Дело № 22-2837/2026

Акты

Судья Реутова Т.А.                        Дело № 22-2837/2026

Докладчик – судья Дмитриева Ю.Г.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

13 июля 2026 года                         г. Новосибирск

Судья Новосибирского областного суда        Дмитриева Ю.Г.,

при секретаре                        Соколовой Н.А.,

с участием:

государственного обвинителя            Теряева Н.Ф.,

потерпевшей                        Майбах К.К.,

представителя потерпевшей                Карамышева В.Е.,

адвоката                 Нечаева В.Н.,

оправданного                 Гусева Л.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора <адрес> Манакова Е.А. на приговор Чановского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении

Гусева Л. Ю., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не судимого,

У С Т А Н О В И Л:

приговором Чановского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Гусев Л.Ю. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

За ним признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием.

Органом предварительного расследования Гусев Л.Ю. обвинялся в том, что ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты>, управлял автомобилем марки грузовой фургон <данные изъяты> «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, в восточном направлении <данные изъяты> автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» по направлению в <адрес> по территории <адрес> на технически исправном автомобиле, в темное время суток, в пасмурную погоду с осадками в виде дождя, где в нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ, не избрав скорость обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, при этом видел впереди автомобиль марки «<данные изъяты> <данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> с полуприцепом «<данные изъяты> <данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением маа, который двигался во встречном направлении, и который начал смещаться на его полосу движения, не справившись с управлением автомобиля, начал смещаться на полосу, предназначенную для встречного движения, где ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты>, на расстоянии <данные изъяты> от километрового указателя «<данные изъяты>» в западном направлении и <данные изъяты> от южного края дорожного покрытия автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес>, совершил боковое столкновение передней правой угловой частью кабины своего автомобиля с правой частью кабины и передней правой частью полуприцепа автомобиля марки «<данные изъяты> <данные изъяты>», после чего выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты>, на расстоянии <данные изъяты> м от километрового указателя «<данные изъяты>» в восточном направлении и <данные изъяты> от северного края дорожного покрытия автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес>, совершил столкновение передней частью кабины своего автомобиля с передней частью кузова автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион под управлением мвн

В результате данного дорожно-транспортного происшествия, по мнению органа предварительного расследования, вследствие преступной небрежности водителя Гусева Л.Ю. и нарушения п.п. 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ водителем Гусевым Л.Ю., водителю автомобиля «<данные изъяты>» мвн, ДД.ММ.ГГГГ года рождения были причинены телесные повреждения, которые оцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья; пассажиру автомобиля «<данные изъяты>» мвв, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены телесные повреждения, которые оцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья; пассажиру автомобиля «<данные изъяты>» мев, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены телесные повреждения, которые оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в соответствии, а также вред здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Действия Гусева Л.Ю. были квалифицированы органами предварительного расследования по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Гусев Л.Ю. виновным себя по предъявленному обвинению не признал.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что убедительных доказательств, свидетельствующих о наличии нарушений со стороны Гусева Л.Ю. требований пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ в ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, а также причинно-следственной связи между действиями Гусева Л.Ю. и наступлением общественно-опасных последствий в виде смерти мев ввиду отсутствия технической возможности предотвращения ДТП, не имеется, а потому, в действиях Гусева Л.Ю. отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В апелляционном представлении прокурора Манакова Е.А. содержится просьба об отмене приговора, с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, допущены существенные противоречия при проверке и оценке доказательств, в связи с чем, выводы суда об отсутствии в действиях Гусева Л.Ю. состава преступления вызывают сомнения.

Автор апелляционного представления указывает на допущенные судом противоречия в своих выводах. Так, судом установлено, что Гусев Л.Ю. при возникновении опасности для движения принял все возможные меры к снижению скорости, а также пытался уйти от столкновения путем выезда на сторону встречного движения. Вместе с тем, суд признал недостоверными показания свидетеля мдс о том, что Гусев Л.Ю., пытаясь уйти от столкновения, выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение автомобилем «<данные изъяты>».

Ссылаясь на положения ст. 88 УПК РФ, автор представления указывает на ненадлежащую оценку заключению эксперта <данные изъяты> о том, что для предотвращения столкновения с автомобилем «<данные изъяты> <данные изъяты>» Гусев Л.Ю. применил маневр поворота рулевым колесом влево, в сторону встречного движения. В то время как из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не следует, что до столкновения с автомобилем «<данные изъяты> <данные изъяты>» Гусев Л.Ю. применил указанный маневр, а в судебном заседании эксперт лаю, проводивший экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ нахождение автомобиля «<данные изъяты>» под управлением Гусева Л.Ю. на полосе встречного движения объяснил двумя причинами: «либо сам крутанул руль», либо от удара автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>».

Изложенное свидетельствует о наличии оснований для назначения повторной экспертизы, однако, в удовлетворении такого ходатайства стороне обвинения было необоснованно отказано.

В возражениях на апелляционное представление потерпевшая мкк, адвокат Нечаев В.Н. просят приговор оставить без изменения, в удовлетворении апелляционного представления отказать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Теряев Н.Ф. поддержал доводы апелляционного представления, просил об отмене оправдательного приговора.

Оправданный Гусев Л.Ю., его адвокат Нечаев В.Н., потерпевшая мкк, ее представитель кве, возражая по доводам апелляционного представления, полагали о законности обжалуемого приговора.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления прокурора Манакова Е.А., выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит постановленный приговор законным, обоснованным и мотивированным, а потому, не подлежащим отмене.

В соответствии с ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления.

Согласно ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

По настоящему делу эти требования закона судом соблюдены.

Согласно ст. 49 Конституции Российской Федерации, каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, что соответствует вышеуказанным положениям ст. 49 Конституции Российской Федерации.

По настоящему уголовному делу указанные требования судом не были нарушены.

Согласно ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон.

Как следует из протокола судебного заседания, право стороны обвинения на представление доказательств не нарушено, все представленные органами предварительного следствия доказательства были исследованы судом в судебном заседании, что не оспаривается в апелляционном представлении.

Оценивая доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости как каждое отдельно, так и в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела по существу, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что представленные доказательства не свидетельствуют о виновности Гусева Л.Ю. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, и в связи с этим обоснованно оправдал его за отсутствием в деянии состава преступления.

К выводу о невиновности Гусева Л.Ю. суд первой инстанции пришел всесторонне, полно и объективно исследовав все представленные органом предварительного расследования доказательства, в том числе, на которые ссылается автор представления.

По существу доводы апелляционного представления сводятся к предложению переоценить оцененные судом первой инстанции доказательства, что не может служить безусловным основанием для отмены приговора, поскольку в силу ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Оснований ставить под сомнение обоснованность таких оценок, данных судом первой инстанции, то есть переоценить доказательства, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Согласно показаниям оправданного Гусева Л.Ю., ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты>. он двигался по территории <адрес> на грузовом фургоне «<данные изъяты>» модели <данные изъяты>, гос. номер № со скоростью около 50-60 км/ч, так как на дорожном покрытии был гололед и шел дождь, по правой полосе движения, предназначенной для движения в восточном направлении, то есть в сторону <адрес>, в разрешенном скоростном режиме. В это время он увидел, как встречный большегрузный автомобиль «<данные изъяты> <данные изъяты>» с прицепом, который двигался в западном направлении, то есть в сторону <адрес>, начало выносить, а именно автомобиль потянуло на его полосу движения. Он стал притормаживать, но понял, что это бесполезно, так как дорога была скользкая из-за гололеда и скорость автомобиля не снижалась, а режим торможения мог повлиять на управляемость автомобиля. Далее, все происходило в доли секунды, а именно произошло столкновение его автомобиля и автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>» с прицепом, а именно правого угла кабины его автомобиля и правой частью кабины и передней правой частью прицепа автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», после чего, его автомобиль вынесло на встречную полосу движения, где произошел еще один удар в переднюю часть кабины его автомобиля, далее его автомобиль понесло в левый, по ходу движения, кювет. Между тем как он увидел, что автомобиль «<данные изъяты> <данные изъяты>» стало заносить и до столкновения с его автомобилем прошло не более 1 секунды. После ДТП он понял, что произошло столкновение с автомобилем «<данные изъяты>». Причиной данного дорожно-транспортного происшествия считает плохие погодные условия и гололед, из-за чего встречный большегрузный автомобиль «<данные изъяты> <данные изъяты>» вынесло на полосу его движения, и из-за столкновения с которым, его автомобиль вынесло на встречную полосу движения, где произошло столкновение с автомобилем «<данные изъяты>». Он со своей стороны принял все меры, для того чтобы избежать столкновения, однако из-за скользкой дороги (гололеда) избежать столкновения с большегрузным автомобилем «<данные изъяты> <данные изъяты>», ему не удалось, а также в связи с тем, что после данного столкновения его автомобиль вынесло на встречную полосу движения. Также считает, что в произошедшем ДТП виноват водитель автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», так как именно он спровоцировал данную обстановку, выехав на полосу движения, по которой двигался он, а избежать столкновения с автомобилем «<данные изъяты> <данные изъяты>» уже возможности не было, скоростной режим он не нарушал, полосу движения, по которой он двигался, покинуть не пытался и технической возможности для этого не имел.

Из показаний потерпевшей мкк следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> на территории <адрес>, произошло столкновение трех автомобилей. Ее муж, мев, получивший в результате ДТП телесные повреждения, ей пояснял, что за рулем автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> регион находился его брат, мвв, который во время остановки употребил наркотические средства и находился в неадекватном состоянии. ДД.ММ.ГГГГ мев скончался от сердечной и легочной недостаточности, развившейся на фоне серозно-гнойной пневмонии, гнойного бронхита, серозно-гнойного плеврита. Отмечает, что в дороге она разговаривала с супругом мев, тот ей сообщил, что перед ними ехал большегрузный автомобиль, который начало заносить и после этого на их полосу движения выехал другой большегрузный автомобиль, помнит свет фар и что он вылетел из автомобиля. Хотя она относится к участникам уголовного процесса со стороны обвинения, тем не менее, не разделяет позицию следователя и прокурора в отношении обвинения, предъявленного именно Гусеву JI.Ю.

В соответствии с показаниями свидетеля мвн, на автомобиле «--», гос. номер <данные изъяты> регион вместе с сыновьями мев и мвв ДД.ММ.ГГГГ они возвращались из Новосибирска. В пути начался сильный ветер, снег, доехали до какого-то перекрестка, он сел за руль, сменив мвв Он двигался со скоростью 50-70 км/ч, на дороге был сильный гололед, впереди его автомобиля двигался большегрузный автомобиль «<данные изъяты> <данные изъяты>», с полуприцепом, который завилял, он снизил скорость, далее все произошло в доли секунды, на их полосу движения из-за впереди идущего большегрузного автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», выехал грузовой автомобиль «<данные изъяты>» и находился перед его автомобилем примерно на расстоянии около 10 метров. В этот момент он успел немного вывернуть руль вправо для того, чтобы избежать столкновения, но исходя из того, что указанный автомобиль находился от его автомобиля в непосредственной близости, на полосе их движения произошло столкновение передней частью его автомобиля с передней частью автомобиля «<данные изъяты>», после чего от столкновения их автомобили сместились в правый кювет по ходу их движения ДД.ММ.ГГГГ мев, находясь в реанимационном отделении <данные изъяты> в <адрес> скончался. Причиной данного дорожно-транспортного происшествия считает плохие погодные условия, так как шел дождь и снег, на дорожном покрытии был гололед, поэтому водитель впереди двигавшегося большегрузного автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», не справился с управлением и выехал на встречную полосу движения, в связи с чем другой автомобиль «<данные изъяты>» выехал на их полосу движения, где произошло столкновение с их автомобилем.

Согласно показаниям свидетеля мвв, на автомобиле «<данные изъяты>» он, его отец и брат возвращались ДД.ММ.ГГГГ после <данные изъяты> из <адрес> в <данные изъяты>. В момент ДТП за рулем автомобиля находился его отец мвн, двигались они с небольшой скоростью. Погодные условия были плохие, был сильный ветер, снег с дождем, гололед. Сам момент ДТП не помнит, открыл глаза и увидел, что находится в больнице. ДД.ММ.ГГГГ его брат мев, находясь в реанимационном отделении <данные изъяты> им. кан» в <адрес>, скончался. Считает, что причиной дорожно-транспортного происшествия были плохие дорожные условия, так как на дороге был гололед, в связи с чем, автомобили в данных дорожных условиях могли не справиться с управлением и выехали на встречную полосу движения.

Из показаний свидетеля маа следует, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты>. он двигался с западного в восточном направлении в сторону <адрес> на автомобиле «<данные изъяты> <данные изъяты>», с полуприцепом «<данные изъяты>» со скоростью 60-65 км/ч, периодически притормаживал. Дорога была прямая, было темное время суток, шел мокрый снег, дорожное покрытие было с наледью, дорожная разметка просматривалась. Он двигался по правой части дороги, по полосе, предназначенной для движения в западном направлении. Непосредственно перед ДТП видел колонну автомобилей. Хотел снизить скорость, но нажав на педаль тормоза, его автомобиль стало болтать то вправо, то влево. С одной фурой разъехался, от нее был поток ветра, его транспортное средство начало кидать из стороны в сторону. После того как он проехал вторую фуру, его автомобиль стало вытягивать на встречную полосу. Он пытался уйти назад, но не получилось. Он увидел, что идет со встречным автомобилем лоб в лоб, начал направлять автомобиль влево в кювет, то есть в противоположный кювет по ходу его движения. Столкновение произошло через 3-4 секунды. Избежать столкновения не удалось, после столкновения он увидел, что столкнулся с грузовым автомобилем «<данные изъяты>». После он вышел из своего автомобиля, увидел грузовик лежит в противоположном кювете. Подойдя к кювету, увидел, что вместе с грузовым автомобилем в кювете был легковой автомобиль «<данные изъяты>». Схему ДТП составляли сотрудники ГАИ с его участием и участием Гусева Л.Ю., указывали место столкновения его автомобиля и автомобиля Гусева. Ему было выписано постановление о привлечении его к административной ответственности за выезд на полосу встречного движения, однако оплатить по указанным реквизитам штраф не удалось. Причиной дорожно-транспортного происшествия считает, плохие дорожные условия, так как на дороге был гололед, поэтому он не справился с управлением автомобиля на указанном участке автодороги. Он считает, что он со своей стороны выполнил все возможное для того, чтобы избежать столкновения со встречным автомобилем «<данные изъяты>», которого избежать не удалось.

Из показаний свидетеля гсн следует, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> от дежурного ОМВД России по <адрес> ему стало известно, что на <данные изъяты> автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес>, произошло ДТП. Совместно с инспектором мдс на служебном автомобиле они прибыли на место ДТП, где увидели три автомобиля («<данные изъяты>» с полуприцепом, который находился в южном кювете, автомобиль «<данные изъяты>» и грузовой фургон «<данные изъяты>», которые были расположены в северном кювете). Водители автомобилей «<данные изъяты>» «<данные изъяты>» находились на месте ДТП, водителя автомобиля «<данные изъяты>» и его пассажиров уже увезли на автомобиле скорой помощи в «<данные изъяты>». При осмотре места происшествия, а также со слов водителей указанных автомобилей, было установлено, что автомобиль «<данные изъяты>» с полуприцепом выехал на встречную для него полосу движения, где произошло столкновение с грузовым фургоном «<данные изъяты>», после чего грузовой фургон «<данные изъяты>» выехал на встречную для него полосу движения, где произошло столкновение с автомобилем «<данные изъяты>». Это было видно по находящимся на поверхности проезжей части мелким осколкам стекла и пластика, которые находились на обеих полосах движения. Следов торможения на дорожном покрытии на данном участке автодороги обнаружено не было. Он и мдс произвели замеры, а заместитель начальника следственного отделения шма составил схему ДТП, где отмечено предположительное место столкновения, которое было определено со слов участвующих при осмотре водителей, а также по наличию мелких осколков стекла и пластика на данном участке автодороги.

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что был осмотрен участок автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес> <данные изъяты> в ходе осмотра установлено предполагаемое место дорожно-транспортного происшествия, изъяты автомобиль «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> с полуприцепом «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты>, автомобиль «<данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> регион, грузовой фургон модели <данные изъяты> («<данные изъяты>»), гос. номер № регион. К протоколу осмотра места происшествия приложены: фототаблица, оптический диск с файлами изображений обстановки места ДТП, схема места ДТП, данные о погодных условиях с сети интернет (<данные изъяты>

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен участок автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес>, а именно, <данные изъяты> с участием Гусева Л.Ю., маа, мвн, в ходе осмотра установлено место дорожно-транспортного происшествия, с фототаблицей и схемой места ДТП (<данные изъяты>

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен салон автомобиля марки «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> с полуприцепом «<данные изъяты> <данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в ходе чего, изъят видеорегистратор <данные изъяты>, с фототаблицей (<данные изъяты>

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, при судебно-медицинском исследовании трупа мев, ДД.ММ.ГГГГ г.р. установлено, что основной причиной смерти мев явилась сочетанная травма головы, груди, живота, таза и нижней конечностей. Осложнением основного заболевания следует считать двустороннюю пневмонию. Танатогенез сложный, обусловлен прогрессированием полиорганной недостаточности, что подтверждается секционными и гистологическими методами исследования. Смерть мев констатирована врачами БУЗОО «<данные изъяты>.» ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании трупа мев обнаружены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга (клинически); закрытая травма груди; множественные переломы ребер с 2-х сторон: со 2 по 9 слева, с 3 по 9 справа по передним подмышечным линиям и среднеключичным линиям; ушиб обоих легких; закрытая травма живота: разрыв брыжейки тонкой кишки, состоявшееся кровотечение, ушиб брыжейки тонкой кишки; закрытые переломы поперечных отростков L2, L3 позвонков справа; закрытый перелом левой вертлужной впадины, передней и задней стенки; закрытый транскапитальный оскольчатый перелом левой бедренной кости с элементами вывиха. Весь комплекс обнаруженных повреждений образовался в короткий промежуток времени незадолго до поступления в стационар от травматических воздействий тупыми твердыми предметами с большой кинетической энергией, не исключается получение травмы в условиях дорожно-транспортного происшествия при ударах выступающими частями внутри салона транспортного средства, что не противоречит обстоятельствам: «ДД.ММ.ГГГГ и <данные изъяты> км от р.<адрес> на трассе <данные изъяты> пострадал в автоаварии при столкновении со встречным грузовым автомобилем». Учитывая один механизм причинения, данные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в соответствии с пунктами 6.1.11, 6.1.16 медицинских критериев, а также вред здоровья, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи в соответствии с пунктами 6.11.4, 6.11.5 медицинских критериев, установленных приказом МЗ и СР России от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> у мвв имелись телесные повреждения: тупая травма головы в виде ссадин, гематом (ограниченное скопление крови в мягких тканях) в области головы, ссадин в области лица, гипосфагмы (кровоизлияние под конъюнктиву) правого глаза, птоза (опущения) верхнего века левого глаза, гематомы (ограниченное скопление крови в мягких тканях) в левой параорбитальной области, субконьюнктивального кровоизлияния левого глаза, (более точная локализация и количество ссадин и гематом в медицинских документах не указаны), сотрясения головного мозга. Тупая травма верхних конечностей в виде ушибленной раны на тыльной поверхности 2 пальца правой кисти (более точная локализация раны не указана), перелома правой лучевой кости в дистальном метаэпифизе без смещения отломков сопровождающаяся травматическим отеком мягких тканей правого лучезапястного сустава и болезненностью при пальпации. Не исключена возможность их образования в срок, указанный в постановлении (<данные изъяты>.). Данные телесные повреждения образовались в результате воздействия твердым тупым предметом (предметами) либо при ударах о таковые, что возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия, указанного в постановлении и поэтому они подлежат судебно-медицинской оценке в совокупности. Вышеуказанными повреждениями был причинен вред здоровью продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня), так как данный срок необходим для консолидации перелома и восстановления функции правой конечности, поэтому повреждения оцениваются как средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья (п.7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - Приложение по приказу МЗ и СР РФ от 24.04.08г. №194н) <данные изъяты>

Из заключения эксперта <данные изъяты>. следует, что у мвн имелись следующие телесные повреждения: тупая травма грудной клетки слева в виде перелома 2-го ребра слева со смещением сопровождающаяся болезненностью при пальпации, которая образовалась в результате воздействия твердым тупым предметом (предметами) либо при ударе о таковой. Рана в теменной области, сопровождающаяся кровотечением из раны, которая образовалась в результате воздействия тупым твердым предметом либо при ударе о таковой. Ссадины в области головы, которые образовались в результате воздействия твердым тупым предметом (предметами) либо при ударах о таковые. Подкожные кровоизлияния в левой параорбитальной области, которые образовались в результате воздействия твердым тупым предметом (предметами) либо при ударах о таковые. Все указанные выше повреждения могли быть причинены при ДТП, имевшего место 06.11.24г. (как указано в постановлении), и подлежат оценке в своей совокупности. Указанными повреждениями был причинен вред здоровью продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), так как данный срок необходим для консолидации перелома, восстановления функции грудной клетки, а так же для заживления раны в теменной области, поэтому повреждения оцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (п.8.1 ІІ раздела «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека». Приложение к приказу М3 и СР РФ от 24.04.08г. №194н) <данные изъяты>

Из заключения эксперта № от <данные изъяты> следует, что столкновение автомобилей <данные изъяты> с полуприцепом <данные изъяты> и <данные изъяты>, произошло под углом 165/180 градусов. Столкновение автомобилей <данные изъяты>, произошло под углом 160/175 градусов. В связи с тем, что не установлено место столкновения автомобилей <данные изъяты>, определить механизм ДТП, в полном объеме, не представляется возможным. Место столкновения транспортных средств <данные изъяты> и <данные изъяты> с полуприцепом <данные изъяты>, расположено на полосе движения автомобиля <данные изъяты>. Определить наиболее вероятное место столкновения автомобилей <данные изъяты>, не представляется возможным. В данной дорожно-транспортной ситуации, водители автомобилей <данные изъяты> должны были руководствоваться требованиями пункта 10.1 ПДД РФ. Ни снижение скорости, ни остановка хотя бы одного транспортного средства, не исключает возможности столкновения (<данные изъяты>

Согласно выводам заключения эксперта <данные изъяты>, механизм ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ с участием автомобилей «<данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> с полуприцепом «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> с грузовым фургоном «<данные изъяты>» модели <данные изъяты>, гос. номер № регион с автомобилем марки «<данные изъяты>», гос. номер № представляется следующим образом: перед столкновением автомобиль «<данные изъяты>» двигался навстречу автомобилям «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» и автомобилю «<данные изъяты>», при этом автомобиль «<данные изъяты>» двигался позади автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>». В процессе движения автомобиль «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» начало заносить. В результате чего он выехал на полосу встречного движения перед автомобилем «<данные изъяты>». В непосредственной близости водитель автомобиля «<данные изъяты>» изменяет направление в сторону встречной полосы движения, а водитель автомобиля «<данные изъяты>» в сторону левого по ходу его движения кювета.

В момент первичного контакта автомобиль «<данные изъяты>» контактировал передней верхней частью правой стороны фургона с правой передней угловой частью полуприцепа «<данные изъяты>», который был направлен в сторону левого кювета по ходу своего движения до столкновения под некоторым углом. В процессе столкновения происходил разворот передней части полуприцепа «<данные изъяты>» по направлению против хода часовой стрелки, после чего в контакт вступили правая боковая сторона кабины тягача «<данные изъяты>» с правой боковой стороной фургона «<данные изъяты>». Далее, происходил разворот задней части автомобиля «<данные изъяты>» по ходу движения часовой стрелки и его смещение в сторону встречной половины приезжей части. После выхода из контакта автомобиль «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>», продолжая разворот, возникший в результате столкновения, съехал в левый кювет по ходу движения и остановился в положении, зафиксированном на схеме ДТП и фотоснимках с места ДТП, а автомобиль «<данные изъяты>», выехав на полосу встречного движения, столкнулся своей передней частью с двигавшимся со встречного направления автомобилем «<данные изъяты>». В момент первичного контакта автомобиль «<данные изъяты>» контактировал правой стороной своей передней части с левой стороной передней части автомобиля «<данные изъяты>». В результате удара и возникших моментов сил произошел отброс автомобиля «<данные изъяты>» в противоположную сторону относительно его движения до столкновения в правый кювет с разворотом автомобиля по ходу движения часовой стрелки, а автомобиль «<данные изъяты>» продвинулся вперед по ходу своего движения и несколько левее в тот же кювет, что и автомобиль «<данные изъяты>». После чего автомобили остановились, заняв конечное положение, зафиксированное на схеме ДТП и фотоснимках с места ДТП.

Определить экспертным путем точное расположение на проезжей части места столкновения автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>», автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», а также расположение их продольных осей относительно границ проезжей части, экспертным путем не представляется возможным. Вместе с тем, исходя из вещной обстановки (конечного положения автомобилей относительно друг друга и границ проезжей части, расположения осыпи фрагментов деталей автомобилей на проезжей части, следов колес, ведущих с проезжей части к конечным положениям транспортных средств), наблюдаемой на фотоснимках с места ДТП и схеме, а также имеющихся в материалах дела видеозаписей, можно говорить о том, что место столкновения «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» расположено на полосе движения автомобиля «<данные изъяты>», а место столкновения «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» на полосе движения автомобиля «<данные изъяты>».

Исходя из схемы места дорожно-транспортного происшествия, знаки, ограничивающие скоростной режим, на участке происшествия, отсутствуют.

С технической точки зрения эксперт не видит причин для изменения вектора движения автомобиля «<данные изъяты>» от прямолинейного движения по проезжей части в случае невыезда автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» на полосу встречного движения.

В результате столкновения автомобиля «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>», вектор движения автомобиля «<данные изъяты>» изменился, в том числе в связи с гололедными явлениями.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, ни своевременное снижение скорости, ни полная остановка автомобиля «<данные изъяты>» не исключили возможности столкновения с двигающимся по его полосе движения со встречного направления автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>».

Избегая столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>», водитель автомобиля «<данные изъяты>» применил маневр поворота влево. Установить, применял ли водитель автомобиля «<данные изъяты>» для предотвращения столкновения меры к торможению, по представленным материалам не представилось возможным. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» совершал маневр рулевым колесом в сторону полосы встречного движения, уходя от столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>».

Ни своевременное снижение скорости, ни полная остановка водителем автомобиля «<данные изъяты>» не исключали возможности столкновения с двигающимся по его полосе движения со встречного направления автомобилем «<данные изъяты>».

С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п. 10.1, абзаца 1, заключающиеся в выборе несоответствующей скорости движения и приемов управления дорожным и метеорологическим условиям (скользкое покрытие), приведшим к потере контроля над движением транспортного средства, и как следствие, к выезду на полосу встречного движения.

В действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» усматривается несоответствие п. 8.1 абзаца 1 Правил дорожного движения РФ. В правилах дорожного движения РФ указывается, что при возникновении опасности для движения водитель должен принять только меры к торможению. Данное требование содержится в абзаце 2 п. 10.1 ПДД РФ.

С технической точки зрения примененный водителем автомобиля «<данные изъяты>» маневр влево, нельзя считать неоправданным, так как в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации торможение в соответствии с требованием п. 10.1 абзаца 2 ПДД РФ без применения маневра привело бы к столкновению с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>». Кроме того, в случае применения водителем автомобиля «<данные изъяты>» только торможения без применения маневра на возникшую опасность в виде выезда на его полосу движения со встречного направления автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» на дороге и направления его движения перед столкновением) возникали бы силы, способствующие развороту автомобиля «<данные изъяты>» по направлению хода часовой стрелки и смещением его на полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>» и как следствие, также не исключало дальнейшего столкновения автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» (<данные изъяты>

Анализируя вышеприведенные, а также иные исследованные в ходе судебного следствия доказательства, в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии убедительных доказательств, свидетельствующих о наличии нарушений со стороны Гусева Л.Ю. требований пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 ПДД РФ в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, а также причинно-следственной связи между действиями Гусева Л.Ю. и наступлением общественно-опасных последствий в виде смерти мев

С учетом показаний допрошенного в судебном заседании эксперта лаю, выполнившего экспертное исследование № от ДД.ММ.ГГГГ, судом первой инстанции верно было принято решение о назначении повторной экспертизы, которая экспертами правильно расценена как дополнительная ввиду постановки новых вопросов, что не исключает возможности использования выводов указанного выше заключения в части, согласующейся с другими доказательствами по делу.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов заключения эксперта <данные изъяты> суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции, учитывая, что оно получено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, основано на результатах объективных экспертных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертизы соответствующего вида, должным образом аргументировано.

Правовых оценок инкриминированному деянию экспертами в заключениях не дано, а указаны ответы на специальные технические вопросы, поставленные судом и связанные с дорожно-транспортным происшествием.

Вопреки доводам прокурора, судом дана надлежащая оценка имеющимся в деле заключениям экспертов. С учетом того, что в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не содержалось суждений относительно применения Гусевым Л.Ю. до столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» маневра поворота рулевым колесом влево, а в судебном заседании эксперт лаю не исключил возможность такого маневра, судом была назначена экспертиза с постановкой соответствующего вопроса. Оснований для назначения повторной судебной экспертизы, вопреки доводам прокурора, у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Несогласие стороны обвинения с отказом в удовлетворении ходатайства, основанием для отмены постановленного приговора не является, поскольку все заявленные в ходе судебного следствия ходатайства, в том числе, о назначении экспертизы, о чем указано в апелляционном представлении, разрешены судом в порядке ст. 271 УПК РФ с приведением мотивов принятого решения.

Доводы апелляционного представления о наличии противоречий в выводах суда, несостоятельны. Так, суд первой инстанции установил, исходя из показаний подсудимого Гусева Л.Ю., свидетелей мкк, мвн, мвв, маа, гсн, что Гусев Л.Ю. уверенно и спокойно двигался со скоростью не более 60 км/ч, полностью контролировал движение своего транспортного средства, а перед ДТП, непосредственно после начала водителем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» движения через полосу движения автомобиля «<данные изъяты>», начал снижать скорость, а также пытался уйти от столкновения, путем выезда на сторону встречного движения, то есть предпринял те меры, которые имел реальную возможность предпринять за имевшееся в его распоряжении время – не более 3 секунд. Из указанных обстоятельств не следует, что суд пришел к выводу, что на момент столкновения автомобиля «<данные изъяты>» под управлением Гусева Л.Ю. с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» под управлением маа, Гусев Л.Ю., пытаясь уйти от столкновения, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения и совершил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», а потому, суд первой инстанции обоснованно расценил такие показания свидетеля мдс как противоречащие совокупности всех иных доказательств по делу, с учетом того, что указанный свидетель очевидцем данных обстоятельств не был.

Исследовав представленные сторонами доказательства, судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ Гусев Л.Ю., управляя технически исправным транспортным средством «<данные изъяты>», гос. номер № регион, двигался по территории <адрес> в восточном направлении по <данные изъяты> автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» по направлению в <адрес> по проезжей части главной дороги с разрешенной скоростью. Водитель автомобиля «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> с полуприцепом «<данные изъяты> <данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты>, двигался во встречном направлении, по своей полосе движения в западном направлении по автодороге <данные изъяты> «<данные изъяты>» по направлению в <адрес>, с нарушением требований пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил», не справившись с управлением, начал смещаться на полосу встречного движения, предназначенную для движения в восточном направлении, где на расстоянии 10,5 м от километрового указателя «<данные изъяты>» в западном направлении и 1,6 м от южного края дорожного покрытия, совершил столкновение с автомобилем средством «<данные изъяты>», гос. номер № регион. После чего, автомобиль «<данные изъяты>» выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> от километрового указателя «<данные изъяты>» в восточном направлении и 1,8 м от северного края дорожного покрытия автодороги <данные изъяты> «<данные изъяты>» на территории <адрес>, совершил столкновение передней частью кабины своего автомобиля с передней частью кузова автомобиля «<данные изъяты>», гос. номер <данные изъяты> регион под управлением мвн

Таким образом, оправдав Гусева Л.Ю. по инкриминируемому преступлению, суд не нарушил требования ст. 252 УПК РФ, и не сделал вывод о виновности в ДТП другого лица, поскольку установление фактических обстоятельств дела и проверка обоснованности обвинения невозможны без оценки судом действий всех участников дорожного движения, в том числе о соответствии или несоответствии их требованиям ПДД.

По смыслу закона уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает в случаях, когда у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортное происшествие и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

В ходе судебного следствия на основе исследованных доказательств, судом достоверно установлено, что Гусев Л.Ю., двигаясь со скоростью не более 60 км/ч, полностью контролировал движение своего транспортного средства, а перед ДТП начал снижать скорость непосредственно после начала водителем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» движения через полосу движения автомобиля Гусева Л.Ю. «<данные изъяты>», а также пытался уйти от столкновения, путем выезда на сторону встречного движения, то есть предпринял те меры, которые имел реальную возможность предпринять, однако, избежать столкновения возможности у Гусева Л.Ю. не имелось.

Такие выводы суда основаны как на показаниях допрошенных в судебном заседании лиц, как являющихся непосредственными участниками происшествия, так и лиц, которым доподлинно известны произошедшие события, а также на основе приведенных экспертных исследований, согласно которым в сложившейся дорожной ситуации ни снижение скорости, ни остановка хотя бы одного транспортного средства, не исключает возможности столкновения, а с технической точки зрения примененный водителем автомобиля «<данные изъяты>» маневр влево, нельзя считать неоправданным, так как в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации торможение в соответствии с требованием п. 10.1 абзаца 2 ПДД РФ без применения маневра привело бы к столкновению с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>». Кроме того, в случае применения водителем автомобиля «<данные изъяты>» только торможения без применения маневра на возникшую опасность в виде выезда на его полосу движения со встречного направления автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» на дороге и направления его движения перед столкновением) возникали бы силы, способствующие развороту автомобиля «<данные изъяты>» по направлению хода часовой стрелки и смещением его на полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>» и как следствие, также не исключало дальнейшего столкновения автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>».

Изложенное выше свидетельствует о правильности выводов суда первой инстанции о том, что Гусев Л.Ю. в данной ситуации не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, с чем в полной мере соглашается суд апелляционной инстанции, находя такие выводы верными, основанными на совокупности исследованных и надлежаще оцененных доказательств. Обратное свидетельствовало бы о нарушении ч. 2 ст. 5 УК РФ, согласно которой уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.

Приходя к такому выводу, суд апелляционной инстанции также учитывает, что до момента возникновения опасности автомобиль под управлением Гусева Л.Ю. двигался в своей полосе движения ближе к правому краю проезжей части, и причин для изменения вектора движения автомобиля «<данные изъяты>» от прямолинейного движения по проезжей части в случае невыезда автомобиля «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>» на полосу встречного движения не имелось. Кроме того, именно в результате столкновения автомобиля «<данные изъяты>» с автомобилем «<данные изъяты>» с полуприцепом «<данные изъяты>», произошедшем на полосе движения автомобиля «<данные изъяты>», вектор движения автомобиля «<данные изъяты>» изменился, в том числе в связи с гололедными явлениями, в связи с чем, указанный автомобиль выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения.

В силу требований ч.ч. 3, 4 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Поскольку в материалах уголовного дела отсутствуют и стороной обвинения в судебном заседании не представлено доказательств, бесспорно подтверждающих виновность Гусева Л.Ю. в совершении инкриминированного ему преступления, а в апелляционном представлении не названы такие доказательства, которые не были учтены судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами судами первой инстанции, приходит к выводу об отсутствии в действиях Гусева Л.Ю. состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Содержание протокола судебного заседания свидетельствует о том, что председательствующий, сохраняя объективность и беспристрастность, принимал предусмотренные законом меры по обеспечению принципа состязательности, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Замечаний на протокол судебного заседания сторонами в установленном законом порядке не принесено. Нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили бы право стороны обвинения на представление доказательств либо право оспорить выдвинутые стороной защиты доводы и доказательства, судом не допущено.

Постановленный в таких условиях оправдательный приговор, соответствующий требованиям ст. 297, 305, 306 УПК РФ и основанный на правильном истолковании норм уголовного закона, отмене по доводам апелляционного представления не подлежит.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Придя к правильному выводу об отсутствии в действиях Гусева Л.Ю. состава преступления ввиду того, что им нарушений требований пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 ПДД РФ в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ не допущено, а также причинно-следственной связи между его действиями и наступлением общественно-опасного последствия в виде смерти мев не имеется, о чем в описательно-мотивировочной части приговора приведены надлежащие мотивы, с которыми в полной мере согласен суд апелляционной инстанции, суд первой инстанции на листе 32 приговора указал о несоответствии действий Гусева Л.Ю. требованиям пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 ПДД РФ, включив, таким образом, в приговор формулировку, которая ставит под сомнение невиновность оправданного.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 2 ст. 305 УПК РФ не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного.

При таких обстоятельствах, из описательно-мотивировочной части приговора (<данные изъяты>) подлежит исключению указание суда о несоответствии действий Гусева Л.Ю. требованиям пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 ПДД РФ.

Обоснованно, в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133, ст.ст. 134 и 136 УПК РФ за оправданным признано и право на реабилитацию с разъяснением права на возмещение вреда, причиненного уголовным преследованием.

Оснований для отмены или внесения иных изменений в приговор, в том числе и по мотивам, изложенным в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не находит, а потому, апелляционное представление прокурора <адрес> Манакова Е.А. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Чановского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Гусева Л. Ю. изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора (<данные изъяты>.) указание суда о несоответствии действий Гусева Л.Ю. требованиям пунктов 1.3, 1.5, 9.4, 9.10, 10.1 ПДД РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Манакова Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ.

Судья                             Ю.Г. Дмитриева