Дело № 22-1332/2026

Акты

Дело № 22-1332/2026                           Судья Смирнов А.А.

УИД 33RS0001-01-2025-002882-31 Докладчик Мальцева Ю.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 сентября 2026 года г.Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего         Ильичева Д.В.

судей                        Зябликова В.Ю. и Мальцевой Ю.А.

при секретаре                Мусатовой Е.А.

с участием:

прокурора                    Карловой Д.К.,

потерпевшей                Потерпевший №1,

осужденного                Нефедова А.А.,

защитника            адвоката Маркашева А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Маркашева А.А. и апелляционному представлению заместителя прокурора **** Брюханова Р.А. на приговор Ленинского районного суда **** от ****, которым

Нефедов А.А.,

****

****

осужден к наказанию:

- по п.«з» ч.2 ст.112 УК РФ – на срок 1 год 6 месяцев;

- по ч.4 ст.111 УК РФ – на срок 7 лет 8 месяцев.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно Нефедов А.А. назначено наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания Нефедов А.А. под стражей с **** до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Также приняты решения о мере пресечения в отношении осужденного и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Мальцевой Ю.А., изложившей содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и апелляционного представления; выслушав выступления осужденного Нефедова А.А. и защитника Маркашева А.А., поддержавших заявленные в апелляционной жалобе доводы и возражавших против удовлетворения апелляционного представления; выступление потерпевшей Потерпевший №1, согласившейся с доводами апелляционной жалобы защитника; а также выступление прокурора Карловой Д.К., поддержавшей требования апелляционного представления и возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

    Нефедов А.А. признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Потерпевший, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия; а также в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть последнего.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства совершения преступлений на территории **** подробно изложены в приговоре.

Защитник Маркашев А.А. в апелляционной жалобе заявляет о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенном нарушении судом уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона и несправедливости приговора. Просит изменить судебное решение, переквалифицировать действия Нефедов А.А. с ч.4 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.109 УК РФ, а по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.«в, з» ч.2 ст.112 УК РФ, – оправдать ввиду отсутствия события преступления. Заявляет, что адвокат Буркунов А.А. не защищал Нефедов А.А., а только присутствовал на стадии предварительного расследования и давал Нефедов А.А. указания соглашаться с предъявленным обвинением, давать признательные показания, не возражать относительно незаконных действий следствия и подписывать документы. Обращает внимание, что суд отказал в удовлетворении заявленных стороной защиты в ходе судебного следствия ходатайств, в том числе о проведении комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы и истребовании лечебного дела Нефедов А.А. В этой связи считает, что суд лишил осужденного права на защиту, так как отказал в сборе доказательств, составляющих врачебную тайну, которые иным способом получить невозможно. Тем самым, по мнению защитника, суд встал на сторону обвинения, что противоречит требованиям ст.15 УПК РФ. Со ссылкой на ст.281 УПК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 обращает внимание, что суд не вправе оглашать без согласия сторон показания неявившихся свидетелей, а также ссылаться в приговоре на эти доказательства, если подсудимому в предыдущих стадиях производства по делу не была предоставлена возможность оспорить показания указанных лиц. Утверждает, что суд огласил показания свидетелей при наличии возражений стороны защиты. Полагает, фактически судебного разбирательства не проводилось, поскольку в ходе судебных заседаний оглашались лишь письменные материалы дела. Приходит к выводу о том, что описательно-мотивировочная часть приговора фактически переписана с обвинительного заключения. При этом отмечает, что согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 суд не вправе ограничиться перечислением в описательно-мотивировочной части приговора доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий, а должен раскрыть их основное содержание; недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства. Считает, что Нефедов А.А. не подлежал уголовному преследованию ввиду его многолетнего заболевания и постановки на психиатрический учет с ****. Выражает несогласие с проведенными по делу амбулаторной и стационарными судебными психиатрическими экспертизами, в том числе с заключением комиссии экспертов **** от ****. Полагает, выводы экспертов могли быть иными, если бы следователь приобщил к материалам больничное дело Нефедов А.А. Ссылается на заключение специалиста № **** от ****, согласно которому заключение комиссии экспертов **** от **** выполнено с существенными нарушениями действующего законодательства, вследствие чего не может отвечать критериям объективности и достоверности. Заявляет, что выводы заключений экспертов **** от ****, **** от **** и **** от **** носят предположительный и вероятностный характер. По мнению защитника, исследование трупа Потерпевший проведено неполно и с существенными нарушениями, что не позволяет достоверно установить механизм образования травм. Считает невозможным образование травмы грудной клетки Потерпевший вследствие ударов, предполагая, что она могла быть получена при проведении реанимационных мероприятий. Обращает внимание, что потерпевшая Потерпевший №1, свидетели Свидетель №5,
Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №2 не являлись очевидцами события преступления. В этой связи считает, что показания данных лиц не могли что-либо подтвердить или опровергнуть. Кроме того, заявляет, что на свидетеля Свидетель №2 при повторном допросе было оказано давление. Приводит показания свидетеля Свидетель №1 о том, что Нефедов А.А. нанес Потерпевший удары в область плеча, после чего плеснул водой из чайника на бок Потерпевший и стал наносить удары деревянной частью молотка. Полагает, получить ожог с левой стороны в районе пояса практически правильной трапециевидной формы с переходящим следом полосой на живот на правую сторону возможно в случае, если бы Потерпевший лежал на спине, а не стоя, как указывает свидетель Свидетель №1 Также оспаривает нанесение Нефедов А.А. ударов черенком молотка. Кроме того, заявляет об отсутствии у его подзащитного преступного умысла на причинение вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть. Описанные в уголовном деле события, по мнению защитника, свидетельствуют о том, что Нефедов А.А. обнаружил Потерпевший лежащим на полу без признаков жизни и начал делать искусственное дыхание, после чего тот захрипел и дышал, впоследствии он вызвал скорую помощь и позвонил в полицию. Полагает, что путем надавливания на грудную клетку Потерпевший своими чрезмерными действиями Нефедов А.А., возможно, проломил грудную клетку и сломал ребра. При таких обстоятельствах считает, что действия Нефедов А.А. носили неосторожный характер.

Заместитель прокурора **** Брюханов Р.А. в апелляционном представлении указывает на неправильное применение судом уголовного закона и существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Просит изменить приговор, исключить из обвинения по ст.112 УК РФ квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», переквалифицировать действия Нефедов А.А. с п.«з» ч.2 ст.112 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ – как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья; исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание при назначении наказания на совершение Нефедов А.А. преступления средней тяжести, указав, что Нефедов А.А. совершил преступления небольшой тяжести и особо тяжкое; назначить Нефедов А.А. по ч.1 ст.112 УК РФ наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год с возложением обязанностей не менять место жительства, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования **** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за осужденным; считать, что Нефедов А.А. осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 8 месяцев; на основании ч.3 ст.69, ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Нефедов А.А. наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 11 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Указывает, что органами предварительного следствия Нефедов А.А. обвинялся, в том числе в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Потерпевший с применением предмета, используемого в качестве оружия – молотка. При этом в описании преступного деяния суд указал на использование в качестве оружия чайника с горячей водой, однако в предъявленном Нефедов А.А. обвинении данный предмет отсутствует. В этой связи полагает, что действия Нефедов А.А. подлежат переквалификации на ч.1 ст.112 УК РФ с назначением наказания в виде ограничения свободы. Кроме того, отмечает, что в резолютивной части приговора при назначении Нефедов А.А. наказания как по п.«з» ч.2 ст.112, так и по ч.4 ст.111 УК РФ, суд не указал вид наказания. Считает необходимым уточнить, что по ч.4 ст.111 УК РФ осужденному назначено наказание в виде лишения свободы.

В связи с высказанными при выступлении в суде апелляционной инстанции защитником доводами о принесении апелляционного представления за пределами срока апелляционного обжалования приговора следует отметить наличие в материалах уголовного дела постановления судьи Ленинского районного суда **** от ****, которым на основании ч.1 ст.389.5 УПК РФ удовлетворено ходатайство заместителя прокурора **** Брюханова Р.А. о восстановлении названного срока (т.7 л.д.132).

Изучив материалы уголовного дела, обсудив заявленные доводы, проверив законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением предусмотренных главой 35 УПК РФ общих условий и на основе установленного ст.15 УПК РФ принципа состязательности сторон.

Вопреки утверждениям в апелляционной жалобе, судом первой инстанции были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что суд осуществлял функции обвинения либо защиты, не установлено.

Содержание протокола судебного заседания опровергает доводы защитника о проявленной председательствующим предвзятости. Сторона защиты активно пользовалась процессуальными правами, принимала участие в исследовании доказательств, заявляла ходатайства и участвовала в их разрешении. Все заявленные суду требования о проверке доказательств получили свое разрешение либо непосредственно в ходе судебного следствия, либо при постановлении приговора, когда это требовало оценки доказательств в их совокупности. Несогласие стороны защиты с решениями суда по заявленным ходатайствам не свидетельствует о нарушении прав осужденного на защиту и о незаконности принятых судом процессуальных решений, так как все ходатайства разрешены судом в полном соответствии с положениями уголовно-процессуального закона. Ущемления прав кого-либо из участников процесса судом первой инстанции не допущено.

Утверждения защитника о том, что показания свидетелей были оглашены судом при наличии возражений стороны защиты не нашли своего подтверждения. При выступлении в суде апелляционной инстанции автор апелляционной жалобы не смог конкретизировать, о показаниях каких свидетелей им заявлено. Согласно же протоколу судебного заседания свидетели Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №1 и Свидетель №2 были допрошены в ходе судебного разбирательства, после чего при отсутствии возражений сторон их показания, данные в ходе предварительного следствия, были оглашены ввиду наличия существенных противоречий (т.7 л.д.7, 8, 10, 16, 18). При наличии возражений стороны защиты в удовлетворении заявленных государственным обвинителем ходатайств об оглашении показаний свидетеля Свидетель №3 судом было отказано. Более того, показания данного свидетеля не были положены в основу приговора.

Доводы о том, что адвокатом Буркуновым А.А. не осуществлялась надлежащая защита Нефедов А.А., не подтверждены объективными данными. Обстоятельств, предусмотренных ст.72 УПК РФ, исключающих участие в производстве по уголовному делу защитника, не установлено. На стадии предварительного следствия, а также в ходе судебного разбирательства отводов защитнику Буркунову А.А. не заявлялось, ни следователю, ни суду
Нефедов А.А. не сообщал о ненадлежащем осуществлении его защиты. Позиция адвоката Буркунова А.А. была активной, не противоречила интересам подсудимого, адвокат участвовал в процессуальных действиях в ходе предварительного следствия, во время судебного разбирательства также задавал вопросы допрашиваемым лицам, доводил до суда согласованную позицию стороны защиты по разрешаемым вопросам и ходатайствам. Таким образом, фактов недобросовестного осуществления адвокатом обязанностей по представлению интересов обвиняемого, как на предварительном следствии, так и в ходе судебного разбирательства, не установлено.

Собранные на предварительном следствии и исследованные в судебном заседании с участием сторон доказательства подробно изложены в приговоре. При этом относительно противоречивых доказательств суд указал, по каким основаниям принял одни из них и отверг другие. Утверждение в апелляционной жалобе обратного опровергается содержанием обжалуемого судебного решения.

Показания Нефедов А.А. о его непричастности к совершению преступлений обоснованно признаны недостоверными, поскольку не соответствуют установленным судом объективным обстоятельствам произошедших событий.

Версии стороны защиты об отсутствии у Нефедов А.А. умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший и отсутствии события преступления по факту причинения средней тяжести вреда здоровью
Потерпевший не нашли своего подтверждения по результатам судебного разбирательства.

Так, объективно оценены как соответствующие действительности показания потерпевшей Потерпевший №1 – о том, что Потерпевший являлся неконфликтным человеком, передвигался с клюшкой или лыжной палкой из-за больных ног, в последнее время проживал у друга А.; свидетелей Свидетель №5 – о том, что Потерпевший с начала **** года проживал у Нефедов А.А.; Свидетель №4 – о том, что в конце **** года у Нефедов А.А. стал проживать Потерпевший, который плохо передвигался; Свидетель №1 – о том, что **** у Нефедов А.А. и Потерпевший произошел конфликт, в ходе которого Нефедов А.А. кулаками наносил удары по телу Потерпевший, далее облил того кипятком из чайника и нанес не менее двух ударов деревянной частью молотка, после чего
Потерпевший упал, а Нефедов А.А. продолжил наносить удары кулаками; Свидетель №2 – о том, что Нефедов А.А. сообщал ей об избиении им Потерпевший, сама видела синяки на лице и теле Потерпевший и ожог у него на боку.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что данные показания, в том числе показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, получены с соблюдением уголовно-процессуального закона. Данные лица были предупреждены о возможности использования их показаний в качестве доказательства по уголовному делу. После окончания допроса замечаний по порядку проведения допроса или правильности изложения в протоколе сообщенных ими сведений от Свидетель №1 и Свидетель №2 не поступило.

Оснований ставить под сомнение правдивость этих показаний у суда не имелось, в связи с чем они обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора. Мотивов для оговора Нефедов А.А. судом объективно не установлено.

Также следует отметить, что по заявлениям Свидетель №1 и Свидетель №2 следователем следственного отдела по **** следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по **** отказано в возбуждении уголовных дел на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Принятые судом показания потерпевшей и свидетелей согласуются также с совокупностью иных доказательств, содержание которых приведено в приговоре, в том числе:

- протоколом осмотра места происшествия от ****, в ходе которого зафиксирована обстановка по месту жительства Нефедов А.А., а также обнаружение трупа Потерпевший, каких-либо следов крови, волочения, борьбы обнаружено не было, в ходе осмотра также изъят мобильный телефон;

- протоколом обыска от **** с участием подозреваемого Нефедов А.А. и его защитника по месту жительства Нефедов А.А., в ходе которого тот добровольно выдал чайник; пять молотков; стеклоочиститель с пульверизатором; фрагмент лыжной палки; дубинку с металлическим наконечником; медицинские препараты в количестве 12 упаковок;

- заключением эксперта ****-ДНК от ****, согласно выводам которого на рукояти молотка («молоток № 2») обнаружен биологический материал, содержащий кровь и клетки эпителия, произошедший от Нефедов А.А. и Потерпевший, клетки эпителия, обнаруженные на фрагменте лыжной палки и на лыжной палке, произошли от Потерпевший;

- протоколом осмотра предметов от **** с участием свидетеля Свидетель №2 и ее защитника, в ходе которого осмотрен оптический диск, содержащий результаты проведенного ОРМ «Получение компьютерной информации». В результате осмотра Свидетель №2 подтвердила, что телефонный разговор состоялся между ней и Нефедов А.А., тот сообщил, что избил Потерпевший и нанес ему удары молотком, а Потерпевший в разговоре подтверждает факт избиения. Кроме того, Нефедов А.А. угрожал убийством Потерпевший, а также просил ее купить лекарства от ожога для Потерпевший;

- протоколом осмотра предметов от **** с участием обвиняемого Нефедов А.А. и его защитника, в ходе которого осмотрен оптический диск, содержащий результаты проведенного ОРМ «Получение компьютерной информации». В ходе осмотра обвиняемый Нефедов А.А. подтвердил обстоятельства состоявшегося с Свидетель №2 телефонного разговора;

- протоколом осмотра предметов от ****, в ходе которого осмотрен мобильный телефон «Redmi Note 13», изъятый **** в ходе выемки у Нефедов А.А., где в приложении «Галерея» обнаружены видеозапись от **** с изображением Потерпевший без видимых следов телесных повреждений, фотография от **** с изображением Потерпевший с телесными повреждениями на лице в виде гематом на обоих глазах и в височной доле слева и справа, а также следы свежего по виду ожога на животе и левом бедре, и фотография от **** с изображением левой части спины, живота и бедра Потерпевший с телесными повреждениями в виде ожога;

- протоколом осмотра предметов от **** с участием специалиста Ф.М., в ходе которого осмотрены видеозаписи за ****, **** – ****, записанные с ресивера марки «PRAXIS», где в объективе обзора видеокамеры **** находятся дома № **** по ****. В ходе осмотра установлено, что ****, а также за период с **** по 6 час. 56 мин. **** мужчина с лыжной палкой и дефектами ходьбы в **** не заходил и не выходил из него; в период с 19 час. 52 мин. **** по 4 час.
40 мин. **** в **** никто из посторонних лиц не заходил и не выходил;

- протоколом осмотра предметов от ****, в ходе которого осмотрен оптический CD-R диск с детализацией соединений абонентов и установлено, что **** в период с 07.40 ч. по 08.09 ч., с 17.09 ч. **** по 08.13 ч. **** Нефедов А.А. мог находиться по месту своего жительства; в период с 11.59 ч. **** по 14.13 ч. ****, с 06.10 ч. **** по 06.07 ч. **** Потерпевший мог находиться по месту жительства Нефедов А.А.; в период с 18.19 ч. по 20.02 ч. **** Свидетель №1 мог находиться по месту своего жительства.

Тяжесть и механизм образования телесных повреждений Потерпевший, послуживших основанием для квалификации действий виновного по каждому из преступлений, установлены судом согласно соответствующим заключениям экспертов **** от ****, **** от ****, **** (дополнительное) от ****, **** от ****, **** от ****.Приведенные, а также иные собранные по делу, исследованные в судебном разбирательстве и подробно изложенные в приговоре доказательства проверены и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований ст.87, 88 УПК РФ. Их совокупность правильно признана в приговоре достаточной для принятия решения о доказанности вины Нефедов А.А. в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Допустимость доказательств также являлась предметом тщательной проверки суда первой инстанции.

Следует отметить, что оспариваемые стороной защиты заключения судебных экспертиз составлены компетентными лицами, чьи полномочия и наличие специальных познаний документально подтверждены, выводы заключений достаточно мотивированы, а описание проведенных экспертами исследований изложено ясно и понятно, позволяет проверить правильность их выводов. Экспертизы выполнены экспертами, которым были разъяснены права в соответствии со ст.57 УПК РФ с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ставить под сомнение выводы, изложенные в заключениях, вопреки доводам автора апелляционной жалобы, у суда оснований не имелось, поскольку производившие исследования эксперты имеют необходимые образование, квалификацию и длительный стаж работы, в заключениях содержится методика, порядок и результаты исследований, а также ответы на все поставленные перед экспертами вопросы и их выводы, которые основаны на представленных материалах уголовного дела, научно обоснованы, подробны и обстоятельны. Заключения экспертов в полной мере соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, противоречий не содержат и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Оснований для признания их недопустимыми доказательствами не усматривается.

Версия о наличии между Потерпевший и Свидетель №1 конфликта, в ходе которого последний разбил ему нос и облил кипятком, также являлась предметом оценки суда первой инстанции. Наряду с показаниями свидетеля Свидетель №1, данная версия опровергается и состоявшимися между свидетелем Свидетель №2 и осужденным телефонными переговорами, в ходе которых **** Нефедов А.А. сообщал об избиении именно им
Потерпевший и нанесении ему ударов молотком, а также **** просил Свидетель №2 купить лекарства, в том числе мазь от ожогов.

Объективных поводов для оговора Нефедов А.А. со стороны свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 не названо самим Нефедов А.А., не установлено и по результатам проверки выдвинутой им версии, которая опровергается совокупностью собранных по делу доказательств.

Кроме того, протоколом осмотра предметов от **** достоверно установлено, что с 17 час. 09 мин. **** по 08 час. 13 мин. **** Нефедов А.А. находился по месту своего жительства, в период с 11 час. 59 мин. **** по 14 час. 13 мин. **** Потерпевший также находился по месту жительства Нефедов А.А. В ходе просмотра видеозаписей с камер видеонаблюдения Нефедов А.А. также пояснял, что к нему приезжал друг, однако в дом в период с **** по **** он не заходил.

Из заключения эксперта **** от **** следует, что выявленные у Потерпевший телесные повреждения в виде кровоподтеков имеют давность до 1-2 недели до смерти, а телесные повреждения в виде ожога – до 1-2 месяцев.

При этом утверждения защитника об ином механизме образования ожога, нежели был установлен судом, носят предположительный характер, не основаны на объективных данных, в том числе каких-либо научных или специальных познаниях. Предложенные им обстоятельства причинения ожога с учетом расположения его следов, оставшихся ко времени фото-фиксации, а также исследования трупа Потерпевший, нельзя отнести к единственно возможным и исключающим обстоятельства, установленные по результатам оценки в том числе показаний очевидца событий преступления.

Доводы защитника о нецелесообразности нанесения ударов именно рукоятью молотка также являются лишь предположением. Применение той части молотка, которая имеет меньшую поражающую силу по сравнению с металлической частью, согласуется с умыслом Нефедов А.А. на характер нанесенных им **** ударов, не причинивших вреда здоровью потерпевшего.

    Таким образом, судом первой инстанции достоверно установлено, что именно Нефедов А.А. в период времени с 18.00 час. по 21 час. 30 мин. ****, находясь по месту своего жительства, умышленно нанес Потерпевший не менее двух ударов кулаком в левое плечо, облил его водой высокой температуры из чайника с образованием ожога, а также нанес рукоятью молотка и руками не менее шести ударов по голове и телу
Потерпевший

    Оснований полагать, что по месту жительства Нефедов А.А. в период времени с 19 час. 52 мин. **** по 5.00 час. **** находился кто-либо, помимо Нефедов А.А. и Потерпевший, не имеется.

Утверждения о получении Потерпевший травмы грудной клетки при проведении реанимационных мероприятий опровергаются заключением эксперта **** от ****, согласно которому множественные переломы ребер Потерпевший причинены многократным ударным воздействием тупого твердого предмета (предметов).

Доводы стороны защиты о причинении Нефедов А.А. смерти по неосторожности являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции, однако были признаны несостоятельными, данная версия опровергнута приведенными в приговоре доказательствами. Для переквалификации действий Нефедов А.А. на ч.1 ст.109 УК РФ, о чем поставлен вопрос в апелляционной жалобе, судебная коллегия оснований не находит.

Принимая во внимание характер, локализацию полученных Потерпевший телесных повреждений, механизм их образования, суд верно установил умышленный характер действий Нефедов А.А., направленных на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, повлекшего по неосторожности смерть человека.

Об умышленном характере действий осужденного также свидетельствует предшествующие преступлению взаимоотношения потерпевшего и осужденного.

    Путем сопоставления собранных по делу доказательств, выявления той части, в которой они согласуются между собой, проверки их достоверности суд первой инстанции установил все обстоятельства совершения преступлений, подлежащие доказыванию согласно ст.73 УПК РФ.

Доводы, которыми аргументирована апелляционная жалоба, по существу сводятся к повторному изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, выполненной судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд апелляционной инстанции признает правильной данную в приговоре уголовно-правовую оценку действий Нефедов А.А. по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Вместе с тем, как верно отмечено в апелляционном представлении, вывод суда о наличии оснований для квалификации действий осужденного за **** как умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия, не отвечает требованиям закона.

Так, судом первой инстанции указано, что Нефедов А.А. приискал чайник с горячей водой и использовал данный предмет в качестве оружия при причинении вреда здоровью потерпевшего.

Однако, из текста предъявленного Нефедов А.А. обвинения следует, что в качестве оружия при нанесении ударов потерпевшему он использовал молоток.

Таким образом, указав на применение чайника с горячей водой как предмета, используемого в качестве оружия, суд первой инстанции вышел за рамки предъявленного Нефедов А.А. обвинения, тем самым ухудшил положение подсудимого. В данном случае нарушены требования ст.252 УПК РФ, в соответствии с которыми судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Таким образом, из описания преступного деяния подлежит исключению указание о применении Нефедов А.А. в качестве оружия чайника с горячей водой, используемого в качестве оружия, при совершении преступления ****.

Поскольку из причиненных Нефедов А.А. повреждений вред здоровью средней тяжести повлек только ожог, а в использовании чайника с горячей водой в качестве оружия обвинение ему не предъявлялось, действия осужденного по данному преступлению подлежат переквалификации на ч.1 ст.112 УК РФ как умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Являлось предметом исследования в ходе судебного разбирательства и психическое состояние Нефедов А.А. Исходя из его поведения как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, а также результатов проведенной в отношении него стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, он обоснованно признан судом вменяемым относительно инкриминированных ему преступлений.

Доводы стороны защиты о наличии у Нефедов А.А. в течение многих лет заболевания, послужившего основанием для осуществления психиатрического учета, не ставят под сомнение выводы суда о его вменяемости. Согласно заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы **** от **** Нефедов А.А. хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, не страдал.

Экспертиза назначена и проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» компетентными специалистами, имеющими необходимое для дачи заключения образование, квалификацию в области судебной психиатрии, большой стаж работы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Их выводы основаны на объективных данных, выявленных при личном обследовании Нефедов А.А., и являются мотивированными.

Следует отметить, что эксперты не указывали в порядке ч.5 ст.199 УПК РФ на недостаточность представленных документов для производства экспертизы.

Согласно же исследовательской части заключения информация об обращениях Нефедов А.А. за психиатрической помощью, начиная с ****, порядке получаемого им лечения, его результатах, проявленной в период заболевания психотической симптоматике и уровне критики своего состояния была известна экспертам и учитывалась при оценке результатов стационарного обследования.

При таких обстоятельствах несостоятельно заявление стороны защиты о невозможности получения объективного заключения комиссии экспертов без предоставления для проведения судебной экспертизы лечебного дела (медицинской карты) Нефедов А.А. в полном объеме.

Ссылка стороны защиты на рецензию от **** по результатам проверки достоверности и объективности заключения экспертов также несостоятельна, поскольку составившее по договору с защитником рецензию лицо не наделено уголовно-процессуальным законом полномочиями по оценке доказательств, в том числе заключений эксперта.

При избрании осужденному меры уголовной ответственности в связи с изменением квалификации его действий суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, отнесенного в соответствии с положением ст.15 УК РФ к категории небольшой тяжести, данные о личности виновного и смягчающие наказание обстоятельства, установленные судом первой инстанции, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного.

При этом требование апелляционного представления об исключении из описательно-мотивировочной части приговора указания на совершение Нефедов А.А. преступления средней тяжести не подлежит удовлетворению, поскольку в связи с переквалификацией действий Нефедов А.А. суд апелляционной инстанции самостоятельно учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в том числе его категорию.

По результатам судебного разбирательства было установлено, что Нефедов А.А. участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, к административной ответственности не привлекался, ранее не судим.

Наряду с этим, при отсутствии в действиях Нефедов А.А. отягчающих наказание обстоятельств следует принимать во внимание установленные судом первой инстанции по каждому из преступлений смягчающие наказание обстоятельства в виде оказания медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершенного преступления; признания вины в ходе предварительного следствия, состояния здоровья, имеющихся хронических заболеваний, имеющегося ****, совершения преступления впервые, наличия **** ****, принятия мер, направленных на заглаживание вреда, статуса пенсионера по линии МВД России, наличия ведомственной награды и денежных поощрений по службе.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением виновного во время и после их совершения, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и предоставляющих основания для применения положений ст.64 УК РФ, не установлено. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

В соответствии с требованиями ст.6, 43, 60 УК РФ судебная коллегия приходит к выводу о необходимости назначения Нефедов А.А. за преступление, предусмотренное ч.1 ст.112 УК РФ, наказания в виде ограничения свободы с установлением соответствующих ограничений и обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

К категории лиц, которым в соответствии с ч.6 ст.53 УК РФ не может быть назначено наказание в виде ограничения свободы, Нефедов А.А. не относится.

При этом выводы суда первой инстанции о необходимости применения к осужденному по ч.4 ст.111 УК РФ для достижения целей наказания именно реального лишения свободы, как единственного предусмотренного законодателем в качестве основного вида наказания, являются правильными.

Как верно отмечено в апелляционном представлении, фактически назначая Нефедов А.А. наказание по ч.4 ст.111 УК РФ в виде лишения свободы, суд в резолютивной части приговора не указал данный вид наказания, что подлежит уточнению.

Следует отметить, что срок лишения свободы, назначенный осужденному по ч.4 ст.111 УК РФ, также определен в установленных ч.1 ст.62 УК РФ пределах. При назначении Нефедов А.А. наказания по ч.1 ст.112 УК РФ данные положения судом апелляционной инстанции не учитываются, поскольку ему не определен наиболее строгий вид наказания, предусмотренный санкцией статьи.

Принимая во внимание приведенные в описательно-мотивировочной части приговора фактические обстоятельства преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и степень его общественной опасности, суд первой инстанции объективно не установил достаточных оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Отсутствуют основания и для применения положений ст.73 УК РФ к окончательно назначаемому осужденному наказанию. Действительно, условное осуждение не будет в полной мере отвечать закрепленным уголовным законом целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

Учитывая, что одно из совершенных Нефедов А.А. преступлений отнесено к категории особо тяжких, наказание по совокупности преступлений следует назначить по правилам, предусмотренным ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний за каждое из совершенных преступлений.

Поскольку по ч.1 ст.112 УК РФ Нефедов А.А. назначается наказание в виде ограничения свободы, то при сложении наказаний следует также учитывать положения п.«б» ч.1 ст.71 УК РФ.

На основании п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ для отбывания Нефедов А.А. наказания в виде лишения свободы в том числе за особо тяжкое преступление правильно назначена исправительная колония строгого режима.

Установленных ст.72 УК РФ оснований для применения льготных правил зачета времени предварительного содержания Нефедов А.А. под стражей в срок отбывания наказания не имеется.

Вместе с тем, судом первой инстанции неверно определен период, подлежащий зачету в срок отбывания осужденным наказания.

В частности, в силу п.3 ч.10 ст.109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время принудительного нахождения лица в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях. При этом, по смыслу закона, время принудительного нахождения по решению суда подозреваемого (обвиняемого), в отношении которого мера пресечения в виде заключения под стражу не избиралась, в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, засчитывается в срок лишения свободы без применения повышающих коэффициентов кратности, указанных в ч.3.1
ст.72 УК РФ, то есть из расчета один день за один день.

В ходе судебного следствия для установления психического состояния Нефедов А.А. в отношении него постановлением от **** была назначена стационарная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (т.4 л.д.22-25). Мера пресечения в виде заключения под стражу на тот период времени в отношении Нефедов А.А. не избиралась. Постановлением Ленинского районного суда **** от **** (т.4 л.д.33-34) он помещен в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, для производства стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Согласно дополнительно представленному в суд апелляционной инстанции сообщению ФГБУ «НМИЦ ПН им. ****» от **** для проведения стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы Нефедов А.А. поступил в учреждение **** и выбыл ****.

Поскольку **** Нефедов А.А. был задержан в порядке ст.91 УПК РФ (т.4 л.д.63-67), в срок лишения свободы подлежит зачету время его принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, в период с **** по **** включительно – из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Иных предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований изменения либо отмены приговора по результатам рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л:

приговор Ленинского районного суда **** от **** в отношении Нефедов А.А. изменить, апелляционное представление заместителя прокурора **** Брюханова Р.А. удовлетворить частично.

Исключить из описания преступного деяния указание о применении Нефедов А.А. предмета – чайника с горячей водой, – используемого в качестве оружия при совершении преступления от ****.

Переквалифицировать действия Нефедов А.А. с п.«з» ч.2 ст.112 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования ****, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложением на Нефедов А.А. обязанности являться один раз месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, для регистрации согласно установленному указанным органом графику.

Считать, что Нефедов А.А. осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 8 месяцев.

В соответствии с ч.3 ст.69, п.«б» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по ч.1 ст.112, ч.4 ст.111 УК РФ, окончательно назначить Нефедов А.А. наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 9 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть в срок отбывания Нефедов А.А. наказания время его принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, в период с **** по **** включительно из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Маркашева А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой
47.1 УПК РФ, через Ленинский районный суд **** в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Ленинского районного суда **** по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий                         Д.В.Ильичев

Судьи                                     В.Ю.Зябликов

                 Ю.А.Мальцева