Дело № 2-1666/2026

Акты

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

    16 июля 2026 года     г. Иркутск

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Балдаеве Д.А.,

с участием представителя истца ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1666/2026 по исковому заявлению ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Аквариус» о признании договора незаключенным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Аквариус» (далее также – Общество, ответчик), в котором просит признать незаключенным договор № № от 12 июля 2025 года.

В обоснование иска истец указал, что через Единый портал государственных услуг оформил запрет (самозапрет) на заключение с ним договоров потребительского займа (кредита). Согласно полученному им уведомлению Объединенного Кредитного Бюро, с 6 июня 2025 года в отношении истца действует полный запрет на заключение договоров потребительского займа (кредита) кредитными и микрофинансовыми организациями любым способом – как очным, так и дистанционным. Несмотря на действующий самозапрет, ответчик, по утверждению истца, оформил на его имя договор потребительского займа «путем онлайн» – № А25-7472804 от 12 июля 2025 года. Полагая, что договор заключен в нарушение установленного запрета и без его волеизъявления, истец считает такой договор незаключенным и недействительным. В обоснование правовой позиции истец ссылается на статьи 8, 10, 153, 154, 158, 160, 166, 167, 168, 169, 420 ГК РФ, статьи 819, 820 ГК РФ, статью 27 Федерального закона от 24 июля 2023 года № 369-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О национальной платежной системе»», Федеральный закон от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», статьи 5, 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)», Федеральный закон от 26 февраля 2024 года № 31-ФЗ, статьи 8, 10 Закона РФ «О защите прав потребителей».

Истец ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Ответчик ООО «Аквариус» о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал, представил письменный отзыв, в котором просил рассмотреть дело в отсутствие представителя и в удовлетворении иска отказать в полном объеме. Из отзыва следует, что между Обществом (ранее – ООО МКК «Аквариус») и ФИО2 заключен договор потребительского микрозайма № № от 12 июля 2025 года на сумму 29 500 руб., договор оформлен дистанционно и подписан заемщиком аналогом собственноручной подписи (СМС-кодом, направленным на принадлежащий истцу номер телефона), денежные средства перечислены на банковскую карту истца. Перед заключением договора им был направлен автоматизированный запрос в квалифицированное бюро кредитных историй, по результатам которого сведения о действующем запрете в кредитной истории истца отсутствовали, в связи с чем полагает, что Общество добросовестно. Ссылается на то, что ввод СМС-кода подтверждает выражение воли лица, а сторона, принявшая исполнение, не вправе оспаривать договор по мотиву его незаключенности.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 12 июля 2025 года между ООО МКК «Аквариус» (кредитор, в настоящее время – ООО «Аквариус») и ФИО2 (заемщик) с использованием сайта общества в сети «Интернет» оформлен договор потребительского микрозайма № №.

По индивидуальным условиям договора сумма займа составляет 29 500 руб., срок возврата – 28 июля 2025 года, процентная ставка – 292% годовых (0,8% в день). Обществом на банковскую карту истца 12 июля 2025 года перечислено 23 000 руб., что подтверждается справкой по операции, остальная часть суммы займа (6 500 руб.) за счет заемных средств направлена на оплату выбранных при оформлении заявки дополнительных услуг.

Индивидуальные условия договора подписаны от имени заемщика простой электронной подписью (аналогом собственноручной подписи) – путем ввода направленного на указанный истцом номер телефона СМС-кода.

Судом также установлено, что истцом через Единый портал государственных услуг установлен запрет (самозапрет) на заключение договоров потребительского займа (кредита), действующий с 6 июня 2025 года.

Данное обстоятельство подтверждается уведомлением Объединенного Кредитного Бюро и материалами дела.

Таким образом, на день заключения спорного договора (12 июля 2025 года) в отношении истца действовал установленный им самозапрет.

Названные обстоятельства подтверждаются исковым заявлением, заявлением о предоставлении микрозайма, индивидуальными условиями договора микрозайма № № от 12 июля 2025 года, справкой по операции о перечислении денежных средств, положением об использовании аналога собственноручной подписи, правилами предоставления микрозаймов, кредитным отчетом и уведомлением о самозапрете. При этом истец получение денежных средств по договору не оспаривал, о безденежности займа не заявлял, факт направления СМС-кода на принадлежащий именно ему номер телефона не опровергал.

Правоотношения сторон вытекают из договора потребительского займа, предоставленного микрофинансовой организацией, и регулируются параграфом 1 главы 42 ГК РФ (статьи 807-818), Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» и Федеральным законом от 2 июля 2010 года № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях». В связи с этим ссылки истца на ст. 819 и 820 ГК РФ, регулирующие кредитный договор, заключаемый банком или иной кредитной организацией, к спорным отношениям неприменимы, ответчик кредитной организацией не является, а спорный договор является договором потребительского займа (микрозайма).

Требование о признании договора незаключенным удовлетворению не подлежит, поскольку договор является заключенным.

В силу п. 1 ст. 807 ГК РФ и ч. 6 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Материалами дела подтверждается, что предусмотренные договором денежные средства заемщику переданы, 23 000 руб. перечислены на банковскую карту истца, 6 500 руб. по распоряжению заемщика направлены на оплату выбранных им дополнительных услуг, а всего предоставлен заем в согласованном размере 29 500 руб.

Существенные условия договора (сумма, срок возврата и размер процентов) согласованы в индивидуальных условиях.

Письменная форма договора соблюдена, в соответствии с абз. 2 п. 1 и п. 2 ст. 160, п. 2 ст. 434 ГК РФ, ч. 14 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» и ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 6 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» стороны в положении об использовании аналога собственноручной подписи согласовали использование простой электронной подписи (СМС-кода) как равнозначной собственноручной подписи, и индивидуальные условия подписаны от имени заемщика таким способом. При таком положении предусмотренных ст. 432 ГК РФ оснований считать договор незаключенным не имеется.

Довод истца об отсутствии у него волеизъявления материалами дела не подтверждается, СМС-код направлен на принадлежащий истцу номер телефона, денежные средства перечислены на его карту, о совершении сделки против его воли иными лицами (в результате мошеннических действий) истец не заявлял и таких обстоятельств судом не установлено.

Требование о признании договора незаключенным не подлежит удовлетворению и по той причине, что нарушение установленного заемщиком самозапрета закон связывает не с незаключенностью (недействительностью) договора, а с иными, специально предусмотренными последствиями.

В силу п. 1 ч. 6 ст. 13 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» при нарушении микрофинансовой организацией требования ч. 4.5 ст. 7 данного Закона (обязанности запросить сведения о запрете во всех квалифицированных бюро кредитных историй) и наличии на день заключения договора сведений о действующем запрете в кредитной истории заемщика, распространяющемся на заключаемый договор, юридические и физические лица не вправе требовать исполнения заемщиком обязательств по такому договору.

Кроме того, согласно ч. 4.1-1 ст. 8 Федерального закона «О кредитных историях» при наличии таких обстоятельств информация о договоре подлежит аннулированию в кредитной истории заемщика по его заявлению.

Таким образом, законом установлен специальный механизм защиты заемщика, установившего самозапрет – невозможность для кредитора требовать исполнения обязательств и аннулирование записи о договоре в кредитной истории.

Признание же договора незаключенным (недействительным) к числу последствий нарушения самозапрета законом не отнесено.

Способы защиты гражданских прав определяются законом (ст. 12 ГК РФ), а избрание истцом способа защиты, не соответствующего характеру нарушения и не предусмотренного законом для данного случая, является самостоятельным основанием для отказа в иске, поскольку такой способ не приводит к восстановлению или защите права истца.

Кроме того, само по себе заявленное требование не направлено на защиту нарушенного или оспариваемого права истца. Предусмотренное п. 1 ч. 6 ст. 13 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» последствие нарушения самозапрета – невозможность для кредитора требовать исполнения по своей правовой природе является средством защиты заемщика от принудительного взыскания и реализуется в форме возражения против требования кредитора об исполнении обязательств по договору. Между тем из материалов дела не следует, что к истцу предъявлено требование (иск) о взыскании задолженности по спорному договору либо что в отношении него осуществляется принудительное исполнение. Доказательств нарушения прав истца ответчиком в связи с заключенным договором не представлено.

В силу ст. 3 ГПК РФ и ст. 11 ГК РФ судебной защите подлежит нарушенное либо оспоренное право. Предоставленная истцу законом защита (невозможность взыскания с него задолженности по договору, заключенному в нарушение самозапрета) сохраняется за истцом независимо от разрешения настоящего иска и может быть реализована им, в том числе как возражение, при предъявлении к нему соответствующего требования о взыскании. При этом отказ в удовлетворении настоящего иска о признании договора незаключенным не лишает истца ни данной защиты, ни права требовать аннулирования записи о договоре в его кредитной истории в порядке, предусмотренном законодательством о кредитных историях.

Суд также отмечает, что истец необоснованно отождествляет незаключенность и недействительность договора, которые являются различными правовыми институтами с разными основаниями и последствиями.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (п. 1 ст. 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае наступают последствия несоблюдения формы договора, а не признание его незаключенным.

Приведенные истцом основания (нарушение запрета, порок воли, несоблюдение формы), даже при их подтверждении, относились бы к основаниям недействительности сделки (статьи 168, 178, 179 ГК РФ), а не к незаключенности. При этом по требованию о недействительности истец не обращался, тогда как суд разрешает дело по заявленным требованиям (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ).

Приведенные же истцом ссылки предмету спора не соответствуют, статья 27 Федерального закона от 24 июля 2023 года № 369-ФЗ и положения Федерального закона от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ регулируют противодействие переводам денежных средств без добровольного согласия клиента и легализации преступных доходов и к вопросу о заключенности договора займа, оформленного на имя истца с зачислением денежных средств на его собственную карту, отношения не имеют, положения статей 8 и 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» о праве потребителя на информацию основанием для признания договора незаключенным не являются.

Довод истца о том, что договор оформлен без его волеизъявления, суд отклоняет и по следующим основаниям.

Правовая позиция, сформированная к дистанционным потребительским кредитам (займам), заключенным в результате мошеннических действий третьих лиц, к настоящему спору неприменима, поскольку в данном случае обстоятельства заключения договора под влиянием обмана со стороны третьих лиц либо помимо воли истца не установлены, СМС-код направлен на принадлежащий истцу номер телефона, денежные средства зачислены на банковскую карту истца, о хищении у него денежных средств и о возбуждении по этому факту уголовного дела истец не заявлял.

Кроме того, суд учитывает, что истец, получив предоставленные по договору денежные средства и распорядившись ими, доказательств их возврата не представил.

По смыслу пунктов 3 и 4 ст. 1, ст. 10 и п. 3 ст. 432 ГК РФ, а также разъяснений пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49 сторона, принявшая исполнение по договору либо иным образом подтвердившая его действие, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным.

Требование о признании договора незаключенным при одновременном удержании полученных по нему денежных средств и при наличии предусмотренного законом специального механизма защиты заемщика от взыскания надлежащей защиты права истца не обеспечивает.

Данный вывод суда не влияет на объем прав истца как заемщика, установившего самозапрет, и не предрешает вопроса о том, вправе ли кредитор требовать исполнения обязательств по договору, который подлежит разрешению при предъявлении соответствующего требования о взыскании.

При этом суд не входит в обсуждение доводов ответчика о добросовестности проверки им сведений о запрете в квалифицированном бюро кредитных историй и о наличии оснований требовать исполнения обязательств по договору, поскольку эти обстоятельства не входят в предмет доказывания по иску о признании договора незаключенным и подлежат установлению при рассмотрении требования о взыскании задолженности.

С учетом изложенного заявленное истцом требование о признании договора незаключенным удовлетворению не подлежит.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истцу, которому в иске отказано, не возмещаются. От уплаты государственной пошлины истец при подаче иска освобожден как потребитель. При отказе в иске оснований для взыскания государственной пошлины не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (СНИЛС №) к Обществу с ограниченной ответственностью «Аквариус» (ИНН №) о признании незаключенным договора потребительского микрозайма № № от 12 июля 2025 года, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья                                                                             М.А. Глухова

Мотивированное решение изготовлено 24 июля 2026 года.