Дело № 22-713/2026

Акты

Судья Комарова Е.Н.                                                                                                                           дело № 22-713

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ    ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома                                                                                                  03 сентября 2026 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего судьи Кадочниковой Е.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области Ивановой А.И.,

защитника-адвоката Смирнова А.В.,

осужденного Астафьева В.А.,

при секретаре – помощнике судьи Агеевой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника-адвоката Смирнова А.В. на приговор Костромского районного суда Костромской области от 09 июля 2026 года, которым

Астафьев В.А. , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден:

по ч.1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год.

Осужденному Астафьеву В.А. установлены ограничения и возложена обязанность, указанные в приговоре суда.

Мера пресечения Астафьеву В.А. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

    Исковые требования Потерпевший №1 к Астафьев В.А. о возмещении физического и морального вреда оставлены без рассмотрения. За Потерпевший №1 признано право на возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства.

    Изложив суть обжалуемого решения, доводы апелляционной жалобы, заслушав осужденного Астафьева В.А., защитника-адвоката Смирнова А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, заслушав прокурора Иванову А.И., полагавшую приговор суда изменить,

    у с т а н о в и л:

Астафьев В.А. признан виновным в том, что, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 14 августа 2024 года около 20-58 час. в п. Караваево Костромского района Костромской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Смирнов А.В. выражает несогласие с приговором суда в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Анализируя нормы уголовно-процессуального закона, обстоятельства ДТП, указывает, что стороной обвинения не представлено, а судом не приведено в приговоре доказательств, свидетельствующих о виновности Астафьева В.А. в совершении преступления.

Суд не дал надлежащей оценки доводам стороны защиты о том, что непосредственной причиной ДТП и наступивших последствий являются действия потерпевшего Потерпевший №1, который управлял мотоциклом не только без водительского удостоверения, но и находился в состоянии наркотического опьянения, что подтверждается материалами дела.

Суд в обосновании выводов о виновности Астафьева В.А. неправомерно сослался на заключение эксперта № 734 от 14 апреля 2025 года, согласно которому Потерпевший №1 получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Суд необоснованно отверг доводы стороны защиты о том, что выводы данного экспертного заключения по оценке степени тяжести вреда здоровью Потерпевший №1 основаны на положениях действующего на момент ее проведения приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 Н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», который на момент вынесения приговора утратил юридическую силу, в связи с изданием нового приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 08 апреля 2025 года № 172 Н. Таким образом, заключение эксперта на сегодняшний день не может являться доказательством, свидетельствующим о причастности Астафьева В.А. к совершению преступления, в котором он обвиняется. Как следует из приговора, суд при опровержении доводов защиты в указанной части ошибочно сослался на показания эксперта С, поскольку в силу действующего уголовно-процессуального законодательства, а также положений ФЗ РФ от 31 мая 2001 года №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», проведение судебной экспертизы, безусловно, не может быть подменено допросом эксперта.

Суд, не соглашаясь с показаниями Астафьева В.А. в той части, что ДТП произошло на встречной для водителя мотоцикла полосе движения, необоснованно сослался на схему ДТП, а также на заключение № 3/169 от 18 июня 2025 года, поскольку данные доказательства не опровергали показания Астафьева В.А. Показания Астафьева В.А. также не опровергали исходные данные, полученные в ходе проведения следственного эксперимента, на который суд сослался в обоснование своих выводов. В данной части, суд уклонился от оценки доводов защиты о том, что условия проведения данного эксперимента по видимости в направлении движения не соответствовали условиям, имевшим место в день ДТП, что было отражено защитой в протоколе данного следственного действия.

Суд в описательно-мотивировочной части приговора необоснованно сослался на показания потерпевшего Потерпевший №1, которые огласил без согласия стороны защиты.

С учетом изложенного просит приговор отменить, уголовное преследование прекратить за отсутствием в деянии состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника-адвоката Смирнова А.В. государственный обвинитель Иванов Л.А. указывает, что вина Астафьева В.А. в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

Вопреки доводам стороны защиты, по заключению автотехнических экспертиз, водитель автомобиля Астафьев В.А. должен был руководствоваться требованиями п. 8.3 ПДД РФ, при соблюдении которых он имел гарантированную возможность предотвратить происшествие, а водитель мотоцикла Потерпевший №1 не располагал технической возможностью предотвращения ДТП.

Доводы стороны защиты о подмене проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы допросом эксперта, несостоятельны, поскольку экспертиза проведена в соответствии с Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными приказом Минздравсоцразвития № 194Н от 24 апреля 2008 года. У Потерпевший №1 определен тяжкий вред здоровью (п. 6.1.2). При этом, согласно новых критериев определения степени тяжести вреда здоровью, указанный вред здоровью также является тяжким (п. 5.1.1.2), что и пояснила в судебном заседании эксперт С

Доводы о необоснованном учете судом протокола следственного эксперимента, схемы ДТП и заключения эксперта № 3/169 от 18 июня 2026 года в опровержение доводов Астафьева В.А., несостоятельны. Схема ДТП составлялась со слов участников, была подписана участниками.

Доводы о необоснованном оглашении показаний потерпевшего Потерпевший №1, также несостоятельны, поскольку показания потерпевшего были оглашены на основании п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ. Судом принимались меры, направленные на установление местонахождения Потерпевший №1, который является военнослужащим, однако установить реальное его местонахождение не представилось возможным.

Считает приговор суда законным и обоснованным, просит его оставить без изменения.

В суде апелляционной инстанции осужденный Астафьев В.А. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, указав, что в ДТП виновен сам потерпевший, который передвигался без шлема, без права управления транспортными средствами, в состоянии опьянения, в результате чего получил тяжкий вред. Он, Астафьев В.А., в дорожно-транспортном происшествии не виновен, т.к. уже пересекал разделительную линию на дороге, т.е. уже заканчивал маневр, и дорога сзади была свободна; мотоциклист мог проехать, однако он выехал на встречную для него полосу движения и столкнулся с автомобилем, что запрещено ПДД. Просит отменить приговор.

Защитник-адвокат Смирнов А.В. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, дополнительно указав, что приговор суда считает незаконным, вина Астафьева В.А. в совершении преступления не доказана, а выводы суда о его виновности не подтверждаются исследованными доказательствами по делу. Основной причиной ДТП явились противоправные действия самого потерпевшего, находящиеся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Просит приговор отменить и производство по делу прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.

Прокурор Иванова А.И. с доводами апелляционной жалобы не согласилась, указав, что вина Астафьева В.А. в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждена исследованными в суде доказательствами, которым дана надлежащая оценка. Все доказательства по делу являются допустимыми, относимыми и достоверными. Наказание Астафьеву В.А. назначено справедливое. Однако, Астафьев В.А. подлежит освобождению от назначенного судом наказания на основании ст. 78 УК РФ, поскольку со дня совершения преступления прошло два года и сроки давности уголовного преследования истекли.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что осужденный Астафьев В.А. не признал вину в совершении инкриминированного преступления, указав, что 14 августа 2024 года около 20-57 час. двигался по второстепенной дороге в сторону главной дороги. Подъехав к перекрестку - пересечению второстепенной и главной дорог, убедился, что на главной дороге нет приближающихся транспортных средств, и стал выезжать на главную дорогу, чтобы пересечь ее. Пересекая перекресток, проехав правую полосу, и пересекая передними колесами осевую линию, почувствовал удар в левую переднюю часть автомобиля. На какое-то время от удара головой потерял сознание, когда вышел из автомобиля, увидел слева от себя на проезжей части мотоцикл, лежащий на встречной для мотоцикла полосе движения, а ближе к пешеходному переходу лежал мужчина. В случившемся виноват водитель мотоцикла, который в темное время суток двигался без света фар, т.к. был включен только габарит передней фары; не имея водительских прав, находясь в состоянии наркотического опьянения; на большой скорости и выехал на полосу встречного движения, где и произошло столкновение.

Вместе с тем вывод суда о виновности Астафьева В.А. в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, основан на всесторонне, полно и объективно исследованных и подробно изложенных в приговоре доказательствах, которые правильно оценены судом в их совокупности.

Так, согласно показаний потерпевшего Потерпевший №1, 14 августа 2024 года около 21 часа он двигался по главной дороге п. Караваево на своем мотоцикле со скоростью около 50-60 км/ч. Подъезжая к пересечению главной дороги со второстепенной, увидел на расстоянии от себя около 10 метров на второстепенной дороге автомобиль, который, подъехав к перекрестку, остановился, но в тот момент, когда он, Потерпевший №1, приблизился к перекрестку, автомобиль начал движение, не пропустив его. Он, Потерпевший №1, пытался затормозить, но столкнулся с автомобилем. После столкновения перелетел через него и упал на асфальт. К нему подошел водитель автомобиля и сказал, что не увидел его (л.д.139-141 т.1, л.д.60-63 т.2);

согласно показаний свидетеля Свидетель №1, 14 августа 2024 года вечером ей позвонили и сообщили, что ее сына сбил автомобиль. Она сразу приехала на место ДТП. Прохожие сообщили, что ее сын на мотоцикле двигался по главной дороге, а автомобиль выезжал с прилегающей территории, не уступил сыну дорогу и совершил столкновение. Водитель автомобиля в тот момент был на месте ДТП, признавал, что виноват, что не заметил мотоцикл;

согласно показаний свидетеля Свидетель №2, 14 августа 2024 года около 21 часа видел, как дороге по ул. Учебной п. Караваево по своей полосе движения не очень быстро двигался мотоцикл. По второстепенной дороге с выездом на главную дорогу двигался автомобиль. Подъехав к перекрестку, автомобиль остановился, а затем выехал на пересечение главной дороги, и произошло столкновение с мотоциклом. Водитель мотоцикла перелетел через автомобиль и упал на встречной полосе ближе к обочине. Кто-то из прохожих вызвал ГИБДД и скорую помощь. Водитель автомобиля говорил, что он не увидел мотоцикл;

согласно показаний свидетеля Свидетель №3, 14 августа 2024 года около 21 часа он увидел ехавший по правой полосе дороги мотоцикл со скоростью около 70 км/ч., с включенной фарой. Мотоцикл проехал мимо него, и стал ему не виден из-за здания и кустов. Практически сразу он услышал удар, и двигатель мотоцикла перестал работать. Он понял, что произошла авария. Выбежал на дорогу, увидел, что на перекрестке ул. Учебный городок и дороги, ведущей от детского сада к магазину «Пятерочка», столкнулись мотоцикл и легковой автомобиль. Мотоцикл лежал на боку, у него продолжала гореть фара, а автомобиль стоял на полосе движения, предназначенной для движения мотоцикла, передний бампер пересекал разделительную полосу и заходил на встречную полосу движения. Около автомобиля стоял водитель, водитель мотоцикла лежал на обочине;

согласно показаний свидетеля Свидетель №5, 14 августа 2024 года около 21 часа он увидел, как со стороны детского сада к перекрестку выезжает легковой автомобиль, а со стороны КГСХА по направлению к ул. Штеймана по дороге едет и приближается к перекрестку мотоцикл. Мотоцикл было хорошо видно, на нем была включена передняя фара. Автомобиль, приблизившись к пересечению дорог, чуть притормозил, а затем выехал на дорогу, и в этот момент мотоцикл врезался в левую переднюю часть автомобиля в районе колеса со стороны водителя. Мотоциклист до столкновения двигался по своей полосе, траекторию не менял, не притормаживал, на встречную полосу не выезжал. После столкновения мотоциклист перелетел через переднюю часть автомобиля и упал ближе к левой обочине дороги, примерно в 10 м от места столкновения. Водитель автомобиля вышел, подошел к мотоциклисту, поинтересовался, как он. Слышал, как водитель автомобиля говорил, что «не увидел»;

согласно показаний свидетеля Свидетель №4, 14 августа 2024 года он находился на рабочем месте в строящейся школе в п. Караваево недалеко от магазина «Пятерочка». По периметру стройки установлены камеры видеонаблюдения с онлайн-трансляцией, запись не велась. Около 21 часа по камерам видеонаблюдения увидел, как по главной дороге по своей полосе движения с одной включенной фарой движется мотоцикл, на встречную полосу мотоцикл не выезжал. В это же время с прилегающей территории от детского сада на главную дорогу выезжал автомобиль. Затем он увидел столкновение автомобиля и мотоцикла, водитель мотоцикла отлетел на встречную полосу. Он побежал на место аварии, там он увидел Потерпевший №1, тот лежал на обочине и кричал от боли. Кто-то вызвал ГИБДД, скорую помощь.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не имелось, поскольку все они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний; каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела, не имеется; причин для оговора осужденного указанными лицами, не установлено; их показания оценены в совокупности со всеми исследованными по делу доказательствами, поэтому суд обоснованно пришел к выводу о том, что показания потерпевшего и свидетелей являются достоверными.

Вопреки доводам стороны защиты показания потерпевшего Потерпевший №1, данные в ходе предварительного следствия, обоснованно положены в основу приговора, поскольку оглашены судом по ходатайству стороны обвинения в соответствии с требованиями п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ, в связи с тем, что в результате принятых мер установить место нахождение потерпевшего для вызова в судебное заседание не представилось возможным. Условия для исследования показаний потерпевшего, предусмотренные ч.2.1 ст. 281 УПК РФ, были соблюдены, на стадии досудебного производства Астафьев В.А. не был лишен возможности сформулировать свои вопросы к потерпевшему, ходатайствовать о проведении очной ставки, изложить свою позицию относительно достоверности показаний потерпевшего либо иным предусмотренным законом способом оспорить данные доказательства.

Показания вышеперечисленных лиц согласуются не только между собой, но и объективно подтверждаются другими исследованными в суде доказательствами:

протоколом осмотра места происшествия, согласно которому место столкновения автомобиля и мотоцикла расположено на полосе движения мотоцикла, там же зафиксированы осыпь грунта и осколков, на полосе движения мотоцикла зафиксирован и тормозной след мотоцикла (л.д.12-35 т.1);

заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у Потерпевший №1 имелись телесные повреждения: политравма – закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга легкой степени, эпидуральные гематомы левых лобной и височной областей, линейный перелом теменной, лобной и клиновидной костей слева с повреждением лобно-теменного шва, подкожная гематома лобной области слева; закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости и шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением отломков, закрытый перелом левой лучевой кости в средней трети, закрытый перелом 1 пястной кости левой кисти со смещением отломков; закрытая травма груди: ушиб обоих легких; закрытый вывих костей правой голени в коленном суставе; рана правого коленного сустава; множественные ссадины лица, туловища, конечностей, которые имели опасность для жизни и квалифицируется, как тяжкий вред здоровью (л.д.12-128 т.1);

заключением автотехнической экспертизы, согласно которому место столкновения транспортных средств расположено на некотором расстоянии перед «осыпь грязи» на правой стороне проезжей части относительно направления движения мотоцикла KAYO в продольной проекции следа торможения. Механизм ДТП определяется – первоначально мотоцикл двигался по ул. Учебный городок со стороны автодороги Кострома-Красное-на-Волге в направлении п. Караваево; в районе д. 50 по ул. Учебный городок в районе правой стороны проезжей части относительно направления своего движения на некотором расстоянии «осыпь грязи» контактировал своей передней частью с левой передней частью автомобиля «TOYOTA», выехавшего с прилегающей территории справа налево относительно движения мотоцикла, под углом 85 градусов. Данное столкновение классифицируется, как перекрестное, блокирующее. В результате контактирования под действием сил и моментов мотоцикл, вращаясь, сместился на левую сторону проезжей части и занял положение, зафиксированное на схеме ДТП, при этом произошел отброс тела водителя мотоцикла. Автомобиль «TOYOTA» продвинулся в направлении первоначального движения и занял место, зафиксированное на схеме ДТП (л.д.151-155 т.1);

заключением автотехнической экспертизы, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «TOYOTA» в сложившейся дорожной обстановке должен был руководствоваться требованиями п. 8.3 ПДД РФ; в действиях водителя автомобиля имеются несоответствия требованиям п. 8.3 ПДД РФ. В рассматриваемой ситуации, с технической точки зрения, предотвращение происшествия для водителя автомобиля зависело не от наличия (отсутствия) у него технической возможности, а от соблюдения требований п.8.3 ПДД РФ. При условии соблюдения требований указанного пункта ПДД водитель автомобиля имел гарантированную возможность предотвратить происшествие (л.д.164-167 т.1);

протоколом следственного эксперимента, согласно которому в условиях, аналогичных условиям ДТП 14 августа 2024 года, произведено измерение дальности, установлено, что среднее значение при обнаружении мотоцикла с включенным светом фар с места водителя автомобиля составляет 147.3м, а с выключенным светом фар – 136м (л.д.203-209 т.1);

заключением автотехнической экспертизы, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель мотоцикла KAYO в сложившейся дорожной обстановке должен был руководствоваться требованиями абз.2 п. 10.1 ПДД РФ. В действиях водителя мотоцикла несоответствия требованиям абз.2 п. 10.1 ПДД РФ не усматривается. В рассматриваемом случае несоответствие действий водителя автомобиля «TOYOTA» требованиям п.8.3 ПДД РФ находится в причинной связи с наступившим ДТП. В рассматриваемой ситуации водитель мотоцикла при движении с заданной скоростью не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем путем применения экстренного торможения при заданных исходных данных (л.д.186-190 т.1).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что все вышеуказанные экспертизы были назначены и проведены в соответствии с положениями ст.ст. 195,196 УПК РФ и отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации». Заключения экспертов не вызывают сомнений, поскольку проведены надлежащими лицами, являются научно обоснованными, содержат ответы на поставленные вопросы в пределах полномочий и компетенции экспертов, выводы экспертов мотивированы, противоречий в заключениях не усматривается. Нарушений процессуальных прав участников при назначении и производстве указанных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта, не допущено.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для проведения повторной судебно-медицинской экспертизы в связи с принятием Минздравсоцразвития РФ 08 апреля 2025 года № 172Н Приказа «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», поскольку установленные у потерпевшего Потерпевший №1 телесные повреждения квалифицируются данным Порядком так же как и действовавшими в момент проведения экспертизы «Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, - как тяжкий вред здоровью.

Эксперт С, допрошенная в судебном заседании подтвердила заключение экспертизы о получении потерпевшим Потерпевший №1 телесных повреждений, повлекших тяжкий вред; дополнительно указала, что в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ от 08 апреля 2025 года № 172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», вступившим в действие с 01 сентября 2025 года, обнаруженная у Потерпевший №1 травма также квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по п.5.1.1.2 – перелом костей свода черепа.

Вопреки доводам стороны защиты, следственный эксперимент по определению расстояния видимости водителем автомобиля мотоциклиста в условиях дорожно-транспортного происшествия, был проведен следователем в соответствии с положениями ст.ст. 166, 181 УПК РФ, в максимально приближенных условиях произошедшему дорожно-транспортному происшествию, как дорожных, так и погодных: в тот же период времени года – август 2025 года; в темное время суток - с 21-20 час. до 22-03 час.; при смешанном освещении; в ясную погоду, что подтверждается материалами дела (л.д.203-209 т.1), в том числе, показаниями свидетеля Свидетель №2, согласно которым он 06 августа 2025 года принимал участие в следственном эксперименте, когда производились замеры расстояния, с которого водитель автомобиля увидел мотоцикл. При проведении эксперимента он сидел на заднем сидении легкового автомобиля вместе с Астафьевым В.А., а на передних сидениях находились понятые. Замеры производились и с учетом передвижения мотоцикла с включенной фарой и с выключенной фарой. Условия, в которых проводился следственный эксперимент, были аналогичны условиям, когда произошло ДТП (т.1 л.д. 199-202, 215-218).

Таким образом, все доказательства по делу, которые получены с соблюдением уголовно-процессуального закона, в совокупности позволили суду сделать обоснованный вывод о нарушении Астафьевым В.А. Правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1

Доводы осужденного и стороны защиты о том, что ДТП произошло на встречной для водителя мотоцикла Потерпевший №1 полосе движения, что Астафьев В.А. пересекал разделительную полосу на дороге, фактически заканчивая маневр, и дорога сзади была свободна, в связи с чем мотоциклист мог проехать, однако выехал на встречную для него полосу движения, где и столкнулся с автомобилем под управлением Астафьева В.А., опровергаются исследованными доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего о том, что он двигался по своей полосе, когда произошло столкновение с автомобилем; показаниями свидетелей-очевидцев ДТП о том, что столкновение произошло на полосе движения мотоцикла, и тот не выезжал на встречную полосу; схемой ДТП, согласно которой тормозной след мотоцикла, а также осыпь грунта после столкновения, имели место на полосе движения потерпевшего; автотехнической экспертизой, согласно которой место столкновения находилось на полосе движения именно потерпевшего. Следует также отметить, что из схемы ДТП и фототаблицы к осмотру места происшествия с очевидностью следует, что местом столкновения является полоса движения мотоцикла. Кроме того, исследованными доказательствами достоверно установлено, что уже после столкновения мотоцикл, вращаясь, сместился на левую сторону проезжей части (встречную), а сам потерпевший также был отброшен на встречную для него полосу движения.

Доводы стороны защиты о невиновности Астафьева В.А. в дорожно-транспортном происшествии являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные.

На основании исследованных доказательств судом обоснованно установлено, что именно несоблюдение водителем автомобиля Астафьевым В.А. требований п.8.3 ПДД РФ, обязывающего водителя транспортного средства при выезде на дорогу с прилегающей территории уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, привело к созданию аварийной ситуации на дороге - выезжая с прилегающей территории на главную дорогу с целью ее пересечения, водитель Астафьев В.А. не убедился в безопасности своего маневра, не уступил дорогу двигавшемуся по главной дороге мотоциклисту Потерпевший №1, совершив столкновение с мотоциклистом, в связи с чем именно действия Астафьева В.А. находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 При этом предотвращение ДТП зависело от соблюдения водителем Астафьевым В.А. ПДД РФ.

Таким образом, выводы суда о виновности Астафьева В.А. в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана надлежащая оценка в приговоре.

Суд обоснованно квалифицировал действия осужденного по ч.1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Оснований для оправдания осужденного не имеется.

Все доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не являются основанием к отмене судебного решения, поскольку не содержат сведений, которые не были приняты во внимание судом первой инстанции при постановлении приговора, или обстоятельств, опровергающих выводы суда, а направлены на иную оценку собранных по делу доказательств относительно действий Астафьева В.А., с которой суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Вместе с тем, в целом из описательно-мотивировочной части, в том числе, из описания преступного деяния, признанного доказанным, подлежит исключению указание на нарушение осужденным п.13.9 Правил дорожного движения РФ - «на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения», поскольку не нашло своего подтверждения.

Так, согласно п. 1.2 ПДД РФ «перекресток» - место пересечения, примыкания или разветвления дорог на одном уровне, ограниченное воображаемыми линиями, соединяющими соответственно противоположные, наиболее удаленные от центра перекрестка начала закруглений проезжих частей. Не считаются перекрестками выезды с прилегающих территорий.

Согласно того же п. 1.2 ПДД РФ «прилегающая территория» - территория, непосредственно прилегающая к дороге и не предназначенная для сквозного движения транспортных средств (дворы, жилые массивы, автостоянки, АЗС, предприятия и тому подобное). Движение по прилегающей территории осуществляется в соответствии с настоящими Правилами.

В данном случае, как следует из материалов уголовного дела, исследованных в суде, в том числе, показаний осужденного, проекта организации дорожного движения «проезд к Караваево», Астафьев В.А. выезжал на главную дорогу именно с прилегающей территории, где расположен жилой массив, гаражный кооператив, детский садик и эта территория не имела сквозного проезда; и намеревался пересечь главную дорогу, чтобы проехать на другую прилегающую к дороге территорию – стоянку около магазина «Пятерочка».

Таким образом, участок автодороги в месте, где Астафьев В.А. пересекал проезжую часть, не является перекрестком, а является выездом с прилегающей территории, в связи с чем нарушений п.13.9 ПДД РФ Астафьевым В.А. допущено не было, а было допущено нарушение именно п. 8.3 ПДД РФ, о чем и указано в выводах автотехнической экспертизы.

Судебное следствие судом первой инстанции проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Все представленные сторонами доказательства судом были исследованы, им дана надлежащая оценка в приговоре. Все заявленные ходатайства были рассмотрены, данных о необоснованном отклонении ходатайств судом апелляционной инстанции не установлено. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона на стадии предварительного следствия, не допущено.

Наказание Астафьеву В.А. назначено с учетом ст. ст. 6, 60 УК РФ, а именно с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами, суд признал: наличие двоих малолетних детей, одного несовершеннолетнего ребенка, нахождение на иждивении неработающей супруги, осуществляющей уход за ребенком, состояние здоровья осужденного, противоправное поведение потерпевшего, выразившееся в нарушении ПДД РФ.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание обстоятельств, сведения, о которых имелись, но оставлены судом без внимания, не имеется.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд первой инстанции обоснованно назначил ему наказание в виде ограничения свободы, а также на основании ч.3 ст. 47 УК РФ назначил дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ мотивированы в приговоре, являются правильными, с данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, судом учтены все обстоятельства, влияющие на назначение наказания, которое по своему виду оно является самым мягким из тех наказаний, которые предусмотрены санкцией ч.1 ст. 264 УК РФ.

В то же время с учетом исключения пункта 13.9 Правил дорожного движения из описательно-мотивировочной части приговора, в том числе, из описания преступного деяния, назначенное осужденному наказание, как основное, так и дополнительное, подлежит смягчению.

Кроме того, преступление, предусмотренное ч.1 ст. 264 УК РФ, совершено Астафьевым В.А. 14 августа 2024 года и относится в соответствии с ч.2 ст. 15 УК РФ к преступлениям небольшой тяжести.

Согласно п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести.

Учитывая, что на момент рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции срок давности привлечения Астафьева В.А. к уголовной ответственности за совершение преступления, за которое он осужден, истек, и течение срока давности по указанному преступлению не приостанавливалось, Астафьев В.А. подлежит освобождению от назначенного ему приговором суда наказания.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Приговор Костромского районного суда Костромской области от 09 июля 2026 года в отношении Астафьев В.А. изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о нарушении Астафьевым В.А. п. 13.9 Правил дорожного движения РФ;

    смягчить назначенное Астафьеву В.А. по ч.1 ст. 264 УК РФ наказание до 11 месяцев ограничения свободы и смягчить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами до 11 месяцев;

на основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ, ч.8 ст. 302 УПК РФ освободить Астафьева В.А. от наказания, назначенного ему по ч.1 ст. 264 УК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Смирнова А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано участниками процесса в кассационном порядке в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через Костромской районный суд Костромской области, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу. В случае пропуска указанного срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

В случае подачи кассационной жалобы, кассационного представления осужденный Астафьев В.А. вправе обратиться с ходатайством о его участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:                                                                  Е.В. Кадочникова