имеются медвежата.

Вместе с тем, действия лиц, осуществляющих охоту с целью регулирования численности охотничьих ресурсов, регламентированы ст.16 ФЗ «Об охоте» и Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 13.01.2011 года №1 «Об утверждении порядка принятия решений по регулировании численности охотничьих ресурсов и его формы», и согласно пункта 3 вышеуказанного Порядка, решение о регулировании численности принимается в письменном виде за подписью руководителя уполномоченного органа или уполномоченного им лица, по утвержденной форме при этом согласно требований п.4 Порядка, основаниями для принятия решения о регулировании численности являются в том числе: угроза нанесения ущерба здоровью граждан охотничьими ресурсами; угроза нанесения ущерба объектам животного мира и среде их обитания охотничьими ресурсами, в том числе причинение особи охотничьих ресурсов травмы, исключающей самостоятельное жизнеобеспечение указанной особи.

          Необходимость соблюдения данного порядка, в том числе при обнаружении медведя -шатуна, также подтверждена и свидетелем Свидетель №9

           Однако вышеуказанный порядок Кантеровым Л.И., Сопочиным А.И., Покачевым В.И., Покачевым С. А. при отстреле животных соблюдён не был, но при наличии такой возможности, о чем подробно мотивировано в постановлении.

           При этом утверждения стороны защиты о том, что имелась крайняя необходимость в уничтожении животных, поскольку они представляли угрозу жизни им самим и их семьям, а также их имуществ (стадам оленей) противоречат доказательствам по делу.

           Судом правильно установлено, что медведица была разбужена 25.03.2017 года Покачевым Н.И., но сама агрессивных действий не предпринимала, на последнего не нападала, а лишь пробежала по нему, выбегая из своей берлоги, так как последний упал, лежал на ее пути, причинив повреждения, и скрылась в лесу. Через сутки после этого события, т.е. 26.03.2027 года, заблаговременно распределив роли и обговорив меры безопасности, приискав орудия совершения преступления (снегоходы с санями-нартами и оружие), Покачев В.И., Кантеров Л.И., Сопочин А.И. выдвинулись к месту, где Покачев Н.И. разбудил медведицу, но, не обнаружив её там, они продолжили выслеживать ее по следам до места залегания в другой берлоге, под поваленным деревом.

          Из показаний Покачева В.И, Сопочина А.И., Кантерова Л.И. следует, что медведица длительное время ( как указал Кантеров Л.Д. около 3 часов) не выходила из берлоги, несмотря на то, что они криком, создаваемым шумом стали провоцировать ее выйти из укрытия, и только после поездки Кантерова Л.И. за собакой медведица среагировала на нее, вышла из берлоги, после чего была отстреляна.

            Также судом первой инстанции правильно установлено, что о наличии медвежат, которые кормились молоком убитой медведицы, стало известно при разделке туши медведицы, при этом из показаний Покачева С.А., Сопочина А.И., Покачева И.И., Покачева Я.Т. следует, что обнаруженные медвежата, являются «пестунами», то есть достигшими годовалого возраста.

            Вышеизложенное свидетельствуют о том, что при указанных обстоятельствах медведица и медвежата не представляли реальной и фактической опасности, что не создавало препятствий уведомить соответствующие органы о поднятии медведя из спячки раньше срока для принятия этими органами необходимых мер.

           При таких обстоятельствах оснований полагать, что действительно в течение суток после травмирования ПНН, создалась ситуация крайней необходимости, т.е. представляющая непосредственную и реальную угрозу жизни Сопочина А.И., Покачева В.И., Покачева С.А., Кантерова Л.И., а также их семей, либо стадам оленей, и аналогичная ситуация через двое суток - 27.03.2017 года, требующая причинения вреда охраняемым законом интересам для устранения непосредственной опасности, при том, что опасность нельзя было устранить иными средствами,- не имеется.

Суд, проанализировав представленные доказательства, правильно сделал вывод, что умысел подсудимых Покачева В.И., Кантерова Л.И., Покачева С.А. и Сопочина А.И. был направлен на совершение незаконной охоты – отстрела медведей, поскольку они через определенный промежуток времени, не информируя соответствующие органы о поднятии из спячки медведя, самостоятельно решили, что медведи представляют для них опасность, и, не соблюдая установленный законом порядок, а также в нарушение вышеприведенных требований закона, с применением механизированных средств, оружия произвели поиск, отслеживание и отстрел.

Установленные судом обстоятельства совершения преступления, свидетельствуют о совершении преступлений с прямым умыслом, при отсутствии крайней необходимости.

С учетом изложенного, то обстоятельство, что после отстрела медведицы мясо употребили в пищу, а после отстрела медвежат их шкуры оставили себе, вопреки утверждениям защитников, не свидетельствует об осуществлении охоты с целью своего жизнеобеспечения или соблюдения традиции и обычаев.

Под традиционным образом жизни малочисленных народов понимается исторически сложившийся способ жизнеобеспечения малочисленных народов, основанный на историческом опыте их предков в области природопользования, самобытной социальной организации проживания, самобытной культуры, сохранения обычаев и верований, а под исконной средой обитания малочисленных народов - исторически сложившийся ареал, в пределах которого малочисленные народы осуществляют культурную и бытовую жизнедеятельность и который влияет на их самоидентификацию, образ жизни (п.п. 2, 3 ст. Федерального закона «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации»). Традиционная охота осуществляется для традиционных нужд.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции верно установлено, что деятельность по осуществлению охоты 26.03.2017 года и 27.03.2017 года не была связана с обеспечением ведения традиционного образа жизни и занятием традиционной хозяйственной деятельностью в том понимании, которое придается ей в ст. 19 Федеральном закона "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" от 24 июля 2009 года N 209-ФЗ.

Один лишь факт того, что Кантеров Л.И., Сопочин Л.И., Покачев С.А., и Покачев В.И. относятся к коренным малочисленным народам Севера, не дает права на осуществление свободной охоты без соблюдения требований вышеуказанных закона.

При этом соблюдение традиций и обычаев не должно противоречить и нарушать законы, действующие на территории РФ.

Доводы стороны защиты о совершении подзащитными групповой охоты, а также о делегировании им права на осуществления охоты, что предусмотрено законом, что также не свидетельствует о предварительном сговоре - проверялись судом первой инстанции и обоснованно отклонены с приведением соответствующих мотивов, которые основаны на материалах дела и нормах права.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 5 июля 2021 г. N 32-П по делу о проверке конституционности части 1 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 1999 г. N 82-ФЗ "О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации" и части 1 статьи 19 Закона об охоте в связи с жалобой гражданина подчеркнул, что реализация права на охоту, предусмотренную частью 1 статьи 19 Закона об охоте, не предполагает освобождения представителя коренных малочисленных народов севера от соблюдения иных условий реализации данного права, которые связаны, в частности, с добычей объектов животного мира только в местах традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности этого народа, исключительно для удовлетворения личных нужд и строго в пределах лимитов использования объектов животного мира, установленных органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации по согласованию с уполномоченными федеральными органами исполнительной власти.

Судом правильно установлено, что незаконная охота в обоих случаях (26.03.2017 и 27.03.2017 года) происходила коллективно и без соблюдения требований закона, в том числе и соблюдения порядка передачи лицом, относящимся к коренным малочисленным народам севера, своего права добычи другому члену общины в целях обеспечения традиционного образа жизни (делегировать), что также вытекает и из постановления Конституционного Суда РФ от 28.05.2019 № 21-П «По делу о проверке конституционности статьи 19 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ЩГК», где указано на возможность делегирования права осуществления охоты в целях ведения традиционного образа жизни одними членами общины коренных малочисленных народов другим, но с соблюдением установленного порядка.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК Российской Федерации преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Из разъяснений, данных в постановлении Пленума ВС РФ N 21 от 18 октября 2012 года, под охотой понимается поиск, выслеживание, преследование охотничьих ресурсов, их добыча, первичная переработка и транспортировка (п. 8), момент начала совершения действий, составляющих понятие охоты, признается окончанием для преступлений, предусмотренных п. "б", "в", "г" ч. 1 ст. 258 УК РФ (п. 9), при совершении незаконной охоты группой лиц по предварительному сговору исполнителями преступления признаются лица, осуществлявшие любое из названных действий (п. 12).

Как следует из установленных судом обстоятельств дела, Кантеров Л.И., Сопочин Л.И., Покачев В.И., Покачев С.А. до совершения преступлений, совершенных 26.03.2017 и 27.02.2017 года договорились о поиске, выслеживании и отстреле как медведицы, так и медвежат, обговорили план действий, совместно приискали орудия совершения преступления, действовали совместно и согласовано. Их действия носили последовательный и целенаправленный характер, наступившие последствия в виде смерти животных явились результатом их совместных действий, при этом умыслом осужденных охватывалось то обстоятельство, что они совместно совершают незаконную охоту.

Таким образом, объективная сторона преступления выполнена осужденными совместно и по предварительному сговору.

Вопреки утверждениям защитников о том, что снегоходы использовались только для следования к месту охоты, а дальше их подзащитные передвигались на лыжах, не свидетельствует об отсутствии нарушений правил охоты, поскольку как указано выше по смыслу закона, разъясненному в п. 8 и абз. 2 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 года N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" под охотой понимается поиск, выслеживание, преследование охотничьих ресурсов, их добыча, первичная переработка и транспортировка. Лицо может быть признано виновным в незаконной охоте, совершенной с применением механического транспортного средства или воздушного судна, только в случае, если с их помощью велся поиск животных, их выслеживание или преследование в целях добычи либо они использовались непосредственно в процессе их добычи, а также осуществлялась транспортировка незаконно добытых животных.

Как видно из установленных судом фактических обстоятельств дела транспортные средства использовались для поиска, выслеживания, преследования, транспортировки добытых животных.

Указанные действия, совершенные с нарушением требований законодательства об охоте образуют объективную сторону незаконной охоты, совершенной с применением механического транспортного средства.

            Нельзя признать обоснованными доводы защиты о неустановлении места преступления, поскольку место преступления установлено судом исходя из показаний Покачева В.И., Кантерова Л.И., Покачева С.А. и Сопочина А.И., подробно излагавших обстоятельства случившегося в ходе предварительного расследования, непосредственно принимавших участие в осмотре места происшествия, и указавших на место отстрела, так и в показаниях свидетелей Свидетель №2, Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №7, последовательно пояснявших, что события происходили (дата) и (дата) соответственно на родовых угодьях С-30Р и С-27Р, протоколом проверки показаний на месте с участием свидетеля НАВ, где следователем зафиксированы точные географические координаты места совершения преступления, а также ответом Департамента недропользования и природных ресурсов о принадлежности указанных координат к ТТП С-30 Р.

Показания свидетелей, Сопочина А.И., Кантерова Л.И, Покачева С.А., Покачева В.И. согласуются со схемами расположения территорий традиционного природопользования и нормативными документами, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда.

Также являются не состоятельными доводы защитников о том, что не исследовался вопрос отстрела и шкур, поскольку не понятно от каких пуль образовались повреждения в шкурах, поскольку сам факт отстрела как медведицы, так медвежат из имеющегося у них оружия Сопочиным А.И., Кантеровым Л.И, Покачевым С.А., Покачевым В.И. не оспариваются, как и факт изъятия и приобщения к материалам дела именно тех шкур животных, которые они добыли 26.03.2017 и 27.03.2017 года.

Вопреки доводам апелляционных жалоб установленный судом размер причиненного преступлениями вреда сомнений не вызывает.

Исходя из положений Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 года №21 (в редакции от 26.05.2015 года) «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» причиненный незаконной охотой ущерб относится к крупному исходя не только из количества и стоимости добытых, поврежденных и уничтоженных животных, но и с учетом иных обстоятельств содеянного, в частности экологической ценности, значимости для конкретного места обитания, численности популяции этих животных. Крупным является ущерб, причиненный, например, отстрелом лося, благородного оленя (марала, изюбря), овцебыка, бурого и белогрудого (гималайского) медведя. В соответствии с информацией Природнадзора Югры от 10.05.2017 года, крупным является ущерб, причиненный, в том числе отстрелом одной особи и затем двух особей бурого медведя, при этом размер ущерба по делу определен в соответствии с приказом Минприроды России от 08.12.2011 года №948 «Об утверждении Методики исчисления размера вреда, причиненного охотничьим ресурсам» на основании этой методики и составил 90000 рублей за одну особь «Бурого медведя».

Размер ущерба, порядок его определения также подтверждён и показаниями свидетеля Свидетель №1

Доводы жалобы о том, что в приложении к методике указано на особь «медведь», а не «бурый медведь», в связи с чем методику нельзя применять в данном случае, являются не состоятельными и основаны на неверном толковании нормативного документа.

Указание рода животного «медведь» в вышеуказанной методике, имеющего более широкое понятие, куда входит вид «бурый медведь» не свидетельствует, что о том, что данная методика не может быть применена при определении размера ущерба, причинённого преступлением, поскольку Минприроды России вправе устанавливать конкретные виды охотничьих ресурсов и таксы для исчисления размера причиненного, в том числе в случае незаконной охоты, что также предусмотрено в вышеуказанном Приказе.

Доводы апелляционной жалобы о противоречивых показаниях представителей потерпевшего и свидетелей обвинения также нельзя признать обоснованными.

Показания свидетелей и представителей потерпевшего, изложенных в постановлении, согласуются между собой, с другими доказательствами по делу, не имеют существенных противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность их показаний и могли бы повлиять на выводы о доказанности вины Покачева В.И. и Покачева С.А. в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.258 УК РФ.

          Оглашение показаний представителя потерпевшего Департамента недропользования и природных ресурсов ХМАО-Югры ЧЕС, данных ею на предварительном следствии, не свидетельствует о существенном нарушении требований закона, влекущего признание данного доказательства не допустимым, и создающим препятствия для использования его в качестве доказательства по делу со стороны обвинения. ЧЕС давала пояснения в качестве представителя Департамента и интересах данного юридического лица, ее показания фактически дополняют показания представителя ГОМ, участвовавшей непосредственно в судебном заседании. Кроме того, показания ЧЕС подтверждены и другими доказательствами по делу, в том числе относительно размера причиненного ущерба, порядка выдачи охотничьих билетов, правил осуществления охоты представителями коренных малочисленных народов севера.

Вопреки доводам защиты в суде апелляционной инстанции суд обоснованно не усмотрел оснований для признания не допустимыми протоколов допроса Кантерова Л.И. от 26.09.2017 года, от 24.10.2017 года

Данные показания даны Кантеровым Л.И. в ходе предварительного следствия в присутствии адвоката и переводчика, замечаний и заявлений от них после проведенных следственных действий не поступило. Протоколы соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

При этом Уголовно процессуальный закон не обязывает следователя дословно приводить содержание показаний обвиняемого в протоколе допроса.

Доводы стороны защиты о том, что в протоколах использованы слова Кантерова Л.И., значение которых он не мог знать и использовать в силу своего недостаточного образования, не свидетельствуют о фальсификации данных показаний.

Суд правильно пришел к выводу, что с учетом сведений об участии при допросах переводчика и защитника, идентичность показаний Кантерова Л.И. и изменение стилистики изложенных фактических обстоятельств, сведения о которых представлял при допросе подозреваемый, получены путем перевода Сопочиной А.С., т.е. лицом, который имеет высшее образование и может использовать при переводе иные слоговые компоненты и фразеологизмы, что, одновременно, не может быть признано погрешностью перевода, но может обуславливать влияние на фиксацию передаваемых сведений.

Вместе с тем, как следует из протоколов допроса, после прочтения данных показаний с помощью переводчика Кантеров Л.И. и защитник фактически удостоверили правильность изложенных в протоколе обстоятельств, собственноручно подписав протоколы без каких либо замечаний и указаний о неправильно внесенных или искаженных сведений.

          При этом оценка показаний Кантерова Л.И. дана в совокупности с другими доказательствами по делу.

           Вопреки доводам кассационной жалобы, уголовное дело рассмотрено судом полно, объективно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в том числе положений ст. ст. 15, 17, 240, 241, 252 УПК РФ; данных о нарушении принципов состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей, не установлено; ограничений процессуальных прав сторон не допущено. Все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, по этим ходатайствам приняты законные и обоснованные решения.

           Доводы жалоб о том, что судом первой инстанции не выполнены требования закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела, что использованы недопустимые доказательства, а выводы, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются необоснованными.

           Всем показаниям, сведениям, содержащимся в протоколах следственных действий, как и другим доказательствам, судом дана соответствующая оценка в совокупности, как того требует закон.

          Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела.

          Изложенные в жалобах защитников доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым суд дал правильную оценку в постановлении.

          То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

          Юридическая оценка действиям Покачева В.И. и Покачева С.А. дана правильная.

            Все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции по данному уголовному делу были выполнены, существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов не допущено.

          При таких обстоятельствах, оснований для отмены постановления суда, вынесения оправдательного приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции полагает, что постановление в отношении Покачева В.И. и Покачева С.А. подлежит изменению.

С учетом правовой природы прекращения уголовного дела по не реабилитирующему основанию, позиции стороны защиты, суд выяснил степень вины Покачева В.И. и Покачева С.А. в совершении инкриминируемых каждому из них деяния, констатировал совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, установил обстоятельства произошедшего, дал им правовую оценку и правильно применил положения п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии со ст. 49 Конституции РФ каждый обвиняемый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Таким образом, признание виновным умершего лица постановлением суда, не соответствует вышеуказанным требованиям закона.

В связи с чем из резолютивной части постановления подлежит исключению указание о признании виновным Покачев ВИ в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.11.2011 года, по событию от 26.03.2017 года), ПОКАЧЕВ СА виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.11.2011 года, по событию от 27.03.2017 года).

Других оснований для отмены или изменения постановления суда, в том числе по доводам апелляционных жалоб не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 12 декабря 2025 года в отношении Покачев ВИ и ПОКАЧЕВ СА изменить.

Исключить из резолютивной части постановления указание о признании виновным Покачев ВИ в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.11.2011 года, по событию от 26.03.2017 года), ПОКАЧЕВ СА виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 258 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от (дата), по событию от 27.03.2017 года).

В остальном постановление в отношении Покачев ВИ и ПОКАЧЕВ СА оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Апелляционное постановление (определение) может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ. Кассационные жалобы или представления на апелляционные определения или постановления, подаются в Седьмой кассационный суд (адрес) через суд (городской, районный) постановивший судебный акт в I-й инстанции в течение шести месяцев со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, с момента получения копии апелляционного постановления.

В суде кассационной инстанции вправе принимать участие лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими соответствующего ходатайства, в том числе лица, содержащиеся под стражей или отбывающие наказание в виде лишения свободы, с учетом положений, предусмотренных ч. 2 ст. 401.13 УПК РФ.

    Судья Суда ХМАО-Югры-                               М.А. Аксентьева